Путин на Валдае: эндшпиль ядерной эскалации

Юрий Баранчик,специально для Lomovka

Многие ждали сегодняшнего выступления президента России Владимира Путина на Валдае, что будут расставлены многие точки над И в отношении СВО и шире - в отношениях с Западом. И ожидания не подвели. Не будем цитировать уже процитированные где только можно отдельные фразы Владимира Путина на Валдае по текучке. Возьмем главное - ядерный вопрос. И глянем, что там было раньше. А выстраивается очень интересная и логичная картина.

Декабрь 2025-го. Путин говорит о возможной блокаде Калининграда как о событии, которое приведёт к «невиданной» эскалации вплоть до крупномасштабного вооружённого конфликта. Ядерного оружия ещё нет.

26 июля 2026-го. Появляется формула, что безопасность Калининграда при любых угрозах будет обеспечиваться «всеми возможностями Российской Федерации», отдельные задачи ставятся Балтийскому флоту.

12 сентября. Сикорский предлагает НАТО проводить возле Калининграда «настолько агрессивные учения», чтобы Россия не знала, чего ожидать.

16 сентября. Лавров уже формулирует: если Европа нападёт на Россию, это будет «совсем другая война» и она будет «очень короткой».

22 сентября. Литовский сейм делает первый конституционный шаг к снятию запрета на размещение ОМУ и иностранных баз. Это ещё не решение разместить американское ядерное оружие: поправке предстоят ещё два голосования с трёхмесячным интервалом. Но политический сигнал очевиден.

28–30 сентября. Стартует организованная дипломатическая кампания с нашей стороны. Заявления наших посольств в Бельгии, Британии, Ирландии – вот это вот всё (подробней об этом тут). Песков объясняет это как «напоминание горячим головам» о российских доктринальных документах.

1 октября – ещё до выступления Владимира Путина. Николай Патрушев (что почти все пропустили) приезжает именно в Калининград и говорит, что Путин уже дал «все необходимые команды соответствующим структурам» по обеспечению безопасности региона. Одновременно Песков старается удержать рамку от перехода в прямую ядерную угрозу. И вечером появляется Путин, который санкционирует всю предшествующую эскалационную линию политически, но делает это очень аккуратно.

Раньше было как? Существует доктрина, существуют условия применения ЯО, Россия применит все необходимые средства для защиты государства. Знакомо и не ново. Теперь появляется география – Калининград, и уровень принятия решения. Это говорит уже лично президент, причём подтверждая правильность предыдущей серии заявлений МИДа.

Причем намерено оставлена неопределенность в противостоянии, на полшага ниже прямого ультиматума: «какое оно будет, мы уже решим». Что-то подсказывает, что мы имеем нечто вроде Карибского кризиса. Только пока непубличного. Точнее, публичного лишь отчасти.

🟥 Пишут, что Игорь Краснов продолжает перестраивать судебную систему под более жёсткую вертикаль. Федеральные суды предположено лишить статуса юрлица, а их финансовое и материально-техническое обеспечение передать Судебному департаменту. Аппаратный эффект очевиден: председатели региональных судов теряют часть финансовых и хозяйственных рычагов, тогда как центр получает дополнительные возможности контроля.

◼️Но одновременно Краснов работает со средним и нижним звеном. Судьям и сотрудникам аппаратов предлагаются доплаты за сложность и напряжённость, помощникам и секретарям – ещё и за особый процессуальный статус. Получается классическая аппаратная комбинация: ослабить верхушку на местах, забрать её рычаги наверх и одновременно получить дополнительную лояльность «винтиков» в основе судебной машины.

◼️ Причём Краснов концентрирует не только административные и финансовые рычаги. Верховный суд последовательно добивается большего единообразия судебной практики и усиливает значение собственных правовых позиций. В результате вокруг председателя ВС постепенно выстраивается вертикаль, позволяющая влиять на систему сразу через несколько контуров – организационный, финансовый и собственно судебный.

◼️И здесь проявляется более широкая политическая интрига. Краснов – сравнительно молодой для российской высшей номенклатуры руководитель, прошедший Следственный комитет, Генпрокуратуру и теперь получивший одну из ключевых государственных институций. Переход из Генпрокуратуры в Верховный суд не вывел его из большой аппаратной игры, а дал новую площадку для укрепления собственного веса.

◼️ Именно поэтому Краснова нужно рассматривать в числе фигур, за которыми стоит наблюдать в контексте будущего транзита власти. Сейчас он одновременно укрепляет свою вертикаль, получает дополнительные рычаги внутри крупной государственной системы и делает ставку на её среднее и нижнее звено.

