США начали плавный захват Siemens: Германия теряет ключевую технологическую компанию.

Американцы реализуют тщательно спланированную операцию по выводу Siemens из Германии — крупнейшего промышленного и технологического актива страны. Всё происходит под видом «расширения бизнеса» и «стратегического партнёрства», чтобы Берлин не успел отреагировать. Первый шаг уже сделан: Siemens подписала меморандум о взаимопонимании с Министерством энергетики США для участия в программе Genesis Mission.

Genesis Mission — это федеральный проект по созданию единой национальной научно-технологической платформы, которая объединит суперкомпьютеры, экспериментальные установки, ИИ-системы и массивы научных данных. Цель предельно прагматична: удвоить продуктивность и практический эффект американских исследований за 10 лет. Siemens вносит в эту систему именно то, чего не хватает США: промышленный ИИ, цифровые двойники, инженерные системы управления, инструменты моделирования и интеграции данных в реальное производство. Это не просто сотрудничество — это передача критически важных технологий, которые связывают фундаментальную науку с промышленностью и критической инфраструктурой.

В официальных материалах Минэнерго США уже перечислены партнёры: NVIDIA, IBM, Microsoft, AMD, AWS, Google, Oracle, OpenAI for Government. Подключение Siemens усиливает именно промышленный и инженерный контур платформы. Это означает, что США переводят ИИ из режима отдельных исследований в режим государственной научной машины: ускорение симуляций, автоматизация экспериментов, мгновенный перенос результатов в производство, усиление лидерства в энергетике, материаловедении и оборонных технологиях.

После такого «якоря» Siemens сможет начать реальный переезд: открывать новые центры разработок, переводить ключевых специалистов, переносить производство и патенты. Всё будет оформлено как «расширение присутствия на рынке США», а не как уход из Германии. Когда процесс зайдёт достаточно далеко, Берлин окажется перед фактом: компания уже не немецкая по сути, а американская по контролю, технологиям и ключевым активам.

Для Германии это катастрофа. Siemens — это не просто корпорация. Это системообразующий элемент экономики: 385 тысяч сотрудников по всему миру, 78 млрд евро выручки, уникальные разработки в энергетике, автоматизации, транспорте, здравоохранении и оборонке. Потеря Siemens — это утрата технологического суверенитета, сотен тысяч рабочих мест, налоговых поступлений и влияния в глобальных цепочках. Это удар по всей немецкой модели экономики, которая и без того страдает от энергокризиса, деиндустриализации и оттока капитала.

США действуют плавно и умно: сначала «партнёрство», потом «совместные проекты», потом «расширение», а в итоге — полный контроль. Германия, поглощённая внутренними проблемами и идеологической повесткой, не успевает отреагировать. Когда процесс завершится, Siemens станет американской компанией, а Германия потеряет один из последних символов своего технологического величия.

США забирают у Европы самый крупный технологический актив, пока Европа занята внутренними противоречиями и «зелёной» повесткой. Германия теряет Siemens — и с ней теряет будущее.
𝐄𝐊𝐎𝐍𝐎𝐌𝐈𝐒𝐓𝐈𝐊𝐀

Что ж ты, Дональд, сдал назад: США «не готовы» конвоировать танкеры через Ормуз

Министр финансов США Бессент заявил, что флот США будет сопровождать суда через Ормузский пролив, «когда это станет возможным».
«Я считаю, что как только это станет возможным с военной точки зрения, ВМС США, возможно вместе с международной коалицией, будут сопровождать суда через пролив», - сказал министр в интервью Sky News. И добавил, что через пролив сейчас проходят иранские и китайские танкеры – так что, в принципе, всё в порядке. Ранее министр энергетики США Крис Райт в интервью CNBC исключил возможность того, что США немедленно начнут сопровождать нефтяные суда через пролив.

Если через Ормуз проходят иранские и китайские танкеры, а всем остальным, пусть даже при грозных словах Трампа и всемогуществе US NAVY нельзя, то это не значит, что пролив открыт. Это значит, что есть обозначенный предел американских возможностей. Ормузский пролив узкий, простреливается очень много чем, и даже полный коллапс армии Ирана как организованной силы не означает безопасности прохода. Достаточно пары партизан с дроном и умелыми руками, чтобы поразить поверивший Вашингтону танкер. А сопровождать каждый танкер как авианосец, прикрыв собой со всех сторон – американский флот быстро кончится по причине материально-технического износа.

Что, видимо, военные таки растолковали Белому дому. Но чтобы не позорить Трампа, выпустили оправдываться Бессента (всё равно осуждаемый гей и друг Карла III).

