Когда все побежали, а ты такой, уже сильно позже, решил побежать тоже...)))
Социальные сети - это давно уже "маст", и все мы давно уже сидим в Фейсбуках и Инстаграмах. Но все чаще в последнее время приходится задумываться не над смыслами, а их оформлением: чтобы не дай б-г не нарваться на бан, потому что назвал, например, вещи своими именами... Телеграм все ещё даёт такую возможность. Собственно, об этом и канал. Приходите. Будет интересно.

Так вот, пару слов про «называть вещи своими именами». В качестве дисклеймера. В исторической перспективе любая цивилизация, стоит признать, обречена не только на взлет, но, в конечном итоге, неминуемо и на падение. Это как маятник, который, достигнув своего апогея и задержавшись в таком состоянии на какое-то время, обязательно начнет двигаться в обратную сторону. В этом смысле жить на стыке времен в эпоху перемен - занятие, конечно, интересное, но неспокойное. Но что поделать - времена не выбирают. В них живут. Но мы можем поддерживать движение этого маятника в нужном нам направлении, пока у нас есть силы и смелость называть вещи своими именами. Добро называть добром, зло - соответственно - злом. Террорист не может быть борцом за свободу, равно как с диктатором нельзя вести дела, ограничиваясь выражением глубокой обеспокоенности по тому или иному поводу. Мол, как нехорошо то. И дальше вести бизнес (ничего личного). Да и выражать обеспокоенность и призывать, например, как в случае с Израилем и ХАМАСом, все стороны конфликта прекратить насилие - это значит уравнять террористов и их цель. Страну, которая все еще имеет смелость и силы называть вещи своими именами. Ну вот так мы здесь живем... В этом смысле - выбирая между жизнью и проблемой с международным имиджем, хочется сказать: “чтоб это было единственной нашей проблемой...“

Хорошо, предположим, что коалиции “Блока перемен” быть. В конце концов, никакие зигзаги Орбаха не остановят его босса, несущегося на всех парах к премьерскому креслу. Ну а что ему уже терять? Как говорил Бернард Шоу, "в жизни существуют две трагедии. Одна - когда вы не можете добиться того, что желаете всем сердцем. Вторая - когда вы этого добьетесь". Нафтали Беннет в свои 49, с семью мандатами, руками Яира Лапида совершил невозможное, став без пяти минут премьер-министром Израиля. Его альтернатива - пятые выборы и почти наверняка непрохождение электорального барьера. Так что дальше только вперед.

Но мы ведь здесь называем вещи своими именами, правда? Как долго продержится эта коалиция? Сейчас продолжаются споры (вернее - торги) вокруг министерских портфелей и парламентских комиссий, а понятие “ротация” превратилось в ультимативный способ решения всех буквально политических конфликтов. Формируется правительство, которое должно сменить нынешний кабмин на весь оговоренный законом срок - до следующих выборов. Только мало кто сомневается в том, что следующие выборы пройдут гораздо раньше. В Ликуде говорят “это все несерьезно”, в Блоке перемен - “да, тяжело, но будем стараться”. Очень уж неоднородным получился состав новой коалиции: от Ямины и Новой надежды до Мереца и арабской партии РААМ. 

“Цемент в твоей постройке есть, но нет фундамента”. Так однажды критиковал меня мой товарищ кинооператор за сценарий короткометражного документального фильма. Что конечно же было правдой - я это потом увидел, на монтаже. Здесь ровно то же самое. Есть цемент - желание сместить Нетаниягу. Этот цемент соединяет вместе партии с разными политическими платформами. Но фундамента нет - в силу той же причины. На лекциях по политологии в универе нам говорили о том, что устойчивые коалиции в парламентских системах появляются только при условии идеологической последовательности. В сегодняшней реальности самым гомогенным и идеологически последовательным правительством был бы, по идее, союз Ликуда с Яминой и Новой надеждой, а также Смотрич, ШАС и Яадут а-Тора. Право-религиозный лагерь, представленный большинством в 65 мандатов. Но Гидон Саар поставил на лозунг “только не Биби”, у Беннета и Нетаниягу давно уже сложные, мягко говоря, отношения. Где-то там в оппозиции с самого начала коалиционного кризиса находится Авигдор Либерман, он тоже добивается смещения Нетаниягу с поста премьер-министра. Ну а все еще “премьер-министр по ротации” Ганц и вовсе шел на последние выборы в образе рыцаря, который, рискуя репутацией, спасал всех нас от правительства Нетаниягу тем, что сам там находился.

