Основным жизненным стимулом Дмитрия Менделеева была страсть к упорядочиванию хаоса и раскладыванию всего по полочкам. Именно поэтому он придумал таблицу Менделеева, которая сделала его звездой мировой науки, работал в палате мер и весов, стандартизировал процент содержания спирта в водке, помогал Брокгаузу и Ефрону в составлении словаря. Тем логичнее прозвучит и то, что на досуге Менделеев любил клеить ящики, делать рамки для фотографий, собирать сундуки, переплетать книги, в общем, организовывать места хранения. Особенно хорошо ему удавались чемоданы, комплектующие для которых он закупал в Гостином дворе. Однажды, подбирая материалы для нового изделия, он услышал за спиной, как кто-то спросил: «Кто этот почтенный господин?», на что другой голос ответил: «Таких людей знать надо, это мастер чемоданных дел Менделеев». Говорят, что это всего лишь легенда, но я в таких случаях всегда считаю, что так все и было. На фото чемодан, сделанный Менделеевым, хранится в музее-заповденике Менделеева и Блока «Боблово»

Раз уж сегодня день рождения Сэнгоку Надэко, то грех не вспомнить Renai Circulation — опенинг, который до сих пор остается самым популярным (хотя, на мой вкус, не лучшим) опенингом в сериале благодаря своему большому потенциалу мемефикации. Думаю, пока буду в мск, сделаю его краткий разбор.

Fun fact, весь опенинг построен вокруг имени и персоналии Надэко — в лирике фигурируют игры слов камень-воля (石 — 意志) и разнообразные вариации на одинаковую запись слова Надэсико (идеальная женщина в японской культуре) и имени Надэко, а также уничижение себя (песня очень позитивная по тону, но лирика создает образ радостной улыбки, с которой она неиронично поливает себя грязью).