Forbes обновил список самых богатых наследников российских миллиардеров. Разбираемся, кому в будущем достанутся главные активы страны и как за год изменился расклад.

На первом месте бессменно Юсуф Алекперов, единственный наследник основателя «Лукойла». На него одного приходится потенциальное состояние отца в $29,5 млрд. При этом Юсуфу уже 35 лет, и он сам вполне успешный бизнесмен с личным капиталом в $560 млн. Ему принадлежит 0,2% акций отцовской компании, а также собственный бизнес — холдинг «Экто».

Вторую строчку уверенно держат дети совладельца «Новатэка» Леонида Михельсона — Виктория и ее младший сводный брат. На каждого из них приходится по $14,15 млрд. Виктория, к слову, уже полноценно управляет частью активов: отец передал ей компанию «ГЭС-2» и 2,3% акций самого «Новатэка», пока она продолжает активно заниматься культурными проектами.

Тройку лидеров замыкают дети основателя «Еврохима» и СУЭК Андрея Мельниченко — дочь Тара и сын Адриан. Их потенциальное наследство оценивается в $10,2 млрд на каждого.

В рейтинга также традиционно расположились дети Сулеймана Керимова (по $8,57 млрд), наследники Владимира Лисина из НЛМК (по $8,5 млрд), семья Геннадия Тимченко (трое детей, каждому светит по $8,06 млрд).
А вот Алексей Мордашов («Северсталь») и Владимир Потанин («Интеррос») при колоссальных капиталах в $37 млрд и $29,7 млрд обеспечивают детям куда более скромные доли в рейтинге. Всё потому, что наследников у них много — по семеро у каждого (на детей Потанина, например, выходит «всего» по $4,24 млрд).

Наследники же Павла Дурова рейтинг покинули. Если в прошлом году главной интригой было появление в списках детей от Ирины Болгар, то в этот раз основатель Telegram вообще в них не фигурирует. Теперь IT-индустрию в списке представляют дети основателей геймдев-гиганта Playrix — братьев Игоря и Дмитрия Бухманов. На каждого их ребенка потенциально приходится по $3,4 млрд.

Мы тут в последнее время часто критиковали массовое помешательство на улучшайзинге, но, вообще, админы только за то, чтобы бережно и аккуратно подправлять отражение в зеркале, если настроение от этого будет лучше.

Другое дело, что идти за этим нужно к тем, кому ни в эстетическом плане, ни в медицинском не страшно доверить лицо. Марина Лекомцева, у которой своя клиника на Таганке, точно совпадает с нами в представлении о прекрасном и разумном и ведет максимально полезный канал о современной косметологии. Вот тут косметолог ее клиники рассказывает о том, что делать с Ozempic face, тут – полный гид по BBL (один из самых классных аппаратов на вкус админа), а здесь – список процедур, если вы не готовы к болезненным ощущениям.

И, кстати, если пока вы ни на какие процедуры серьезнее домашних масочек не готовы, подпишитесь на канал «Запишите меня» – когда придет время, будете уже немного ориентироваться в технологиях и не попадетесь на уловки нерадивых косметологов.

Есть противопоказания. Необходима консультация специалиста.
18+

В конце мая Белый дом в экс-твиттере внезапно почтил память какого-то Харамбе.

Если кто-то не понял прикола, объясняем: Харамбе – это горилла, которую работники зоопарка Цинциннати застрелили 10 лет назад, чтобы спасти трехлетнего мальчика, упавшего к животному в вольер. Новость была резонансной, но вряд ли тогда кто-то мог представить, что Харамбе превратится в один из главных интернет-символов десятилетия. Dazed рассказывает, почему память о горилле до сих пор жива, и при чем тут Дональд Трамп с Илоном Маском.

В первые дни интернет реально скорбел о смерти гориллы, но довольно быстро Харамбе превратился в мем. Люди использовали его имя и образ в самых неожиданных контекстах – например, прифотошопливали его к знаменитостям и изображали на избирательных бюллетенях. А еще люди писали чрезмерно пафосные и слезливые посты о том, как сильно они скучают по Харамбе, превращая скорбь в обычный угар. Абсурдность происходящего подчеркивал и лозунг интернет-явления – «Члены наголо за Харамбе».

Разные политические силы не могли не воспользоваться шансом присосаться к хайпу вокруг мертвой гориллы – националистические организации, например, начали использовать мем в своей пропаганде. Мем подхватили не только радикальные интернет-сообщества, но и политики. Так, Дональд Трамп, комментируя новость об убийстве Харамбе, сказал: «Он был похож на мать, которая держит ребенка – такой красивый и спокойный». Илон Маск тоже залетал в твиттер с мемами о Харамбе – правда, спустя три года после смерти гориллы.

Есть вокруг Харамбе и конспирологическая теория, которая продолжает подогревать интерес к явлению даже спустя 10 лет. Согласно ей, смерть гориллы стала точкой, где человечество свернуло на худший таймлайн в истории. Сторонники теории списывают на проклятие Харамбе все плохое, что произошло за последние 10 лет – Брексит, войны, пандемию и экономические кризисы. Проклятие, по версии интернет-конспирологов, должно было закончиться 28 мая этого года. Пока не похоже, чтобы это предсказание сбылось.