https://www.youtube.com/live/PeNkETRqUy4?si=G9z9pSP2bqvohrx4
Приходите на стрим сегодня в 21:00

Не было сегодня заседания партийного комитета Ликуда - перенесено на завтра. Но и завтра, возможно, тоже ничего не будет. Почему? Нетаниягу хочет, чтобы его депутаты сначала проголосовали за контроверсальные законопроекты, которые, мягко говоря, не пользуются популярностью даже среди ликудников. И уже потом он решит - кто из них будет достоин того, чтобы оказаться в предвыборном списке.

https://youtu.be/7sIQCYH3_WY?si=muc6JS7Spctt-Jlh
Есть такое понятие - Zeitgeist, дух времени. Мне кажется, дух первой половины 21-го века - это популизм. Когда политики разговаривают уже не друг с другом, а исключительно со своими избирателями, дипломатия постепенно превращается в шоу. И именно поэтому войны сегодня выглядят совсем иначе. То, что происходит сейчас в Ормузе - идеальный кейс. Об этом - в моем новом видео.

Ультраортодоксальные партии - угроза для Израиля? Звучит минимум как провокация, но дочитайте до конца.

Мы привыкли воспринимать государство как нечто само собой разумеющееся - это рамка, внутри которой течет наша повседневная жизнь. По умолчанию считается, что главная цель этой рамки - обеспечить гражданам безопасность. Это еще со времен Гоббса и Локка. Томас Джефферсон добавил к этому стремление к счастью. Но что происходит, когда в границах одного общества сталкиваются два принципиально разных, исключающих друг друга понимания этого самого счастья? Одно - рациональное и гражданское, другое - абсолютистское и метафизическое. В этой точке политическая философия заходит в тупик, а общественный договор начинает трещать по швам.

Мы в этой точке.

Как устроен общественный договор? По Локку, вступая в социум, человек заключает с ним рациональную сделку. Он добровольно отдает государству часть своих личных свобод и соглашается на жесткие обязанности: платить налоги, подчиняться законам и, если нужно, брать в руки оружие для защиты границ. Взамен государство гарантирует ему базовые правила игры, инфраструктуру и безопасность.

Этот договор держится на двух столпах:

Рациональный компромисс: все стороны согласны немного уступить в своих эгоистичных желаниях ради общего блага.
Принцип взаимности: обязанности делятся симметрично. Я защищаю тебя сегодня, ты защищаешь меня завтра.

Гражданство в этой системе координат выполняет две функции: инструментальную (государство как качественный провайдер услуг) и солидарную (ощущение общей судьбы и готовность рисковать собой ради общей общей идеи, семьи, общества и т.д).

Здесь возникает ловушка нерационального счастья. Либеральная модель общества провозглашает: каждый волен понимать счастье по-своему. Для одного это карьера и материальный успех, для другого - искусство, для третьего - духовные практики. Пока твое счастье не мешает другим, государство в него не вмешивается. Но эта логика работает только до тех пор, пока все участники спорят в одной “валюте” - в поле земной рациональности. Стороны могут спорить о размере налогов или сроках военной службы, потому что это поддается исчислению. Проблема возникает, когда внутри системы появляется группа, чье понимание счастья оперирует категориями религиозного абсолюта. Если для такой группы сохранение неизменного духовного уклада важнее физического выживания, рациональный компромисс становится невозможен. Любая попытка государства интегрировать их в общую систему обязанностей воспринимается ими не как гражданский долг, а как покушение на их душу и экзистенциальную идентичность. Когда такая группа настойчиво отстаивает свои права на автономию, но отказывается от симметричных обязанностей, она разрушает саму основу общественного договора - взаимность. Либеральная толерантность в этот момент оказывается в ловушке: должна ли она уважать право общины на образ жизни, который напрямую угрожает физическому выживанию всего остального социума?

Ну и вы конечно же поняли, что иллюстрацией этой дилеммы будет израильский кейс и наш затянувшийся конфликт вокруг призыва ультраортодоксального сектора в армию. Здесь столкнулись не просто две политические платформы, а две разные цивилизационные логики:
Рационально-гражданская (светская): “Мы живем во враждебном окружении. Чтобы государство существовало физически, служить и рисковать жизнью должны все. Это рационально”.
Религиозно-абсолютистская (ультраортодоксальная): “Изучение Торы — это высшая форма национальной обороны. Это наш метафизический щит. Если мы оставим Тору ради армии, танки нас не спасут”.
В этой точке общественный договор парализован. Стороны не могут договориться, потому что светский израильтянин видит в отказе от службы эгоизм и нарушение справедливости, а ультраортодокс видит в призыве угрозу духовному уничтожению своего народа.

