Просадка ВВП в годовом выражении усиливается
В сентябре динамика ВВП ухудшилась: по оперативной оценке Минэкономразвития, спад составил 5,0% г./г. (после 4,0% г./г. в августе). В результате падение за 3 кв. оказалось несколько больше, чем во 2 кв. – 4,4% г./г. против 4,1% г./г., соответственно. При этом, по нашим оценкам, в квартальном выражении с исключением сезонности экономика даже немного выросла (на 0,6% кв./кв.) после резкой просадки во 2 кв. (на 6,3% кв./кв.).
Торговля и промышленность – в «минусе». Среди отраслей наибольший спад наблюдается в оптовой торговле, динамика которой учитывает торговлю газом – в сентябре на 22,2% г./г. (в 3 кв. в среднем также более 22%). По аналогичным причинам грузооборот транспорта также усилил падение в сентябре (до 7,2% г./г.). Трубопроводные поставки снизились как в годовом (на 12,5% г./г.), так и в месячном выражении (на 2,9% м./м. с исключением сезонности). Наша оценка потребления (взвешенная сумма розничной торговли и услуг) в сентябре также ухудшилась (-7,4% г./г. после -6,0% г./г.) в том числе на фоне проведения частичной мобилизации (на заседании по ключевой ставке ЦБ также отмечал возможное охлаждение потребительского спроса в краткосрочной перспективе). Также в сентябре усилилось падение промышленного производства (-3,1% г./г. против -0,1% г./г.) по широкому кругу отраслей (см. наш обзор от 27 октября), что оказало давление на итоговую оценку ВВП (-1,5 п.п., по нашим оценкам).
В 4 кв. рецессия в экономике может углубиться. Совокупное снижение ВВП за 1-3 кв. составляет всего 2,0% г./г. В нашем базовом прогнозе в 2022 г. в целом экономика может сократиться на 3,5% г./г. Такой прогноз предполагает возвращение квартальных темпов с исключением сезонности в ощутимо отрицательную зону в 4 кв. – на уровень -4,0% кв./кв. На наш взгляд, главным фактором неопределенности в оставшиеся месяцы будет выступать формат вводимых внешнеторговых ограничений на торговлю нефтью и нефтепродуктами (в том числе вопрос о введении ценового потолка на соответствующее российское сырье).
В сентябре динамика ВВП ухудшилась: по оперативной оценке Минэкономразвития, спад составил 5,0% г./г. (после 4,0% г./г. в августе). В результате падение за 3 кв. оказалось несколько больше, чем во 2 кв. – 4,4% г./г. против 4,1% г./г., соответственно. При этом, по нашим оценкам, в квартальном выражении с исключением сезонности экономика даже немного выросла (на 0,6% кв./кв.) после резкой просадки во 2 кв. (на 6,3% кв./кв.).
Торговля и промышленность – в «минусе». Среди отраслей наибольший спад наблюдается в оптовой торговле, динамика которой учитывает торговлю газом – в сентябре на 22,2% г./г. (в 3 кв. в среднем также более 22%). По аналогичным причинам грузооборот транспорта также усилил падение в сентябре (до 7,2% г./г.). Трубопроводные поставки снизились как в годовом (на 12,5% г./г.), так и в месячном выражении (на 2,9% м./м. с исключением сезонности). Наша оценка потребления (взвешенная сумма розничной торговли и услуг) в сентябре также ухудшилась (-7,4% г./г. после -6,0% г./г.) в том числе на фоне проведения частичной мобилизации (на заседании по ключевой ставке ЦБ также отмечал возможное охлаждение потребительского спроса в краткосрочной перспективе). Также в сентябре усилилось падение промышленного производства (-3,1% г./г. против -0,1% г./г.) по широкому кругу отраслей (см. наш обзор от 27 октября), что оказало давление на итоговую оценку ВВП (-1,5 п.п., по нашим оценкам).
В 4 кв. рецессия в экономике может углубиться. Совокупное снижение ВВП за 1-3 кв. составляет всего 2,0% г./г. В нашем базовом прогнозе в 2022 г. в целом экономика может сократиться на 3,5% г./г. Такой прогноз предполагает возвращение квартальных темпов с исключением сезонности в ощутимо отрицательную зону в 4 кв. – на уровень -4,0% кв./кв. На наш взгляд, главным фактором неопределенности в оставшиеся месяцы будет выступать формат вводимых внешнеторговых ограничений на торговлю нефтью и нефтепродуктами (в том числе вопрос о введении ценового потолка на соответствующее российское сырье).
