Еще одна истина, о которой начали говорить в верхах: пора создать аналог КСИР. Часть первая

У М.Жванецкого, еще во времена Союза, когда он еще не был таким ярым русофобом, была такая шутка: «Либо наша жизнь станет лучше, либо мои произведения будут бессмертными». Так и здесь - кто бы мог подумать – и четырех лет не прошло. На днях уже писал о том, как на недавнем Совете культуры с участием президента были поддержаны идеи, о которых я достаточно давно писал как о необходимых для развития нашего автономного культурно-информационного и гуманитарного пространства. Речь идет о квотировании иностранных фильмов и создания в России аналога Нобелевской премии.

И вот на высоком уровне очередь дошла до размышлений на тему, а не пора ли «друзья мои, нам замахнуться на Вильяма, понимаете ли, нашего Шекспира?» создать у нас в стране аналог КСИР? Камрад Алексей Чадаев пишет (длинный пост, поэтому дам самую суть):

«Сегодня имел беседу с одним генерал-лейтенантом, моим давним знакомым и, без преувеличения, старшим товарищем и наставником. Он натолкнул меня на мысль, которой я хотел бы поделиться с каналом.

… Так вот. Идея, которую я менее всего ожидал услышать от человека, отдавшего всю жизнь службе в Вооружённых Силах.

… И добил он меня фразой – посмотри на КСИР, как они воюют. А ведь у Ирана и армия есть, никуда не делась.

Я глубоко задумался, и вот теперь предлагаю подумать эту мысль вместе со мной. Тут, понятно, много «но», однако и много такого, что делает невозможное для нашей системы ранее – возможным».

На пятый год войны «верхи» начала посещать мысль о возможности создании КСИР. Это очень хорошо. Напомню только, что о необходимости создания в нашей стране аналога КСИР я писал еще три года назад, в январе 2023 года, серия постов называлась «О некоторых не проговариваемых в обществе аспектах СВО». Приведу фрагмент:

«Поэтому вопрос, как использовать возрожденную в ходе СВО пассионарность на благо общества и страны, стоит очень остро. И если говорить по сути данного вопроса, то мы имеем следующие варианты.

… Второй. Создать отдельную патриотическую партию. Не влить все в ЛДПР, Родину, ЕР или СРЗП, а именно создать отдельную партию, возможно, на базе ЧВК «Вагнер» (написано было еще до «мятежа» – прим. Ю.Б., когда Вагнера были овеяны славой, почетом и уважением), в которой будет легализована идея опричнины, то есть государева ока за проворовавшейся бюрократией, чиновничеством, теми же депутатами всех уровней, олигархами, госкорпорациями и т.д. Именно такая партия государевых опричников, имея доступ к парламентской трибуне и СМИ, сможет серьезно помочь президенту и силовым структурам в борьбе с пронизывающей всю страну коррупцией, очковтирательством и враньем на всех уровнях. Даже Президенту. И народ за нее проголосует.

… Третий. Создать «православное и мусульманское воинство». То есть подразделения национальной гвардии или подразделения в составе МО РФ, основой идеологии которых будет обновленная «За Веру, Царя и Отечество». То есть, самые подготовленные в профессиональном плане военные подразделения, которые к тому же обладают мощным идейным, идеологическим и религиозным фундаментом.

Подвариант – создать российский аналог КСИР, спецслужбы (подвариант + распределенной по спецслужбам идеологической группы), которая будет дополнительным государевым оком внутри системы.

Можно сочетать второе и третье направление работы или делать их одновременно. Но, несомненно, одно. У нас есть базовая структура – ЧВК «Вагнер», вокруг которой, с учетом уровня доверия к ней народа, можно действительно осуществить русский ренессанс, на который до СВО у нас не было никаких шансов.

Можно, конечно, воспринять все вышеописанное как опасность, но тогда нам в высшей лиге мировой политики вообще делать нечего, так и будем играть в подковерные игры политадминистраторов, пока другие страны будут завоевывать территории, добиваться доминирующего прогресса в технологиях и т.д.».