Ну хорошо, Нетаниягу ушел. Дальше что? Можно, конечно, сказать, что сам факт его дальнейшего нахождения в Кнессете в ранге главы оппозиции будет продолжать держать вместе всех этих разных людей. Но вопрос остается: где фундамент? Партия Мерец, которая борется за права ЛГБТ-общины, и партия РААМ, глава которой назвал представителей этой общины “извращенцами” - как они будут уживаться в одной коалиции? И это мы еще слова не сказали о том, что произойдет, когда из Газы в нашу сторону снова полетят ракеты…

Безусловно “расстрельная должность” - глава коалиции в Кнессете. Это ему придется собирать этот пазл заново, снова и снова. Конечно, у нас накопилось множество нерешенных социально-экономических проблем, мы только-только пережили коронавирус и совсем скоро нам предстоит платить по счетам. Все это можно хотя бы попытаться начинать решать, не опасаясь за сиюминутный развал коалиции. Но бюджет принимать все равно ведь надо, иначе даже кадры переезда Нетаниягу из резиденции на улице Бальфур не смогут компенсировать потерю политической легитимности тех пришедших ему на смену, но так и не придумавших, как работать вместе. Так что главная “расстрельная должность” - это премьер по ротации Яир Лапид. Коалиция Блока перемен - его детище. И главный его экзамен.

Вопрос только в том - собирают эту коалицию сегодня для того, чтобы она действительно поработала хотя бы пару лет, или же все, что мы наблюдаем - это прелюдия к новым выборам. Пятым досрочным. 

О победителях и проигравших...
что, конечно, еще не означает, что сегодняшние победители и сегодняшние проигравшие завтра не поменяются ролями, но система работает так, что тот, кто коалицию формирует, тот ее и танцует - пока силы есть и возможности. Ну а дальше мы с вами решим - нам понравилось или нет.

Новая неделя обещает стать как минимум интересной. Нет, правительство “Блока перемен”, скорее всего, к присяге приведено все еще не будет - Лапиду и Беннету придется подождать, судя по всему, до следующего понедельника, 14-го июня. Но всю эту неделю мы проживем под знаком ожидания этого события: в “Блоке перемен” будут готовиться, в Ликуде - рефлексировать. Да, еще один важный день: ближайший четверг. На 10-е июня в Иерусалиме запланирован традиционный “Марш флагов”, прерванный в последний момент ровно месяц назад из-за начала очередного военного конфликта с ХАМАСом. Предполагается, что участники марша пройдут через Шхемские ворота Старого города. День в день, месяц спустя.

ХАМАС угрожает возобновлением обстрелов, так как он называет себя “защитником Аль-Аксы”. Если марш действительно состоится (полиция еще не дала свое окончательное разрешение), это будет экзамен в первую очередь для Ихье Синуара. Глава правительства ХАМАСа в Газе все последние дни последовательно угрожает Израилю возобновлением обстрелов, если не начнется перевод в Газу катарских миллионов, если в Иерусалиме состоится тот самый “Марш с флагами”, если Израиль продолжит “оскорблять священный для мусульман город” (он же - столица Государства Израиль). Как именно Израиль оскорбляет Иерусалим, Синуар трактует так, как подсказывает ему политическая ситуация и его собственное чутье. Газа лежит в руинах, ХАМАС и Исламский Джихад понесли огромные потери, но Синуар ведет себя так, будто ему нечего терять и обещает “изменить весь Ближний Восток”, если Израиль только посмеет сунуться.

Кто знает, может быть Синуару действительно уже (почти) нечего терять. Израиль как-то вдруг стал несговорчивым, видимых доказательств победы над сионистами, кроме обломков разрушенных зданий, лидеры ХАМАСа собственному населению в Газе предъявить не могут; наличных из Катара, опять таки, в Секторе пока нет. А тут еще в Израиле формируется новая коалиция - поди знай, как вести дела с этими новыми людьми.

Все это в сумме только добавляет головной боли лидерам формирующейся сейчас коалиции. Я писал об этом в предыдущих постах. Но по факту механизм смены правительства запущен. В ближайший понедельник спикер Кнессета  Ярив Левин официально объявит о том, что лидеру партии “Еш Атид” Яиру Лапиду удалось сформировать коалицию, и тому останется только обеспечить необходимое большинство на голосовании и привести новое правительство к присяге, короновав попутно Нафтали Беннета на пост премьера.

