Нас, конечно, не может не беспокоить, что этот рост сопровождается увеличением цен на жилье и снижением качества кредитов за счет выдачи ипотеки заёмщикам с уже высокой долговой нагрузкой. В будущем это может обернуться большими рисками и для банков, и главное, для самих заемщиков.

Деструктивные силы не должны допускаться к политике, а вот среди сил, которые поддерживают патриотический консенсус, должна быть самая демократичная демократия. И сейчас, на мой взгляд, президент должен быть заинтересован в том, чтобы избирательный процесс был максимально чистым и прозрачным. Необходимо отказаться от мышления «свои-чужие». Мы здесь, с точки зрения патриотизма, все свои, и коммунисты представляют огромный сегмент общества. По всем опросам, наши ценности доминируют и выходят далеко за 50%.

У нас этого пока, к сожалению, нет. Вообще в обществе должно быть множество мнений. И власть должна слышать не только благожелательные мнения. Нужен канал, по которому будут транслироваться самые неблагожелательные мнения. Тогда будет обратная связь и доверие.

И чем дальше, тем больше мы видим, что начало СВО усилило в обществе социалистические настроения. И эти настроения должны каким-либо образом находить выход в реальной политике.

Ключевая особенность России как империи состоит в том, что у нас всё наоборот. В отличие от классической империи, где метрополия живёт за счёт колоний, их экономического ограбления, в России присоединяемые территории всегда жили за счёт метрополии, в первую очередь, за счёт центральных нечернозёмных районов. Российская Империя никогда не была тюрьмой народов. Этот тезис по отношению к императорской России можно принять только в одном случае, если сказать, что главным заключённым был русский народ, на плечи которого ложилось самое тяжёлое экономическое бремя.

Давайте опубликуем, как распределялся бюджет Советского Союза: сколько каждая республика давала и сколько она получала из всесоюзного бюджета. Мы всегда были и остаёмся полиэтничным государством. Это наше колоссальное преимущество. Потому что это взаимообогащает культуры, является источником развития. Но эта же полиэтничность создаёт условия для эффективного разжигания различного рода конфликтов и может быть инструментом гибридной войны против нас. А противодействовать этому можно, только говоря правду.

Потому что большевики, в том числе, и за счёт России развивали национальные республики, вкладывали деньги в образование, медицину, в строительство промышленных предприятий, в развитие аграрного комплекса, чтобы там люди жили на своей земле, чтобы они там имели работу, чтобы они облагораживали свою историческую родину и не рвались за куском хлеба в центральную Россию. Обратите внимание, почему в Советском Союзе была реальная дружба народов. Да был бытовой национализм, но ничего подобного тому, что есть сейчас, не было. Потому что не было нужды узбеку, таджику, киргизу, азербайджанцу или армянину ехать в Москву и перетаскивать сюда своих родственников, знакомых, друзей и т.д. Потому что они прекрасно жили у себя на родине, зачастую лучше, чем в России. Они работали на местных предприятиях, в колхозах, преподавали в местных школах, лечили своих земляков в больницах и т.д.

А потакают этому, прежде всего, наш капитал и бюрократия, которая с ним тесно связана. Они же не сами по себе сюда едут. Чем руководствуются эти самые новоявленные буржуи? Прибылью. Свои шкурные интересы они ставят ваше национальных, государственных и прочих. Можем ли мы на основе такой политике восстановить прежнее отношение с бывшими союзными республиками? Конечно, нет.

Попробуйте прожить на 20 тысяч рублей в любом регион нашей страны. Вы, как минимум, рискуете серьёзно заболеть. К сожалению, это реалии нашего так называемого рынка труда, в котором существует такой феномен, как работающий бедный. Люди работают на тяжёлой работе или даже на нескольких, но всё равно остаются в зоне бедности. Стоит заболеть чем-то серьёзнее простуды или столкнуться с иными финансовыми трудностями, и МРОТ в размере 20 тысяч становится недостаточным для базовых потребностей. Начинаются кредиты и микрокредиты, и, в конечном итоге, люди остаются ни с чем.