Эта идея – создания российского аналога КСИР затем была развита весной-летом 2023 года в целой серии постов (например, тут, тут, тут и тут).

Вторая часть тут.

Еще одна истина, о которой начали говорить в верхах: пора создать аналог КСИР. Часть вторая

Первая часть тут.

Вместе с тем, фундаментальный вопрос заключается в следующем – КСИР это организация, объединенная одной очень мощной идеологией. По сути, это шахиды или камикадзе, которые ради выполнения поставленных задач готовы пойти на смерть. А сейчас? За что умирать? За то, чтобы 150 супербогатых олигархов стали еще богаче, а 120 миллионов еще беднее? Где та идея, на базе которой можно воспитать новых на все готовых ради Родины комсомольцев-коммунистов времен Великой Отечественной войны?

Ее пока нет, да, скорее всего, при нынешнем ходе вещей и не скоро появится. Потому что создание такой идеологии приведет к радикальной трансформации того общественно-экономического строя (крупного олигархического капитализма - давайте называть вещи своими именами), который у нас есть в настоящее время. Это первое.

Второе. Система управления, которая сегодня пытается «оседлать» патриотический импульс, сама является главным тормозом для его институционализации. КСИР в Иране – это не просто «государево око» и не карательный механизм. Это вертикаль, выстроенная в обход забюрократизированной и коррумпированной армии, с собственной экономикой, разведкой, инфраструктурой и, что важнее всего, – социальным лифтом.

Иранский Корпус стал тем инструментом, который позволил вытащить на поверхность новую элиту, не связанную клановыми интересами старой военной иерархии, чиновников и олигархата. И сейчас именно она, эта элита, является становым хребтом не только иранского сопротивления, но и иранской государственности. Надеюсь, никто не будет спорить с той мыслью, что если бы не было сейчас в Иране КСИР, то над Тегераном давно бы развевался звездно-полосатый.

В нашем случае, если мы говорим о создании подобной структуры, нельзя ее сводить только к «воинству» или только к «партии опричников». Без экономического суверенитета эта структура быстро превратится либо в очередную кормушку для силовиков, либо в опасный неуправляемый организм, что мы уже наблюдали на примере той же ЧВК «Вагнер», когда у нее было все, кроме легального статуса и четкого места в системе.

Поэтому создание российского аналога КСИР, если мы говорим об этом всерьез, – это не просто военно-административная реформа. Это попытка создать параллельный контур управления, способный работать в режиме «военного времени» там, где текущая бюрократическая машина буксует. И, главное – этот аналог должен иметь четкое место в системе, а не болтаться как в проруби, как это было с Вагнерами, в полулегальном режиме. Почему это назрело именно сейчас?

Демографический и социальный слом. Война выявила глубочайший разрыв между «воюющим» населением (добровольцы, контрактники, мобилизованные) страны и «невоюющим» тылом, в основном, в столицах, который продолжает жить по законам потребительского общества.

Российский КСИР мог бы стать той самой структурой, которая институционально объединит эти два мира, предоставив ветеранам СВО не просто статус, а реальную роль в управлении страной, экономике из воспитании молодежи. Если этого не сделать, миллион прошедших через горнило боевых действий людей останется невостребованным ресурсом, что чревато гораздо большими рисками, чем создание новой силовой и одновременно партийной структуры.

Иммунитет к гибридной войне. Мы видим, что Минобороны и Генштаб, при всей их мощи, являются слишком громоздкими структурами, заточенными под классические операции. КСИР – это структура, изначально созданная для асимметричных ответов: работа со «спящими» ячейками, защита технологического суверенитета (свои беспилотники, своя электроника, новые прорывные технологии, кстати, у Вагнеров еще в те времена был свой отличный и защищенный мессенджер типа Телеграм, который сделали свои программисты), контроль за критической инфраструктурой не только на новых, но и на старых территориях.

Третья часть тут.

Еще одна истина, о которой начали говорить в верхах: пора создать аналог КСИР. Часть третья

Вторая часть тут.

