Forwarded from Channel No. 6
24 июля 1921 года в Подмосковье сошел с рельсов аэровагон Абаковского
Инженер-самоучка Валериан Абаковский создал в 1920е аэровагон — дрезину, снабжённую мотором от самолёта и двухлопастным винтом. Аэровагон мог развивать скорость до 140 километров в час, правда, издавая страшный грохот. Но для настоящих коммунистов это видимо не было проблемой.
Странное сооружение Абаковского откатало 3000 км, после чего его было решено использовать для участников Третьего конгресса Коммунистического Интернационала в Москве. Было решено сгонять в Тулу, пообщаться там с местными шахтерами и вернуться обратно. Поехали немецкий коммунист Оскар Гельбрих и австралийский коммунист Джон Фриман, основатель и глава Донецко-Криворожской советской республики, близкий друг Сергея Кирова и Иосифа Сталина Фёдор Сергеев (товарищ Артём), еще 18 участников конгресса и сам изобретатель-самоучка
До Тулы делегация доехала успешно и в тот же день после окончания встреч с шахтёрами отправилась обратно. На обратном пути в районе Серпухова чудо-транспорт сошел с рельсов и ушел под откос. Погибли 6 человек (включая изобретателя и товарища Артёма), седьмой умер от ран чуть позже. Всех похоронили в кремлевской стене. Сына Артёма взял на воспитание лично Сталин. Сын до конца жизни считал что катастрофа была подстроена недругами отца (возможно лично Троцким)
А в честь Артёма (который на самом деле был Фёдор) город в Донецкой области Бахмут (часто звучавший в новостях в 2023 году) был переименован в Артемовск
Инженер-самоучка Валериан Абаковский создал в 1920е аэровагон — дрезину, снабжённую мотором от самолёта и двухлопастным винтом. Аэровагон мог развивать скорость до 140 километров в час, правда, издавая страшный грохот. Но для настоящих коммунистов это видимо не было проблемой.
Странное сооружение Абаковского откатало 3000 км, после чего его было решено использовать для участников Третьего конгресса Коммунистического Интернационала в Москве. Было решено сгонять в Тулу, пообщаться там с местными шахтерами и вернуться обратно. Поехали немецкий коммунист Оскар Гельбрих и австралийский коммунист Джон Фриман, основатель и глава Донецко-Криворожской советской республики, близкий друг Сергея Кирова и Иосифа Сталина Фёдор Сергеев (товарищ Артём), еще 18 участников конгресса и сам изобретатель-самоучка
До Тулы делегация доехала успешно и в тот же день после окончания встреч с шахтёрами отправилась обратно. На обратном пути в районе Серпухова чудо-транспорт сошел с рельсов и ушел под откос. Погибли 6 человек (включая изобретателя и товарища Артёма), седьмой умер от ран чуть позже. Всех похоронили в кремлевской стене. Сына Артёма взял на воспитание лично Сталин. Сын до конца жизни считал что катастрофа была подстроена недругами отца (возможно лично Троцким)
А в честь Артёма (который на самом деле был Фёдор) город в Донецкой области Бахмут (часто звучавший в новостях в 2023 году) был переименован в Артемовск
Forwarded from Vademecum Live
600 лет тяжб с Coca-Cola. Производители ультра-обработанных продуктов идут в суды, чтобы заблокировать меры по здоровому питанию
Крупнейшие мировые производители ультра-обработанных продуктов питания (УОП) подали сотни исков против правительственных мер, направленных на борьбу с нездоровым питанием. С 2010 по 2025 год в Мексике, Колумбии, Бразилии, США и Великобритании зарегистрировано 235 судебных разбирательств, выяснили журналисты The Guardian в ходе международного расследования.
УОП связаны с рисками для всех основных систем организма и составляют до половины рациона в таких странах, как Великобритания, США и Австралия. В ответ правительства вводят маркировку на лицевой стороне упаковки, ограничивают рекламу вредных продуктов и вводят налоги на нездоровую еду. Производители публично заявляют о поддержке этих мер, однако на деле оспаривают их в судах.
В трех четвертях исков заявителями выступили сами производители или их отраслевые ассоциации. Среди корпораций, фигурирующих в делах, – Coca-Cola, PepsiCo, Mondelēz, Kellogg’s, Danone, Ferrero, Xignux и Heartland Food Products Group. Многие компании требовали не раскрывать свои наименования. Из разрешенных дел три четверти были проиграны производителями, но судебные тяжбы в сумме заняли почти 600 лет и затянули принятие жизненно важных мер на годы.
