Forwarded from Русский императив
Я что сплю?
Не может в жизни быть так много еды в одном месте, ещё и на красивых белых полках со светом.
Не может в жизни быть так много еды в одном месте, ещё и на красивых белых полках со светом.
😱30🤡30😁8👍2💩2
Падение продолжается: смотрю сериал «Карамора».
Нраица.
Нраица.
👍24🤡5🆒1
🔥27👏5😁3🤔1
Forwarded from ЕЖ
Замдиректора Института физики атмосферы РАН Чернокульский: надо подчеркнуть главное — в России теплеет в два раза быстрее, чем в среднем по планете. Причины разные. Скажем, в приполярных широтах расположено 2/3 страны, где потепление происходит особенно интенсивно из-за различных обратных связей. К тому же огромная часть территории это суша, которая также греется намного быстрее, чем океан. С учетом этих тенденций общая картина нашего нового климата будет такой: зимой ослабеют морозы, продолжит таять вечная мерзлота, особенно на южной ее границе, что станет риском для 50 процентов предприятий и 70 процентов жилых зданий. Более интенсивными станут блокирующие антициклоны, а значит, в одних районах будет очень жарко, а в других соседних - очень холодно. Новый климат в ряде регионов иногда будет напоминать тропический - с высокой температурой и сильными ливнями, вызывающими наводнения.
😢16👍15🔥3🥰3😇2👏1😁1🎃1
Forwarded from СВЕЖЕСТИ
❗️Венесуэла заявляет свои права на две трети Гайаны
🇻🇪 МИД Венесуэлы выпустил заявление, в котором подтверждает свое суверенное право на территорию, известную как Эссекибо, и отклоняет Парижское арбитражное решение 1899 года как "продукт сговора между Соединенными Штатами Америки и Соединенным Королевством против территориальной целостности Венесуэлы".
🇬🇾 Эссекибо, также известный как Гуаяна Эсекиба, занимает площадь 159 000 квадратных километров, богатую природными и лесными ресурсами, и представляет две трети территории Гайаны. Гайана считает, что больше нечего обсуждать и что Венесуэла должна принять границы, установленные Парижским арбитражным решением трибунала 1899 года (когда Гайана была британской колонией).
Тогда входившие в трибунал пять юристов — двое были назначены Венесуэлой (американские юристы, один — главный судья США), двое — Великобританией (британские юристы) и пятый, выбранный этими четырьмя — российский дипломат Фредерик (Фёдор Фёдорович) де Мартенс, тайный советник, Постоянный член Совета Министерство иностранных дел России, — решили, что большая часть спорной территории принадлежит Британской Гвиане.
Однако правительство Венесуэлы продолжает утверждать, что спорная территория принадлежит Венесуэле, и обещает предпринять военные действия, чтобы вернуть то, что оно «потеряло». Спор обострился после того, как в Гайане нашли большие запасы нефти.
🇻🇪 МИД Венесуэлы выпустил заявление, в котором подтверждает свое суверенное право на территорию, известную как Эссекибо, и отклоняет Парижское арбитражное решение 1899 года как "продукт сговора между Соединенными Штатами Америки и Соединенным Королевством против территориальной целостности Венесуэлы".
🇬🇾 Эссекибо, также известный как Гуаяна Эсекиба, занимает площадь 159 000 квадратных километров, богатую природными и лесными ресурсами, и представляет две трети территории Гайаны. Гайана считает, что больше нечего обсуждать и что Венесуэла должна принять границы, установленные Парижским арбитражным решением трибунала 1899 года (когда Гайана была британской колонией).
Тогда входившие в трибунал пять юристов — двое были назначены Венесуэлой (американские юристы, один — главный судья США), двое — Великобританией (британские юристы) и пятый, выбранный этими четырьмя — российский дипломат Фредерик (Фёдор Фёдорович) де Мартенс, тайный советник, Постоянный член Совета Министерство иностранных дел России, — решили, что большая часть спорной территории принадлежит Британской Гвиане.
