Погребение схиархимандрита Илия (Ноздрина)

⚡⚡⚡Тысячи людей провожали Батюшку, машины стояли на обочинах от монастыря до Козельска все 5 км, для тех, кто не мог проникнуть в монастырь, за воротами поставили огромный экран. Русь, живая Русь провожала духовного наставника. Вряд ли многие, приехавшие попрощаться, лично встречались со старцем, но все читали или слышали его слово. Да, православная Русь не просто жива, она растет, ширится, и в этом очевидны старания и труды дарованного нам Господом схиархимандрита Илия. Все впереди! Слава России, Слава Богу!

Сюжет Первого канала о похоронах схиархимандрита Илия.

⚡⚡⚡С днём взятия Парижа русскими войсками Императора Александра l! Очень актуальная дата сегодня, спустя 211 лет.

На этом фото, сделанном в субботу кем-то из братии Оптиной, отец Илий помазывает мне голову освящённым маслом.

Кисточку он уже едва держал и даже сделать ровный крестик ему было трудно. Поэтому я помогал ему, поддерживая кисточку и немного водя головой, чтобы вышел крестик.

Стаканчик с водой и самые простые вещи уже были ему тяжелы. Несколько раз я выходил из кельи и плакал.
Сердце сжималось - сам не знаю, от чего.

От боли, что ему так тяжело. От прожитой огромной жизни, которая здесь, на земле кончается. От того, что он уходит, и как же тогда мы. И ещё от чего-то, чего я сам не понимаю.
От любви, которая умеет рвать что-то внутри.

И от несформулированных, наверно, мыслей, что Небо - такое доступное всем через него - видимо, скоро, примет его всецело и останется прежним, а эта земля никогда не станет такой же, какой была, когда отец Илий просто по ней и среди нас ходил.

Слабенький уже во всем, когда я попросил благословить меня, он перекрестил меня твердой и уверенной рукой. Я никогда, наверно, не скажу всего, чем было для меня это распятие, но его очищающую и победную силу я пережил в тот же день.

За моей спиной на фото у изголовья батюшкиной кровати - мощи святого Луки Крымского, большая частица.
Вчера, в день святого Луки, батюшку хоронили.

Он отошёл на стыке двух дней, которые вобрали смыслы всей его жизни.

В субботу праздновалась Державная икона Богородицы, на которой Матерь Божья на русском троне даёт нам понять, что управляет Россией. За Россию была и главная молитва отца Илия.

А в воскресенье праздновался Григорий Палама - великий учитель Церкви, который вывел самый близкий из доступных на земле путь к Царству Небесному - исихазм, умная молитва, тихий фаворский свет в человеке и учение о его обОжении.

ОбОжение - это способность носить уже здесь, на земле, в себе - рай, Царство Бога. В этом обОжении - вся суть Православия.

Все, кто знал отца Илия, видели в нём этот тихий отсвет рая.

Так на стыке двух дней - Державной (он про наше Царство Земное) и Паламы (он про Царство Небесное, которое должно бы отражаться в земном) - и отошёл отец Илий, продолжая, конечно, там, на Небе, свою молитву о земном. О России.

Где-то написали, что это последнее фото батюшки.
Нет, последнее, наверно, я сделал сам, на свой телефон. На нём один из самых близких чад батюшки, раб Божий Сергий, нежно по-сыновьи целует его в лобик перед нашим уходом.

Спустя несколько часов батюшки здесь уже не станет, и первое о чём подумалось в путанной рухнувшей тишине и боли - что батюшка ждал его, своего любимого сына, чтобы не уйти, не попращавшись, и не причинить ему этим боль ещё большую.

Это одна из великих черт всегда очень деликатной, нежной и тихой, точь-в-точь, как у Бога, любви отца Илия.

Святейший вчера в своём слове на отпевании старца много раз повторил это слово - любовь. И ещё больше сам с любовью и нежностью произносил мирское имя отца Илия - Алёша.

Потому что Святейший помнил и знал его ещё Алёшей.

И уже тогда, к Алёше тянулись все, с ним хотелось говорить, потому что в нём была эта любовь и ещё удивительная скромность, тишина, какая-то простота и простое желание быть незаметным.

К этому "незаметному" Алёше спустя всю его жизнь трое суток в Оптину текли десятки тысяч богомольцев и будут течь ещё долго-долго.

В это слово -Любовь, - на которую мы все, вся Россия, летели к отцу Илию, как мотыльки на свет, и отогревались, - вложено столько, чему так трудно, да и невозможно, найти более конкретные слова.

Как апостол Павел, видевший Царство Небесное и не сумевший его описать доступным нам словарём, так всякий, знавший отца Илия, не сумеет найти точных слов для переживания общения с ним. Потому что это ровно то же: это уже Царство Небесное, которое он тихо в себе носил.

И в которое тихо и очень мирно отошёл. В ушах стоит до сих пор это слово из ночного звонка, прервавшего дорожную дрёму: "отошёл".

Только православие может сказать о смерти таким полным лёгкого дыхания, любви, победы и тишины словом - отошёл.

Словно, ненадолго.