Реплика
(С обидой)

А многие сомневались в моем тезисе, что будут в самое ближайшее время и второй, и третий узел напряженности.

Ниже утренний пост. Последний абзац.

Получите. За один день - один дополнительный узел точно есть. В США. И посмотрим, что будет с историей с беспилотниками. Мутнейшая история. Завтра про неё напишу.

Это и называется "большая игра". Цепь событий, выстраиваемая в общую линию.

Но это, коллеги, пока не "Киров". Киров будет впереди. Но уже явно близко.

https://t.me/dimonundmir/20775

Убийство правоконсервативного активиста Ч.Кирка - одно из  событий, способных оказать не просто шоковое, но и долгосрочное воздействие на американскую политику. Это событие имеет сугубо американскую природу. Но оно, во-первых, плотно вписано в контекст глобальной идеологической борьбы. И до известной степени продолжает линию странных смертей консервативных политиков, начавшуюся в Германии (и нет сомнений, что подробные смерти в других европейских странах будут продолжаться). А во-вторых, очень любопытно будет посмотреть на то, кто и как попытается «вписать» убийство Кирка в более длительную линию. В том, что убийство будет «подтянуто» для решения краткосрочных задач, можно не сомневаться. Тем же Трампом для атаки на либеральный лагерь, собиравшийся дать ему бой в Иллинойсе и потихоньку разморозивший «дело Эпштейна». Кто сориентируется первым, станет понятно в ближайшие дни.

Но это пока не «убийство Кирова». Оно еще впереди. Кстати, многие  повторяющие за мной, что Кирк «не Киров» (я это сказал вчера), не вполне понимают, почему. Потому что Киров был частью партийно-государственной иерархии СССР. Его убийство было не просто политическим, но политико-бюрократическим шагом, результатом борьбы внутри «второго» и, предположу, даже «третьего» эшелона» советской элиты, где часть групп уже выходила на идею смещения «тандема» Сталин-Молотов. Кирк в американскую государственно-партийную (именно так) иерархию не входил. В этом смысле Кирк вполне соответствует понятию «сакральная жертва». И принести ее могли многие силы. Скажу по теме буквально пару слов в частном канале.

Подписка по ссылке: https://t.me/evstafievOpen

Нет, коллеги, мутная ситуация с беспилотниками в Польше — это еще не «второй» или «третий» очаг напряженности в рамках нагнетания в экономике неэкономических (политико-силовых) рисков. Но то, что это часть «большой игры», - безусловно. Это, конечно, пока еще не стратегический ход, но некое обозначение такого хода. Реакцию Д.Трампа позвольте вывести за скобки, хотя бы потому, что никто не понял, что он имел в виду. Но в остальном поведение западников в связи с «казусом беспилотников» - хороший симптом. Он показывает высокую степень рациональности их поведения. Выше, чем можно было бы предположить в актуальных условиях. Больше всего «доставила» серия «ЫЫ» на упавшей (а не сбитой) «Гербере». Круче было бы только «ЪЪ».

Начну с простого:  не один я обратил внимание, что натовцы, кроме, естественно, поляков, стремятся спустить историю «на тормозах». Да и поляки сейчас существенно более аккуратны в коммуникациях. Западники попали в некую концептуальную вилку: можно пойти на прямую эскалацию с Россией, чего хотела бы часть стран Европы, но не США. Но тогда придется признать высокую степень уязвимости воздушного пространства Польши. А Польша из всех восточноевропейских стран НАТО обладает наиболее развитой системой ПВО, причем, в т.ч. с элементами, напрямую контролируемыми США. И если Польша не может справиться с 23 (по последним данным) простейшими дронами, как бы случайно залетевшими в ее воздушное пространство, то что же будет происходить, если придется иметь дело с большим на порядок числом более совершенных дронов? Это и есть ход в «большой игре»: обозначение следующего шага без серьезной затраты ресурсов. Вопрос в том, кто его сделает. 

Второе интересное обстоятельство: в официальных заявлениях беспилотники идентифицируются как «неопознанные». Свою трактовку изложу в частном канале. Она не сильно, но отличается от официальной позиции. Вижу в ситуации «второе дно». Ключевые слова, произнесенные в связи с ситуацией: «третья сила». И это не оговорка, не фигура речи и не конспирология.

В частном канале будет и одна политически некорректная мысль по поводу интервью А.Б.Пугачевой, зачем-то сильно раскручиваемом в российских СМИ. А вообще степень привлечения общественного внимание к не очень внятному (и не очень профессионально взятому, к слову) интервью вообще несколько удивляет.