Однако правительство Венесуэлы продолжает утверждать, что спорная территория принадлежит Венесуэле, и обещает предпринять военные действия, чтобы вернуть то, что оно «потеряло». Спор обострился после того, как в Гайане нашли большие запасы нефти.
👍20🤯10❤3🔥3🕊2🥰1👏1😁1
😁34🤡3🗿2🔥1🤣1
👍21🤣7🤡3🔥1🗿1
Вопрос дня: сколько лет дадут деду?
Telegram
Baza
Герой дня — дед с «Окой». Мужчина вырубил преступника, который украл телефон у ребенка.
И преступление, и наказание попало на камеру в Щёлково. Дед ковырялся под капотом своей «Оки», как вдруг услышал крик помогите и увидел мужчину, убегающего от ребенка.…
И преступление, и наказание попало на камеру в Щёлково. Дед ковырялся под капотом своей «Оки», как вдруг услышал крик помогите и увидел мужчину, убегающего от ребенка.…
👍33🔥10💩5❤1🤬1
😁15👍11🤡4🤣2🤔1
Ну то есть и Гонгадзе Путин убил. А голову его принесли тирану на серебряном блюде, видимо.
🔥16😁7❤1👍1
Forwarded from Сыны Монархии/Роман Антоновский
Заукраинцы из Insider написали статью, как бедных мигрантов обижает «Русская община» и силовики.
Но даже в этой агитке есть показательные моменты:
«Я думаю, это все для войны, все эти рейды, — предполагает мой собеседник из Котельников Самир. — Они так запугивают, вынуждают отправиться на войну. Иначе депортация. А я не хочу. Не в смысле я, а все наши. Я же не русский, зачем мне война? Конечно, они обещают гражданство, какую-то сумму. Но жизнь же только один раз дается. Тебя убьют — что ты с этими деньгами делать будешь?»
То есть , зарабатывать в России Самир хочет, а воевать не хочет ? Тогда пусть валит домой!
«Молельные дома, которые тут есть, вообще-то работают не совсем легально, — признает Сохроб, подразумевая, что они не зарегистрированы как религиозные организации, а работают как культурные центры. — Но у нас нет других. Где нам молиться?»
Дома, Сохраб, дома , не в России) вы даже наших коренных мусульман достали .
Участники Русской общины посещают оккупированные районы Украины, собирают гуманитарную помощь для жителей, покупают российским военным коптеры и тепловизоры. Некоторые помогают в госпиталях, где лечатся солдаты,
Какой ужас ))) что творят !)
«Ужас какой. Забирай его», — говорит стоящий у стадиона пожилой мужчина своей супруге. Их внук побежал к детям, которые участвовали в пробежке. «Попахивает национализмом. Очень плохая история», — объясняет мужчина. Еще одна женщина среднеазиатской внешности поспешно уводит своих детей, которые бросились играть к ребятам — участникам «Русских во дворе».
Не выдуманные истории , о которых невозможно молчать)
Отвечая на вопрос о причинах нелюбви к мигрантам, собеседницы в первую очередь указывают на внешность и манеру одеваться и только потом переходят к более основательным аргументам: «Они часто выпивают. А нам отвечают: „Аллах там, он нас не видит”. Зато мечеть им нужна! Мы не понимаем этого, — жалуется жительница по имени Тамара. — Ноги поднимают на лавочки, разуваются и босиком сидят. А у них всех грибки, они только и ходят по аптекам за мазью, я там работаю, знаю. Детям часто покупают успокоительное, чтоб не плакали. Соски не дают, какую-нибудь бумажку или тряпочку вместо нее. И фантики от конфет. Очень неприятно на это смотреть на площадке».