В этом, собственно, и заключается особенность нашей политической системы: побеждает не тот, чья партия набрала больше всех голосов, а тот, кто по итогам голосования формирует коалицию. Нетаниягу сейчас обвиняет бывших коалиционных партнеров в том, что они, по сути, "украли выборы". Ведь партия Ликуд сегодня - крупнейшая в Кнессете, и ей теперь уходить в оппозицию? Но он сам несколько раз пытался сформировать коалицию, у него не получалось, и мы шли на выборы, раз за разом. Лапид теперь говорит, что у него получилось. Если он выдержит первый экзамен 14-го июня, у нас появится первое за последние 12 лет правительство без Биньямина Нетаниягу.

А дальше - либо эта конструкция развалится раньше времени и мы пойдем на пятые выборы, либо она выдержит - и тогда Лапид и Беннет будут держать ответ перед избирателями по итогам работы своего правительства в определенный законом срок. 

Так работает демократия. 

О подстрекательстве и свободе слова

Все депутаты фракции “Ямина” (кроме двух) в настоящий момент охраняются сотрудниками Службы безопасности Кнессета, либо Службы общей безопасности (ШАБАК).

Где проходит граница между легитимной политической критикой и подстрекательством к бунту? На каком этапе политические оппоненты от слов переходят к делу и идут, например, штурмовать Капитолий? После событий шестого января 2021-го в США эти вопросы приобрели зловещую легитимность - никто не мог себе и представить даже, что в Америке подобное возможно. В Израиле эти вопросы обсуждались всерьез после 4-го ноября 1995-го - тогда мы тоже все тут были в шоке. Но с тех пор столько уже лет прошло, что мы забыли.

И вот вспомнили. Снова.

5-го июня все цитировали главу ШАБАКа Надава Аргамана, который обратился с призывом не допускать подстрекательства в социальных сетях. Это заявление прозвучало на фоне письма религиозных лидеров, призвавших “сделать все, чтобы не допустить создания правительства “Блока Перемен”. Что значит “сделать все?”... 6-го июня один из лидеров религиозных сионистов раввин Хаим Друкман заявил, что в этом письме нет никакого подстрекательства, “оно лишь в головах у тех, кто утверждает подобное”. В этот же день глава правительства Биньямин Нетаниягу, выступая на заседании фракции Ликуд, заявил, что подстрекательство - это призыв к действию, а не политическая критика. И тут же добавил: правительство Беннета-Лапида - это крупнейшее мошенничество в истории страны, оно опасно для Израиля. А то, что происходит сейчас - это попытка изобразить правых как опасность для демократии, так как она отнимает у людей право на законное и свободное выражение протеста. 

Если активисты левые проводят демонстрации у резиденции премьер-министра, почему тогда активистам правым запрещено выражать протест против формирующейся коалиции у дома депутатов Кнессета? Политик - человек априори публичный. Первый, правда, глава исполнительной власти, в то время как вторые - члены партии, председатель которой решил вступить в “неправильную” коалицию. Да и резиденция премьера - не его личная квартира, пусть даже он живет в ней уже 12 лет.

Мне кажется, что дискуссия Нетаниягу и Аргамана - это спор между частным и общим. В плане деталей - стандарты, разумеется, должны быть одинаковы для всех. Существуют определенные и установленные законом правила. Есть ситуации, в которых необходимо получать у полиции разрешение на проведение демонстрации, но само право на выражение протеста - основа любой демократии. Другое дело - и это уже общее - тот фон, на котором все это происходит. Когда женщина-депутат Кнессета сообщает в Вотсапе, находясь за рулём, что на трассе ее преследует автомобиль, когда она же не отправляет своих детей в школу; когда пятилетней дочери другого депутата у ее дома говорят, что ее отец - предатель, это не демократия. Это провокация и подстрекательство. Положить конец которым мы обязаны прямо сейчас. Пока еще не поздно.

"Я, израильский солдат, нахожусь в плену у "Бригад Изаддина аль-Касама". Запись, опубликованная ХАМАСом в рамках программы "Аль-Джазиры".

👆
Послушайте эту запись. Так выглядит информационная война.