🟥 Достаточно ли этого, чтобы говорить о нём как о будущем преемнике Путина – пока неизвестно. Но если Краснов действительно рассматривает дальнейшее политическое продвижение, нынешняя стратегия выглядит логично: сокращать автономию региональных элит, концентрировать управление наверху и расширять собственную опору внутри системы. Так создаётся уже не только аппаратный вес, но и потенциальный политический капитал.

❗️Ламповый Преемник специально для Telegram-канала Московская прачечная

Нарусова остается: что история с её сенаторством говорит о Путине

Ситуация Людмилы Нарусовой очень показательна для понимания психологии Владимира Путина.

Еще летом казалось, что её сенаторская карьера подходит к концу. Обсуждалась замена, затем случился слив якобы переписки Ксении Собчак. Владимир Соловьев публично заговорил о матери и дочери в контексте чуть ли не «заговора» против руководства страны. Казалось, что информационная артподготовка началась и вопрос практически решен.

Но в итоге не произошло ничего. Нарусову назначили сенатором от Тувы еще на пять лет. Ну и Ксении, похоже, ничего не угрожает.

И здесь стоит вспомнить важную деталь. 6 июня Нарусова лично встречалась с Путиным. Формально говорили о подготовке 90-летия Анатолия Собчака и создании оргкомитета. Однако теперь эта встреча выглядит несколько иначе.

Получается, Путин Нарусову и Собчак в обиду всё-таки не дал — что бы они ни говорили и сколько бы раздражения ни вызывали у определённого сегмента окружения президента. И здесь проявляется характерная путинская черта: личные обязательства и связи из прошлого для него порой оказываются устойчивее текущей аппаратной конъюнктуры. Собчак-старший — слишком важная фигура его собственной биографии, чтобы отношение к его семье определял очередной информационный наезд.

Но есть, похоже, и второй слой этой истории. И возникает любопытное совпадение дат: в тот же день, 6 июня, вышло большое интервью Кирилла Дмитриева Ксении Собчак. Причем разговор был далеко не «проходным» — о переговорах с США, Уиткоффе и Кушнере, Украине и отношениях с Западом. То есть, буквально в один день становится известно о встрече матери с Путиным и выходит большое интервью дочери с одним из ключевых участников нынешнего переговорного трека.

Это хорошо укладывается и в более широкую картину. Ксения Собчак всё заметнее пересекается с тем кругом, который мы окрестили «новыми технократами». Она публично и очень тепло отзывается о Собянине и его команде, имеет прямой контакт с Дмитриевым.

Для этого круга Собчак может быть не «своей» в полном смысле, но вполне полезной фигурой: человеком, способным разговаривать и с людьми внутри системы, и с обеспеченной городской аудиторией, и с зарубежными собеседниками. И, по нашей информации, когда вокруг Нарусовой и Собчак начали сгущаться тучи, определенные сигналы в их защиту поступали в том числе из этого круга — круга Катерины Тихоновой.

Таким образом, история играет новыми красками. С одной стороны — старая личная связь Путина с семьей Собчака. С другой — новая группа системных технократов, которая постепенно аккумулирует влияние. А 6 июня эти две линии символически сошлись: Нарусова встретилась с Путиным, а в тот же день вышло интервью Дмитриева у Собчак. Возможно, именно поэтому последовавшая затем публичная атака оказалась такой громкой, но политически — совершенно безрезультатной.

Будни Москвы. Роботы уже во дворах)

В ночь на 30 сентября российские войска нанесли один из самых массированных ударов по энергетической инфраструктуре украинской столицы за последнее время, целями стали ТЭЦ-5, ТЭЦ-6 и Трипольская ТЭС.
 
Удары были нанесены по переходу высоковольтной линии передач 330 кВ «ТЭЦ-5-Бровары» через Днепр, расположенному южнее Киевской ТЭЦ-5. Подобные переходы через Днепр - это вышки высотой порядка 90–100 метров.
 
Вывод из строя перехода ВЛ 330 кВ «ТЭЦ-5 — Бровары» через Днепр оказался не локальным эпизодом, а, возможно, первым шагом системной кампании. Укрэнерго сообщило о существенном осложнении ситуации в энергосистеме и ввело аварийные отключения в Киеве, Киевской, Харьковской, Сумской, Черниговской и Полтавской областях.
 
По оценкам специалистов, схема электросети такова, что последовательное поражение нескольких оставшихся переходов ВЛ 330 кВ способно отрезать Левобережную Украину от общей энергосистемы. Узловой точкой восточного направления называют подстанцию «Лозовая-районная» (Харьковская область), её вывод из строя превращает обслуживаемый район в изолированный «энергоостров» — режим, к которому Украина вынужденно прибегала не раз за годы СВО.
 
Следующей целью могут стать опоры ВЛ 750 кВ., которые являются основным «скелетом» энергосистемы. Таких внутренних магистралей 750 кВ на Украине всего около десятка, и именно они незаменимы, так как дублирующих трас через Днепр у магистралей 750 кВ нет.
 
