Ну, слава тебе, Господи, дождались.

Новые образовательные методики достигли таких высот, что теперь стало можно читать, писать, публиковать, разбираться в истории, геополитике и международной экономике, оставаясь неграмотным.

Когда забыл перелогиниться.

"В России нет цензуры, есть фильтрация нежелательной информации. 90% россиян считают, что такую информацию нужно блокировать. Большинство россиян поддерживают спецоперацию, но многие не могут это обосновать ни рационально, ни эмоционально. Но с тех пор, как мы стали блокировать каналы с недружественной информацией, ситуация с аргументацией меняется к лучшему".

Константин Абрамов, гендиректор Всероссийского центра изучения общественного мнения

Маше Бароновой не показывайте.

https://t.me/nplusone/17659

У офисного здания на крыльце нервно курят два претендента на вакансию. Один другому:
- Не взяли?
- Не взяли... Ух, людоед, путиноид, империалист проклятый!!! Нормально так всё шло, а потом он бах и спрашивает - а как я отношусь к военной спецоперации? Я честно сказал, что это всё амбиции Путина, что Россия теперь воспринимается в мире как агрессор, что экономика в заднице, а последствия санкций будут ощущаться годами, если не десятилетиями. И сразу - всё, до свидания, вы нам не подходите. Нормально, да?!
- Не, подожди, ты путаешь что-то... Этот гад же - либераст гнилейший! Пацифист чертов! Он и меня про спецоперацию спросил... Я чётко сразу ответил, что денацифицировать Украину давно надо было, что опередили мы их всего на несколько часов, что они летучих мышей к нам с вирусами засылать хотели, и надо пасть затыкать всем, кто только вякнет о том, что это агрессия!! А на санкции нам насрать. И да, сразу тоже попрощались, что за фигня вообще?

В это время из здания выходит вполне довольный третий претендент. Первые двое к нему:
- Ну что, не взяли?
- Да почему, взяли... Нормальный мужик такой...
- Подожди, а про спецоперацию спрашивал?!!
- Спрашивал...
- Ну, а ты что сказал?!
- Сказал, что я на работе политику не обсуждаю...

То есть как это до сих пор не создан телеграм-канал «Макрон позвонит»?

Ну наконец-то нейросети научили генерировать что-то стоящее.

https://www.reddit.com/r/SpaghettiHentai/

И знаете, я зачем-то это послушал.

буквально все акторы публичного пространства составляют свои списки о том, как бы посильней обескровить и затравить тех, кто с ними не шагает строем.

Эту песню нам поёт персона, требующая лишить любых прав примерно половину человечества.

https://t.me/Baronova/18253

Социальная сеть для людей с отрицательным IQ от людей с отрицательным IQ.

https://rossgram.ru/

Банальность экстраординарного & Управление фобиями


Разговоры о «молниеносных ответах» и обсуждение пропагандистами «возможных ядерных ударов» проходят на фоне снижения пропагандистской истерии и ослаблении риторики турбо-патриотов. Похоже, по темникам получено указание пропагандистам говорить спокойно и уверенно, а не нагнетать ситуацию.

При этом сам по себе контекст, допускающий возможность ядерного противостояния, является шок-фактором для большинства граждан, которые не утратили способности эмпатии и самостоятельного мышления. Его нормализация в общественном мнении, то есть превращение во что-то как бы нормальное и банальное уже началась.

Этот фактор работает на снижение фокусировки внимания на геополитическом противостоянии и спецоперации в Украине. Спецоперация в восприятии российского социума не становится фоновым явлением, но уже и не привлекает к себе тотального внимания. К тому же, социум устал от режима плохих и очень плохих новостей в экономике, а актуализация на этом фоне (пусть и в гипотетическом варианте) фактора ядерной угрозы только усиливает потенциал социальной тревоги.

Состояние обывателя, не интересующегося политикой, в моменте является наиболее сберегающим для психики и энергии социального действия. Всю оставшуюся социальную энергию граждане будут тратить на себя и собственное выживание. В атомизированном обществе иначе и быть не могло, однако социальная тревога все равно будет оставаться высокой и, прежде всего, из-за экономических факторов.

