Новая проблема цифровизации России: Китай не готов продавать технологии ИИ

Юрий Баранчик, специально для МЭФ

Минкоммерции и Миннауки КНР предложили пересмотреть перечень запрещённых и ограниченных к экспорту технологий. В него хотят добавить 40 позиций: 23 в искусственном интеллекте, 12 в солнечной энергетике и пять в биомедицине. Из них 14 предполагается запретить к экспорту, ещё 26 — передавать только по разрешению государства.

Особенно показательно, как Пекин предлагает регулировать ИИ. Доступ к модели через API, сайт, приложение или SaaS экспортом технологии считаться не будет. А полноценное локальное развёртывание за рубежом, если оно включает технологии из ограничительного перечня, уже может потребовать специального разрешения. Для зарубежных облаков самих китайских компаний предусмотрен более мягкий режим.

В солнечной энергетике используется тот же подход. Китай не собирается прекращать экспорт панелей, но хочет контролировать передачу технологий производства поликремния, тонких пластин, перовскитных и тандемных элементов, а в отдельных случаях — и ключевого оборудования.

То есть конструкция довольно прозрачная: пользоваться китайским ИИ можно, получить контроль над передовой технологией — уже не обязательно. DeepSeek или Alibaba заинтересованы в международных клиентах, поэтому Китай не закрывает сервисный экспорт. Но если иностранное государство или компания хочет забрать модель, технологии её обучения и развёртывания и построить у себя независимый контур, государство оставляет за собой право решать, кому это позволить.

Для России это интересно с учетом распространенного мнения, что китайский технологический рывок якобы решает проблему западных санкций. На уровне закупок действительно становится проще: Китай может предложить память CXMT, серверы, ускорители Huawei, облачные мощности, модели DeepSeek и промышленное оборудование.

Но локализация таких технологий внутри России уже под вопросом. Теоретически, у нас есть GigaChat и YandexGPT. Даже если считать их полностью отечественными, зависимость от Китая в ускорителях, серверах, микросхемах и части программного стека будет расти быстрее всего.

Китай потратил годы и десятки миллиардов долларов именно на то, чтобы не зависеть от чужого решения о продаже критической технологии. Теперь, добившись успеха в ряде отраслей, он начинает защищать уже собственное технологическое преимущество.

К 2030 году Россия планирует увеличить совокупную производительность ИИ-суперкомпьютеров как минимум до 1 экзафлопса против 0,073 экзафлопса в 2022 году и добиться массового производства российских процессоров, включая тензорные и нейроморфные. Поэтому «суверенный ИИ» для России придется действительно делать суверенным. Минимальная задача — иметь возможность независимо разворачивать и дообучать модели, контролировать данные и вычислительную инфраструктуру и не зависеть от единственного иностранного аппаратного поставщика.

В заботах о перегруженности учителей – им добавили работы

Всё-таки пора одним из квалификационных критериев на работу в Минпросвещения жестко устанавливать хотя бы пару лет практической работы в школе. Многие, может, пропустили, но Минпросвещения утвердило порядок выставления оценок за поведение в школах, которые участвуют в апробации модели в 2026/27 учебном году. Порядок закреплен в методических рекомендациях.

На фоне заботы о том, что учителя надрываются, подобное предложение выглядит как минимум странно. И можно спорить на деньги, что результат будет нулевой. Если делать эту работу содержательно, время придётся отнимать у другой работы. И в самих рекомендациях уже виден источник дополнительной нагрузки: учителю нужно не просто поставить оценку, а собрать и обосновать её.

— Оцениваются десять показателей, объединённых в четыре группы: дисциплина, взаимодействие со сверстниками, со взрослыми и правомерность поведения.
— Оценку выставляет классный руководитель, учитывая комментарии других педагогов и сведения школьных специалистов.
— Итоговое оценивание рекомендуется проводить за четверть, триместр, год. Но фиксировать поведение классному руководителю предлагается не реже раза в неделю.
— При «недопустимом поведении» предусмотрена беседа с родителями в трёхдневный срок; школе рекомендуется организовать психолого-педагогический консилиум.

То есть, педагогу предлагается стать ещё и социальным аналитиком, со склонностью к обобщению и экстраполяции поведенческих данных. Потому что у одного учителя ребёнок работает, у другого срывает урок, на переменах конфликтует, а потом заметно исправляется. Чтобы оценка была справедливой, классному руководителю надо выяснить обстоятельства, сопоставить сообщения и понять динамику. Или же – просто забить, и ставить всем усредненно-нормальную оценку.

Для понимания масштаба. Если в классе 30 детей и еженедельное сведение информации занимает в среднем всего три минуты на ребёнка, получается полтора часа в неделю. За четыре недели — шесть часов. Разговоры с родителями и разбор сложных случаев сюда не входят.

