Наверное, самое ужасное, что может произойти с человеком, если он станет безразличным ко всему, что происходит внутри и вокруг него. Но это безразличие обусловлено потерей веры во что-либо хорошее. Можно обозлиться на весь мир и избрать такой путь. Но когда ты не готов выбрать сторону зла, даже будучи на самом дне. При этом всё, на что ты надеялся, никак не оправдывается, и тут ты как будто бы умираешь. Нет ничего, за что можно зацепиться. Всё, что ты пробовал, — тщетно. И понимаешь, что внутри тебя образовывается пустота. От этого становится сильно не по себе, становится очень страшно.

Безысходность — самая страшная стадия осознания, что ничего уже не изменить.

<...>

Мама, ты этого не заслужила. Тебе очень тяжело, тяжелее, чем мне, я знаю, прости меня. Надейся на лучшее, но я ни на что не рассчитываю. Мы виделись совсем недавно, и ты видела, в каком я удручающем состоянии. Видела мои слезы и мое настроение. Подавлен и сломлен. Видела, как я изменился, похудел. Я поник, разбит от безысходности.

Мама, ты до сих пор мой ориентир и маяк. Ты свеча во тьме, что должна помогать идти дальше — отбывать наказание все эти годы. Однако мне страшно, что этого недостаточно. Система подавления и унижения бьет очень больно. Боюсь, я не выдержу.

Я еще живой по одной причине — остаток веры, что всё еще может быть. Что что-то произойдет хорошее. Я понимаю, что это из области фантастики, наверно, мой последний шанс не угаснуть — надеяться, что произойдет выдача российских политзаключенными в страны ЕС. Обмен.

Это слово, которое греет меня и держит мой разум в тонусе. Мне становится не по себе от мысли, что этого не произойдет. Неужели этот вариант не сбудется.

Самое ужасное, что может произойти, если человек потеряет веру и надежду. И станет безразличным, что происходит вокруг и внутри него.

Боюсь потерять веру в человечество, потерять веру в мир. За эти годы в заточении я множество раз разочаровывался — в друзьях, в системе правосудия, в адвокате. Сейчас до сих пор есть чувство незащищенности. Но всё еще надеялся на нечто. На это непонятное нечто, что спасет меня.

Сейчас уже хуже некуда. Я еще живой и хочу жить. Хочу радовать окружающих, я музыкант. Хоть и теряю квалификацию. Я не вижу другого варианта, как попасть в группу по обмену. Хочу порвать эти страницы, понимаю, что пишу наивные глупости. Но где-то там глубоко есть еще огонек надежды под названием «а вдруг».

Вдруг это не бред, вдруг это возможно. Вдруг есть люди, которые могут организовать спасение российских политзаключенных, которые находятся в тяжелом положении. Инвалиды, пенсионеры, обиженные.

Помогите нам!

«Сегодня техническая прозрачность списков отправителей Stars напрямую угрожает свободе и жизням сотен людей»

«Я даже сбился со счета, там больше 20 ударов»

«Я там орал на всю Нижнюю Первомайскую, что меня убивают, что применяют электрошокер. Но, к сожалению, никакой информации не осталось. <…> Никакого мата с моей стороны не было, я наоборот ещё успокаивал их, но они меня не слышали. Более того, не слышали, что у меня есть травма недавно полученная и никто на это не реагировал».