Потребительский спрос сдерживается неопределенностью и слабыми доходами
По данным Росстата, реальные располагаемые доходы населения в 3 кв. 2022 г. существенно ускорили падение г./г. (-3,4% г./г. против -0,8% г./г. во 2 кв. 2022 г.), однако, на наш взгляд, это полностью результат эффекта высокой базы прошлого года (в 3 кв. 2021 г. был зафиксирован ускоренный рост доходов). С исключением сезонности, динамика реальных располагаемых доходов в 3 кв. 2022 г. все же удержалась в положительной зоне (хотя рост оказался символическим, 0,3% кв./кв. против 1,5% кв./кв. во 2 кв. 2022 г.).
Основной рост доходов в 3 кв. в номинальном выражении поддерживается увеличением фонда оплаты труда и прочими доходами. Если первый растет во многом за счет индексаций оплаты труда в крупных отраслях (стабильно на ~2,5% кв./кв. с исключением сезонности), то, судя по всему, прочие доходы могут расти из-за неучтенных доходов от собственности и от предпринимательской деятельности. Обращает на себя внимание просадка бюджетных трансфертов населению: впервые с конца 2021 г. они сократились – на 2,2% кв./кв. с исключением сезонности в номинальном выражении. Впрочем, делать выводы о том, что бюджет сокращает финансирование, преждевременно. Мы полагаем, что это выглядит скорее как пауза после активного роста во 2 кв. 2022 г. (когда трансферты выросли сразу на 9% кв./кв. с исключением сезонности в номинальном выражении).
На данный момент динамика располагаемых доходов в реальном выражении выглядит лучше, чем в предыдущие кризисы. Так, в 2015 г. падение достигало 3,8% кв./кв. с исключением сезонности, а в 2020 г. –8,4% кв./кв. Мы полагаем, что текущая ситуация отличается относительным «спокойствием» рынка труда (в 2015 г. зарплаты сильно упали, в 2020 г. безработица резко взмыла вверх, тогда как сейчас безработица, по данным Росстата, находится на исторических минимумах, а зарплаты индексируются). Впрочем, не исключено, что проблемы рынка труда пока «заморожены» и могут проявиться в следующем году.
Падение реальных расходов населения, продолжается второй квартал подряд (-6,7% г./г. против -7,5% г./г. во 2 кв. 2022 г.). В целом, помимо слабых доходов на фоне пока высокой инфляции, важным сдерживающим фактором для расходов является неопределенность, которая не только продолжает стимулировать депозитную активность, но также и аккумулирование наличности на руках у населения (см. 4ый график – прирост денег на руках у населения составил почти 1 трлн руб. за квартал, на уровне многолетних максимумов). Также нельзя не отметить и сдержанную кредитную активность – рост неипотечных кредитов сейчас находится чуть выше 4% г./г. в номинальном выражении. Мы ждем сохранения этих тенденций и в ближайшей перспективе.
По данным Росстата, реальные располагаемые доходы населения в 3 кв. 2022 г. существенно ускорили падение г./г. (-3,4% г./г. против -0,8% г./г. во 2 кв. 2022 г.), однако, на наш взгляд, это полностью результат эффекта высокой базы прошлого года (в 3 кв. 2021 г. был зафиксирован ускоренный рост доходов). С исключением сезонности, динамика реальных располагаемых доходов в 3 кв. 2022 г. все же удержалась в положительной зоне (хотя рост оказался символическим, 0,3% кв./кв. против 1,5% кв./кв. во 2 кв. 2022 г.).
Основной рост доходов в 3 кв. в номинальном выражении поддерживается увеличением фонда оплаты труда и прочими доходами. Если первый растет во многом за счет индексаций оплаты труда в крупных отраслях (стабильно на ~2,5% кв./кв. с исключением сезонности), то, судя по всему, прочие доходы могут расти из-за неучтенных доходов от собственности и от предпринимательской деятельности. Обращает на себя внимание просадка бюджетных трансфертов населению: впервые с конца 2021 г. они сократились – на 2,2% кв./кв. с исключением сезонности в номинальном выражении. Впрочем, делать выводы о том, что бюджет сокращает финансирование, преждевременно. Мы полагаем, что это выглядит скорее как пауза после активного роста во 2 кв. 2022 г. (когда трансферты выросли сразу на 9% кв./кв. с исключением сезонности в номинальном выражении).
