Сперва набьют тату, потом жалуются, что их не берут на работу. Рекрутёры стали почти в три раза чаще отказывать разукрашенным чернилами соискателям. В прошлом году "сливали" лишь 4% кандидатов, на начало этого — уже 11%. И, похоже, тенденция продолжит набирать обороты.

Сталкивались ли вы с дискриминацией по татуировочному принципу? С каких пор тату стало "волчьим билетом"? И как работодатели объясняют отказ в найме? Разбираемся вместе с эйчаром Кристиной Тороповой.

Давно не только зэки
Татуировки были распространены в царской России. Они встречались у разных категорий людей: военных, моряков, аристократов, преступников. Пётр I сделал их обязательными для солдат — чтобы проще было опознавать погибших и раненых в бою.

Но с середины XIX века и вплоть до 1917 года на татуировки в императорской армии действовал запрет. Главным образом, из-за риска занести заразу. Офицерам его не навязывали строго, а вот матросам и солдатам — запрещали категорически.

Тату-индустрия, какой мы знаем её, зародилась в России во второй половине 1990-х. Рисунки набивали и в советский период, хотя это не особо одобрялось в обществе. В общем и целом татуировки никогда не были атрибутом исключительно криминальной среды.

Сегодня и вовсе трудно кого-то удивить росписью на теле. Более того, вешать на татуированного человека клише про "тюрьму и суму" — давно моветон. Наравне с цветными волосами, пирсингом и тоннелями в ушах "забив" воспринимается как часть самовыражения.

Кольщик, наколи мне 疯狂腹泻
Из-за слишком заметных или многочисленных татушек чаще всего отказывали тем, кто хотел устроиться хостес, секретарём, эйчаром, продавцом-консультантом косметоса, руководителем. Также не повезло фармацевтам и медсёстрам. Вот тебе и "поступай в медицинский", к слову.

Объясняется рост числа отказов просто: изменился баланс спроса и предложения на рынке труда. Требования к внешнему виду кандидатов строже не становились. И это — чистая правда.

Сейчас работодатели как никогда лояльны к тату у соискателей, уверяет эйчар Кристина Торопова. Сотрудников с боди-артом можно найти во многих даже очень "серьёзных" организациях — среди работников банков, топ-менеджеров, риелторов, разработчиков. Препятствием для оффера может стать только уж совсем вызывающий рисунок.

Где норм, а где — стрём
По закону наличие татуировки — не основание для отказа при приёме на работу. Но в компании может быть внутренний устав с прописанным дресс-кодом. И тут уж извиняйте: да-да, нет-нет.

Даже в рамках одной сферы отношение к тату неоднозначное. В ресторане к вам подойдёт официант с "рукавами", в кафе — бариста с девственным кожным покровом. Многое зависит от мнения конкретного руководства.

Разделение, пусть и очень условное, всё же существует. Так, в среде "творческих" принято манифестировать по принципу "чем ярче, тем лучше". А, например, в сфере госслужащих, напротив, принято выглядеть максимально сдержанно.

Что не так с татуировками
Наличие татуировки работодатель может считывать по-разному. Эксперт Торопова приводит пример:

Для многих тату на лице — сразу мимо. Сам начальник может нормально к такому относиться, но он ведь думает и о реакции других. Никто не хочет создавать повод для конфликта на пустом месте.

Черепа, кресты, оружие, тем более на открытых участках тела, — тоже не лучшая история. Возникает прямая ассоциация с агрессией, жестокостью, бунтом.

"Рукава", забитая шея, большие рисунки — друг, может, ты слишком творческий, сдался тебе этот офис? Иногда такие яркие ребята уходят сами, потому что чувствуют себя некомфортно среди "чистых" коллег. Так тоже может быть.

Откровенно сексуальные сюжеты, политические лозунги и мемы эксперт также советует как минимум спрятать на собеседовании. Ну и смириться, что если возьмут, придётся ходить "покрытым" и дальше.

Совет эйчара: учитывайте контекст работы, на которую идёте устраиваться, не забивайте болт на трудовую репутацию, будьте честны — и полдела сделано. А из гарантированно безопасных опций почти всегда доступны удалёнка и самозанятость.

