Минцифры не отказалось от идеи лимитировать «иностранный трафик»

Как сообщает Forbes, обсуждается механизм, при котором весь трафик с иностранных доменов будет проходить через государственные системы фильтрации, а ведомство получит право устанавливать лимиты на его потребление.

Окончательное решение пока не принято – но направление мысли многообещающее. Потому что выдает то ли полную профнепригодность профильного ведомства, не вполне понимающего, что именно оно предлагает, то ли желание этого ведомства поспособствовать чьему-то заработку. Причем одно не исключает другого.

Напомню, в чем проблема. Современный интернет очень трудно – да что там, практически невозможно – разделить по государственным границам. Российский сайт может работать на зарубежных серверах, а иностранный сервис — использовать серверы в России. Многие привычные программы постоянно обмениваются данными с иностранными компаниями. Это касается обновлений Windows и Android, компьютерных игр, облачных хранилищ, профессионального программного обеспечения и множества других сервисов. Поэтому определить, какой трафик считать зарубежным, не так просто, как кажется.

Для бизнеса это может означать дополнительные расходы и технические проблемы. Например, предприятие использует иностранное программное обеспечение, которое регулярно получает обновления. Или российская компания работает с зарубежными заказчиками и передаёт большие объёмы данных. Даже если такие операции не запретят, ограничения скорости или объёма трафика могут затруднить работу.

Понятно, как размышляют чиновники. Если зарубежный трафик станет дорогим или неудобным, компании получат дополнительный стимул переносить серверы и цифровые сервисы в Россию. Выиграть от этого могут отечественные дата-центры, облачные платформы и крупные российские IT-компании. Правда, сейчас, на фоне ударов по дата-центрам, многие выносят инфраструктуру обратно. Например, в Белоруссию или Казахстан.

Кроме того, перенести сервер в Россию значительно проще, чем заменить иностранные технологии, которые на нём работают. Даже российский дата-центр может зависеть от зарубежных программ, оборудования и обновлений.

Есть и другое последствие, менее очевидное. Новые ограничения потребуют от интернет-провайдеров дополнительного оборудования, настройки систем учёта трафика и взаимодействия с государственной инфраструктурой фильтрации. Для крупных операторов такие расходы сравнительно посильны. Для небольших региональных компаний – нет.

Это особенно важно на фоне других предложений Минцифры по реформированию отрасли связи. Обсуждается ужесточение лицензирования операторов, которое также может осложнить работу небольших провайдеров. В результате две инициативы способны усилить друг друга: расходы на выполнение новых требований растут, небольшие компании постепенно уходят с рынка, а их клиентов получают крупные операторы. Монополизация.

И эту идею явно будут продвигать, потому что бюджеты растут. По опубликованным ранее бюджетным планам, на развитие и работу систем фильтрации в 2027–2029 годах предполагается направить почти 60 млрд рублей. Все, так сказать, в выигрыше. Кроме населения, которому предстоит эти миллиарды заплатить за счет поднятых тарифов.

А тем временем, про технологическое лидерство в IT можно будет забыть. Потому что современная IT-индустрия устроена так, что даже отечественный программный продукт редко создаётся исключительно из отечественных компонентов. Российский разработчик может использовать международные библиотеки, зарубежные инструменты, иностранные облачные сервисы и оборудование. Искусственно усложняя такой обмен, государство увеличивает стоимость разработки собственных технологий.

Самый неприятный сценарий — когда государство начинает измерять технологическую независимость количеством иностранных продуктов, от которых удалось отказаться, а не количеством собственных технологий, которые оказались востребованы за пределами страны.

Обстоятельно поговорили по актуальной внешнеполитической проблематике в 30-минутном эфире на Радио "Комсомольская правда": что стоит за возвращением Европы к диалогу с Россией, какие политические процессы идут в самой Европе, возможны ли договоренности России, Китая и США о новой Ялте и другие интересные темы.

Как заявил анонимный источник Politico, глава Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен так и не дает личных показаний Европейской прокуратуре (EPPO) в рамках расследования закупок вакцин против COVID-19.
 
В 2024 году EPPO взяла себе дело возбужденное в Бельгии, где фон дер Ляйен вменяют вмешательство в исполнение публичных функций, уничтожение SMS-сообщений, коррупцию и конфликт интересов. Однако никаких обвинений пока не предъявлено.
 
Речь идет о переговорах 2021 года между президентом Еврокомиссии и гендиректором Pfizer Альбертом Бурлой. Тогда ЕС заключил крупнейший контракт — до 1,8 млрд доз вакцины BioNTech/Pfizer. Фон дер
Ляйен лично вела предварительные переговоры путем SMS и личных звонков, что не соответствует обычной практике переговорных команд. Позже выяснилось, что цена вакцины выросла до 19,50 евро за дозу (с 15,50).