На данный момент динамика располагаемых доходов в реальном выражении выглядит лучше, чем в предыдущие кризисы. Так, в 2015 г. падение достигало 3,8% кв./кв. с исключением сезонности, а в 2020 г. –8,4% кв./кв. Мы полагаем, что текущая ситуация отличается относительным «спокойствием» рынка труда (в 2015 г. зарплаты сильно упали, в 2020 г. безработица резко взмыла вверх, тогда как сейчас безработица, по данным Росстата, находится на исторических минимумах, а зарплаты индексируются). Впрочем, не исключено, что проблемы рынка труда пока «заморожены» и могут проявиться в следующем году.
Падение реальных расходов населения, продолжается второй квартал подряд (-6,7% г./г. против -7,5% г./г. во 2 кв. 2022 г.). В целом, помимо слабых доходов на фоне пока высокой инфляции, важным сдерживающим фактором для расходов является неопределенность, которая не только продолжает стимулировать депозитную активность, но также и аккумулирование наличности на руках у населения (см. 4ый график – прирост денег на руках у населения составил почти 1 трлн руб. за квартал, на уровне многолетних максимумов). Также нельзя не отметить и сдержанную кредитную активность – рост неипотечных кредитов сейчас находится чуть выше 4% г./г. в номинальном выражении. Мы ждем сохранения этих тенденций и в ближайшей перспективе.
Дополнительные выплаты от Газпрома поддерживают бюджет
По данным Минфина, нефтегазовые доходы бюджета в октябре выросли до 1281,7 млрд руб. (против ~680 млрд руб. в среднем за прошлые 2 месяца), что связано как с поступлениями по НДД (в октябре 302 млрд руб., в прошлый раз учитывался в июле), так и с дополнительными выплатами Газпрома.
Напомним, что летом было утверждено повышение газовых выплат (надбавка к НДПИ) на 416 млрд руб. в месяц в период с 1 сентября по 30 ноября, что совокупно должно принести бюджету дополнительные 1,25 трлн руб. Первый пакет выплат попал в статистику за октябрь, в ноябре-декабре должны быть зафиксированы оставшиеся 0,83 трлн руб. Более того, в Госдуме утверждаются поправки к Налоговому кодексу, которые предполагают дополнительные изъятия у Газпрома в 2023-2025 гг. – в размере 50 млрд руб. в месяц (600 млрд руб. в год). Также в рамках этого законопроекта предполагается корректировка самого расчета НДПИ для газа, нефти и угля. Так, например, в 2023 г. экономический эффект от введения поправок в части газовых поступлений оценивается в 628,3 млрд руб. Отметим, что выплаченные в конце октября Газпромом промежуточные дивиденды за 1П 2022 г. относятся к прочим ненефтегазовым доходам, связанными с вхождением государства в акционерный капитал компаний (не учитываются в нефтегазовых доходах бюджета) и поддержат доходы Федерального бюджета за октябрь (статистика должна быть опубликована в ближайшие дни).
Без учета фиксированных выплат, размер НДПИ и пошлин в октябре сократился более чем на 15% м./м. с исключением сезонности – ухудшение коснулось как нефтяных, так и газовых поступлений. Согласно плану Минфина, в оставшиеся 2 месяца в бюджет должны поступить 1,88 трлн руб. нефтегазовых доходов (11,67 трлн руб. за 2022 г. в целом), что с поправкой на выплаты Газпрома предполагает дальнейшее снижение этой компоненты в условиях сохраняющегося санкционного давления на внешнеторговые каналы и приостановки поставок газа по поврежденному «Северному потоку-1».
По данным Минфина, нефтегазовые доходы бюджета в октябре выросли до 1281,7 млрд руб. (против ~680 млрд руб. в среднем за прошлые 2 месяца), что связано как с поступлениями по НДД (в октябре 302 млрд руб., в прошлый раз учитывался в июле), так и с дополнительными выплатами Газпрома.
