Тем временем, на фоне постоянных ударов по инфраструктуре огромного региона, в ДНР продолжают демонстрировать просто потрясающие примеры пресловутого "перекладывания плитки" в условиях войны. Собственно, эта плитка уже стала символом того, как местные власти цинично "осваивают бюджеты" в тот момент, когда жизнь вокруг изменилась и подобное выглядит, мягко говоря, неуместно.

Не прошло и пары недель после истории с "заменой бордюров", как местные ресурсы сообщают, что власти ДНР желают выделить 70 миллионов рублей на развитие бадминтона. Их они выпрашивают из бюджета, причём, как говорят, первый тарнш (10 миллионов) они уже ожидают к концу ноября.

Что же тут скажешь? Замечательные приоритеты у нынешних властей ДНР. Остаётся задаться вопросом: а на пассивную защиту подстанций и других объектов инфраструктуры, по которым бьёт враг, они из бюджета что-нибудь просят? При том, что половина Донецка регулярно остаётся без света, а Киевский район живёт без него уже третью неделю, потому что враг выбил две крупные подстанции. О таком оттуда не слыхать. Зато доходят истории о намерении построить очередной "элитный район".

Без сомнений, подобное "перекладывание плитки" устраивают власти многих регионов, но на Донбассе это выглядит особенно вызывающе и аморально. Но источник всего этого не только в местных властях. Он ещё и в общих установках, которые им дают. У нас же нет войны. Мы продолжаем делать вид, что она существует в какой-то параллельной реальности. Даже в таких местах, как Донбасс. Может уже хватит этого отвратительного балагана с раздвоением сознания? В который раз задаём этот вопрос.

Новая проблема цифровизации России: Китай не готов продавать технологии ИИ

Юрий Баранчик, специально для МЭФ

Минкоммерции и Миннауки КНР предложили пересмотреть перечень запрещённых и ограниченных к экспорту технологий. В него хотят добавить 40 позиций: 23 в искусственном интеллекте, 12 в солнечной энергетике и пять в биомедицине. Из них 14 предполагается запретить к экспорту, ещё 26 — передавать только по разрешению государства.

Особенно показательно, как Пекин предлагает регулировать ИИ. Доступ к модели через API, сайт, приложение или SaaS экспортом технологии считаться не будет. А полноценное локальное развёртывание за рубежом, если оно включает технологии из ограничительного перечня, уже может потребовать специального разрешения. Для зарубежных облаков самих китайских компаний предусмотрен более мягкий режим.

В солнечной энергетике используется тот же подход. Китай не собирается прекращать экспорт панелей, но хочет контролировать передачу технологий производства поликремния, тонких пластин, перовскитных и тандемных элементов, а в отдельных случаях — и ключевого оборудования.

То есть конструкция довольно прозрачная: пользоваться китайским ИИ можно, получить контроль над передовой технологией — уже не обязательно. DeepSeek или Alibaba заинтересованы в международных клиентах, поэтому Китай не закрывает сервисный экспорт. Но если иностранное государство или компания хочет забрать модель, технологии её обучения и развёртывания и построить у себя независимый контур, государство оставляет за собой право решать, кому это позволить.

Для России это интересно с учетом распространенного мнения, что китайский технологический рывок якобы решает проблему западных санкций. На уровне закупок действительно становится проще: Китай может предложить память CXMT, серверы, ускорители Huawei, облачные мощности, модели DeepSeek и промышленное оборудование.

Но локализация таких технологий внутри России уже под вопросом. Теоретически, у нас есть GigaChat и YandexGPT. Даже если считать их полностью отечественными, зависимость от Китая в ускорителях, серверах, микросхемах и части программного стека будет расти быстрее всего.

Китай потратил годы и десятки миллиардов долларов именно на то, чтобы не зависеть от чужого решения о продаже критической технологии. Теперь, добившись успеха в ряде отраслей, он начинает защищать уже собственное технологическое преимущество.

К 2030 году Россия планирует увеличить совокупную производительность ИИ-суперкомпьютеров как минимум до 1 экзафлопса против 0,073 экзафлопса в 2022 году и добиться массового производства российских процессоров, включая тензорные и нейроморфные. Поэтому «суверенный ИИ» для России придется действительно делать суверенным. Минимальная задача — иметь возможность независимо разворачивать и дообучать модели, контролировать данные и вычислительную инфраструктуру и не зависеть от единственного иностранного аппаратного поставщика.

В заботах о перегруженности учителей – им добавили работы

Всё-таки пора одним из квалификационных критериев на работу в Минпросвещения жестко устанавливать хотя бы пару лет практической работы в школе. Многие, может, пропустили, но Минпросвещения утвердило порядок выставления оценок за поведение в школах, которые участвуют в апробации модели в 2026/27 учебном году. Порядок закреплен в методических рекомендациях.

На фоне заботы о том, что учителя надрываются, подобное предложение выглядит как минимум странно. И можно спорить на деньги, что результат будет нулевой. Если делать эту работу содержательно, время придётся отнимать у другой работы. И в самих рекомендациях уже виден источник дополнительной нагрузки: учителю нужно не просто поставить оценку, а собрать и обосновать её.

— Оцениваются десять показателей, объединённых в четыре группы: дисциплина, взаимодействие со сверстниками, со взрослыми и правомерность поведения.
— Оценку выставляет классный руководитель, учитывая комментарии других педагогов и сведения школьных специалистов.
— Итоговое оценивание рекомендуется проводить за четверть, триместр, год. Но фиксировать поведение классному руководителю предлагается не реже раза в неделю.
— При «недопустимом поведении» предусмотрена беседа с родителями в трёхдневный срок; школе рекомендуется организовать психолого-педагогический консилиум.

То есть, педагогу предлагается стать ещё и социальным аналитиком, со склонностью к обобщению и экстраполяции поведенческих данных. Потому что у одного учителя ребёнок работает, у другого срывает урок, на переменах конфликтует, а потом заметно исправляется. Чтобы оценка была справедливой, классному руководителю надо выяснить обстоятельства, сопоставить сообщения и понять динамику. Или же – просто забить, и ставить всем усредненно-нормальную оценку.

Для понимания масштаба. Если в классе 30 детей и еженедельное сведение информации занимает в среднем всего три минуты на ребёнка, получается полтора часа в неделю. За четыре недели — шесть часов. Разговоры с родителями и разбор сложных случаев сюда не входят.

Придется писать гору текста с объяснениями оценок. Фраза «сын сегодня мешал вести урок» относится к конкретному эпизоду. Официальная оценка поведения за четверть воспринимается уже как характеристика ребёнка. Как следствие – неизбежные конфликты с родителями. Возникают вопросы: почему такой балл, какие случаи учтены, почему соседу поставили выше? Чем серьёзнее значение оценки, тем больше времени потребуется на её защиту.

То есть, возникает классическая ситуация в корне неверно выстраиваемой системы. Добросовестный учитель получит больше работы, чем тот, кто выставит всем приемлемые оценки. Если низкая отметка запускает дополнительные встречи и разбирательства, а высокая позволяет закрыть вопрос, появляется стимул избегать низких отметок. Но по отчетам, как всегда, у нас будет всё отлично.

💥Удар по морской логистике: три сухогруза и контейнеровоз в Черном море

ВС России продолжают системную работу по морской логистике противника. По данным Минобороны, беспилотники «Герань» поразили три сухогруза и контейнеровоз в акватории Черного моря.

Удары нанесли специалисты войск беспилотных систем. В ведомстве уточнили, что контейнеровоз перевозил «контейнеры с грузом военного назначения».