Этот кризис не возник внезапно - у него есть конкретная историческая точка отсчета. В 1948 году первый премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион заключил с религиозными лидерами соглашение о “статус-кво”. В рамках этого пакта он освободил от службы в армии около 400 учеников ешив. Логика Бен-Гуриона была чисто светской и прагматичной. После Холокоста мир восточноевропейского еврейства лежал в руинах. Эти 400 юношей воспринимались как “живой музей”, горстка уцелевших, которым нужно дать шанс восстановить погибшую культуру. Бен-Гурион, будучи продуктом модернизма, был искренне уверен, что в плавильном котле нового прогрессивного государства “ультраортодоксия” сама собой отомрет в течение пары поколений. Это был колоссальный исторический просчет. “Музейный экспонат” благодаря высочайшей рождаемости превратился в мощнейший демографический фактор. То, что задумывалось как временный жест милосердия, превратилось в автоматическое освобождение от гражданского долга для десятков тысяч молодых людей ежегодно. Исключение полностью поглотило правило.

Мы подошли к моменту, когда прежний общественный договор мертв. Рациональная система, несущая на себе все риски физического и экономического выживания страны, больше не может и не хочет субсидировать систему религиозную, которая отказывается от взаимности. Рано или поздно израильскому обществу придется переформатировать этот договор на принципах жесткого гражданского равенства, либо государство неизбежно столкнется с системным коллапсом из-за потери внутренней солидарности. Израильский кризис уникален тем, что здесь столкнулись не “правые” и “левые”, а Просвещение и Теократия. Попытки решить этот спор юридическими формулировками БАГАЦа или политическими сделками в Кнессете - это лечение гангрены пластырем. Чтобы решить проблему, нужно иметь смелость назвать ее: отказ ультраортодоксов от службы в армии противоречит израильскому общественному договору. А соответственно, угрожает будущему Израиля как еврейского, демократического и жизнеспособного государства.

Израиль занял 11-е место в мире в Глобальном индексе силы за 2026 год, опередив такие страны как Индия и Канада. С итоговой оценкой 56,4 балла Израиль оказался всего в одном шаге от первой десятки наиболее влиятельных стран мира и расположился сразу после Объединенных Арабских Эмиратов.

Индекс учитывает не только сухие показатели оборонных бюджетов или ВВП, но и отражает широкое общественное восприятие. Он основан на масштабном опросе более 15 тысяч респондентов в 33 странах.

Рейтинг возглавляют Соединенные Штаты, занявшие первое место с максимальной оценкой в 100 баллов. Сразу за ними на втором месте находится Китай с оценкой 93,6 балла, который угрожает американскому лидерству благодаря охватывающим весь мир торговым связям и огромной армии.
Россия занимает третье место с оценкой 91,4 балла, несмотря на сравнительно небольшую экономику, главным образом благодаря своему ядерному арсеналу и геополитическому влиянию. Далее в первую десятку входят Великобритания, Германия, Южная Корея, Саудовская Аравия, Франция, Япония. На десятом месте, непосредственно перед Израилем, Объединенные Арабские Эмираты с результатом.

Турция заняла 14-е место в Глобальном индексе силы за 2026 год, набрав 32,7 балла и расположившись после Израиля, Индии и Канады. Ее относительно высокая позиция отражает статус региональной державы, опирающейся на одну из крупнейших армий НАТО, стратегическое положение между Европой, Азией и Ближним Востоком, развивающуюся оборонную промышленность и активное участие в таких регионах, как Сирия, Кавказ, Черное море и восточная часть Средиземного моря. Вместе с тем значительный разрыв между Турцией и Израилем, который набрал 56,4 балла и занял 11-е место, указывает на то, что респонденты сочли экономическое, политическое и военное влияние Турции на мировой арене более ограниченным.

Трамп: мы возвращаем морскую блокаду Ормузского пролива.

Основной закон об изучении Торы прошёл в окончательном чтении с результатом 63:52

https://youtu.be/nIFno4tLa2U?si=EB5TGemtI_37v6Q9
New York Times опубликовала расследование, которое выглядит как сценарий голливудского триллера: тайные встречи в Будапеште, глава «Моссада», черный Peugeot и попытка привести к власти бывшего президента Ирана Махмуда Ахмадинежада.

Доброе утро. Вчера пропустил забавное: Сара Нетаниягу, как сообщает YNET, потребовала пожизненную охрану и служебную машину с водителем. В ШАБАКе заявили, что готовы обеспечивать охрану лишь до тех пор, пока сохраняются реальные угрозы. А 13 июля прошла история о том, что Нетаниягу добивается продления охраны супруги и сыновей до конца 2031 года, независимо от итогов парламентских выборов. Тут в качестве детали стоит отметить, что дети Беннета и Лапида - двух предыдущих премьеров - охранными услугами ШАБАКа не пользуются.

Здесь возникают вопросы о степени реальности угроз жизни членов семьи премьера, но мы это оставим, как допущение. Служебная машина с водителем в случае проигрыша супруга - это более веселая история. Это ведь означает, что сам вариант поражения они не исключают. Не “а вдруг проиграем”, а “когда проиграем - мы все равно в шоколаде и под охраной”. Там, правда, есть одна неприятность с судебным процессом, но это как нибудь решим.