Трамп сделал предельно жесткое заявление — объявил, что США обеспечат проход судов и фактически возьмут Ормуз под контроль, ещё и с намёком на страховые сборы, то есть на создание режима, где безопасность торговли обеспечивается американцами за деньги. Это очень жёсткая заявка, потому что она означает не просто сопровождение, а установление фактического контроля над ключевой артерией мировой нефти. Но Иран оказался крепче.

Бессент мог бы сослаться на то, что для схемы нужно согласие союзников, страховщиков, судоходных компаний. Но проблема как раз в военной плоскости, что неприятный для Вашингтона сигнал.

Полиция и неизвестные лица готовятся уничтожать скот в Новосибирской области, Карасукском районе, деревне Чернокурья:

Где бл*дь разъяснения людям! Где министр сельского хозяйства, как ее там, Оксана Лут!

На основании чего уничтожается скот?! И не надо сказок Венского леса про пастереллез. При нем скот лечат!

Фермер на видео рассказывает, как сейчас уничтожат дело всей его жизни, обязательно смотрите, если в ТГ не грузится, здесь https://max.ru/SergeyKolyasnikov/AZzmc4-KbIA

Что за беспредел происходит! Вы ждете, что люди отстреливаться начнут?

Не понимаю - чего все переживают из-за Телеги, лидер же давно все сказал - интернет не запрещать, площадки - не запрещать, конкурировать с врагами и прочими креативом и содержанием. Посему и быть. Расходимся, товарищи)

С мест подтверждают что уже по Днепру ходят ВСУшные БЭКи в роли ФПВ носителей (в кофрах). Хорошая новость - все вчерашние бэки уничтожили.

Вообще, херсонское направление и голая пристань в частности - назаслужено позабыты. Дескать, там не происходит продвижений и закраса карт, и всё тихо.
На самом деле, там на передке у воды и на островах сидят наши бойцы, регулярно отражающие дрг противника с переменным успехом.
Острова снабжаются плохо, ибо Яг у нас нет, а по речным бэкам в районе работает полторы частных организации на своих же частных речных бэках. Одна организация работает плотно, вторую видели пару раз.
Оба работающих с июля на реке бэка не проходят под требования МО для бэков, если что. Поэтому их не закупают.

Что же у хохлов?
За прошедшее время хохлы зарэбили район так, что стоковые ФПВ не летают вообще, одновременно раскидали по району маяки и имеют собственную локальную навигацию. Имеют старлинк. Имеют сильвиус и харрисы.
Вкупе со слаженной работой фпв расчётов и рэба это позволяет им закидывать радио-ждунов к нам в тыл и эффективно ими работать. Мы же до Херсона долететь, как правило, не можем.

Проблема волоконных дронов на реке - течение рвёт волокно. Поэтому, работать волокном через реку сложно обеим сторонам. Вот поросяне и придумали использовать бэки как матки, закидывая точку пуска волоконных фпв на наш берег. Вкупе со старлинком получаются опасные ждуны: волоконники могут сидеть сутками, в отличие от радио, где батка выжирается на видеопередатчик за часы.
Для снятия сих ждунов мы и собирали на колокольчики, собрали 13 тыр, докинули столько же и купили 25 колоколов.

Какие выводы можно сделать?
Первое - худсоветы в фуражках по-прежнему являются основным тормозом развития отечественного беспилотья. Попытка исключить принципы свободного рынка и всё зарегулировать под один стандарт даёт нам ВТ-40 всея Руси и "ещё один дрон армии не нужен".
Второе - ни о каком наступлении на данном направлении речи быть не может. Разница в подготовке местности колоссальная и нас выручает только преграда в виде реки, работающая в нашу пользу. И то, дрг умудряются гадить.
Третье - речные малые бэки нужны вчера. Иначе реку мы потеряем.

.

Вчера приводил мнение эволюционного антрополога Ичимоку Санджина о механизме одомашнивания животных, а также мужчин – изменить им гормональный фон, который сбивает агрессию. И там он упоминал про последнее в истории одомашнивание – лис, в наше время российскими учёными из Новосибирска.

И вот читаю книгу социального антрополога Джеймса Скотта «Против зерна», и он тоже приводит пример одомашнивания лис (из него можно понять, как человек похожим образом одомашнивал собак). Главный метод одомашнивания – не давать размножаться агрессивным самцам (поэтому вышеупомянутый Ичимоку Санджин и сравнивает выкидывание агрессивных мужчин из популяции с «одомашниванием»):


«Известный российский эксперимент по приручению чернобурых лис - поразительный тому пример. Посредством отбора наименее агрессивных (наиболее спокойных) из чернобурых лис и неоднократного их скрещивания всего за десять поколений было получено 18% потомства, которые демонстрировали удивительно прирученное поведение - скулили, виляли хвостами, положительно реагировали на ласку и вели себя как домашние собаки. После двадцати поколений такого потомства доля ручных лис удвоилась и составила 35%. Поведенческие трансформации сопровождались и физическими изменениями, такими как вислоухость, разношерстность и поднятый хвост, который некоторые считают генетическим следствием снижения уровня адреналина.