Из истории известно, что массовая социальная тревога – это амбивалентный фактор. С одной стороны, он позволяет власти поддерживать дисциплинарный порядок и держать общество в повиновении. С другой, в условиях информационного общества именно носители социальной тревоги являются агенты распространения различных фобий (от разговоров про тотальную национализацию и всеобщую мобилизацию до применения нековенционального оружия). Преобладание носителей социальной тревоги может привести к хаотизации общественных настроений со всеми нелинейными последствиями.

Прошлогодняя массовая вакцинация от ковида и фобии ее противников уже показали потенциал этих общественных настроений. Очевидно, что тогда они координировались некоторыми системными силами. Сейчас вполне возможна ситуации массового распространения фобий и апокалипсических настроений, тем более, что структуры информационного общества позволяют координировать этот процесс и управлять образованными (и не очень) массами не только системным, но и несистемными силами.

До середины XX века войны, которые вело человечество, были войнами за территории. Даже если конечной целью было экономическое влияние — в любом случае оно достигалось через контроль территорий (стран-производителей востребованного товара) или торговых путей.

В Первую мировую никто из участников войны не скрывал свои территориальные претензии — собственно, это была последняя война, которой хотели все её крупные участники, потому что каждый искал в ней свою выгоду. Выигравших, впрочем, в ней не было — проиграли все.

Вторая мировая начиналась как война Германии за территорию. Ни у СССР, ни у США аналогичных планов не было — более того, они не хотели этой войны. Тем не менее, именно США и СССР оказались выигравшими в WWII сторонами — но каждая выиграла по-своему.

СССР приобрёл территории — всю Восточную Европу по ГДР включительно. США приобрели экономическое влияние — на Западную Европу. По сути, происходившее дальше, в следующие полвека, было войной не столько двух стран — СССР и США — сколько войной двух эпох: эпохи контроля территорий против эпохи контроля экономики. Это уже не было синонимами — мир изменился настолько, что стало возможно тотальное экономическое влияние без постоянного физического контроля территории.

СССР холодную войну проиграл, что было, в общем-то, в значительной степени предрешено вышеуказанной причиной: прошлое никогда не выигрывает у будущего, максимум — может отсрочить его приход. Многополярный мир в варианте второй половины XX века не имел шансов, потому что его полюса не были полюсами одного мира, это была борьба двух принципиально, концептуально разных миров. США на некоторое время подмяли под себя весь мир.

Однако мир изменился снова. То, что мы наблюдаем сейчас — это не борьба за территорию Украины, не мифические «имперские амбиции России», это начало схватки двух экономических блоков, борющихся за экономическое же влияние. США и Западная Европа против России, Азии и Востока.

Тридцать лет назад — что уж говорить про эпоху расцвета СССР — такое противостояние было невозможно, потому что Азии и Востока в экономическом смысле практически не существовало. Это был период трансформации азиатско-тихоокеанского региона из колониального прошлого, т.е., в основном, политически несамостоятельных экспортёров сырья, в самостоятельные государства. Сейчас, уже в XXI веке, эти государства оформились, встали на ноги и получили работающий опыт самостоятельного управления.

Поэтому конфликт, начало которого мы сейчас наблюдаем — это первый в современной истории конфликт такого рода: противостояние экономических систем, в котором вооружённые действия играют вспомогательную роль и ведутся преимущественно на сторонних по отношению к основным участникам территориях.

И да, в силу масштабов начавшегося — это конфликт не то что не на месяцы, но даже не на годы. Это конфликт на десятилетия, в ходе которых будет выработана новая конфигурация мира. Нравится вам это или нет.

И да, как и многие другие конфликты в истории человечества, он был во многом неизбежен и предопределён той конфигурацией мира, которая сложилась в десятилетия перед его началом.

И к актуальным новостям — про нагнетание вокруг Молдавии и Приднестровья: все и со всех сторон уже говорят о вероятной румынско-украинской операции по взятию ПМР.

Что интересно в этом кейсе — так это факт, что такая операция в средне- либо долгосрочной перспективе для Украины катастрофически невыгодна.

