Оказалось, это жулики. Ховайтесь.

Интересно, кто-нибудь выпустит сегодня материал под заголовком "Винни-Пух в гостях у Кролика"?

Какую-какую цену — крайне высокую, конечно. С Китаем иначе не бывает.

На прощание Си сказал Путину: "Как раз сейчас перемены, которых не было в течение ста лет. Там где вместе двигаем эти перемены. (так перевел переводчик)... Берегите [себя] пожалуйста, дорогой друг".

Ну, теперь-то нам точно пиздец.

И не забывайте, блядь, страдать.

"Враждебного дискурсмонгера, как ракету с разделяющимися боеголовками, целесообразней всего уничтожать на стадии запуска. Вместо того, чтобы выяснять огненную суть его силлогизмов и прикладывать их к своей жизни и судьбе, надо прежде всего поинтересоваться источниками его финансирования и стоящими перед ним задачами - то есть вопросом, кто это такой и почему он здесь..." (с)

Можно проще:
Устав? Градус? Настоящая фамилия матери?

Мексиканский оригинал — «Костеженщина».

Перевод на английский — «Костяная женщина».

Российские прокатчики — «Дитя тьмы. Экзорцизм.» (не шучу).

Есть у нас по соседству городок Рапперсвиль. Он совершенно очаровательный, мы там часто гуляем. Живёт там что-то около 28 тысяч человек, и это самый большой город страны, не имеющий собственного парламента. У них, разумеется, есть мэрия, занимающаяся вопросами городского управления, а все законодательные вопросы решаются прямым голосованием. Местным политикам, таким образом, негде развернуться. Это их, само собой, не устраивает, и они очень хотят утвердить в городе парламентаризм. Сегодня у них было очень важное голосование как раз по этому поводу.

Тут надо сделать небольшое отступление. Швейцария, как известно, единственная страна в мире, практикующая вечевое правление, то бишь прямую демократию. Но это не значит, что народ голосует по всем законодательным вопросам, это просто физически невозможно. На федеральном и кантональном уровнях, а также в крупных городах (по швейцарским меркам, всё, что больше 20 тыщ — крупное) существуют парламенты, которые функционируют примерно так же, как и в любых других странах. Народное же вече собирается только по особо важным или дискуссионным вопросам. Созвать вече может как правительство, так и любой человек, сумевший оформить инициативу и собрать определённое количество подписей.

В деревнях (навроде нашей) или маленьких городах нужды в парламенте нет, поскольку нет оживлённой законодательной жизни. Все нормативные нужды вполне удовлетворяются распоряжениями сельсовета и решениями общеколхозной сходки.

Кейс Рапперсвиля интересен тем, что он самим своим существованием доказывает: даже такой «крупный» город вполне может обходиться без дармоедов-политиканов. И при этом чувствовать себя отлично: это очень чистый, уютный и благоустроенный город. Более того, он наводит пытливого бюргера на совсем уж крамольную мысль: ежели город с 28 тыщами жителей прекрасно обходится без парламента — так может, и город с 50 тыщами сможет обойтись? А может и… Даже страшно произнести.

В общем, для местных политиков Рапперсвиль — олицетворение экзистенциального зла, и они давно пытались пропихнуть на локальный референдум вопрос об учреждении городского парламента. Наконец-то им это удалось. Пропаганду вели слаженно, многопартийным хором. Надо сказать, это совершенно уникальный (лично мной за 20+ лет жизни в Швейцарии наблюдаемый впервые) случай, когда все партии — и левые, и правые, и промежуточные — демонстрируют полнейшее согласие.

Народ, однако, сумел сохранить разумный скепсис. Пару дней назад местные новости интервьюировали рапперсвильских активистов, и один из них отлил в граните.

— Почему вы против парламента? — спрашивал журналист, — Ведь парламентарии представляют интересы народа.
— Они представляют только свои интересы, — хмуро ответствовал активист.

Воистину так.

Сегодня рапперсвильцы проголосовали против парламента. Перевес невелик: 51.72% супротив 48.28%. Но чёрное знамя анархии ещё какое-то время поразвивается над древним Рапперсвилем. Ну а как дальше пойдёт — поживём, увидим.