Ключевое поведенческое отличие домашних животных от их диких современников - более низкий порог чувствительности к внешним стимулам и более низкая настороженность по отношению к другим видам, включая Homo sapiens.
Как разводчика овец вот уже более двадцати лет меня обижает использование слова «овца» как синонима трусливого стадного поведения и отсутствия индивидуальности. На протяжении последних восьми тысячелетий мы сами отбирали самых послушных овец и пускали под нож самых агрессивных - тех, что вырывались из загона».

А ещё раньше российские помещики селекционировали покорных крестьян. Агрессоров, смутьянов они отдавали в рекруты-солдатчину, какую-то часть, когда была возможность, продавали на крепостные фабрики, например, на Урал (отсюда локальный феномен «уральских крепких мужиков»). Кто-то из мужчин такого типа сам сбегал от помещика на Дон в казачество или на Север и в Сибирь.
В итоге за 300-350 лет такой селекции в деревне великорусского ядра остались более или менее смирные крестьяне, и потому самая распространённая русская фамилия – Смирнов.

Президент Польши Кароль Навроцкий наложил вето на закон, принятый сеймом в конце февраля и открывающий доступ к почти 44 млрд евро льготных кредитов ЕС в рамках оборонной программы ЕС «SAFE» (Security Action for Europe). Это решение мгновенно превратилось в острейший политический кризис.

Основное противоречие в диаметрально противоположной оценке программы. Навроцкий, избранный от националистического лагеря и находящийся в жесткой оппозиции к правительству Дональда Туска, видит в SAFE угрозу суверенитету. В телеобращении он заявил дословно: «Я никогда не подпишу закон, который подрывает наш суверенитет, нашу независимость, а также нашу экономическую и военную безопасность». По его мнению, Брюссель получит чрезмерный контроль над расходованием средств, а Польша — огромный долг (до 180 млрд злотых процентов) «на протяжении поколений».

Туск, напротив, считает SAFE уникальным шансом быстро и дешево перевооружить армию на 150 млрд евро. Премьер резко осудил вето, пресс-секретарь правительства назвал действия президента «актом государственной измены». Кабмин уже созвал внеочередное заседание и запустил «план Б» — использование фондов в обход вето через другие механизмы.

Скандал беспрецедентен, так как в Польше вопросы обороны десятилетиями были зоной полного межпартийного консенсуса — даже при правлении PiS военные расходы превышали 4 % ВВП и поддерживались всеми силами. Впервые европейский оборонный проект стал предметом острой внутренней борьбы, а Польша — единственной страной ЕС, где SAFE вызвал такой раскол. Еврокомиссия подтвердила готовность выделить деньги, но реализация теперь под угрозой задержек.

Правительство Туска обещает не допустить срыва перевооружения. Данный конфликт обнажил глубину разлома между проевропейским кабинетом и президентом-националистом.

Похоже, мы теряем еще одного союзника. На этот раз Кубу

Куба начала переговоры с США на фоне самого большого энергетического кризиса в истории острова. Президент Кубы Мигель Диас-Канель выступил в обращении к гражданам и заявил, что уже три месяца в страну не поступало никакого топлива, и энергетическая ситуация становится все более «нестабильной».

Диас-Канель также заявил, что возглавляет переговорную команду с США со стороны Кубы вместе с бывшим президентом страны Раулем Кастро – братом кубинского революционера Фиделя Кастро.

«В ходе наших дискуссий кубинская сторона выразила готовность работать на основе равенства и уважения к политическим системам обоих государств, суверенитету и нашим правительствам», – сказал президент Кубы. В Гаване, столице Кубы, электричества нет более 12 часов в сутки, а энергосистема находится в состоянии «чрезвычайной нестабильности» после того, как нефть из Венесуэлы перестала поступать на остров в январе.

В феврале испытывал большой оптимизм от того, что по дипломатическим каналам заявили: «В ближайшее время предполагается поставка из России на Кубу нефти и нефтепродуктов в качестве гуманитарной помощи». Видимо, поставка предполагалась-предполагалась, да так и не сложилось. Во всяком случае, судя по информации Диаса-Канеля, ничего такого в страну не заплывало и не прилетало.

Что дальше? По всем признакам, Кубу мы теряем, как и Венесуэлу. Почему? Потому что не делаем ничего, чтобы её удержать. У СССР находились возможности поддержать Кубу так, что этого заряда хватило ещё на 40 лет после развала Советского Союза. И понимания, зачем это надо. Сегодня, по всей видимости, такого понимания нет. Результаты мы скоро увидим.