Нам нужна связка - партия-спецслужба-чиновничество-технологи, которая не будет дублировать силовые службы, или действующие партии, а работать на опережение внутри технологического и информационного поля, где решения должны приниматься не за месяцы согласований и бумажной волокиты в министерствах и ведомствах, а за часы.

Борьба с коррупцией как национальная идея. Сегодня у нас нет субъекта, для которого борьба с разъедающим систему воровством была бы смыслом существования, а не факультативной функцией. Опричнина в изначальном смысле – это не террор против народа, а монополия на правду перед лицом элит, забывших о национальных интересах.

Если аналог КСИР получит мандат на «очищение» (с правом законодательной инициативы, доступом к госконтрактам и правом аудита госкорпораций), это может запустить тот самый «русский ренессанс», о котором говорилось выше. Народ устал от абстрактного патриотизма в телевизоре, он готов поддержать тех, кто накажет тех, кто «в тылу воровал на бронежилеты».

И, конечно, вопрос возвращения смертной казни не только за предательство Родины, но и за коррупцию (11 марта я уже приводил пример Китая, где расстрел идет за воровство суммы превышающей всего 460к долларов, это меньше наших 50 млн рублей) - один из краеугольных моментов новой идеологии. Та из партий, кто поднимет на щит этот аргумент и станет второй на предстоящих выборах в Госдуму.

Преодоление ведомственной разобщенности. Сегодняшняя система силовых структур страдает от гипертрофированной конкуренции: каждое ведомство ревностно охраняет свой кусок полномочий, что в критических ситуациях приводит к потере управляемости и задержкам, когда "у семи нянек дите без глазу".

В свое время много вопросов вызывало создание Следственного комитета. Однако практика делом доказала необходимость и правильность этого шага, и сегодня СК является одним из краеугольных камней правоохранительной системы. Если все грамотно сделать, то и русский КСИР не разрушит систему своим появлением, а сделает ее только сильней и жизнеспособней.

Поэтому российский КСИР – должен изначально создаваться как межведомственный «кулак», где военная разведка, контрразведка, экономическая безопасность, спецназ и идеологическая работа сведены под единым командованием. В условиях, когда фронт проходит не только по линии боевого соприкосновения, но и по тыловым заводам, логистическим цепочкам и информационному пространству, наличие такой «сборной» структуры становится не роскошью, а вопросом выживания.

Воспроизводство кадрового резерва. У нас фактически разрушена система подготовки управленцев, ориентированных на государственную службу с риском для жизни. Корпоративные юристы и менеджеры по продажам не становятся губернаторами в прифронтовых регионах.

Российский КСИР мог бы стать кузницей новой военно-политической элиты, где люди проходят обкатку на самых сложных участках (от «серых зон» до восстановления разрушенных территорий) и только потом выводятся на высшие государственные должности. Это позволило бы решить проблему «ватных губернаторов» и «бронепоездов в тылу», создав систему, где место во властной вертикали напрямую зависит от реального участия в защите страны.

Резюмируя, создание КСИР по-русски – это попытка вшить в государственный организм «иммунную систему», способную одновременно воевать, индустриализироваться, создавай инновационные новинки, воспитывать элиты и чистить ряды от предателей, саботажников и воров. Вопрос упирается лишь в одно: найдется ли у нынешней системы смелость создать структуру, которая будет действовать жестко, быстро и, возможно, станет для самой этой системы главным раздражителем и мотором перемен.

Без этого любой разговор о КСИР останется лишь интеллектуальной игрой в «а что, если?» в условиях, когда СВО в любой момент может превратиться в полноценную войну с блоком НАТО по всему периметру наших западных, а, возможно, и иных границ.

Что и требовалось доказать. Кто бы сомневался...

Позавчера писал:

"И ещё один вопрос. Хоть у кого-то из членов делегации зачесалось, как на их визит посмотрят парни на линии боевого соприкосновения? Или те, кто в госпиталях с ранениями лежат? Или те, кто уже отвоевался?".