Наибольшее число исков – 193 – подано в Мексике, еще 18 – в Колумбии и 17 – в Бразилии. Именно Латинская Америка стала пионером в принятии жестких мер по регулированию УОП, что сделало регион полем битвы между общественным здравоохранением и индустрией. В Великобритании зафиксирован лишь один иск, что, по мнению экспертов, объясняется слабостью местных норм, которые десятилетиями разрабатывались при участии самих производителей.
Большинство судебных споров касалось маркировки продуктов, затем – налогов и ограничений на рекламу. Представители отрасли заявляют, что выступают не против целей здравоохранения, а за ясность и единообразие правил. Однако исследователи настаивают: если бы меры не работали, компании не тратили бы миллионы на судебные тяжбы. Они замедляют борьбу с эпидемией ожирения, диабета, сердечно-сосудистых и других заболеваний, связанных с УОП.
Эксперты сравнивают тактику УОП-гигантов с методами табачной индустрии, которая десятилетиями судилась с правительствами из-за требований к упаковке и предупреждениям о вреде. Как и в случае с табаком, иски нацелены не столько на отмену законов, сколько на их затягивание, запугивание регуляторов и сковывание ресурсов государств.
Подписывайтесь на наши каналы в MAX: Vademecum и Vademecum Live
Крупнейшие мировые производители ультра-обработанных продуктов питания (УОП) подали сотни исков против правительственных мер, направленных на борьбу с нездоровым питанием. С 2010 по 2025 год в Мексике, Колумбии, Бразилии, США и Великобритании зарегистрировано 235 судебных разбирательств, выяснили журналисты The Guardian в ходе международного расследования.
УОП связаны с рисками для всех основных систем организма и составляют до половины рациона в таких странах, как Великобритания, США и Австралия. В ответ правительства вводят маркировку на лицевой стороне упаковки, ограничивают рекламу вредных продуктов и вводят налоги на нездоровую еду. Производители публично заявляют о поддержке этих мер, однако на деле оспаривают их в судах.
В трех четвертях исков заявителями выступили сами производители или их отраслевые ассоциации. Среди корпораций, фигурирующих в делах, – Coca-Cola, PepsiCo, Mondelēz, Kellogg’s, Danone, Ferrero, Xignux и Heartland Food Products Group. Многие компании требовали не раскрывать свои наименования. Из разрешенных дел три четверти были проиграны производителями, но судебные тяжбы в сумме заняли почти 600 лет и затянули принятие жизненно важных мер на годы.
Наибольшее число исков – 193 – подано в Мексике, еще 18 – в Колумбии и 17 – в Бразилии. Именно Латинская Америка стала пионером в принятии жестких мер по регулированию УОП, что сделало регион полем битвы между общественным здравоохранением и индустрией. В Великобритании зафиксирован лишь один иск, что, по мнению экспертов, объясняется слабостью местных норм, которые десятилетиями разрабатывались при участии самих производителей.
Большинство судебных споров касалось маркировки продуктов, затем – налогов и ограничений на рекламу. Представители отрасли заявляют, что выступают не против целей здравоохранения, а за ясность и единообразие правил. Однако исследователи настаивают: если бы меры не работали, компании не тратили бы миллионы на судебные тяжбы. Они замедляют борьбу с эпидемией ожирения, диабета, сердечно-сосудистых и других заболеваний, связанных с УОП.
Эксперты сравнивают тактику УОП-гигантов с методами табачной индустрии, которая десятилетиями судилась с правительствами из-за требований к упаковке и предупреждениям о вреде. Как и в случае с табаком, иски нацелены не столько на отмену законов, сколько на их затягивание, запугивание регуляторов и сковывание ресурсов государств.
Подписывайтесь на наши каналы в MAX: Vademecum и Vademecum Live
Forwarded from Историк Дюков
Весной 1915 года германские военные задумываются: а как бы дезорганизовать угольную промышленность в Донбассе? Обращаются за консультацией к бывшему директору русского угольного синдиката, по всей видимости, релоцировавшемуся немцу: что взорвать-то надо, чтобы все гикнулось? Бывший директор отвечает, что просто не будет, операции нужны широкомасштабные. И единственный рабочий вариант - договориться с руководством российской социал-демократической партии. Военные чешут в затылке и идут искать контакты - сначала через немецких соцдемов.