То, что ещё вчера казалось лишь прогнозами, сегодня происходит здесь и сейчас.
События разворачиваются стремительно, и они уже не скрыты в кабинетах экспертов — они становятся частью открытой мировой сцены.

Гегемон теряет силу. Его действия всё чаще вызывают замешательство даже у союзников. Прямо на наших глазах формируется новый мировой порядок — уже не тайно, а открыто, шаг за шагом: Анкоридж, Пекин, BRICS....

Перед нами встают судьбоносные вопросы:
— Как будет устроен постглобальный мир?
— Какая роль достанется лидерам и элитам?
— Кто сумеет вписать своё имя в историю нового мира?

Приглашаю вас обсудить эти темы 20 сентября на заседании Геополитбюро Live.

Регистрация по ссылке: https://conference.aurora.network/geopolitburo

Буду рад вашему участию — как очно, так и онлайн.

Сначала короткий комментарий по сегодняшнему ночному налету беспилотников на Россию, прежде всего на Ленобласть, Смоленск и Москву. Не сомневаюсь, что это продолжение становящейся все более мутной истории с беспилотниками в Польше. И ВСУ сами по себе такой налет  осуществить не могли. Наверняка было  прямое соучастие части стран НАТО. И это хорошая новость, потому что «третья сила», о которой я писал вчера, начинает выходить «из тени». Да, произошло это вынужденно, по стечению относительно случайных обстоятельств, об одном из которых расскажу в частном канале. Но важно то, что необходимость «второй волны» эскалации после провала провокации с беспилотниками выдает  критичность ситуации у евроатлантистов. Или они в самые кратчайшие сроки обеспечат вовлечение США в войну на Украине, или действительно придется идти на «замораживание» конфликта на не самых устраивающих их условиях. То, что я сейчас вижу в их действиях, называется «цейтнот». Но предостерег бы от надежд на скорый развал власти в Киеве. Выскажу каламбур/парадокс: сама по себе власть в Киеве не упадет, потому что она не в Киеве. И чтобы ее свалить, не Киев нужно «качнуть».  

Теперь все же вернусь к убийству Кирка и суммирую несколько позиций, мною обозначенных вчера  на разных площадках. Бывают ситуации, которые не являются по своей природе «точками разрыва» системы, но обозначают некий водораздел между возможностью продолжать прежнюю политику (в случае США, политику имитации правого разворота) и неизбежностью реальной перестройки политической системы. Первое: вне зависимости от того, кто реально был организатором покушения, Трамп обязан ответить по либеральному крылу. Здесь два нюанса: (1) рискнет ли Трамп тронуть украинскую тему и связанные с этим бюджетные дела? Вообще-то в руки Трампу дали очень серьезный инструмент. И (2) кого конкретно Трамп «назначит» виноватым? Положение Трампа просто подразумевает оглашение конкретного виновника, против которого мобилизуются все «здоровые силы в обществе», а не абстрактные рассуждения об атмосфере ненависти, созданной в США Клинтонами, Обамой и Байденом. Если Трамп не предпримет шаги против  конкретных врагов, можно считать, что покушение достигло своей цели. Но есть большой нюанс. Про него скажу в частном канале.

Подписка по ссылке: https://t.me/evstafievOpen

Второе. Что в реальности будут делать сторонники Трампа, если президент США опять уйдет в словоблудие? Рискну сказать, что именно на демонстрацию неспособности Трампа к действию и был рассчитан террористический акт. Но дополню свою позицию: ряд экспертов считают, что хаотизация сработает в случае откола трампистов от Трампа. Конечно, это идеальный сценарий. Но в существующем в США положении реализация хаотизационного сценария подразумевает несколько подобных акций и серьезное насилие в крупных городах. Я думаю, провоцирование насилия в мегаполисах и в левацки настроенных кампусах - ближайшая цель хаотизации.        

О третьем обстоятельстве и  других аспектах ситуации в ЕвроАтлантике расскажу в частном канале.

Дефицит внутренней консолидации начинает ограничивать внешние возможности практически всех стран. Не все страновые и «коалиционные» элиты это уже ощутили, а осознали -  еще меньше, но фактор внутренней устойчивости начинает играть все более существенную роль в реальности, подчеркну, всех участников «большой игры» и части статистов «второго ряда (например, Турции и Ирана). «Стратегическая пауза» заполняется пока попытками  улучшить стратегическое положение тактическими средствами. Этому способствует неопределенность в развитии геоэкономических процессов. Но рано или поздно кто-то решится  и на «большой шаг».