Это уже даже не политика, это культ личности с опцией all-inclusive. Корона, трон и личный водитель в комплекте. На случай, если народ внезапно решит, что хватит. Короче, предлагаю официально открыть рубрику “Утро Абсурдистана”. Будем собирать перлы, от которых у нормального человека глаз дергается.

https://youtu.be/mjMflYyH_-Q?si=3qxK5mlRpud3s251
Дональд Трамп впервые открыто заговорил о захвате иранской территории. Не о новых авиаударах - они и так ведутся. Не о санкциях - они вернулись. Дональд Трамп говорит о захвате острова Харк, через который проходит почти весь экспорт иранской нефти. И это меняет характер нынешнего кризиса. Зачем Вашингтону понадобился иранский остров? Действительно ли следующими целями станут мосты и электростанции? Почему Израиль пока наблюдает за этой войной со стороны, одновременно готовясь вмешаться? И не превращает ли Нетаньяху американскую кампанию против Ирана в главный сюжет собственных выборов?

Закон о замораживании арестов ультраортодоксов - уклонистов сам был заморожен БАГАЦом по петиции, поданной Еш Атид и Яира Лапида. Владимир Белиак говорил мне о таком сценарии и если честно, я не верил, что это произойдёт так быстро.
Зря Биби вчера в Кнессет пришёл (потому что ШАС и Яадут а-Тора его заставили). Получил освист от оппозиции - и остался ни с чем.

Гнев и разочарование в ультраортодоксальном секторе после решения БАГАЦа.
Высокопоставленный представитель "Агудат Исраэль" резко раскритиковал лидера партии ШАС Арье Дери:
"Уже три месяца он без конца продавливает закон, прекрасно зная, что у него нет никаких шансов устоять в БАГАЦе. За это время не прекращается подстрекательство против ультраортодоксальной общественности, зато у Дери идет предвыборная кампания. Вся ответственность лежит на нем."

https://youtube.com/live/xOnLhgEpKso
Приходите на стрим в восемь. Как раз успеем до начала футбола)))

https://www.youtube.com/watch?v=02towybLbmI

Американские самолёты впервые ударили по району Тегерана. Иран ответил ракетами по американским объектам. Казалось бы - вот она, новость дня. Но я бы предложил вам взглянуть на вице-президента США и его последнее интервью.
Джей Ди Вэнс - второй человек в государстве и возможный наследник движения Трампа - фактически предложил отказаться от исключительного статуса Израиля. Не главный союзник, не особый партнер, а просто одна из стран, отношения с которой должны оцениваться только через интересы Америки.
А затем в разговоре появились “кампания израильского влияния”, сорванные переговоры с Ираном и Джеффри Эпштейн с его предполагаемыми связями с разведками. Строгих доказательств Вэнс не предъявил, но политический сигнал прозвучал предельно ясно.
🔥 Почему республиканцы устали быть мировыми полицейскими? Отворачивается ли правая Америка от Израиля? И что произойдет с главным союзом Ближнего Востока после завершения нынешней войны? Разбираю в новом выпуске.

Арье Дери снял перчатки и пошел на начгенштаба с открытым, так сказать, забралом. Ибо выборы, а не вот это вот все. Это причина. Повод - письмо Эяля Замира в комиссию Кнессета по иностранным делам и обороне письма с предупреждением против закона, освобождающего уклонистов от призыва от арестов. Несмотря на это предупреждение, закон был окончательно принят во втором и третьем чтениях на пленарном заседании Кнессета.

"Он потерял ориентиры. То, что начальник Генштаба сделал в период выборов, - он пытался помочь левому блоку, совершенно однозначно. Он занят нападками на него и защитой собственного имени. Не может быть, чтобы начальник Генштаба Армии обороны Израиля не знал, что эти аресты не приведут к призыву ни одного человека”.

Тот же Дери, напомню, недавно публично выражал гордость его внуками, которые уклоняются от призыва в армию.

Специальная министерская комиссия (Нетаниягу, Кац, Левин, Бен-Гвир) приняла рекомендацию главы ШАБАКа Давида Зини предоставить пожизенную охрану Саре Нетаниягу.

Будут пробки. Развязку Геа только что перекрыли.

В Иране сообщают о взрывах на острове Кешм в Ормузском проливе.

Поразительно, конечно, как каждый раз - каждый раз! - повторяется эта история по одному и тому же сценарию. Когда молодые и дерзкие люди бросают вызов системе, приходят во власть, чтобы показать обещанную альтернативу. Но этот соблазн силы оказывается сильнее их, они не проходят испытание и со временем превращаются в обрюзгших старцев, ногтями цепляющихся за власть. Одни начинают войну, другие устраивают распродажу страны по дешевке, третьи готовы вообще на все, только чтобы была пожизненная охрана и плюшки. Их страны в этом моменте истории всегда кровоточат, но это их не волнует от слова совсем: они сами и пустили эту кровь.
А потом, когда они как обычно внезапно для их самих заканчивают свой путь, они удивляются - причем совершенно искренне: как это - мой народ меня и не любит?..

Министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир (Оцма Йеудит) и Министр окружающей среды Идит Сильман (Ликуд) договорились о пинципиальной возможности использования крокодилов на периметре тюрьмы для террористов Нухбы.