На одну из активисток мигранты напали, чтобы она не писала обращения в Роспотребнадзор по поводу «резиновых квартир», в которых жили мигранты, утверждают жительницы. А еще мужчины пристают к девушками и девочкам — школьниц теперь всегда встречают родители. Также мигранты мусорят и плюют семечки на землю, жалуются мои собеседницы.
Ну, и в чем они не правы ?
Но даже в этой агитке есть показательные моменты:
«Я думаю, это все для войны, все эти рейды, — предполагает мой собеседник из Котельников Самир. — Они так запугивают, вынуждают отправиться на войну. Иначе депортация. А я не хочу. Не в смысле я, а все наши. Я же не русский, зачем мне война? Конечно, они обещают гражданство, какую-то сумму. Но жизнь же только один раз дается. Тебя убьют — что ты с этими деньгами делать будешь?»
То есть , зарабатывать в России Самир хочет, а воевать не хочет ? Тогда пусть валит домой!
«Молельные дома, которые тут есть, вообще-то работают не совсем легально, — признает Сохроб, подразумевая, что они не зарегистрированы как религиозные организации, а работают как культурные центры. — Но у нас нет других. Где нам молиться?»
Дома, Сохраб, дома , не в России) вы даже наших коренных мусульман достали .
Участники Русской общины посещают оккупированные районы Украины, собирают гуманитарную помощь для жителей, покупают российским военным коптеры и тепловизоры. Некоторые помогают в госпиталях, где лечатся солдаты,
Какой ужас ))) что творят !)
«Ужас какой. Забирай его», — говорит стоящий у стадиона пожилой мужчина своей супруге. Их внук побежал к детям, которые участвовали в пробежке. «Попахивает национализмом. Очень плохая история», — объясняет мужчина. Еще одна женщина среднеазиатской внешности поспешно уводит своих детей, которые бросились играть к ребятам — участникам «Русских во дворе».
Не выдуманные истории , о которых невозможно молчать)
Отвечая на вопрос о причинах нелюбви к мигрантам, собеседницы в первую очередь указывают на внешность и манеру одеваться и только потом переходят к более основательным аргументам: «Они часто выпивают. А нам отвечают: „Аллах там, он нас не видит”. Зато мечеть им нужна! Мы не понимаем этого, — жалуется жительница по имени Тамара. — Ноги поднимают на лавочки, разуваются и босиком сидят. А у них всех грибки, они только и ходят по аптекам за мазью, я там работаю, знаю. Детям часто покупают успокоительное, чтоб не плакали. Соски не дают, какую-нибудь бумажку или тряпочку вместо нее. И фантики от конфет. Очень неприятно на это смотреть на площадке».
На одну из активисток мигранты напали, чтобы она не писала обращения в Роспотребнадзор по поводу «резиновых квартир», в которых жили мигранты, утверждают жительницы. А еще мужчины пристают к девушками и девочкам — школьниц теперь всегда встречают родители. Также мигранты мусорят и плюют семечки на землю, жалуются мои собеседницы.
Ну, и в чем они не правы ?
👍47🥱10🤯4🤬2💩1🤡1
Forwarded from Отец Гиперсемиотий
С раем на земле разобрались, надо и про ад поговорить.
В прошлом году в Германии вышла короткая документалка «Ganz normale Männer» («Вполне нормальные мужики»). В ней речь идёт о 101-м батальоне гамбургского полицейского резерва, который во время Второй мировой войны занимался уничтожением населения на оккупированных территориях. В этом батальоне служили люди, не попавшие на фронт по возрасту. Полтыщи совершенно нормальных мужиков, отнюдь не образцовых нацистов, просто обычных средних гамбуржцев, не проходивших никакого специального отбора.