Напомним, что летом было утверждено повышение газовых выплат (надбавка к НДПИ) на 416 млрд руб. в месяц в период с 1 сентября по 30 ноября, что совокупно должно принести бюджету дополнительные 1,25 трлн руб. Первый пакет выплат попал в статистику за октябрь, в ноябре-декабре должны быть зафиксированы оставшиеся 0,83 трлн руб. Более того, в Госдуме утверждаются поправки к Налоговому кодексу, которые предполагают дополнительные изъятия у Газпрома в 2023-2025 гг. – в размере 50 млрд руб. в месяц (600 млрд руб. в год). Также в рамках этого законопроекта предполагается корректировка самого расчета НДПИ для газа, нефти и угля. Так, например, в 2023 г. экономический эффект от введения поправок в части газовых поступлений оценивается в 628,3 млрд руб. Отметим, что выплаченные в конце октября Газпромом промежуточные дивиденды за 1П 2022 г. относятся к прочим ненефтегазовым доходам, связанными с вхождением государства в акционерный капитал компаний (не учитываются в нефтегазовых доходах бюджета) и поддержат доходы Федерального бюджета за октябрь (статистика должна быть опубликована в ближайшие дни).
Без учета фиксированных выплат, размер НДПИ и пошлин в октябре сократился более чем на 15% м./м. с исключением сезонности – ухудшение коснулось как нефтяных, так и газовых поступлений. Согласно плану Минфина, в оставшиеся 2 месяца в бюджет должны поступить 1,88 трлн руб. нефтегазовых доходов (11,67 трлн руб. за 2022 г. в целом), что с поправкой на выплаты Газпрома предполагает дальнейшее снижение этой компоненты в условиях сохраняющегося санкционного давления на внешнеторговые каналы и приостановки поставок газа по поврежденному «Северному потоку-1».
Диапазон сценариев ЦБ на 2023 г. остается широким
В опубликованном вчера квартальном докладе о ДКП, ЦБ раскрыл детали обновленной оценки динамики ВВП на 2022 г. (на октябрьском заседании совета директоров ожидания по спаду экономики на текущий год были улучшены с -6,0…-4,0% г./г. до -3,5…-3,0% г./г.).
Так, в 3 кв. регулятор оценивает сокращение ВВП на 4,0% г./г. (лучше ранее представленного Минэкономразвития значения, -4,4% г./г.), а в 4 кв. ожидает спад на 7,1% г./г. Такой сценарий соответствует снижению на 3,0% г./г. за весь 2022 г., и, по нашим оценкам, предполагает умеренную просадку в квартальном выражении с исключением сезонности в последнем квартале года, на 0,7% кв./кв. В нашем базовом прогнозе заложена более негативная динамика в секвенциальном выражении (~-4,0% кв./кв. в 4 кв.) за счет более консервативных предпосылок относительно состояния потребительского спроса и эффекта от вступления в силу внешнеторговых ограничений в части нефтегазового экспорта.
Глубина просадки ВВП в 2023 г. будет определяться как внешними, так и внутренними факторами. На 2023 г. ЦБ сохраняет достаточно широкий диапазон сценариев (-4,0%...-1,0% г./г.). Регулятор говорит об общем ухудшении состояния мировой экономики (подчеркивает рост риска глобальной рецессии). Вместе с возможным ужесточением санкционного режима, фактор охлаждения внешнего спроса может оказать дополнительное давление на российскую экономику. Источником неопределенности также выступает сам ход процесса структурной трансформации – масштабные и более растянутые шоки на стороне предложения (усложнившаяся логистика поставок оборудования и комплектующих, возможная фрагментация рынка труда, в том числе на фоне частичной мобилизации, и прочее). Впрочем, уже с 2024 г. ЦБ предполагает возврат экономики к темпам роста в 1,5…2,5% г./г. Наш прогноз соответствует более консервативному из базовых сценариев ЦБ на 2023 г. (снижение ВВП на 4,0% г./г.) и предполагает менее динамичную траекторию восстановления в последующие годы в условиях сохранения санкционного давления (0,9% г./г.).
В опубликованном вчера квартальном докладе о ДКП, ЦБ раскрыл детали обновленной оценки динамики ВВП на 2022 г. (на октябрьском заседании совета директоров ожидания по спаду экономики на текущий год были улучшены с -6,0…-4,0% г./г. до -3,5…-3,0% г./г.).
Так, в 3 кв. регулятор оценивает сокращение ВВП на 4,0% г./г. (лучше ранее представленного Минэкономразвития значения, -4,4% г./г.), а в 4 кв. ожидает спад на 7,1% г./г. Такой сценарий соответствует снижению на 3,0% г./г. за весь 2022 г., и, по нашим оценкам, предполагает умеренную просадку в квартальном выражении с исключением сезонности в последнем квартале года, на 0,7% кв./кв. В нашем базовом прогнозе заложена более негативная динамика в секвенциальном выражении (~-4,0% кв./кв. в 4 кв.) за счет более консервативных предпосылок относительно состояния потребительского спроса и эффекта от вступления в силу внешнеторговых ограничений в части нефтегазового экспорта.