Перескажу без повода великую историю про Вуди Аллена и Романа Поланского, которую некоторые знают, а многие нет.
(Сразу скажу, что она никак не связана с несовершеннолетними, а также повторю, уж к слову, что абсолютная невиновность первого в этом плане для меня так же очевидна, как вина второго. Верю, что однажды многим будет стыдно; на самом деле нет, не верю).
Итак, у Вуди есть приятель, крупный галерист Ларри Гагосян, и вот однажды, когда Аллен на юге Франции снимает Magic in the Moonlight, они встречаются, и тот говорит – а ты знаком с Поланским? Он мой друг, мы только что болтали, вот бы всем вместе провести вечер. Аллен (цитирую это все по его недавним мемуарам, которые всячески рекомендую) отвечает, что знаком, но последний раз виделся с ним и Шерон Тейт в Лондоне на бое Мухаммеда Али 40 лет назад. Но вежливо добавляет, что конечно, почему бы нет – надеясь, что идея, как это обычно бывает, сама рассосется.
Однако спустя пару недель звонит Гагосян: айда на ужин к Роману, на его виллу. Социофоб Аллен вздыхает, но решает, что делать нечего – обсудят кино («понятно, что я ему в подметки не гожусь»), вспомнят 60-е. Сун-и надевает лучшее платье.
И вот они подъезжают к вилле в Антибах. Аллены впечатлены – это величественный особняк на берегу моря. Сколько же собрал «Ребенок Розмари»? – удивляется Сун-и, пока слуги окружают машину. Вуди замечает, что сколько бы ни собрал, Поланский, очевидно, еще и удачно инвестировал.
Выходит очень красивая женщина: «Здравствуйте, я жена Романа». Аллен припоминает, что видел их первый фильм («Неистовый», очевидно) и что она действительно красавица. «Роман сейчас спустится. Шампусика?».
Вуди начинает что-то неловко бормотать в духе «давно знаю вашего мужа». Тем временем подходят еще какие-то люди, Сун-и с кем-то знакомится, идет разговор о яхтах.
Суи-и больно толкает Вуди в бок – поздоровайся с Романом, не будь таким букой. Вуди краем рта: этот мужчина, с которым ты познакомилась – это не Поланский. Я Поланского знаю полвека. Сун-и: это он! Нас его жена представила, а ты, старая кочерыжка, выжил из ума. Аллен: Это не Роман Поланский. Сун-и, свистящим шепотом: ты меня позоришь.
Стоит ли говорить, что Гагосян, как вскоре выясняется, привел их на ужин к Абрамовичу.

Кинотеатры Гонконга отменили запланированные показы фильма "Винни Пух: Кровь и мед"

Сезон открыт.

Роб Хендерсон в последней своей рассылке рассказывает про старую книгу экономиста Томаса Шеллинга - "Стратегия конфликта" (в 2005 году Шеллинг получил Нобелевскую премию как раз за анализ стратегий конфликта при помощи теории игр). Собственно, в этой книге он, в том числе описывал разницу между обещаниями и угрозами. Построить свою репутацию на обещаниях гораздо проще, чем на угрозах. Сделал пять обещаний - выполнил пять обещаний. Вуаля - репутация надежного партнера готова. А вот с угрозами все сложнее. Потому как делая угрозы мы заинтересованы как раз том, чтобы их НЕ выполнять. Хорошая угроза - это именно та, которую выполнять не пришлось, но она заставила кого-либо поступить нужным нам образом. Но при этом для того, чтобы угрозы были убедительными, полезно хотя бы изредка выполнять некоторые из них, чисто в демонстративных целях.

И здесь снова получается дилемма. С одной стороны, чтобы склонять других людей к нужному нам поведению, угрозы должны быть страшными. Но наугрожав с три короба можно столкнуться с проблемой: что если это все придется вдруг выполнять? Если уж выполнять, то лучше как раз использовать угрозы послабее - как минимум не больше того, что ты реально в состоянии выполнить. В реальности эта дилемма разрешается просто - использованием туманных угроз, высказанных эзоповым языком. Мафиози обычно не говорят прямо, что отрежут кому-то голову, а изъясняются намеками - мол, в таком-то случае произойдет нечто плохое, может даже непоправимое. Говорят они так не только в силу наличия Уголовного кодекса, но для разрешения этой дилеммы. С одной стороны перепуганная жертва сама себе навоображает всего самого жуткого, с другой - если угрозу вдруг придется выполнять, то можно будет ограничиться чем-то не слишком затратным, ведь никто в сущности ничего и не обещал.

В этом контексте интересно рассмотреть те угрозы, которые делает российская власть. И, надо сказать, что Путин в основном выражается как настоящий крестный отец - туманно и неточно. Никаких прямых угроз применения ядерного оружия я за ним не припомню - только намеки, которые затем бодро интерпретирует пресса. Пресловутые "красные линии" он рисует тоже очень неопределенно - вроде были они тут, а вроде и не было. А вот на более нижних ступенях иерархии начинается уже полный швах. Там постят какие-то карты штаб квартир НАТО, утверждая, что именно туда прилетят наши гиперзвуковые вунделваффли. Заявляют, что ракета "Оникс" жахнет по зданию Гаагского суда, а страна арестовавшая Путина ровно через 8 минут превратится в радиоактивный пепел. Не через 10, не через 15, именно через 8. "Красные линии" рисуют толстой фосфоресцирующей краской - мол, вот у нас красная линия с поставками оружия, а вот красная линия в Херсоне. В итоге целый год такой трескотни, все красные линии пересечены по три раза, но ничего никуда не летит и не жахает. Ожидаемо нарабатывается репутация пиздаболов. А любящие поговорить граждане сами не понимают, что же они делают не так и почему же их таких вообще никто не боится.

Что тут сказать? Такие консильери любого дона испортят 🤷‍♂️

P.S. Ну вот, грозили "Ониксом", а в ход пошел Бастрыкин.

Гослеваки совсем уже охуели.