Европейская счетная палата отметила отсутствие бумажного следа предварительных переговоров именно по этому контракту.
 
Еврокомиссия долго отказывалась предоставлять переписку по запросам журналистов, ссылаясь на то, что «эфемерные» документы не сохраняются. В мае 2025 года Суд ЕС установил, что Комиссия «не дала правдоподобного объяснения», почему не сохранились сообщения не содержащие важную информацию. В августе 2025 года Еврокомиссия подтвердила, что сообщения существовали, их видел глава кабинета Бьёрн Зайберт летом 2021 года. Однако после смены телефонов фон дер Ляйен данные не переносились полностью, и сейчас сообщений нет.
 
Уходящий главный прокурор EPPO Лаура Кодруца Кёвеши (срок истекает 30 октября 2026 года) в интервью отметила, что неоднократно сталкивалась с чиновниками ЕС, отказывающимися являться по повестке: «Некоторые политики считают себя выше закона. Если вас вызывают для дачи показаний, вы обязаны явиться».
 
По ее словам, особенно сложно, когда в дело вовлечены высокопоставленные политики или связанные с ними влиятельные лица. На прямой вопрос по фон дер Ляйен Кевеши отказалась комментировать конкретные расследования.
 
В октябре 2025 года бельгийский Верховный суд окончательно отклонил жалобу против фон дер Ляйен по одному из национальных дел. Однако расследование EPPO продолжается. Дело «Пфайзергейт» остается одним из самых чувствительных для прозрачности и подотчётности высших институтов ЕС.
 
Знаковый момент здесь даже не в том, будет ли доказана личная вина фон дер Ляйен, а в том, что европейское правосудие работает не для всех. Если рядовой чиновник обязан являться по повестке, сохранять документы и отвечать за свои действия, то глава Еврокомиссии может годами оставаться в центре расследования, а следствие при этом не получает её личных показаний. Отсутствие предъявленных обвинений само по себе не доказывает вину, но и отсутствие обвинительного заключения не означает, что вопросы к действиям руководства ЕС сняты.
 
Ситуация выглядит особенно гротескно на фоне того, что ЕС публично требует от других государств борьбы с коррупцией.

Телеграм канал Мадам Секретарь (@madam_secretar) специально для канала Большой Трансфер (@bigtransfer2024)

В Огайо сейчас идёт одна из самых жёстких губернаторских кампаний в США. Под ударом оказался вице-президент Джей Ди Вэнс.

От республиканцев тут баллотируется Вивек Рамасвами — миллиардер индийского происхождения, бывший участник президентских праймериз и одна из заметных фигур трампистского лагеря. Его соперница — демократ Эми Актон, врач и бывшая глава департамента здравоохранения штата.

Поначалу Рамасвами выглядел сильнее. У него была национальная известность, большие деньги и поддержка руководства Республиканской партии. Сам Огайо последние годы стабильно голосует за республиканцев. Однако Актон начала подтягиваться в опросах, а в последних замерах местами вышла вперёд. На этом фоне штаб Рамасвами решил перейти к максимально личной атаке.

Главной мишенью стала биография Актон. Она давно рассказывала о тяжёлом детстве, бездомности и насилии в семье. Штаб Рамасвами решил доказать, что часть этой истории выдумана. Для этого они нашли её родную мать Донну Артур, с которой Актон не общается почти полвека. В рекламном ролике мать назвала собственную дочь лгуньей и заявила, что та годами врёт о своём прошлом. Сначала происхождение видео было неясным. Затем штаб Рамасвами признал, что именно он его подготовил, и объявил о намерении потратить на продвижение ролика около 4 млн долларов.

И вот здесь вся атака начала разваливаться. Практически сразу всплыла причина разрыва между матерью и дочерью. Судебные документы 1978 года подтверждают, что отчим Актон был обвинён в изнасиловании двенадцатилетней Эми. После этого её и младшего брата забрали из семьи. Мать лишилась опеки и осталась со своим мужем. Сам отчим исчез после предъявления обвинений и избежал суда.

Получалось, что штаб Рамасвами взял женщину, которая потеряла опеку над детьми после обвинений её мужа в сексуальном насилии над дочерью, и спустя почти пятьдесят лет использовал её в рекламе против этой самой дочери.

Именно после этого внутри Республиканской партии начался настоящий скандал. Действующий губернатор Огайо Майк Деуайн назвал рекламу глубоко тревожной и потребовал её снять. Другие республиканцы тоже начали дистанцироваться от ролика. Даже в собственной партии Рамасвами всё чаще задают вопрос, зачем вообще понадобилось заходить настолько далеко.

Однако политически ещё опаснее эта история может оказаться для Джей Ди Вэнса.