После перевода на восток первое их задание выглядело так. Необходимо было изловить евреев в нескольких польских деревнях, мужчин покрепче отправить в лагерь, а всех остальных там же на месте расстрелять. Майор Вильгельм Трапп, добрейший малый, которого любящие подчинённые называли «папа Трапп», выглядел расстроенным, зачитывая батальону приказ. В этом приказе — моя любимая деталь — особо отмечалось, что те, кто не хотел участвовать в расстрелах, могли просто отказаться. Отказников перевели бы на другую работу, никаких других последствий не предусматривалось.
Некоторые отказались — всего 12 человек. Им и в самом деле ничего не было, помимо остракизма со стороны сослуживцев.
Двенадцать. Из пятисот гамбургских мужиков — совершенно нормальных и даже симпатичных. Добрых немцев, которые взяли винтовки и перестреляли полторы тысячи беспомощных польских евреев обоего пола и всех возрастов. И не потому, что иначе их самих бы расстреляли или отправили в лагерь — об этом и речи не было. Просто не хотели подводить коллектив.
Первый опыт был довольно тяжёлым. Мужики понапивались, и вообще — переживали. Но потом втянулись, и дело пошло бодрее. Всего батальон расстрелял 38 тысяч евреев и 45 тысяч отправил в лагеря. Это то, что удалось подсчитать, т.е. наверняка не всё. Да и «работали» они не только по евреям, их использовали и для уничтожения партизан, например. Так что плоды трудов этих прекрасных людей наверняка гораздо более впечатляющи.
Таких батальонов было больше сотни, и как минимум 75 из них занимались тем же, что и 101-й: массовым уничтожением славянских и еврейских унтерменшей на оккупированных территориях. Они были рациональны и не лишены своеобразного сострадания. Например, поначалу многие из них, чтобы сэкономить патроны, брали младенцев за ноги и с размаху разбивали их головы о ближайшее дерево. Начальство в лице группенфюрера Отто Олендорфа (очаровательного интеллигентного мужчины) такой варварский подход не одобрило и предписало другой способ: матери должны были прижимать головы младенцев к груди, тогда одним выстрелом можно было аккуратно убить обоих.
После войны мужики из 101-го батальона вернулись домой строить прекрасную Германию будущего — кроме папы Траппа и ещё одного командира, казнённых поляками. Дома о них долго не вспоминали, и только в середине 60-х прошёл судебный процесс, который закончился тюремными сроками для пятерых бывших полицейских из 101-го, и ещё шестерых признали виновными, но не назначили никакого наказания. Остальных не тронули, и они прожили нормальную бюргерскую жизнь, как и положено добропорядочным гражданам.
Вот эти нормальные люди, лишённые рефлексии и отдающие мораль на «аутсорсинг» своим вожакам, они и есть ад. Пустые оболочки, в которые можно залить любое содержимое, и с которыми даже не получится поговорить: они просто не услышат обращённых к ним слов. И ад здесь даже не в том, что эти оболочки могут сделать с вами, а в невозможности коммуникаций с ними. От конкретной неприятности можно ускользнуть, но от оболочек никуда не денешься, ими заполнен мир. Как в кошмарном сне: пытаешься бежать, но ноги вязнут, и преследователи медленно, но неумолимо сжимают кольцо.
И так будет продолжаться, пока человечество не избавится от стадного инстинкта и люди не научатся воспринимать себя вне контекста коллектива.
А пока — вот так.
В прошлом году в Германии вышла короткая документалка «Ganz normale Männer» («Вполне нормальные мужики»). В ней речь идёт о 101-м батальоне гамбургского полицейского резерва, который во время Второй мировой войны занимался уничтожением населения на оккупированных территориях. В этом батальоне служили люди, не попавшие на фронт по возрасту. Полтыщи совершенно нормальных мужиков, отнюдь не образцовых нацистов, просто обычных средних гамбуржцев, не проходивших никакого специального отбора.