Глубина просадки ВВП в 2023 г. будет определяться как внешними, так и внутренними факторами. На 2023 г. ЦБ сохраняет достаточно широкий диапазон сценариев (-4,0%...-1,0% г./г.). Регулятор говорит об общем ухудшении состояния мировой экономики (подчеркивает рост риска глобальной рецессии). Вместе с возможным ужесточением санкционного режима, фактор охлаждения внешнего спроса может оказать дополнительное давление на российскую экономику. Источником неопределенности также выступает сам ход процесса структурной трансформации – масштабные и более растянутые шоки на стороне предложения (усложнившаяся логистика поставок оборудования и комплектующих, возможная фрагментация рынка труда, в том числе на фоне частичной мобилизации, и прочее). Впрочем, уже с 2024 г. ЦБ предполагает возврат экономики к темпам роста в 1,5…2,5% г./г. Наш прогноз соответствует более консервативному из базовых сценариев ЦБ на 2023 г. (снижение ВВП на 4,0% г./г.) и предполагает менее динамичную траекторию восстановления в последующие годы в условиях сохранения санкционного давления (0,9% г./г.).
Инфляция в октябре осталась на понижательном тренде
По данным Росстата, инфляция по итогам октября составила 12,6% г./г., что сопоставимо с более оперативной оценкой, рассчитанной на недельной инфляционной корзине (12,7% г./г.). Более того, согласно нашим оценкам, основанным на данных Росстата, в начале ноября инфляция продолжила замедление, приблизившись к 12,5% г./г.
Удорожание большей части товаров и услуг не превышает целевого уровня ЦБ. Одним из ключевых факторов, способствующих устойчивому улучшению инфляционных оценок, является умеренный темп роста цен (так, в месячном выражении с исключением сезонности в октябре инфляция сложилась на уровне 0,15% м./м.). Основной проинфляционный вклад (0,05 п.п.) вносит удорожание фруктов и овощей, происходящее со смещенной сезонностью (1,2% м./м.). При этом, оцениваемая нами доля сильно дорожающих позиций инфляционной корзины вернулась к уровню ~30% после скачка в сентябре, вызванного преимущественно разовыми факторами (см. график). Так, после весеннего ценового всплеска, инфляционная динамика в общем остается охлажденной – с июня включительно средняя месячная инфляция для продовольственных (без учета плодоовощной группы) и непродовольственных товаров находится в околонулевой зоне (-0,01% м./м. и -0,14% м./м., соответственно). Впрочем, рост цен на услуги в аннуализированном выражении несколько превышает целевой уровень ЦБ.
Аннуализированная инфляция в краткосрочной перспективе может остаться в пределах 4% г./г. Мы полагаем, что в ближайшие месяцы ослабленный потребительский спрос продолжит охлаждать инфляцию. По итогам 2022 г. мы ожидаем годовой показатель на уровне 12% г./г. С поправкой на разовый эффект от более ранней индексации коммунальных тарифов (в декабре – дополнительно 0,5-0,6 п.п. к годовой цифре), такой прогноз предполагает сохранение месячной инфляции на уровне 0,2-0,3% м./м. в ноябре-декабре. Сохранение пониженного инфляционного давления может позволить ЦБ вернуться к снижению ставки (в сторону диапазона 6,5-7,0%) в 1П 2023 г.
По данным Росстата, инфляция по итогам октября составила 12,6% г./г., что сопоставимо с более оперативной оценкой, рассчитанной на недельной инфляционной корзине (12,7% г./г.). Более того, согласно нашим оценкам, основанным на данных Росстата, в начале ноября инфляция продолжила замедление, приблизившись к 12,5% г./г.
