Есть безумный теократический режим. Им управляет религиозный фанатик, который верит, что его миссия - подготовить приход Мессии. Он подчиняет внешнюю политику священным текстам. Его сторонники считают, что всё происходящее — исполнение древнего пророчества. Критиков он объявляет врагами Бога.
И есть Иран.

1️⃣Операцию по уничтожению "безумной теократии" спланировал министр обороны с татуировкой Deus Vult ("Бог того желает" — боевой клич крестоносцев), который написал книгу "Американский крестовый поход" и открыто выступает за подчинение государства "библейскому закону". В 2018 году он призвал к восстановлению Храма на Храмовой горе, что требует сноса третьей святыни ислама. И тогда же посоветовал израильской аудитории: торопитесь, пока Трамп у власти: в Вашингтоне сейчас "истинно верующие"

2️⃣Дипломатическое прикрытие обеспечил посол, который за 10 дней до удара на камеру одобрил израильские границы "от Нила до Евфрата", как в Книге Бытия. А после удара написал президенту: "Бог спас тебя в Батлере, Пенсильвания, чтобы ты стал самым значимым президентом за столетие. Я верю, что ты слышишь голос с небес".

Откуда эти люди?
1830-е: ирландский проповедник Дарби придумывает "диспенсационализм" - теорию, что история разделена на эпохи и мы живём в последней. Условия финала: евреи возвращаются в Израиль, Храм восстановлен, начинается Великая скорбь, Христос приходит.
1909: Скофилд встраивает эту схему прямо в текст Библии — "Библия Скофилда" сегодня самое распространённое издание в американском протестантизме.
1948: создание Израиля — пророчество сбылось!
1967: захват Иерусалима — второе пророчество!
1980-е: Джерри Фолуэлл формализует альянс евангеликов с Ликудом, Бегин дарит ему личный самолёт.
2006: Джон Хаги основывает Christians United for Israel — сегодня заявляют 10+ миллионов членов.
И да, в крупнейшем произраильском лобби в Америке нет евреев.

Тонкость есть: в диспенсационалистском сценарии после восстановления Храма начинается Великая скорбь, в которой две трети евреев погибнут, а оставшаяся треть примет Христа. Для самого проеврейского политического проекта в Америке евреи не цель, а расходный материал.

70% белых евангеликов верят, что Бог отдал евреям землю Израиля. 80% из них проголосовали за Трампа. Израильский PR-бюджет на 2026 около 750 миллионов долларов, значительная часть на эту аудиторию. Делегация из тысячи евангельских лидеров посетила Израиль в начале года. Это не только вера, это инфраструктура.

Удар пришёлся на Пурим - праздник избавления евреев от древних персов. Под третью "кровавую луну" за два года. СМИ евангеликов в США: "Пророчество разворачивается перед нашими глазами".

Книга Есфири, глава 8, стих 11: "Царь позволил иудеям, находящимся во всяком городе, собраться и стать на защиту жизни своей, истребить, убить и погубить всех сильных в народе и в области, которые во вражде с ними". Глава 9, стих 5: "И избивали иудеи всех врагов своих, побивая мечом, умерщвляя и истребляя, и поступали с неприятелями своими по своей воле".

Древняя Персия. Современный Иран. Пурим. Кровавая луна. Мессианская организация Lion and Lamb Ministries за день до удара: "Параллели поразительны. В истории Пурима Аман замыслил уничтожение еврейского народа. Вместо этого Бог обратил указ. Повторяется ли история?" Пасторы по всему Библейскому поясу ликуют: Персия падет, как в Книге Есфири.

И это "рациональный ответ цивилизованного мира на безумие теократического режима"?Апокалиптический культ бомбит апокалиптический культ и в пресс-релизе пишет, что он-то как раз нормальный.

Причём иранский режим - при всём его людоедстве - 45 лет торговался, заключал сделки, лавировал. Его эсхатология медленная: Махди когда-нибудь придёт, но не завтра. А его уничтожители торопятся, потому что их база сжимается (поддержка Израиля среди молодых евангеликов: 34%, у старших: 70%), доля христиан в населении падает на полтора процента в год. Они торопятся не потому, что конец мира близко, а потому что окно возможностей уходит. Сочетание лоббистского потенциала, общественной поддержки и агрессивных лидеров больше никогда не будет таким.

Комментарий из Франции:

«Парижская неделя моды 2026: Сатанинский ритуал человеческих жертвоприношений в прямом эфире
После того, как дело Эпштейна разоблачило педофильскую элиту, индустрия моды класса люкс продолжает свой культ: показы, которые заставляют вас ненавидеть собственное тело, которые относятся к вам как к «заменимому мусору».»

Теперь вы можете давать звания сами себе.

Налетай.

Старая подруженция торгует дровами.

Попросила нейросетку нарисовать ей картинку для объябления на авито.

Результат превзошёл ожидания.