Пока же можно констатировать, что один днепровский переход 330 кВ выведен из строя, пять областей работают на аварийных отключениях. Энергоизоляции левобережной Украины – это один из возможных сценариев. Однако сама логика кампании ударов очевидна, так как энергопереходы через Днепр — самые плохо защищаемые объекты украинской энергетики, и борьба за них, судя по всему, только началась.

Пассажир сядет в поезд, посмотрит в окно — и увидит дорогу.

Но не увидит главного.

Не увидит, как конструкцию пути позиционировали с точностью до миллиметра.

Не увидит слой самоуплотняющегося бетона, который заполняет пространство между плитой и фундаментом.

Не увидит, как специалисты проверяют соответствие каждой конструкции проекту.

И уж точно не подумает, сколько инженерных решений нужно принять, чтобы поезд мог просто ехать быстро, плавно и безопасно.

ВСМ — тот случай, когда сложнейшие технологии должны работать настолько хорошо, чтобы пассажир их вообще не замечал.

О таких технологиях — в официальном канале проекта ВСМ Москва — Санкт-Петербург.

ЕАЭС продолжает наращивать экономическую связность. Это хорошо видно по выступлению Михаила Мишустина на заседании Евразийского межправсовета в Минске. В центре внимания оказались текущие показатели торговли и конкретная инфраструктура, которая должна её обеспечивать. В частности, за январь-июль взаимная торговля выросла на 10% (+14% между Москвой и Минском), доля нацвалют во взаиморасчётах за товары достигла 95%. ВВП союза в первом полугодии увеличился более чем на 1%. Вывод напрашивается сам собой. ЕАЭС теперь практически не зависит от внешних финансовых и логистических ограничений наших доброжелателей с Запада.

Транспортная составляющая, следует со слов Мишустина, тут далеко не последнем месте. Обращу внимание, страны союза актуализировали перечень приоритетных интеграционных проектов и включили в него развитие ж/д участка от Невеля в Псковской области продлят до Гатчины Ленинградской области с дальнейшим выходом к морским портам Северо-Запада России. Российский премьер, как водится, смотрит ещё дальше, ставя задачу ускорить внедрение электронного документооборота в морских пунктах пропуска. Новые мощности и цифровизация решают наболевшие проблемы. Увеличивают пропускную способность маршрутов и сокращают издержки предпринимателей. Т.е. торговый рост перестаёт быть сухой статистикой: под него последовательно подстраивают транспортную инфраструктуру на десятилетия вперёд.

Ранее среди приоритетов «пятёрки» назывались цифровые сервисы, электронная торговля, устранение административных барьеров и развитие кооперационных производств. Теперь к перечню добавляется дальнейшее расширение транспортных коридоров: ЕАЭС ведёт переговоры о зонах свободной торговли с Индией и Тунисом, развивает взаимодействие со странами ШОС, АСЕАН и Африки. В этом смысле акцент Мишустина на логистике выглядит продолжением общей экономической политики на сотрудничество с государствами Глобального Юга. 

Напоследок отмечу оценку А.Лукашенко российских планов в экономике на ближайшие три года, которые были озвучены Михаилу Владимировичу в личной беседе. Белорусский президент назвал их «потрясающими» и подчеркнул, что их реализация будет иметь значение не только для России, но и для Беларуси и всего постсоветского пространства. Таковы дела: устойчивость самой мощной экономики ЕАЭС создаёт дополнительные возможности и для партнёров по интеграции. Как говорится, собака лает, а караван идёт, причём всё быстрее и быстрее.

Фермер переехал из Канады в Россию с женой и восемью детьми, но уже два года не может получить ВНЖ. По словам Аренда Фейнстра, для получения ВНЖ его просят заключить контракт с Минобороны. «Проблема в том, что нет пути вперёд, и всё больше людей это понимают. Каждый раз, когда вы почти достигаете поставленных целей, правила меняются», — пожаловался фермер. @streetwall

Почитать на выходных✍🏻

АЛЬТЕРНАТИВНАЯ СТРАТЕГИЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Часть 1
 
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Читать целиком

Представленный вариант стратегии выведет информационную и когнитивную безопасность страны на совершенно новый качественный уровень, не требуя при этом тотальных блокировок. Стратегия значительно расширит оборонительные и наступательные возможности России в информационной сфере, снизит общественную напряженность и будет выгодна абсолютно всем: и государству, и рос.бизнесу, и всему российскому обществу, и каждому отдельному пользователю.

ПРОБЛЕМАТИЗАЦИЯ
 
Текущая стратегия цифровой крепости имеет ряд стратегических недостатков, которые ведут к снижению конкурентоспособности России как мировой державы и в конечном итоге ослабляют её национальную безопасность. Перечислим часть проблемных вопросов, вызванных текущей стратегией.
 