Удорожание большей части товаров и услуг не превышает целевого уровня ЦБ. Одним из ключевых факторов, способствующих устойчивому улучшению инфляционных оценок, является умеренный темп роста цен (так, в месячном выражении с исключением сезонности в октябре инфляция сложилась на уровне 0,15% м./м.). Основной проинфляционный вклад (0,05 п.п.) вносит удорожание фруктов и овощей, происходящее со смещенной сезонностью (1,2% м./м.). При этом, оцениваемая нами доля сильно дорожающих позиций инфляционной корзины вернулась к уровню ~30% после скачка в сентябре, вызванного преимущественно разовыми факторами (см. график). Так, после весеннего ценового всплеска, инфляционная динамика в общем остается охлажденной – с июня включительно средняя месячная инфляция для продовольственных (без учета плодоовощной группы) и непродовольственных товаров находится в околонулевой зоне (-0,01% м./м. и -0,14% м./м., соответственно). Впрочем, рост цен на услуги в аннуализированном выражении несколько превышает целевой уровень ЦБ.
Аннуализированная инфляция в краткосрочной перспективе может остаться в пределах 4% г./г. Мы полагаем, что в ближайшие месяцы ослабленный потребительский спрос продолжит охлаждать инфляцию. По итогам 2022 г. мы ожидаем годовой показатель на уровне 12% г./г. С поправкой на разовый эффект от более ранней индексации коммунальных тарифов (в декабре – дополнительно 0,5-0,6 п.п. к годовой цифре), такой прогноз предполагает сохранение месячной инфляции на уровне 0,2-0,3% м./м. в ноябре-декабре. Сохранение пониженного инфляционного давления может позволить ЦБ вернуться к снижению ставки (в сторону диапазона 6,5-7,0%) в 1П 2023 г.
Сальдо торгового баланса в октябре продолжило сокращение
Согласно предварительной оценке ЦБ РФ, профицит счета текущих операций в октябре составил 17,7 млрд долл. (накопленным итогом за 10М – 215,4 млрд долл.). В условиях санкций и действующих ограничений валютного контроля, накопленный профицит ощутимо превышает оценку за аналогичный период прошлого года (в 2,3 раза).
Текущий счет в октябре подрос, … Октябрьская оценка оказалась несколько выше среднего уровня в 3 кв. (17,1 млрд долл.). Незначительный рост связан с сужением баланса первичных и вторичных доходов (-1,6 млрд лолл. против -5,7 млрд долл. в среднем в 3 кв.), что может объясняться сезонной слабостью доходов к выплате в октябре.
… несмотря на продолжающееся сужение торгового баланса. С другой стороны, сальдо торгового баланса продолжает сокращаться (19,3 млрд долл. после 22,7 млрд долл. в среднем в 3 кв.) на фоне продолжающегося сужения нефтегазового экспорта и оживления импорта. В докладе о ДКП ЦБ отмечает, что, начиная с 3 кв., восстановительные тенденции в динамике импорта связаны в том числе с инвестиционными товарами (в первые месяцы кризиса в основном налаживались цепочки поставок для товаров конечного потребления).
Сужение торгового баланса – фактор ослабления курса рубля. По итогам года ЦБ РФ ожидает сальдо торгового баланса на уровне 305 млрд долл., что даже предполагает рост относительно октября более чем на 20% (24,0 млрд долл. в среднем в ноябре-декабре,). При этом, на экспорт в номинальном выражении продолжат оказывать давление (1) вступление в силу частичного нефтяного эмбарго со стороны ЕС, (2) ожидаемое введение ценового потолка на российскую нефть и (3) приостановка поставок газа по поврежденному газопроводу «Северный поток-1», в результате чего, на наш взгляд, торговый баланс, напротив, может продолжить сужение, что снизит фундаментальную поддержку курса рубля. Мы полагаем, что на этом фоне, рубль имеет умеренный потенциал для ослабления в ближайшие месяцы.
Согласно предварительной оценке ЦБ РФ, профицит счета текущих операций в октябре составил 17,7 млрд долл. (накопленным итогом за 10М – 215,4 млрд долл.). В условиях санкций и действующих ограничений валютного контроля, накопленный профицит ощутимо превышает оценку за аналогичный период прошлого года (в 2,3 раза).
Текущий счет в октябре подрос, … Октябрьская оценка оказалась несколько выше среднего уровня в 3 кв. (17,1 млрд долл.). Незначительный рост связан с сужением баланса первичных и вторичных доходов (-1,6 млрд лолл. против -5,7 млрд долл. в среднем в 3 кв.), что может объясняться сезонной слабостью доходов к выплате в октябре.