Сценарий 1: военная операция силами ВСУ. Во-первых, это крайне специфические дипломатические последствия: Украина превращается в страну-агрессора, напавшую на независимого нейтрального соседа, что может крайне негативно повлиять на начавшиеся было поставки западной военной техники. Но ещё хуже то, что для этой операции ВСУ, качественные резервы у которых уже давно кончились, придётся перебросить силы из-под Одессы и Николаева — то есть, ослабить оборону на потенциально опасном направлении, со всеми шансами получить там российское наступление. Открытие второго фронта обороняющейся стороной — это что-то новое в военном деле; а здесь речь идёт уже даже не про второй, а минимум про четвёртый фронт.

Чтобы пойти на такой шаг, Украина должна уже сейчас находиться в крайне отчаянном положении, рассматривая захват военных складов в Колбасне как последний шанс на спасение ситуации на основных фронтах. В частности, это означает, что надежда на поставки западных вооружений является блефом — боеприпасы остро нужны для советских систем и прямо сейчас, а не для западных и через месяц.

Другой вариант использования Молдавии после её оккупации — транзит западного вооружения из Румынии напрямую к Одессе — также говорит о высоком градусе отчаяния: либо транзит из Польши уже необратимо нарушен (например, в результате деэлектрификации железных дорог), либо ожидается настолько критическое положение ВСУ после начала наступления РФ на этом фронте, что на него рассчитывать не приходится.

Сценарий 2: военная операция силами Румынии. Хотя такая операция не несёт прямой угрозы Украине в моменте — ВСУ не требуется отвлекать силы и средства с южного направления продвижения российских войск — она создаёт крайне опасный прецедент в долгосрочном плане. Румыния, как известно, не прочь предъявить претензии не только на Молдавию, но и на часть Украины, в первую очередь на всю Бессарабию. Надеяться, что в случае дальнейшего ослабления Украины будут соблюдены [гипотетические] договорённости о том, что Румыния ограничится Молдавией — ну, мягко говоря, наивно. Прецедент будет создан, если румынские партнёры по НАТО не будут возражать (а перед НАТО будет светить такое вкусное расширение выхода к Чёрному морю) — дальше он будет практически неминуемо использован снова.

Очевидно, чтобы согласиться на такой вариант, Украина также должна пребывать в отчаянном положении. Более того, эту точку зрения должны разделять и в НАТО (в первую очередь — конечно, в США), потому что без одобрения НАТО Румыния никаких активных действий предпринимать не рискнёт. См. порывы Польши на ввод миротворцев (и кстати, руки румынский прецедент развяжет не только самой Румынии...).

P.S. Всё это не означает, что война в ПМР действительно начнётся — и что всё это не является очередной серией военно-дипломатических манёвров, рассчитанных на отвлечение сторон от базовых планов, переброску сил с основных ТВД и провоцирование на неверные решения. Но если начнётся — это явный сигнал, что Украина в отчаянии и готова на любые меры не то что ради воображаемого Арестовичем контрнаступления, а хотя бы ради удержания текущих позиций.

Тема прошедшей недели: «А нас-то за что!».

По предварительным данным (регистрации новых авто) автомобильный рынок в России в апреле рухнет на 80% (восемьдесят процентов) относительно апреля 2021 года.

В который раз повторяю, что надо срочно отменять:
1. утилизационный сбор;
2. таможенные пошлины на ввоз новых и б/у авто и экологические ограничения;
3. сертификацию и заменить её на декларацию.

Аналогично с автозапчастями.

Нет никакого смысла держать автомобильный рынок на грани смерти, так как сейчас и так не собирается никаких налогов и сборов просто по причине отсутствия производства и ввоза как такового. Промедление в такой ситуации просто приведет к фактически полной остановке всего в автомобильной промышленности и потом оживлять труп будет долго, дорого и больно.

Конечно есть вариант наконец пересесть всей страной на велосипеды. Но они тоже подорожали.

Ровно год назад умер Хуан Хойя Борха, герой самого известного испанского мема, получивший известность во всём мире благодаря необычному смеху. Ему было 65 лет.