Радио BlackOut

Оторопь — ключевое слово спектакля «Метель», который Кирилл Серебренников поставил в Зальцбурге. Вроде бы оно непереводимо, хотя что тут объяснять, всё сказано: «Волки убежали, а оторопь осталась»
Как нам объяснить всю эту нашу невероятную и неподдающуюся немецкому уму русскую сложность? — это вопрос закономерный, но всё же поверхностный, и Кирилл ныряет на глубину, вернее, делает шаг внутрь Schneesturm (ладно, перевести и впрямь можно не всё: это «снежная буря», не «метель»)
«Метель», повесть Сорокина, — литературоцентрична, но это бешеная литературоцентричность на стимуляторах (сам автор выражается изящней — «я вхожу в храм русской литературы, держа в руках топор»). Там читателя заметает аллюзиями — от Пушкина до Шуберта. Но кому на сцене втолкуешь все эти аллюзии? Поэтому у Кирилла — театроцентричный театр: метель не только метёт снегом, она звенит, бьёт, ухает, играет на аккордеоне ногами, поёт вниз головой, бьёт чечётку (в такт стучащих зубов замерзающего героя), танцует похоронное кабаре (здесь особенно преуспевает Варя Шмыкова). И сквозь неё едут они
Главных героев два: интеллигент доктор Гарина (народник Гарин - всё же барин, как всегда) и его возница Перхушка. Их трип через ледяную пустыню (без особенно лихих людей) — проходит крупным планом, для этого Кирилл и Влад Огай придумали шлемы с камерами и большие телеграм-кружочки. Если у Сорокина Гарин — русский германофил, то Август Диль — просто немец. Но это только поначалу, кем он закончит своё путешествие — это ешё вопрос.
И всё же главный герой спектакля — не в драматургическом, а в общем смысле — Перхуша. Филипп Авдеев скрупулёзно построил большого маленького человека: тик, ужимки, дефекты речи, суетливость и несуетливость - всё это рисует щемящую фигуру, может даже более грандиозную, чем даже у Сорокина. Хороша была бы телеверсия, где камера следила бы только за ним в таких же подробностя, вплоть до мизинчика, которым он, умирая, гладит своих маленьких лошадок на прощание
В общем, пора закругляться: Метель летит долго, три часа, произойти за них успевает много, и слов у меня тоже много, а по сути ничего и не скажешь. Оторопь.
Владимир Раевский

20 views12:51