… несмотря на продолжающееся сужение торгового баланса. С другой стороны, сальдо торгового баланса продолжает сокращаться (19,3 млрд долл. после 22,7 млрд долл. в среднем в 3 кв.) на фоне продолжающегося сужения нефтегазового экспорта и оживления импорта. В докладе о ДКП ЦБ отмечает, что, начиная с 3 кв., восстановительные тенденции в динамике импорта связаны в том числе с инвестиционными товарами (в первые месяцы кризиса в основном налаживались цепочки поставок для товаров конечного потребления).
Сужение торгового баланса – фактор ослабления курса рубля. По итогам года ЦБ РФ ожидает сальдо торгового баланса на уровне 305 млрд долл., что даже предполагает рост относительно октября более чем на 20% (24,0 млрд долл. в среднем в ноябре-декабре,). При этом, на экспорт в номинальном выражении продолжат оказывать давление (1) вступление в силу частичного нефтяного эмбарго со стороны ЕС, (2) ожидаемое введение ценового потолка на российскую нефть и (3) приостановка поставок газа по поврежденному газопроводу «Северный поток-1», в результате чего, на наш взгляд, торговый баланс, напротив, может продолжить сужение, что снизит фундаментальную поддержку курса рубля. Мы полагаем, что на этом фоне, рубль имеет умеренный потенциал для ослабления в ближайшие месяцы.
Профицит бюджета в октябре расширился
По оценке Минфина, за январь-октябрь профицит федерального бюджета расширился до 128,4 млрд руб. (за 9 месяцев составлял 54,7 млрд руб.).
До конца года повышенный НДПИ Газпрома будет поддерживать бюджет. Такая динамика преимущественно связана с временным усилением нефтегазовых доходов за счет дополнительных фиксированных выплат НДПИ Газпромом (совокупно должны составить 1,25 трлн руб., в октябре поступила треть, см. наш обзор от 8 ноября). Без учета этого фактора, по нашим оценкам, доходы сократились бы на 9% м./м. с исключением сезонности, а бюджет накопленным итогом мог бы перейти в состояние дефицита.
Ненефтегазовые поступления последние 6 месяцев постепенно замедляются со средним темпом -1,5 % м./м. с исключением сезонности. Отметим, что состоявшаяся в октябре выплата промежуточных дивидендов за 1П 2022 г. Газпрома отчасти сгладила наблюдающийся нисходящий тренд.
В прогнозе предполагается активизация расходов. Ускорение расходов в октябре преимущественно связано с сезонным фактором. В 4 кв. использование бюджетных средств обычно происходит более интенсивно. Так, в ноябре-декабре Минфин планирует потратить еще ~7 трлн руб. При этом, по нашим расчетам, с исключением сезонности, расходы в октябре даже незначительно сократились (на 3% м./м.), что, впрочем, также могло быть связано с коррекцией после результатов за сентябрь.
Дефицит бюджета может превысить прогнозную оценку. С учетом заложенного роста расходов, согласно плану Минфина, дефицит бюджета в 2022 г. должен сложиться на уровне 1,3 трлн руб. Мы полагаем, что он может оказаться более существенным в условиях сохраняющегося давления санкционных ограничений на доходную часть – если заложенные нефтегазовые поступления (11,7 трлн руб.) могут быть выполнены с учетом запланированных дополнительных выплат Газпрома, то ненефтегазовые доходы при сохранении текущей динамики могут оказаться ниже официального прогноза (16,0 трлн руб.) на 1,0-1,5 трлн руб.
По оценке Минфина, за январь-октябрь профицит федерального бюджета расширился до 128,4 млрд руб. (за 9 месяцев составлял 54,7 млрд руб.).
До конца года повышенный НДПИ Газпрома будет поддерживать бюджет. Такая динамика преимущественно связана с временным усилением нефтегазовых доходов за счет дополнительных фиксированных выплат НДПИ Газпромом (совокупно должны составить 1,25 трлн руб., в октябре поступила треть, см. наш обзор от 8 ноября). Без учета этого фактора, по нашим оценкам, доходы сократились бы на 9% м./м. с исключением сезонности, а бюджет накопленным итогом мог бы перейти в состояние дефицита.
Ненефтегазовые поступления последние 6 месяцев постепенно замедляются со средним темпом -1,5 % м./м. с исключением сезонности. Отметим, что состоявшаяся в октябре выплата промежуточных дивидендов за 1П 2022 г. Газпрома отчасти сгладила наблюдающийся нисходящий тренд.
