Свежие изменения в Генплане Ташкента.

Изменения в Генплане меня не пугают и я призываю окружающих тоже не ругать их. Почему. Генплан до 2045 года утверждён в декабре 2024 года, и после публикации и внимательного изучения в нём нашлись недостатки и вопросы, вносить изменения, чтобы решить проблемы — согласна. Плюс город меняется: население, социальные объекты, транспорт. В идеале Генплан должен стать цифровым двойником города с прогнозом до 2045 года — инструментом, который на любой вопрос отвечает расчётом. А регулярный пересмотр, например раз в год по итогам отчётов ведомств, — норма жизни для таких документов.

Но вчера я посмотрела свежие изменения на портале dshk.shaffofqurilish.uz и вижу, что в одном месте стало только хуже.

У Ботанического сада на 228 га теперь разрешено строительство до 27 этажей с коэффициентом плотности застройки до 8. Вокруг — махалли на 2–5 этажей. Переходной зоны нет: через улицу от разрешённых 27 этажей — двухэтажная застройка.

Прикинула. По заданным параметрам здесь может жить от 220 до 680 тысяч человек. Вообразите — это почти весь Мирзо-Улугбекский и Яшнабадский районы вместе взятые. Плотность — 970–2 990 человек на гектар. Наша норма — не более 400, а средняя плотность Манхэттена — 289.
Да, высокая плотность в городах возможна. Но в мировой практике высотные акценты применяют не массово: в заранее определённых местах гектар примерно до 10 и только после расчёта транспорта, сетей и социальной инфраструктуры. Здесь же речь о 228 гектарах, а расчёт не опубликован.

Вопросы:
1. Где будут учиться дети? Даже по минимальной оценке по нормам нужно 40+ школ на 990 мест. Не вижу в решениях.
2. Что входит в коэффициент плотности застройки (УМН) 8? Генплан не уточняет, считаются ли в этой площади школы, поликлиники, инженерные сооружения.
3. Кто авторы изменений? Решения такого масштаба готовят архитекторы, градостроители и инженеры. Были ли они здесь.

И, да, я за высотные здания. Мне всегда интересно, какие инженерные и архитектурные решения предлагают коллеги, и как спустя десятилетия живут решения, проверенные эксплуатацией. Я за развитие города.

Но я и за Генплан, который отвечает не только на вопрос «сколько можно построить», но и «почему именно столько», «как обеспечить это дорогами, школами, медициной и водой» и как это отразится на жизни и доходах тех, кто будет здесь жить и работать, и тех, кому придётся отсюда уехать.
Джентрификация — сложный процесс, который затрагивает бизнес, деньги и жителей.
Давайте подходить к этому осмысленно и с советом со специалистами.