Forwarded from Front Fashion
Победитель японец Соши Оцуки (Soshiotsuki) бренду, на самом деле, уже 10 лет, потрясающе препарирует и реконструирует классический европейский костюм, меняя пропорции и объемы так, что он превращается в неформальную модную одежду. И кстати всякие мелкие детали вроде петельки для продевания шарфа, которые почему-то восхищают многих моих коллег не кажутся мне какими-то инновациями. Здесь все глубже и серьезнее - и галстук, заправленный в сорочку, и низкая застежка на манер двубортных пиджаков 80-х все это вроде как уже было. Мне важнее текучие линии, драпировки, объемы, которые не переходят красную гипер-линию, а странным образом, создают идеальный силуэт. Мне он напомнил Армани начала 80-х в японской версии, разумеется.
Его последнюю коллекцию все и так уже выложили, а я, с вашего позволения, выложу нереальной красоты съемку его коллекции fw 2020
Его последнюю коллекцию все и так уже выложили, а я, с вашего позволения, выложу нереальной красоты съемку его коллекции fw 2020
Исключительно скучному силуэту Autry Medalist сотрудничество с Maison MIHARA YASUHIRO явно пошло на пользу. Изначально обувной дизайнер, Ясухиро добавил паре характера (читай: столь почитаемых сегодня признаков «активной носки» — трещин и грязи), и теперь теннисную пару даже хочется порассматривать в деталях.
Прочитать о первой коллаборации японца с большим обувным брендом можно в нашем свежем тексте в «Правилах жизни».
Прочитать о первой коллаборации японца с большим обувным брендом можно в нашем свежем тексте в «Правилах жизни».
Forwarded from Maybe Art
Гибридность как дизайн-метод кажется мне одним из самых плодоносных.
Еще будучи студентом Gerrit Rietveld Academie, Дюран Лантинк уже производил и продавал одежду.
Он обращался к нидерландским бутикам таким, как Van Ravenstein, Ennu, Concrete и другим с просьбой отдать неликвиды, чтобы переработать их и вернуть в продажу. В результате появились гибридные модели Celine, Dries Van Noten, Junya Watanabe, Gucci, Miu Miu и многих других.
«Самыми трудными были модели Николя Жескьера для Balenciaga», — вспоминает Лантинк.
Подробно о преемнике Жана-Поля Готье читайте в статье Стеф Йотки в i-D. Там и про первые показы Лантинка на пляже в Гааге, и про дрон-шоу во время пандемии, и про наделавший шуму выход с женским бюстом.
В ожидании его дебюта в JPG накидаю несколько его химер начала карьеры.
Еще будучи студентом Gerrit Rietveld Academie, Дюран Лантинк уже производил и продавал одежду.
Он обращался к нидерландским бутикам таким, как Van Ravenstein, Ennu, Concrete и другим с просьбой отдать неликвиды, чтобы переработать их и вернуть в продажу. В результате появились гибридные модели Celine, Dries Van Noten, Junya Watanabe, Gucci, Miu Miu и многих других.
«Самыми трудными были модели Николя Жескьера для Balenciaga», — вспоминает Лантинк.
Подробно о преемнике Жана-Поля Готье читайте в статье Стеф Йотки в i-D. Там и про первые показы Лантинка на пляже в Гааге, и про дрон-шоу во время пандемии, и про наделавший шуму выход с женским бюстом.
В ожидании его дебюта в JPG накидаю несколько его химер начала карьеры.
Forwarded from Сделай лицо попроще
Итальянский квартет, ставший в 2025-м дуэтом. За кадром с фотоаппаратом — Карл Лагерфельд.
Vanity Fair, 1996 год.
«Мы отлично провели время, но наша группа была бы кошмаром для дирижера: струнный квартет, где никто не хочет играть вторую скрипку», — Джорджо Армани.
Vanity Fair, 1996 год.
Наш любимый профессор Эндрю Гроувс делится кадрами из книги Counter Culture, посвящённой гардеробу разных направлений преимущественно рабочего класса Великобритании. 653 страницы уместили примеры знаковых вещей с 1977 по 2002 годы — стилем уже знакомых футбольных фанатов, рейверов, би-боев перечень не ограничивается.
Примечательно, что предметы в практически музейном состоянии предоставляли участники описываемых сообществ. Гроувс подчёркивает, что за книгой стоят не кураторы или стилисты, а реальные люди с их артефактами и воспоминаниями.
Примечательно, что предметы в практически музейном состоянии предоставляли участники описываемых сообществ. Гроувс подчёркивает, что за книгой стоят не кураторы или стилисты, а реальные люди с их артефактами и воспоминаниями.