В прогнозе предполагается активизация расходов. Ускорение расходов в октябре преимущественно связано с сезонным фактором. В 4 кв. использование бюджетных средств обычно происходит более интенсивно. Так, в ноябре-декабре Минфин планирует потратить еще ~7 трлн руб. При этом, по нашим расчетам, с исключением сезонности, расходы в октябре даже незначительно сократились (на 3% м./м.), что, впрочем, также могло быть связано с коррекцией после результатов за сентябрь.
Дефицит бюджета может превысить прогнозную оценку. С учетом заложенного роста расходов, согласно плану Минфина, дефицит бюджета в 2022 г. должен сложиться на уровне 1,3 трлн руб. Мы полагаем, что он может оказаться более существенным в условиях сохраняющегося давления санкционных ограничений на доходную часть – если заложенные нефтегазовые поступления (11,7 трлн руб.) могут быть выполнены с учетом запланированных дополнительных выплат Газпрома, то ненефтегазовые доходы при сохранении текущей динамики могут оказаться ниже официального прогноза (16,0 трлн руб.) на 1,0-1,5 трлн руб.
Минфин охладил темп заимствования
На сегодняшних аукционах Минфин предлагает к размещению уже ставший стандартным набор из трех выпусков разного типа без лимита: (1) новый классический 10-летний ОФЗ-ПД 26241, (2) новый 11-летний «флоатер» ОФЗ-ПК 29022 и (3) 10-летний инфляционный линкер ОФЗ-ИН 52004 (в обращении ~88 млрд руб.). Напомним, что на прошлой неделе Минфин сменил стратегию, ощутимо сократив объем удовлетворенных заявок – в рынок ушло бумаг на 42 млрд руб. против 167 млрд руб. ранее. В отличие от предыдущих аукционов, Минфин не принял заявки с повышенной премией, отметив, что предложенные ценовые условия «не соответствовали рыночным значениям».
На фоне изменения стратегии Минфином кривая ОФЗ скорректировались вниз (см. график). Так, доходность 10-летних бумаг опустилась на ~10 б.п. относительно уровня вторника прошлой недели – до 10,4%. Отметим, что по нашим оценкам, с конца сентября уровень премии за неопределенность в котировках длинных бумаг вырос на 0,5 п.п. и находится на повышенном уровне (около 3,5 п.п.), что также делает размещения для Минфина более дорогими. С другой стороны, сам факт выхода на рынок в таких условиях позитивен – (1) поддерживает ликвидность рынка госдолга и (2) потенциально позволяет ограничить траты ФНБ для покрытия дефицита бюджета (по официальной оценке, в 2022 г. может составить 1,3 трлн руб., но А. Силуанов допускал превышение этого уровня). При прочих равных, мы полагаем, что Минфин может сохранить текущий темп заимствования на ближайших аукционах.
На сегодняшних аукционах Минфин предлагает к размещению уже ставший стандартным набор из трех выпусков разного типа без лимита: (1) новый классический 10-летний ОФЗ-ПД 26241, (2) новый 11-летний «флоатер» ОФЗ-ПК 29022 и (3) 10-летний инфляционный линкер ОФЗ-ИН 52004 (в обращении ~88 млрд руб.). Напомним, что на прошлой неделе Минфин сменил стратегию, ощутимо сократив объем удовлетворенных заявок – в рынок ушло бумаг на 42 млрд руб. против 167 млрд руб. ранее. В отличие от предыдущих аукционов, Минфин не принял заявки с повышенной премией, отметив, что предложенные ценовые условия «не соответствовали рыночным значениям».
На фоне изменения стратегии Минфином кривая ОФЗ скорректировались вниз (см. график). Так, доходность 10-летних бумаг опустилась на ~10 б.п. относительно уровня вторника прошлой недели – до 10,4%. Отметим, что по нашим оценкам, с конца сентября уровень премии за неопределенность в котировках длинных бумаг вырос на 0,5 п.п. и находится на повышенном уровне (около 3,5 п.п.), что также делает размещения для Минфина более дорогими. С другой стороны, сам факт выхода на рынок в таких условиях позитивен – (1) поддерживает ликвидность рынка госдолга и (2) потенциально позволяет ограничить траты ФНБ для покрытия дефицита бюджета (по официальной оценке, в 2022 г. может составить 1,3 трлн руб., но А. Силуанов допускал превышение этого уровня). При прочих равных, мы полагаем, что Минфин может сохранить текущий темп заимствования на ближайших аукционах.