Рамасвами и Вэнс давно близки. Вице-президент активно поддерживает его кампанию. Когда даже республиканцы начали требовать снять ролик, Вэнс неожиданно пошёл в противоположную сторону. Он заявил, что его «тошнит» от однопартийцев, которые возмущаются рекламой, и призвал их перестать жаловаться.

Отсюда уже очень легко собрать максимально токсичную формулу: «Вэнс встал на сторону педофилов против жертвы». Это не точное описание его слов. Это потенциальная риторика его противников. Проблема в том, что для такой атаки почти ничего не нужно придумывать. Есть ролик, судебные документы. Есть реакция республиканцев и публичная защита кампании со стороны самого Вэнса.

Для политика с возможными президентскими амбициями в 2028 году это крайне неприятный материал. Истории, связанные с сексуальным насилием над детьми, обладают совершенно другой политической токсичностью. Будущему сопернику Вэнса достаточно будет соединить уже существующие кадры и цитаты.

У самого Рамасвами репутация тоже давно даёт материал для подобных атак. До политики он сделал состояние в биотехнологиях. Самая известная история связана с препаратом от болезни Альцгеймера интепирдином. Права на препарат были куплены после того, как предыдущий владелец не стал продолжать его разработку. Затем вокруг него создали компанию Axovant, привлекли сотни миллионов долларов и получили многомиллиардную оценку. Позже ключевые испытания провалились, а акции компании рухнули.

Прямых оснований утверждать, что Рамасвами заработал деньги преступным путём, нет. Но его противники используют эту историю иначе. Они представляют его бизнес-модель как умение дорого продавать инвесторам крайне рискованные проекты и выходить из них до того, как становится понятен конечный результат.

Теперь похожий стиль проявился уже в политике. Когда обычная кампания стала складываться хуже ожидаемого, Рамасвами пошёл в максимально личную атаку и вытащил на экран мать своей соперницы. Вместо уничтожения Актон он получил скандал внутри собственной партии.

Вэнс при этом мог просто дистанцироваться. Но он решил войти в конфликт лично и защищать своего друга. Поэтому история губернаторских выборов в Огайо уже постепенно превращается в историю о политическом будущем самого вице-президента.

БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР | Подписаться

ЦБ продолжает борьбу с оборотом наличных

Банк России рекомендовал банкам проверять происхождение крупных наличных. Регулятор опасается, что через них отмывают преступные доходы и выводят тень в легальный оборот.

Для граждан порог — 5 млн рублей разово или за месяц, для компаний и ИП — любая сумма. Проверять будут внесение наличных на счёт, переводы без открытия счёта, покупку золота и бриллиантов, обмен валюты за наличные. Банк вправе запросить документы о происхождении денег. Нет бумаг или есть сомнения — операцию признают подозрительной и могут отказать.

ЦБ уверяет, что честных людей это не коснется. Но мы прекрасно помним, как совершенно законопослушные граждане массово страдали от блокировок "подозрительных операций", когда пытались переводить небольшие суммы родственникам, но их блокировали.

Фактически оплату и прием наличных пытаются приравнять к преступной форме финансовой деятельности. Просто за факт пользования наличкой. Снимаешь или вносишь на счет наличку? Доказывай, что не верблюд. И все это на фоне расширения внедрения проекта глобалистов "цифровой рубль".

Мы все это прогнозировали и советовали гражданам хранить сбережения, производить расчеты в наличных, предупреждали, что придут времена, когда наличку будут жестко давить. И вот эти времена пришли.

Хороший текст написали коллеги из "Экстракта" - более-менее освоили ИИ) Но мой текст (вышел на 48 мин раньше), конечно, лучше)) Что и не удивительно - оригинал всегда лучше копии))

Тарковского с помощью ИИ не подредачишь и не отрерайтишь, а другую глубинную метафору такого уровня можно, конечно, придумать (они, конечно, есть), но тут образование надо иметь.

Так сказать, разбираться, чем Гадамер отличается от Хайдеггера, и у кого автор мертв, а у кого Dasein убивает (радикализирукт) феноменологическую редукцию в процессе деконструкции текста, и что такое незаконченная пропозициональная функция и какое определяющее значение имело ее открытие еще в 30-е годы ХХ столетия через нео- и постпозитивизм, НЛП и т.д., для создания современных моделей ИИ, а оба они вместе взятые от Гуссерля, не говоря о Витгенштейне.

А так - хороший текст написали коллеги)

Мониторь, не мониторь, все равно получишь ... мем. Не в рифму, зато по существу про монитор. Как в анекдоте про Василия Ивановича и Петьку:
- Понастроим, Петька, после войны консерваториев, заживем!
И Петька мечтательно- задумчиво в ответ:
- И больниц рядом...
- А больниц-то, Петька, зачем?
- От консервов чтобы лечить.