Придется писать гору текста с объяснениями оценок. Фраза «сын сегодня мешал вести урок» относится к конкретному эпизоду. Официальная оценка поведения за четверть воспринимается уже как характеристика ребёнка. Как следствие – неизбежные конфликты с родителями. Возникают вопросы: почему такой балл, какие случаи учтены, почему соседу поставили выше? Чем серьёзнее значение оценки, тем больше времени потребуется на её защиту.

То есть, возникает классическая ситуация в корне неверно выстраиваемой системы. Добросовестный учитель получит больше работы, чем тот, кто выставит всем приемлемые оценки. Если низкая отметка запускает дополнительные встречи и разбирательства, а высокая позволяет закрыть вопрос, появляется стимул избегать низких отметок. Но по отчетам, как всегда, у нас будет всё отлично.

💥Удар по морской логистике: три сухогруза и контейнеровоз в Черном море

ВС России продолжают системную работу по морской логистике противника. По данным Минобороны, беспилотники «Герань» поразили три сухогруза и контейнеровоз в акватории Черного моря.

Удары нанесли специалисты войск беспилотных систем. В ведомстве уточнили, что контейнеровоз перевозил «контейнеры с грузом военного назначения».

По данным The Wall Street Journal, Илон Маск распорядился ограничить скорость подключения украинского оборудования к спутниковой сети Starlink. По утверждению источников издания, это сделало часть украинских ударных и разведывательных беспилотников практически бесполезными, осложнив также работу беспилотников-перехватчиков, используемых для противовоздушной обороны.
 
Решение принято на фоне недовольства Маска и Дональда Трампа украинскими ударами по российским нефтеперерабатывающим заводам, которые, по мнению американского президента, способствовали росту цен на энергоносители. Источники WSJ утверждают, что Маск обсуждал этот вопрос с Трампом и другими высокопоставленными представителями администрации до введения ограничений.
 
Однако официальная позиция Вашингтона заключается в том, что американское правительство не отдавало распоряжений об ограничении доступа Украины к спутниковой связи.
 
Госсекретарь США Марко Рубио заявил, что Starlink — частная коммерческая система, а условия её использования определяются договором с компанией SpaceX.
 
Глава Пентагона Пит Хегсет придерживается той же позиции, а значит это уже общая позиция Белого дома. По его словам, «существуют условия предоставления услуг, которые необходимо соблюдать», а Starlink вправе самостоятельно принимать решения в рамках этих условий.
 
Напомню, что 15 октября Илон Маск написал, что использование Starlink – «ограничено гражданской или оборонной деятельностью и не может быть использовано для наступательных действий, поскольку это было бы нецелесообразно для коммерческой кампании».
 
Очевидно, что ограничение доступа к Starlink непосредственно сказывается на боевых возможностях ВСУ, включая применение ударных беспилотников.
 
При этом Белый дом даже не обещает восстановить прежние условия работы системы и фактически перекладывает ответственность на SpaceX. Получается, что только Илон Маск имеет возможность ограничивать использование принадлежащей его компании инфраструктуры, а американская администрация дистанцируется от последствий этих решений.
 
В результате Киев оказывается перед фактом, что возможности ВСУ могут быть ограничены без публичного политического решения Белого дома и без каких-либо видимых вариантов выхода из ситуации.

Вчера канцлер Германии Фридрих Мерц заявил:

Моя самая большая тревога сейчас - не наша экономика, не Европейский союз, не Америка и не Китай. Больше всего меня беспокоит влияние России на наше общество и то, как ей удается дестабилизировать наши общества. А капитуляция Украины, тем более безоговорочная, не вариант, потому что это была бы капитуляция всех нас. Именно поэтому я так решительно поддерживаю Украину. Это в наших собственных интересах. Это полностью в наших собственных интересах.

  
Это не первое подобное заявление немецкого канцера за последние дни. Позавчера, в интервью Bloomberg его спросили: «Среди ежедневных трудностей и проблем, что вас больше всего беспокоит?»

Меня больше всего беспокоит недооценённое влияние России на наши общества. Россия стремится к дестабилизации всего политического порядка нашего европейского континента. Многие недооценивают это.

 
Очевидно, что такие заявления появляются на фоне происходящих подвижек на дипломатическом фронте по Украине. «Дело идет к завершению войны», как сказал помощник президента РФ Юрий Ушаков.
 
Однако Европа и Германия в частности вложили миллиарды евро в свою милитаризацию, на которую еще понадобятся годы, поэтому скорое завершение конфликта на Украине не в интересах европейских элит. Сейчас им придется демонизировать Россию иным способом, и они это уже делают путем раздувания «гибридной войны». Нам нужно быть готовыми к тому, что чем ближе будет завершение войны на Украине, тем больше будет русофобская истерия в Европе.