Красноярская писательница Анна Потапкина, писавшая под псевдонимом Анна Джейн, стала самым издаваемым автором в стране.

Общий тираж ее книг за 2025 год составил 2,1 миллиона экземпляров. На второй строчке идет Достоевский — 897 тысяч экземпляров.

Третье место занял японский писатель Гэнки Кавамура — 667 тысяч, четвертое место у Стивена Кинга — 588 тысяч, пятое у Михаила Булгакова — 509 тысяч.

Анна родилась в Красноярске в 1988 году, окончила факультет филологии СФУ, затем работала редактором и детским психологом.

Она писала романы, рассчитанные на подростков и молодых людей от 12 до 25 лет.

1 февраля 2023 года родственники Анны сообщили, что она умерла из-за проблем со здоровьем.

На 2026 год запланирована премьера фильма по роману Анны Джейн «Твое сердце будет разбито».

#красноярск
@kras_24

В Иркутске дефицит мест на кладбищах ощущается остро уже несколько лет, хотя ситуация пока не достигла такой публичной остроты, как в Красноярске.

По данным мэрии на 2025–2026 годы, основные городские кладбища — Ново-Ленинское, Александровское, Глазковское и другие — заполнены на 85–95%. Свободные участки остаются в основном в отдалённых зонах или на расширениях, но их объём ограничен санитарными нормами, а расширение территории захоронений вызывает регулярные протесты жителей.

Последние масштабные расширения на иркутских кладбищах проводили в 2010-е годы, когда присоединяли территории к Александровскому и Ново-Ленинскому кладбищам. С тех пор население областного центра существенно выросло, смертность стабильно держится на уровне 10–12 тысяч человек в год, однако новые земли под захоронения не выделяли в значительных объёмах. В 2014 году Маратовское и Ново-Ленинское кладбища закрыли для новых захоронений из-за полного заполнения, и это стало первым тревожным сигналом. На который никто не отреагировал.

В 2025 году власти потратили значительные суммы на благоустройство существующих мест захоронения: на Глазковском кладбище обновили ограждения, дорожки и места захоронения ветеранов, на Ново-Ленинском создали Аллею Памяти для участников СВО. Однако эти меры не решают проблему дефицита мест.

Идея строительства крематория обсуждалась с 2018–2021 годов: в 2021 году обещали принять решение до конца года, в 2024–2025 годах предлагали площадку на Смоленско-Марковском кладбище в Иркутском районе. Публичные слушания по крематорию состоялись в марте 2025 года, но население выступило против из-за близости к жилым домам.

Без нового крематория или нового крупного кладбища (минимум 50–70 гектаров) дефицит вернётся к 2030–2032 годам. Расширение существующих погостов невозможно из-за санитарных зон и массовой загородной застройки: уже сейчас дома в Марково и Луговом находятся неподалёку от существующих кладбищ.

Крематорий мог бы сократить потребность в земле в 3–4 раза, но его развитие требует федерального бюджета, экологической экспертизы и согласия населения. Эти процессы в России часто затягиваются на десятилетия или блокируются.

Если крематорий так и не запустят в 2026–2027 годах, мэрия, вероятно, объявит о поиске участка под полноценное кладбище — как в Красноярске. Однако без системного решения цикл повторится: временные расширения, жалобы жителей, обещания и возврат к той же точке через короткий срок.

#иркутск
@babr24