1. Снижение навыков информационного противоборства. Оборона за периметр информационного пространства заменяет борьбу в войне смыслов, что ведёт к постоянному снижению конкурентоспособности.

2. Потеря инструментов мягкой силы и возможностей внешнего информационного влияния, в том числе на русскоязычных пользователей.
 
3. Ослабление информационного иммунитета и когнитивной устойчивости населения в условиях роста пользователей прокси и VPN, доступа к антироссийским нарративам без получения контраргументов в той же среде.
 
4. Снижение общественного доверия к государству в связи с непопулярностью принимаемых решений, рост общественной и политической напряженности.

5. Создание долгосрочной уязвимости и слабого места в политической картине мира российских граждан, удобного для постоянного давления нарративов условного противника.

6. Снижение навыков информационной разведки и возможностей раннего предупреждения возникающих угроз в смысловом и нарративном пространстве, своевременного принятия мер информационного упреждения.

7. Замедление технологического развития страны, вызванное снижением доступа к открытым исходным кодам, API, библиотекам и разведывательной коммуникации с мировым профессиональным сообществом разработчиков IT и ИИ.

8. Потери бизнеса и снижение устойчивости цифровой экономики, вызванные побочным ущербом от блокировок и ограничений.

9. Риски разрушения инфраструктуры Рунета, потери доступа к жизненно важным интернет-ресурсам, снижение кибербезопасности и защищённости корпоративных связей, вызванные блокировками VPN, с параллельной стимуляцией разработки и использования всё более опасных средств обхода.

10. Потеря общественного доверия к государственному регулятору и самой процедуре регулированию. Массово невыполняемый запрет, в том числе представителями государства, превращает регулирование в профанацию, подталкивая общество к дальнейшей радикализации информационного поведения.
 
Вместе с тем Российская Федерация за последние годы действительно столкнулась с беспрецедентным в истории по своему объему, накалу и возможностям информационным и другим давлением в рамках гибридной войны, целью которого безусловно является нанесение стратегического поражения России. При этом количество сил и средств, выделяемых западными странами в данной области, несопоставимы с российскими.
 
Единственный путь, который ведет к полноценному обеспечению информационной безопасности государства, когнитивной и ментальной безопасности населения и к победе в информационной войне в сложившихся условиях, это победа качественных характеристик над количественными, что подразумевает переход в интеллектуальную и нравственную надпозицию (манёвром вверх) в самой системе координат и логике информационного противоборства.
 
Такой переход в надпозицию позволит сделать государство и общество способными жить в открытом информационном пространстве, обнаруживать угрозы, локализовывать их и побеждать в конкуренции смыслов при любых погодных медиаусловиях.
 
При этом сама архитектура информационной безопасности будет напоминать не крепостную стену, а иммунную систему живого организма: сможет отличать опасное от безопасного, учиться на новых угрозах, сохранять обмен с внешней средой, вырабатывать иммунный ответ и при этом не разрушать собственный организм ради уничтожения угрозы.

 
МЕТОДОЛОГИЯ
 
Базовой методологической основой новой стратегии являются:
 
1. Переход к обеспечению безопасности самой структуры информационного пространства Российской Федерации, реструктуризация информационных потоков контента, цифровых следов и персональных данных.
 
2. Создание и постоянное развитие человеко-ориентированных и социально-ориентированных технологий в цифровой отрасли, максимально конкурентоспособных и привлекательных как для российского общества, так и для населения других стран.
 
3. Политика, направленная на повышение осознанности, субъектности и цифровой грамотности российских граждан. Активное вовлечение общества в работу по обеспечению информационной и когнитивной безопасности. Выработка иммунитета у населения к деструктивным технологическим ловушкам внимания – формирование «Золотого щита» в сознании российского гражданина.
 
4. Создание принципиально новой концептуальной модели, методологии и технологий ведения информационного противоборства, которые будут интеллектуально и нравственно превосходить систему координат и правила игры текущих аморальных информационных войн.

5. Окончательное цивилизационное и концептуальное самоопределение России. Формирование своего оборонительного и наступательного (в ментальном пространстве) концептуального проекта с долгосрочным стратегическим целеполагание и притягательным для умов и сердец Образом Будущего. Системное планирование и конкретные последовательные шаги для построения этого Будущего.
 

ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ФУНДАМЕНТ
 
Для начала зафиксируем базовые технологии (1 и 2 пункты), которые могут лечь в основу новой стратегии обеспечения информационной безопасности России. Назовём первые семь из них:
 
Первая технология
 
Информационно-технический перехват и сторонняя перенастройка рекомендательных лент зарубежных цифровых платформ

Продолжение

Ещё больше оригинальных идей на канале ЧЕЛОВЕК
@Rise_of_Man