Израильтяне Аверу Менгисту и Хишам ас-Сайад попали в плен к боевикам ХАМАСа, соответственно, в 2014-м и в 2015-м годах - и с тех пор удерживаются в Газе. В руках ХАМАСа находятся также тела погибших в 2014-м году Адара Голдина и Орона Шауля. Всех их ХАМАС называет “израильскими военнослужащими”. 

Запись плохого качества, мужской голос звучит с явным акцентом, скорее всего - фейк. Во всяком случае мать Аверы уже сказала, что голос на записи - не ее сына. Ну а “люди в теме” однозначно утверждают, что это - дешевая манипуляция.

Зачем все это и что это значит? Запись была опубликована телеканалом "Аль-Джазира" в рамках программы-расследования темы переговоров между Израилем и ХАМАСом. В рамках программы было показано интервью с Маруаном Иссой - заместителем командира “Бригад Изз ад-Дин аль-Кассама” - военизированного крыла ХАМАСа. В нем он сказал, что сейчас есть все условия для реализации новой обменной сделки с Израилем.

Собственно, в этом ключ. Я, разумеется, не специалист по ХАМАСу, но у меня есть некоторое понимание динамики конфликтов. Операция “Страж стен” даже отдаленно не напоминала “Несокрушимую скалу”. Семь лет ХАМАС готовился к большому раунду противостояния - потратил гигантские средства на ракеты и подземные тоннели. На выхлопе - фотографии Ихье Синуара на диване в своем разрушенном офисе в качестве доказательства силы духа палестинского сопротивления и некоторая неясность в вопросе обозримого будущего: от катарских миллионов до переговоров об обмене пленными.

ХАМАС настаивает на том, чтобы рассматривать процессы параллельно: военное противостояние с Израилем, восстановление гражданской инфраструктуры Газы и возвращение израильтян с его точки зрения не связаны. По каждому из этих пунктов он намерен торговаться отдельно. Израиль, со своей стороны, увязывает все это вместе, не считая себя обязанным идти на какие-либо серьезные уступки без того, чтобы ХАМАС в ответ не шел навстречу по тем вопросам, которые волнуют нас. В итоге мы имеем фейковую запись “израильского солдата” как попытку давления на израильское общественное мнение. Сравните это с видеороликом Гилада Шалита, который Израиль в октябре 2009-го года получил от ХАМАСа в ходе переговоров и ценой уступок. 

Это значит - мы все делаем правильно. 

“Политика - искусство возможного”, говорил Отто фон Бисмарк. В переводе на современный русский - если ради достижения цели необходимо идти на компромисс, это нужно сделать. Даже если это означает нарушить часть своих предвыборных обещаний.

Например лидер партии Еш Атид Яир Лапид говорил, что 36 министров и 16 замов в правительстве Нетаниягу-Ганца - это бесполезная трата денег: “водители, офисы, секретари, приближенные, посты по протекции”. Вместо этого нужно создать "небольшой, но эффективный кабинет" из 18 министров. Но коалиция “Блока перемен” - сама по себе компромисс, на который пришлось пойти во имя главной цели - отстранения Нетаниягу от власти. И ради этого нужно было пожертвовать "небольшим, но эффективным" кабмином. В новом правительстве будет 28 министров, 6 замов, до 6 новых депутатов Кнессета согласно “норвежскому закону” (депутат, получивший пост министра или замминистра, увольняется, вместо него в парламент приходит следующий по списку). То есть это не 52, конечно, но 34 - тоже много. На 16 больше, чем в правительстве 18-и министров. Что ставит это правительство в ряд крупных кабинетов в истории Израиля.

Ну а дальше - целая серия компромиссов, основанных на системе сдержек и противовесов. Имеет смысл перечислить по пунктам.

1.Если правительство падет в результате вотума недоверия, Беннет не сможет стать даже замминистра в любом другом кабинете, который придет ему на смену. Таким образом Лапид заставляет Беннета не поддаваться соблазну распустить коалицию, когда, согласно ротации, настанет время освободить кресло премьера.

2. Ортодоксальные партии могут забыть о вхождении в правительство - это решение требует одобрения Аводы, Мереца и НДИ.

3. РААМ получает отмену всех штрафов за незаконное строительство и заморозку на четыре года соблюдения соответствующего закона. Мансур Аббас получает должность замминистра и пол-миллиарда шекелей, которые он потратит так, как посчитает нужным.

4. Мерец получает продвижение закона о браках ЛГБТ-пар и транспорте по субботам.