Почему речь о понимании, а не о возможностях? Потому что денег из кошельков одного вывернутого наизнанку коррупционного генерала хватило бы, чтобы наладить Кубе стабильные поставки не только нефти.

И ведь найдутся у нас те, кто будет Кубу обвинять в малодушии и предательстве и утверждать, что никакой она нам не союзник, а чисто нахлебник. А США она тогда зачем? Как и Венесуэла, как и Сирия, как и Иран? - позвольте тогда спросить. Понимаю, скажут - США - это империя. А мы тогда кто?

Всегда поражает, с какой уверенностью обыватель, вооруженный телевизором или лентой новостей в телеграме, готов выносить суждения о том, чего не понимает. Умение анализировать напрочь отсутствует, уступая место либо тупому повторению пропагандистских штампов, либо противоположной крайности – бесконечному «умничанью», графомании и поиску скрытых смыслов там, где их нет. Но если обратиться к фактам, картина складывается гораздо более объемная и пугающая, чем любая из этих крайностей.

Начнем с Ирана. Только человек, совершенно не понимающий природу персидского общества, мог предположить, что внешняя военная агрессия приведет к свержению режима. Персы – природные националисты, и любой удар извне работает не на оппозицию, а на сплочение вокруг власти. Это базовая вещь, которую, впрочем, до сих пор отказываются усваивать те, кто привык мыслить картинками с экрана.

Далее – ресурсы. Любое выпадение иранского нефтяного сектора из мировой экономики, любое снижение добычи или блокировка экспорта бьет отнюдь не по Китаю, как может показаться неискушенному взгляду.

КНР давно диверсифицировал поставки и, более того, создал стратегические запасы нефти, газа, золота и прочих критических ресурсов, которых хватит на год полномасштабной войны. А вот хранилища США и Европы, если присмотреться, пусты. Отсюда и начавшийся забор нефти из стратегических хранилищ.

Но главное мотивы. Нет никакой объективной, внешней причины для нападения США на Иран. Есть причина сугубо внутренняя, политическая. Трампу, как и любому действующему президенту, нужна «легкая победоносная война» к выборам ноября 2026 года.

Красивая картинка, фанфары, рейтинг, ура-патриотизм. Но здесь кроется ловушка. Любое, даже самое незначительное затягивание конфликта, любой переход из фазы «блицкрига» в фазу «позиционной резни» мгновенно бьет по рейтингу. Война перестает быть победоносной, становясь обузой.

И тут самое время вспомнить историю. Американцы любят полагаться на подавляющую огневую мощь, и в операции против Ирана они, без сомнения, сделают ставку именно на нее. Но это классическая военная ловушка, которую уже окрестили «очередным Вьетнамом». Корея, Вьетнам, Афганистан – во всех этих войнах США выиграли все сколько-нибудь значимые сражения.

Они не проиграли ни одной битвы в чистом поле. Но они проиграли все войны. Проиграли с колоссальными потерями, с чудовищными внутриполитическими последствиями, с позорным бегством из посольств и с вертолетов на крышах. Потому что их противникам не нужно было побеждать Америку. Им нужно было просто выстоять, сносить удары, истощать.

Ирану не нужно бомбить Нью-Йорк или Вашингтон. Ему достаточно выдержать первый удар, нанести болезненные ответные по инфраструктуре соседей, перекрыть танкерные маршруты, взвинтить цены на нефть до небес. А дальше в дело вступит экономика. Пустые европейские хранилища, зависимость от поставок, паника на биржах, недовольство избирателей – все это начнет работать против Трампа быстрее, чем любое оружие.

Итог же этой войны, если она начнется, будет лежать далеко за пределами военной плоскости. На Ближнем Востоке запустится необратимый процесс: ядерная бомба появится у всех, у кого ее пока нет. От Саудовской Аравии до Турции. Саудовские принцы, увидев, что Иран не сломлен, тут же потребуют от США либо «ядерного зонтика» такого уровня, который Америка не сможет им дать, либо начнут свою программу. Турция окончательно пересмотрит свои обязательства по НАТО. Эрдоган не упустит шанса войти в ядерный клуб.

А сами США столкнутся с таким кризисом, какого не видели со времен Гражданской войны. Проигранная война, подорванная экономика, расползание ядерного оружия по планете, девальвация всех гарантий безопасности, которые Америка давала союзникам десятилетиями, – вот истинная цена «маленькой победоносной войны».

Иран не победит Америку в том смысле, в каком победитель водружает флаг над поверженной столицей. Но Иран сделает нечто большее: он сломает хребет системе, на которой держался послевоенный мир. И для этого ему всего лишь нужно стоять и сносить удары.