Мнения видных экономистов незадолго до начала Великой Депрессии:

«В наше время больше обвалов не будет». Джон Мейнард Кейнс, 1927 год

«Я не могу не возразить тем, кто утверждает, будто мы живем в раю для глупцов и процветание нашей страны неизбежно пойдет на спад в ближайшем будущем». Е.Х.Х. Симменс, президент нью-йоркской биржи, 12 января 1928 года

«Нашему постоянному процветанию не будет конца». Майрон Е. Форбс, президент «Пирс Эрроу Мотор Кар Ко.», 12 января 1928 года

«Никогда еще перед Конгрессом Соединенных Штатов, собравшимся рассмотреть положение дел в стране, не открывалась такая приятная картина, как сегодня. Во внутренних делах мы видим покой и довольство… и самый длинный в истории период процветания. В международных делах – мир и доброжелательность на основе взаимопонимания». Калвин Кулидж, 4 декабря 1928 года

«Возможно, котировки ценных бумаг и снизятся, но не будет никакой катастрофы». Ирвинг Фишер, видный американский экономист, «Нью-Йорк Таймс», 5 сентября 1929 года

«Котировки поднялись, так сказать, на широкое горное плато. Вряд ли в ближайшее время, или даже вообще, возможно их падение на 50 или 60 пунктов, как это предсказывают медведи. Я думаю, что в ближайшие месяцы рынок ценных бумаг значительно поднимется». Ирвинг Фишер, кандидат экономических наук, 17 октября 1929 года

«Это падение не окажет значительного влияния на экономику». Артур Рейнольдс, президент «Континентал Иллинойс Бэнк оф Чикаго», 24 октября 1929 года

«Вчерашнее падение не повторится… Я не боюсь подобного снижения». Артур А. Лосби (президент «Экуитабл Траст Компани»), цитата в «Нью-Йорк Таймс», пятница, 25 октября 1929 года

«Мы считаем, что основы Уолл-стрит не затронуты, и те, кто может позволить себе заплатить сразу, дешево приобретут хорошие акции». Бюллетень «Гудбой энд Компани», цитата в «Нью-Йорк Таймс», пятница, 25 октября 1929 года

Тугая струя ароматной таджикской мочи разбилась весёлыми брызгами о беззубое ебало россиянской дипломатии.

«Божья роса» — благоговейно прошептала Мария Захарова.

Для настоящего повышения рождаемости надо все деньги вваливать в науку. Репликация и государственные образовательные центры для усыновленных государством детей.

Если мы не хотим видеть странные пасторали с воображаемым ростом за счет выплат и убедительных проповедей.
Никто не хочет жить с пятью детьми на съемных хатах и с передвижным иконостасом на покосе.

Извините.

🤱👼🧌Детства чистые глазенки: европейская безопасность как семейная драма

Вышедший отчёт "Global Risks to the EU 2026" должен читаться как стратегический документ. Тридцать угроз, матрица рисков, пятибалльные шкалы. Но под этой упаковкой — совсем другая структура. Не геополитика, а семейная психодрама. Роман про отказ от взросления и детский страх перед огромным непонятным миром.

👩‍🍼Мама и её обязанности
Америка в этой конструкции — мама. Не союзник с собственными интересами, не партнёр для торга, а родитель, который обязан защищать просто потому, что он родитель. Мама кормит, мама решает проблемы, мама прогоняет страшное. Это не обсуждается — это данность, как для ребёнка данность, что еда появляется на столе.

Когда мама говорит "у меня есть другие дела" — это не информация к размышлению. Это предательство. Мама становится плохой. Не "мама устала", не "у мамы свои проблемы" — именно плохая, злая, опасная. Отход США от гарантий безопасности в документе — угроза того же порядка, что применение Россией ядерного оружия. Буквально: мама, которая не хочет защищать, так же страшна, как ядерный взрыв.

🤦‍♂Появление отчима
Трамп - отчим. Он не выбирал этого ребёнка, не считает себя обязанным, не собирается притворяться любящим папой. Он говорит прямо: хочешь жить в моём доме — веди себя прилично, хочешь защиты — вноси свой вклад в жизнь семьи. Это грубо, это ломает привычную картину мира.
Но это позиция взрослого. Пусть неприятного, пусть чужого — но взрослого, который говорит, как есть. А ребёнок требует, чтобы отчим немедленно стал хорошим папой. Чтобы любил, защищал, ничего не требовал взамен. Ну или чтобы мама развелась и "все было как было".  Отчим отказывается — истерика. Плохой! Ты хуже бабайки!

🧌Феномен бабайки
Бабайка живёт под кроватью. Его не нужно видеть, не нужно проверять — достаточно знать, что он там есть. Проверка страшнее бабайки. Вдруг там правда что-то есть? Или, наоборот, нет. И наличие реальной угрозы и ее доказанное отсутствие одинаково разрушительны. Лучше пусть мама прогонит, не заглядывая.

Россия в документе — классический бабайка. Не государство с армией, экономикой, логистикой, ограничениями. Не актор, чьи возможности можно оценить и предсказать, опираясь на оценку ресурсов. Иррациональная сила зла, которая хочет съесть просто потому, что она злая. "Россия после войны немедленно нападёт на страны НАТО" - аксиома документа.

Вопросы не ставятся Бабайку не анализируют — его боятся. Попытка рационального анализа — уже предательство, уже "агент бабайки". Или обслуга сволочи-отчима.

🫣Мир как угроза
В детском сознании мир огромен, непознаваем и очень страшен. За пределами комнаты — неизвестность. Единственная защита — мама, которая знает, как устроен мир, и защитит от всего плохого.

Прекращение войны в документе — угроза. Не потому, что мир плох сам по себе, а потому что мир — это неизвестность. Война понятна: есть враг, есть мама с оружием, есть роли. Мир — это открытое пространство, где нужно действовать самому. Лучше пусть война продолжается — так привычнее.

😭Единственный инструмент
Когда мама не слушается, когда отчим грубит, когда бабайка не исчезает — что делает ребёнок? Падает на пол и рыдает. Громко, демонстративно, на публику. Не аргументы, не торг, не действие — чистая эмоция, призванная вызвать жалость и чувство вины.

Весь публичный дискурс Европы о безопасности описан в документе так. Моральный шантаж вместо стратегии. Демонстрация несуществующего страдания вместо субъектности. Вы что, хотите, чтобы нас съели? Вы что, за бабайку?

Взросление в этой конструкции невозможно. Оно даже не обсуждается. Вопрос не "как нам стать взрослыми", а "как вернуть хорошую маму" с возможностью манипуляции через бабайку, само (не)существование которой становится даже уже не угрозой, а инструментом достижения близости со "старшими".

Реборн, если вы не в курсе — реалистичная кукла-млоденчик.

Представьте: приходите вы к девице домой с целью заняться половым сексом, а у неё в однушке по полочкам 99 таких куколок сидит и смотрит на вас стеклянными глазами.

А всё интернеты ваши проклятущие.

Дробовик.

Булпап.

С изогнутыми стволами.

Моя тоёточка тем временем прошла, наконец, таможню.

Осталось доставить её в Москву из Балдивостока.

Знаете ли вы, что «дубайским шоколадом» изначально называлось экстремальное половое извращение, любимое некоторыми шейхами?

И лишь недавно вышедшие в тираж эскортницы стали продавать под этим названием кондитерскую продукцию.