5. Но этого не произойдет, поскольку основной коалиционный договор - “зонтичное соглашение” Лапида и Беннета - обязывает всех членов коалиции голосовать против изменения статуса-кво. Ницану Горовицу остается лишь делать вид, что он этот момент не замечает.

6. НДИ получает модель по изменению схемы регуляции молитв у Стены плача (в соответствии с соглашением, заключенным в 2017-м году между правительством Израиля и реформистскими раввинами США), а также объединенное министерство сельского хозяйства и развития Галилеи, Негева и периферии. 

7.Авода получает отдел по “обновлению иудаизма” в Министерстве диаспоры - иными словами это бюджеты на связь с реформистским течением иудаизма в США.

8. Лидер Новой надежды Гидеон Саар получает должность вице-премьера, разделение полномочий юридического советника правительства и программу по контролю над территориями “С” (что определенно вызовет протест со стороны Аводы и Мереца).

9.Лидер Кахоль-Лаван Бени Ганц также становится вице-премьером и обязательство, что одним из первых решений правительства будет создание государственной комиссии по расследованию трагедии на горе Мерон. 

10. И самое главное - два закона, которые можно назвать личным приветом Нетаниягу. Первый закон о “карантине” (сроком на 4 год) для премьера, находившегося на этом посту 8 лет. То есть у Нетаниягу сейчас интерес в том, чтобы новый Кнессет проработал всю его каденцию. В противном случае на следующих выборах кандидатом от Ликуда будет не он. Второй закон позволяет расколоть фракцию, если в отделившейся группе будут как минимум 4 депутата (а не треть фракции, как раньше). Переманить к себе 4 депутата из Ликуда (чтобы избавиться от влияния партии РААМ), будет гораздо проще. 

Вывод: Лапид и Беннет говорят о том, что залог успеха новой коалиции - это их личные хорошие отношения. Отношения у них может и хорошие. Но залог стабильности, все-таки, не они. А лежащее в основе любой политики естественное недоверие друг к другу. Оно и заставляет идти на компромиссы.  

Ямина - между молотом и наковальней. Главная дилемма Нафтали Беннета - что дальше? Об этом - в следующем тексте.

☝
Как быстро и болезненно отреагировали в Ямине на опубликованные накануне коалиционные договоры. Не полмиллиарда шекелей лидеру арабской партии РААМ Мансуру Аббасу, не его назначение на пост заместителя министра и даже не местами спорный пункт о судьбе незаконно построенных домов (в арабском секторе) заставил руководство партии выступать с опровержениями, а один законопроект, согласно которому  гражданин, занимавший пост премьер-министра в течение 8 или более лет, должен быть на 4 года лишен права баллотироваться в Кнессет.

Ну здесь и ежу понятно, что этот законопроект является персональным приветом Биньямину Нетаниягу. Кто еще у нас занимал в нашем обозримом прошлом пост премьера в течение 8 и более лет? Закон, кстати, даже если и будет принят, может не пройти экзамен Высшего суда справедливости. Одно дело - ограничивать по времени срок пребывания одного человека у власти, и совершенно другое - запрещать гражданину страны баллотироваться в парламент. Право избирать и быть избранным - одна из основных гражданских свобод.

Но дело тут, повторюсь, не в самом законопроекте, а в реакции на него в Ямине. У Беннета отношение к Нетаниягу ровно такое же, что и у других членов коалиции “Блока перемен”. Было бы иначе, сегодня Нафтали Беннет мог бы стать премьером по ротации в союзе с Ликудом, а не с партиями Еш Атид, Авода, Мерец и РААМ. Но в отличие от остальных, отстранение Нетаниягу для Беннета - не самоцель. Его проблемы более серьезные. Собственно, их две: Айелет Шакед и перспективы на будущее. 

Парадоксы израильской политики. Лидер партии, которая в апреле 2019-го года не прошла электоральный барьер (“Новые правые”), два года спустя, уже в качестве главы Ямины, пытался найти ответ на извечный вопрос “что делать?”. Перспектива пятых досрочных пугала очередной битвой за прохождение в Кнессет, обидное слово “лузер” начало закрепляться за ним как синоним его имени: Беннет всегда начинает хорошо по опросам, а в итоге надеется получить хотя бы на пару мандатов больше, чем тот самый электоральный барьер (4). В итоге с его семью мандатами (из которых один уже откололся) Беннет, неожиданно для нас всех и себя самого, уже в ближайшее воскресенье сможет стать следующим премьер-министром Израиля, сместив находящегося на этом посту вот уже 12 лет Биньямина Нетаниягу. Просто потому, что так сложились карты.