В структуре нашей экономики преобладают торговля, услуги, финансовые операции и операции с недвижимостью. А что касается производства и иных категорий, которые производят добавленную стоимость, с этим в России и, в частности, в Москве всё довольно плохо. На площадке Мосгордумы у нас постоянно идёт дискуссия о промышленном развитии. Представители мэрии говорят, что всё хорошо, что промышленность растёт. Но если мы посмотрим на предлагаемые зарплаты на рынке труда, ты выяснится, что ситуация не такая благополучная.

МРОТ – это не только точка отсчёта для вычисления пенсий и социальных пособий, но и способ манипуляции с заработной платой, когда официально выплачивают минимальную часть, а всё остальное – в виде премии. А премию работодатель может снять в любой момент. И это касается не только частного, но и государственного работодателя.

Ситуация на рынке труда очень несбалансированная. «Начальство» считает, что людям денег давать не надо. Постоянно идёт разговор об очень большом дефиците рабочей силы, о том, что люди якобы не хотят работать. Хотят и даже очень, но не за копейки, когда понимают, что та самая прибавочная стоимость уходит капиталисту, а инфляция сжирает даже эти небольшие надбавки к МРОТу.

Одно дело, если мы рассматриваем электронные платформы-агрегаторы как технологию, которая сокращает путь от заказчика до клиента. Но статистика вещь неумолимая, и сейчас уже около 8 миллионов занято в платформенной экономике. Из них практически половина отвечает, что это их единственный источник дохода. Это тенденция тревожит. Платформы создавались не для этого, и выталкивание людей в эту сферу происходит не от хорошей жизни. Вот человек чем-то торгует на платформе, получает доход, уплачивает с этого налоги. Но статистика Минфина подсказывает, что взносы в страховые фонды делают не больше 20% людей, занятых в платформенном секторе. И через несколько лет, когда людям нужно будет выходить на пенсию, они будут получать минимум, гарантированный государством. И то, не факт. Не говоря уже об адекватном размере этой пенсии.

То же касается и других страховых взносов. Эти люди, например, не могут получить больничный лист. Если они заболеют или, того хуже, получат увечья в результате осуществления свой деятельности, для них не предусмотрен механизм страхования по временной нетрудоспособности. Такие случаи существуют, и здесь мы можем уповать только владельцев платформ, что само по себе совершенно неправильно.

Что же нам говорят законодатели? Что будет некий рамочный закон о платформенной экономике, состоящий из общих положений. А параллельно с этим существует очень сильная лоббистская группа этих платформ. Это крупный бизнес. И на откуп уже существующему совету больших платформ будут отданы жизненно важные вопросы: штрафы, страхование, распределение рабочей нагрузки и т.д.

Ничего нового не происходит. Перед каждыми выборами всё то же самое. Есть такое понятие как формирующий опрос. Я думаю, что все эти опросы проводятся относительно честно, но люди, когда их о чём-то спрашивают социологи, как правило, отвечают формально, лишь бы от них отвязались. Вы же не будете говорить что-то неподобающее незнакомому человеку по телефону? Не будете. Мало ли кто звонит. Может быть это записывают. Так думает много людей.

Формирующие опросы – это нормальная тактика для любой буржуазной демократии, которую мы, коммунисты, и вообще левые не очень ценим. Что касается меня, то я не верю в результаты этих опросов. Это моё личное мнение. Я сам себе социолог. Я общаюсь с большим количеством людей, езжу на общественном транспорте, хожу по магазинам, вижу динамику цен. И мне социологические опросы для понимания реальной ситуации в обществе не нужны, я их читаю только для того, чтобы уловить тенденции современной политики. Формирующие опросы иногда имеют очень слабое отношение к действительности, а иногда и вовсе противоречат ей.

Это такая технология удержания власти. Что с этим поделаешь? Есть разные технологии. И порой они абсолютно бесстыжие.