❤️ С любовью, Mash Room

Американский инвестор Роберт Кийосаки на днях выдвинул теорию о том, почему Иран обрушивает такую огневую мощь на Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), предполагая, что реальной целью является инвестиционный бум в области искусственного интеллекта стоимостью 1,4 трлн долларов, желание Ирана нанести урон технологической индустрии США и что это сложная экономическая атака на финансовую систему США — крупнейшая со времен нефтяного кризиса 1973 года.

...Иран атакует ОАЭ больше, чем Израиль. Остановитесь и задумайтесь об этом на секунду.
ОАЭ ни разу не запускали свои ракеты по Ирану. Ни одной. Они прямо запретили использовать свою территорию и воздушное пространство для атак на Иран. Более того, годами сохраняли тихие дипломатические отношения с Тегераном. И все равно Иран ударил по ним сильнее, чем по Израилю.

К 13-му дню войны Иран выпустил по ОАЭ:

— 314 баллистических ракет
— 15 крылатых ракет
— и 1672 дрона

Более половины всех иранских атак по странам Персидского залива пришлись именно на ОАЭ. Всего — более 3000 ракет и дронов по стране, которая не имела отношения к началу этой войны.


Ответ не в военной сфере. Он в экономике. И когда это понимаешь, вся война выглядит совсем иначе.

Вот что на самом деле атакует Иран.

В мае 2025 года Дональд Трамп прилетел в страны Персидского залива — и эта поездка стала одной из самых важных с экономической точки зрения в современной истории. Саудовская Аравия пообещала инвестировать в США на 600 млрд долларов. Катар — соглашение на 1,2 трлн долларов. ОАЭ — инвестиционная программа на 1,4 трлн долларов на 10 лет (ИИ, технологии, микрочипы, энергетика, производство). Всего — более 2 трлн долларов инвестиций из стран Залива в США.

При этом вклад ОАЭ (1,4 трлн) — это примерно 30% их ВВП. То есть страна фактически ставит свое экономическое будущее на сотрудничество с США.

Трамп также разрешил поставки в ОАЭ 500 000 самых современных чипов для ИИ от Nvidia ежегодно. Microsoft инвестировала 15 млрд долларов. Amazon, Google и другие крупные IT-компании строили дата-центры в Дубае и Абу-Даби.

ОАЭ перестают быть просто нефтяной страной. Они становятся центром искусственного интеллекта на Ближнем Востоке. Финансовым мостом между Востоком и Западом. Моделью современной арабской экономики. И эта модель построена вместе с США.

Глава национальной нефтяной компании Абу-Даби назвал удары Ирана по энергетике ОАЭ «глобальной экономической войной». Не военной — экономической.

Иран атаковал:

— нефтеперерабатывающий завод в Эр-Рувайсе (крупнейший в регионе)
— порт Джебель-Али (ключевой торговый узел)
— международный аэропорт Дубая
— дата-центр Amazon, нарушив работу облачных сервисов

Это не военные цели. Это инфраструктура экономического партнерства США и ОАЭ на 1,4 трлн долларов.

Иран не может победить США военным путем — это очевидно. Но он понимает то, чего многие не понимают: самое мощное оружие — это не ракеты, а экономический ущерб.

Стратегия Ирана проста:

— ОАЭ — это место, где сосредоточены деньги
— Там находятся штаб-квартиры американских компаний
— Там строится инфраструктура ИИ
— Туда должны прийти триллионы инвестиций

Если разрушить это — сделать регион небезопасным для страхования и инвестиций —
руководители компаний начнут думать: стоит ли вообще строить там дата-центры?

Если это сработает: сделка на 1,4 трлн развалится, компании уйдут, модель ОАЭ рухнет. И это станет сигналом другим странам: «Посмотрите, что произошло с Дубаем». Цель — не Израиль и не американские солдаты. Цель — экономическая система, связывающая США и страны Залива.

«Не атакуй врага там, где он силен. Бей туда, где он уязвим». Военная мощь США непобедима. Но экономика — цены на газ, фондовый рынок, технологические связи — уязвимы. И ОАЭ — ключевое звено этой системы — стало такой уязвимостью.

Эта война — не только военные действия. Это сложная экономическая атака на финансовую систему США — крупнейшая со времен нефтяного кризиса 1973 года.

При этом это не означает, что все партнерства разрушатся. Это просто стратегия Ирана и его способ вести эту войну...

Подписаться
MAX TIKTOK TG ☺️