А дальше что? Согласно коалиционным соглашениям, 27-го августа 2023-го года Беннету придется уступить премьерский пост Яиру Лапиду. Тот, в свою очередь, сделал все, чтобы уберечь Беннета от соблазна распустить правительство до этой даты (я писал об этом в предыдущем посте). Но союз с Лапидом, помимо премьерской должности в ближайшие 2 года, для Беннета одновременно и приговор. Трудно будет объяснить своему избирателю этот странный для него союз. Трудно, потому что сам Беннет до конца не понимает, кто же он - его избиратель.

Я тут попытался набросать - криворуко, но схематично - дилемму Ямины. На нашей политической карте справа от Ликуда находился МАФДАЛ - национально-религиозная партия, появившаяся еще в 1956-м в результате слияния нескольких политических течений религиозных сионистов. Пришедший ей в 2012-м (в результате внутреннего раскола) “Еврейский дом”, во главе которого стоял тот самый Беннет, попытался было привлечь новых избирателей путем определенной либерализации повестки дня и собственного списка - так на рекламных плакатах в январе 2013-го появилась Айелет Шакед. Но это же в итоге сработало против Беннета. Его поиски себя выразились в создании Новых правых, теперь вот - Ямина, которая, как следует из названия, правее Ликуда. Но в долгосрочной перспективе справа от Ликуда есть место только религиозным сионистам, и эту нишу со временем и с боями занял Бецалель Смотрич.

Беннету остается лишь продолжать позиционировать себя как политика правого толка - кем он и является, только вот место его - либо вместе с амбициозной Айелет Шакед в Ликуде (после того, как оттуда однажды уйдет Нетаниягу), либо без нее - в лагере религиозных сионистов, априори не претендующих на первые роли на правом фланге.

Но хотя бы станет премьером. Первым религиозным,  кстати, в истории страны.

Это отрывок из интервью, которое я взял 4 года назад у посла РФ в Израиле Александра Шеина. Речь шла о статусе ХАМАСа и Хизбаллы с точки зрения Москвы. Один мой знакомый израильский дипломат потом при встрече рассказывал, как он показывал этот отрывок студентам журфака в одной из постсоветском стран, объясняя, почему послам иностранных государств иногда лучше не давать интервью местным СМИ....)))

У нас пожар. Это Неве-Илан, недалеко от Иерусалима. До наших студий - меньше километра. В последние дни в этом районе было сразу несколько пожаров - в Цур Адассе, Лифте, Маале а-Хамиша. За исключением пожара в Ар-Адар, возникшего в результате метания арабами бутылок с зажигательной смесью, полиция однозначно не говорит, что речь сейчас идёт о поджоге. Однако "Интифаду огня" несколько лет назад мы уже проходили. Так что не исключено, что серия пожаров в последние дни - это результат умышленных поджогов.

А в службе пожарной охраны говорят, что это поджог однозначно: "лес загорелся не от удара молнии". Одновременно поступили сигналы о ряде пожаров в Самарии - возле Ариэля и поселения Карней-Шомрон. Там тоже проверяют версию об умышленном поджоге.

Ладно,  отвлечемся от пожаров, тем более, что очаги возгорания локализованы. Вернёмся к нашим делам.

То, что военно-политический кабинет (!) по настоянию юридического советника правительства (!!) обсуждает вопрос о проведении в Иерусалиме “Марша с флагами”, а также, конкретно, его маршрут (!!!) говорит о том, насколько у нас все запущено, на самом деле. Насколько все у нас - политика. И еще это указывает на то, что у Израиля нет полного суверенитета в Восточном Иерусалиме - привет всем, кто говорит о “едином и неделимом” городе. Был бы он един, наша полиция не признавалась бы открыто в том, что она не в состоянии обеспечить безопасность израильских граждан в восточной части города, являющегося, официально, израильской столицей. Сюда не ходи - туда ходи. Тут тебя побьют - и нас вместе с тобой, вероятно, тоже.