Главный вопрос: где у США центральная «точка» социально-политической «связности», ударом по которой  можно обвалить всю систему? Или наоборот её консолидировать. Нет ответа у меня. Это точно не партийная система, находящаяся в стадии развала. Но именно вокруг нее сейчас идут главные «танцы». Предположу, что убийство Кирка имеет к этому самое прямое отношение.

Как обычно, по субботам я даю в частном канале обзор событий за неделю. Она была плотной, обзор довольно длинный, пару вещей там сказал принципиально новых, затронув и некоторые аспекты нашей внутренней политики. Мне самому ряд выводов показался интересным.

Подписка по ссылке: https://t.me/evstafievOpen

В начале поста в частном канале будет небольшой абзац про мои ощущения от текущих процессов в российской внутренней политике. Подчеркну сразу: ничего там особо резкого и того, что мы всем очевидно, нет. И это только и исключительно ощущения.

В основном канале остановлюсь на особенностях современной «большой игры», и, в частности, на вопросе, почему не сложился «мир национальных государств». На его возникновение в России делали большую ставку,  считая основой многополярного мира. Что было не очень дальновидно и диктовалось во многом попытками отстроиться не столько от «советского», сколько от «имперского» прошлого. Вообще любопытно, насколько наивными были представления о реальном суверенитете на заре дискуссий о многополярности. Многополярность на базе национальных государств в рамках вестфальской системы невозможна. Нужно, чтобы возникли относительно геоэкономически самодостаточные пространственные объединения. Такими объединениями в 2010е годы теоретически могли быть: США с «заморскими территориями» и факториями; ЕС, Китай. Индия и Россия находились «вблизи этого статуса. Вот, собственно, и все. Эти пространственные субъекты и принимают участие в «большой игре» сейчас, с тем изменением, что Россия смогла улучшить за последние годы свое пространственное положение. А ЕС свой потенциал реализовать не смог. Дели идет к строительству пространственного «Индийского мира». Но путь этот до конца еще не пройден. Турция, вошедшая в число претендентов на статус глобально значимого «центра силы», испытывает сложности с практической реализацией своих амбиций. А Египет даже не попытался эти амбиции реализовать. Откат Ирана от занятых позиций для регионального геоэкономического и геополитического броска мы наблюдали, что называется, «в прямом эфире». Список претендентов уже даже не на статус «полюса силы», а «центра силы» первого ряда так и остался очень узким. И вряд ли сильно расширится. 

Недавний пост в основном канале завершился констатацией  обстоятельства, что «встроенным» свойством «большой игры» является невозможность разделения «внутреннего» и «внешнего» контуров. Своего рода «гибридность целостности государства и общества». И это всегда было так: по итогу «большая игра» последней трети XIX века – начала XX , неплохо развивавшаяся для Российской империи, была проиграна в силу утраты внутренней целостности государства и общества в начале 1900х годов в период Русско-японской войны, которая, как теперь понятно, должна была стать «точкой фиксации» некоего нового пространственного статуса. Но не стала. Систему государственной власти России надломили изнутри. 

Внутренняя нестабильность в США сыграла для них крайне негативную роль в попытке отфиксировать в рамках «большой игры» с СССР «восточно-азиатский фронтир». Американцы вообще-то «большую игру» как таковую выигрывали, выходя на урегулирование с Китаем и возможность противопоставления его СССР в регионе. Но… И дело было не только в Уотергейте. Дело было в утрате устойчивости общества для активных действий на внешнем контуре. Про середину 1980х все очевидно. Советское руководство даже не осознало масштабов этой игры и ставок, которые в ней преследует Запад. Оно думало, что продолжает действовать в «игре с ненулевой суммой». А «большая игра» не является по природе своей игрой с ненулевой суммой. Скорее - с нулевой. «В пределе» она должна закончиться гибелью одного из участников. Что и случилось.

Дальнейшие рассуждения о «большой игре» построю так: в основном канале будут некие общие положения, которые, возможно, будут положены в основу моей новой книги (если сподоблюсь) и механизмов конкуренции империализмов в новом мире. В частном - буду акцентировать внимание на событиях, процессах и «деталях», в той или иной степени влияющих на «большую игру», зачастую меняя ее логику.