В академических и околополитических кругах стало хорошим тоном ссылаться на историка Алексея Миллера, цитировать Каппелера и рассуждать о том, что национальное государство — это устаревший концепт, а Российская империя, мол, просто строила свою большую имперскую нацию по образцу Великобритании или Франции. И вообще, если бы не большевики с их нарезкой союзных республик и коренизацией, мы бы сейчас жили в едином пространстве от Варшавы до Владивостока без всяких межнациональных конфликтов.

Имперские апологеты любят сравнивать Россию с Францией, где крестьян за полвека перековали во французов через школы и армию. Но Французская республика предлагала гражданам всеобщие гражданские права, равенство перед законом и отмену сословий. Российская же империя до самого 1917 года оставалась сословным самодержавием, где русскому крестьянину жилось ничуть не свободнее, чем инородцу на окраине, а любая попытка культурной автономии глушилась Валуевскими циркулярами и репрессиями.

Точно так же наивно обвинять Ленина в том, что он заложил мину, придумав национальные республики. Большевики пошли на создание союзной федерации не от хорошей жизни, а потому что в 1917–1920 годах империя уже взорвалась десятками национальных революций. Игнорировать их было невозможно, иначе удержать территорию не удалось бы даже штыками Красной армии.