Оказался весь этот ваш «русский» «рэп» никакое не аутло, а петушиная обойма расписных чмошников на солях и пивасике.

Что, впрочем, было понятно с самого начала.

Вчера в "пятёрочке".

Злонравия достойные плоды.

Всё ещё осуждаете догхантеров?

— А то нам тогда совсем пиздец — добавили эксперты, вставая на колени.

Нобилиат Аджемоглу в подкасте MIT возглавил крестовый поход против ИИ-хайпа. «ИИ не улучшает производительность». Параллельно Anthropic опубликовала данные о том, что ИИ не разрушает рынок труда так как обещают алармисты. Вместе они описывают вещь, которую не хотят формулировать прямо. ИИ работает там, где ему позволяют работать. А позволяют там, где за ошибку никто не отвечает.

1. Аджемоглу: ИИ добавит 1,1–1,6% к американскому ВВП за десять лет. Исторический средний темп роста производительности — 2% в год. То есть эффект статистически трудноотличим от шума. ИИ реально затрагивает около 5% экономики - суммирование данных, распознавание паттернов, визуальная классификация. «Мы всё равно будем иметь журналистов, финансовых аналитиков, HR-специалистов». Данные Anthropic подтверждают это снизу. Языковые модели теоретически способны ускорить 94% задач в категории «компьютеры и математика». Реально покрывают — 33%. Разрыв не сокращается пропорционально росту возможностей моделей.

2. Проблема ответственности. Anthropic приводит пример: задача «авторизовать выпуск рецепта» оценивается как полностью доступная для LLM. В реальном трафике Claude она почти не встречается из-за «юридических ограничений и требований верификации». Корректно, но мягко. Правда: делегировавший авторизацию рецепта языковой модели и получивший иск специалист заканчивает карьеру. ИИ работает там, где ошибка не атрибутируется конкретному субъекту. Не работает там, где за последствие отвечает лицензированный специалист, страховщик или суд.

3. Кризис молодежного найма. С 2024 года молодые работники 22–25 лет статистически реже нанимаются в профессии с высоким проникновением ИИ. ИИ «съедает» именно те позиции, где ответственность минимальна - входные точки в профессию, задачи без подписи и без лицензии.

Так исчезают не рабочие места - исчезает путь. Стартовые позиции - не просто дешёвый труд «подай-принеси», это школа ответственности, где человек учится отвечать за результат до того, как цена его ошибки становится высокой. ИИ этот этап срезает. Общество получает дефицит не рабочих рук, а воспитанной ответственности.

4. Война как идеальная среда В военном применении нет истца. Нет регулятора, который потребует объяснить алгоритм таргетинга. Нет страховщика. Суверенное насилие государства влечет ответственность за его избыток только в идеальном мире. В реальном Хегсет говорит про "неполиткорректную войну". Результат закономерен: именно здесь ИИ внедряется быстрее всего и с наименьшим сопротивлением.

Условное «лекарство от рака» — это 10-15 лет клинических испытаний, каждый шаг — потенциальный судебный прецедент. AlphaFold предсказывает структуры белков с 2020 года. Расстояние от этого знания до препарата на рынке измеряется не вычислительными ресурсами, а институциональным временем. ИИ его не сокращает.

5. Аджемоглу говорит: у технологии нет предопределённой судьбы, мы сами выбираем направление. Верно. Но есть тезис, который он не договаривает: распределение применений ИИ - не рыночная нейтральность, классическая политэкономия.
Инвестиции идут туда, где захват прибыли прост: автоматизация офисного труда экономит на зарплатах немедленно, оборонный госзаказ не требует этики, рекламный таргетинг не имеет регулятора с реальными зубами. «Лекарство от рака» размазывает выигрыш по обществу, растягивает возврат на поколение и немедленно наказывает ответственных за неудачи. Это рынок, работающий именно так, как он устроен.

Итого:

ИИ способен на большее, чем реально делает. Разрыв между "практически и теоретически" не сокращается пропорционально росту возможностей, он определяется структурой ответственности в конкретных профессиях. Там, где ответственности нет - ИИ внедряется быстро. Где она институционализирована - разрыв стабилен.Нарратив про «ИИ решит главные проблемы человечества» предполагает, что технология движется в сторону наибольшей пользы. Данные предполагают другое: она движется в сторону наименьшего институционального сопротивления.

Это не одно и то же.

«Бойтесь, бляди, башню клинит», добавил Президент.

Тащемта большинство её пространных телег про общественные институты имеют аналогичное смысловое наполнение

Рыжий, по ходу, не симулирует. Пизданулся на отличненько.

Говорил мне тот шаман — завязывай ты, кабальеро, с этими психоделическими экспериментами, ты гадёныш восприимчивый, однажды проснёшься не в тот таймлайн, а оно тебе надо.

Так оно, судя по всему, и вышло. И теперь я заперт здесь с вами и оравой вооружённых до зубов безумных дедов.

Закон о защите русского языка инэна́тшэл.

Это как же так вышло.