После перевода на восток первое их задание выглядело так. Необходимо было изловить евреев в нескольких польских деревнях, мужчин покрепче отправить в лагерь, а всех остальных там же на месте расстрелять. Майор Вильгельм Трапп, добрейший малый, которого любящие подчинённые называли «папа Трапп», выглядел расстроенным, зачитывая батальону приказ. В этом приказе — моя любимая деталь — особо отмечалось, что те, кто не хотел участвовать в расстрелах, могли просто отказаться. Отказников перевели бы на другую работу, никаких других последствий не предусматривалось.
Некоторые отказались — всего 12 человек. Им и в самом деле ничего не было, помимо остракизма со стороны сослуживцев.
Двенадцать. Из пятисот гамбургских мужиков — совершенно нормальных и даже симпатичных. Добрых немцев, которые взяли винтовки и перестреляли полторы тысячи беспомощных польских евреев обоего пола и всех возрастов. И не потому, что иначе их самих бы расстреляли или отправили в лагерь — об этом и речи не было. Просто не хотели подводить коллектив.
Первый опыт был довольно тяжёлым. Мужики понапивались, и вообще — переживали. Но потом втянулись, и дело пошло бодрее. Всего батальон расстрелял 38 тысяч евреев и 45 тысяч отправил в лагеря. Это то, что удалось подсчитать, т.е. наверняка не всё. Да и «работали» они не только по евреям, их использовали и для уничтожения партизан, например. Так что плоды трудов этих прекрасных людей наверняка гораздо более впечатляющи.
Таких батальонов было больше сотни, и как минимум 75 из них занимались тем же, что и 101-й: массовым уничтожением славянских и еврейских унтерменшей на оккупированных территориях. Они были рациональны и не лишены своеобразного сострадания. Например, поначалу многие из них, чтобы сэкономить патроны, брали младенцев за ноги и с размаху разбивали их головы о ближайшее дерево. Начальство в лице группенфюрера Отто Олендорфа (очаровательного интеллигентного мужчины) такой варварский подход не одобрило и предписало другой способ: матери должны были прижимать головы младенцев к груди, тогда одним выстрелом можно было аккуратно убить обоих.
После войны мужики из 101-го батальона вернулись домой строить прекрасную Германию будущего — кроме папы Траппа и ещё одного командира, казнённых поляками. Дома о них долго не вспоминали, и только в середине 60-х прошёл судебный процесс, который закончился тюремными сроками для пятерых бывших полицейских из 101-го, и ещё шестерых признали виновными, но не назначили никакого наказания. Остальных не тронули, и они прожили нормальную бюргерскую жизнь, как и положено добропорядочным гражданам.
Вот эти нормальные люди, лишённые рефлексии и отдающие мораль на «аутсорсинг» своим вожакам, они и есть ад. Пустые оболочки, в которые можно залить любое содержимое, и с которыми даже не получится поговорить: они просто не услышат обращённых к ним слов. И ад здесь даже не в том, что эти оболочки могут сделать с вами, а в невозможности коммуникаций с ними. От конкретной неприятности можно ускользнуть, но от оболочек никуда не денешься, ими заполнен мир. Как в кошмарном сне: пытаешься бежать, но ноги вязнут, и преследователи медленно, но неумолимо сжимают кольцо.
И так будет продолжаться, пока человечество не избавится от стадного инстинкта и люди не научатся воспринимать себя вне контекста коллектива.
А пока — вот так.
👍67🔥11😱8💩7❤5😁1😢1🎉1
Forwarded from Политота
Рубрика — угадай автора цитат на скринах:
Всё верно, это главред «Новая Газета Европа» Кирилл Мартынов — борец с русской культурой и отоплением , антифашист , деколонизатор, феминист , преподаватель ВШЭ, бывший пресс-секретарь Федерального агентства по делам молодежи, и просто хороший человек и рукопожатный либерал.
Даже до коллег по цеху начинает доходить (впрочем, лучше поздно, чем никогда).
Даже до коллег по цеху начинает доходить (впрочем, лучше поздно, чем никогда).
👍16😱3❤2🤣1