Но обо всем по порядку. “Марш с флагами” - традиционное шествие, приуроченное ко Дню Иерусалима. Месяц назад, 10-го мая, этот день начался со столкновений на Храмовой горе, а закончился ракетными обстрелами предместий Иерусалима боевиками ХАМАСа. Между двумя этими событиями был тот самый “Марш с флагами”, маршрут которого должен был изначально проходить через Шхемские ворота. Марш тогда отменили и вот, месяц спустя, организаторы шествия решили его повторить - тем же маршрутом 10 июня в четверг, за три дня до утверждения в Кнессете нового правительства Израиля.

Нельзя сказать, что Шхемские ворота - сама по себе провокация. Люди с израильскими флагами уже ходили там раньше - и проходили эти марши без особых эксцессов. Но ситуация в Старом городе в последние годы неспокойная. И связано это, не в последнюю очередь, с действиями нашей полиции и нынешнего нашего правительства. Металлодетекторы на Храмовой горе после теракта в июле 2017-го, металлические ограждения у Шхемских ворот в разгар месяца Рамадан были ошибочными, на мой взгляд, решениями. В итоге ведь и металлодетекторы демонтировали, и ограждения убрали - и все это воспринималось, как проигрыш Израиля.  

Разговоры о том, что Нетаниягу выгоден этот марш, чтобы еще более расшатать лодку и надавить на некоторых депутатов в Ямине с тем, чтобы они голосовали против новой коалиции - ну какая-то уж очень глубокая конспирация. Даже если это внешне выглядит логично, нужно располагать конкретным инсайдом, чтобы подобное утверждать. Нетаниягу, конечно, очень не хочет переезжать с улицы Бальфур, но подобных инсайдов у нас нет. Но можно проанализировать ситуацию с точки зрения выставляемого ХАМАСом напоказ нарратива “Газа - Иерусалим”.

Ведь смотрите, что получается. Газа, конечно, в руинах. ХАМАС, конечно, понимает, что ему нанесен удар. И вообще, что будет дальше - ему не совсем понятно. Доминирующий на сцене Египет, новое правительство в Израиле, совсем некстати проснувшийся интерес Рамаллы к катарским миллионам и сильно потрепанные последней войной ряды “Бригад Изаддина аль-Касама” - слишком много новых вводных. Но ведь поджечь Восточный Иерусалим ХАМАСу удалось. Вот он и угрожает: “только попробуйте сунуться - ответим”. Ответит или нет - это еще вопрос. Но Израиль “Марш с флагами” сначала все-таки отменил. И разумеется это было воспринято как победа, которую палестинцы тут же решили подкрепить анонсом собственного шествия там же - у Шхемских ворот (вновь, кстати - к вопросу о суверенитете). 

Министр обороны в нынешнем и будущем правительстве предпочитает в ближайшие дни не накалять ситуацию, представители служб безопасности справедливо говорят, что проведение шествия предоставит ХАМАСу повод возобновить провокации. Но чем тогда следующий вторник, на который перенесли шествие,  отличается от ближайшего четверга - кроме сугубо политического момента? Кто даст гарантию, что в следующий вторник ХАМАС не ответит так же, как обещал ответить в ближайший четверг?  

ХАМАС - это не Иордания, которая была участницей истории с металлодетекторами на Храмовой горе. Это террористическая организация, для которой все одно - Марш с флагами у Шхемских ворот или у Яффских. Или вообще - от Парка Независимости до Парка Ган а-Паамон.
 
Иерусалим - все еще столица Израиля.

Нет? 

Фейсбук подкинул очередное "воспоминание" с утра. Это Кубинка, ровно пять лет назад. Церемония передачи Израилю танка "Магах-3", потерянного в бое у Султан Яакуб в Южном Ливане в июне 1982-го.

Это был последний день визита Нетаниягу в Москву. Из Кубинки мы поехали прямо в аэропорт. Оркестр играл марш, танк почему то долго не появлялся, один из местных чиновников даже пошел посмотреть - что там не так. Но вот, наконец, он въехал, заглушив ревом своих моторов трубы и барабаны духового оркестра.

Это был очень эффектный кадр.

Бой у Султан Яакуб стал результатом случайного проникновения израильского танкового подразделения в зону сирийских войск. Попавшие в окружение израильские танки долгое время не могли пробиться из него, а брошенные на помощь резервные части не могли прорвать окружение снаружи. В том бою пропали без вести военнослужащие Захария Баумель, Йеуда Кац и Цви Фельдман. В апреле 2019-го года тело Захарии Баумеля, при посредничестве России, было возвращено на родину.