«Мяч на стороне американцев, они должны доказать, что хотят соглашения».

Если Кремль когда-нибудь решит строить полноценный культ личности, вдохновение можно будет черпать не только в опыте Сталина, Ким Ир Сена или Туркменбаши, но и в сравнительно недавних российских примерах. В новейшей истории расцветали и угасали десятки региональных культов, которые теоретически могли бы быть масштабированы на федеральный уровень. Об этом пишет Republic.

Объяснение «людям нравится, когда их обожают» в современной политологии считают наивным. Авторитарная политика часто описывается как борьба между лидером и элитами. Первый стремится сосредоточить максимум власти в своих руках, вторые — ограничить его влияние. Когда режим персонализируется, культ личности становится инструментом давления на окружение. Портреты вождя на каждом столбе сигнализируют: в случае конфликта «народ» поддержит лидера.

Согласно другой теории, важна не идеология, а демонстрация ресурсов. Государство тратит миллионы на плакаты, книги и ритуалы — и тем самым показывает свою мощь. В Румынии мало кто всерьез считал Николае Чаушеску «гением Карпат», но публичное повторение этого титула без тени иронии производило впечатление. Если правитель способен заставить взрослых людей произносить абсурд, ему лучше не перечить.

Наконец, культ помогает отбирать лояльных. Ритуалы почитания унизительны; лесть почти в любой культуре социально неодобряема. «Бурные и продолжительные аплодисменты» становятся сигналом готовности нести репутационные издержки ради демонстрации преданности. Чем откровеннее раболепие, тем надежнее чиновник. В некоторых случаях участие в культе — это еще и демонстрация беспринципности, ценимой в репрессивных режимах.

Культ безграничного обожания политиков часто связывают с «экзотическими» странами. Однако один из первых глав Совета федерации Егор Строев сумел при Ельцине создать локальный культ личности в Орловской области — в самом центре России.

Бывший пастух, сделавший карьеру в КПСС, к середине 1980-х стал первым секретарем обкома, вошел в ЦК и Политбюро. После распада СССР временно возглавил НИИ сорторазведения плодовых культур, но влияние сохранил. В 1993 году Строев победил на выборах главы администрации региона. Репутация хозяйственника и относительное благополучие области во второй половине 1980-х сыграли ему на руку. В Орел приезжали Борис Ельцин и Александр Солженицын.

Строев выстроил жесткую вертикаль власти: оппозиция и независимые медиа были вытеснены, ключевые посты заняли бывшие соратники. Он без труда выигрывал выборы в 1997 и 2001 годах, а в 2005-м получил назначение. Политически регион не был уникален — подобная модель существовала во многих субъектах федерации. Но масштаб обожания отличал Орловщину.

Местные поэты сравнивали губернатора то с Ницше и Столыпиным, то с Ньютоном и Сократом. Ему посвящали многотомные фолианты. В книге «Край наш благодатный» Строева называли «новым Вятко», а автор восхищался его глазами, якобы способными сопоставлять все услышанное и принимать единственно верные решения. В двухтомнике «Сын земли русской» детство губернатора описывалось в духе советской агиографии: маленький Егор помогал красноармейцам и спасал лосенка. Примечательно, что главный биограф Строева одновременно возглавлял областную избирательную комиссию.

В области появился парк имени губернатора, памятная табличка с надписью «Земля Тургенева и Фета любовью Строева согрета» (ее быстро сняли), а родную деревню политика переименовали в Строево. Конец эпохи наступил в 2008–2009 годах: соратников привлекли к ответственности, самого Строева критиковали за клановость. В 2009-м Дмитрий Медведев отправил его в отставку. Культ рассыпался быстро; сам политик ушел в Совет Федерации.

Сергей Шойгу долгое время оставался уникальной фигурой федеральной политики. Он возглавил МЧС в 1994 году, позже — Министерство обороны, и был одним из самых популярных чиновников страны. Его видимая близость к Путину — совместные рыбалки и поездки в тайгу — усиливала позиции.

В Тыве, на родине Шойгу, сложился локальный культ. В 2012 году он стал героем тувинского эпоса «О Буга тур Шойгу», где предстает богатырем.

В Чадане открылся дом-музей его семьи; в республике появились плакаты, муралы и «Аллея славы». Местные политики сравнивали его с монгольским полководцем Субэдэем, а соответствующий трактат профинансировало Русское географическое общество.

Шойгу поддерживал регион: в 2015 году в Тыве разместили 55-ю горную мотострелковую бригаду. Для бедной республики это означало рабочие места и стабильные доходы. После отставки и скандалов вокруг Минобороны культ в Тыве, вероятно, остался одним из немногих его политических активов.

Аман Тулеев возглавлял Кемеровскую область с 1997 по 2018 год. В 1990-х он был харизматичным политиком, участвовал в президентских выборах, поддерживал шахтеров и выступал против Ельцина. Назначение губернатором в 1997 году помогло погасить протесты. На выборах он получил 94% голосов.

В регионе сложилась система, получившая название «тулеевский социализм». Бизнес в добровольно-принудительном порядке финансировал социальные программы. Жителям раздавали уголь, скот, саженцы, велосипеды. Инициативы обязательно приписывались лично губернатору; для получения выплат нужно было писать заявления на его имя. Портреты Тулеева висели в кабинетах, его цитаты — в общественном транспорте.

Кризис наступил после пожара в торговом центре «Зимняя вишня» в 2018 году. Губернатор назвал протестующих «бузотерами» и вскоре ушел в отставку. Культ исчез так же быстро, как и в Орле.

По мере консолидации режима региональные вожди обмельчали. В стране осталось место только для одного популярного политика. Судьба бывшего губернатора Хабаровского края Сергея Фургала стала иллюстрацией этого процесса.

Современные авторитарные режимы предпочитают избегать энергозатратной мобилизации. Вместо парадов и портретов они поддерживают у населения запрос на «жизнь вне политики». Их интересует пассивность, а не демонстративная лояльность.

Невозможно провести четкое различие между внутренней и внешней угрозой. Соответствующие субъекты тесно взаимодействуют.

Люди, которые встречаются с Путиным, угрожают немецкой демократии изнутри, об этом нужно говорить.

Соответствующая партия называет себя "Альтернатива для Германии", а на самом деле действует в интересах Кремля.

Мы должны понимать, как эти люди сотрудничают, как они преследуют общую цель — разрушение либеральной демократии.

Мюнхенская конференция по безопасности, десятилетиями служившая витриной трансатлантического единства, в этом году фиксирует глубокий кризис смыслов. Пока на панелях звучат ритуальные мантры о сплоченности, кулуарные дискуссии демонстрируют растерянность. Главный, хотя и непубличный вывод форума: концепция «порядка, основанного на правилах», перестала быть рабочим инструментом даже для самих Соединенных Штатов.

Центральный сюжет Мюнхена – Украина, однако тональность обсуждения сменилась радикально. Если год назад доминировала риторика о «стратегическом поражении России», то сейчас речь идет о параметрах выхода из конфликта. Встреча Зеленского с госсекретарем Марко Рубио – это фактически передача новых вводных от Вашингтона. Киев получил сигнал: бесконечное финансирование закрыто, гарантии безопасности обсуждаемы (возможно, на 15 лет), но они не отменяют территориальных реалий. Мюнхен стал площадкой, где Запад начал публично оформлять неизбежность компромисса.

Россия на конференции официально отсутствует, но незримо определяет повестку каждого обсуждения. Доклад MSC-2026, рисующий сценарии «гибридной войны» и раскола Запада, де-факто признает субъектность Москвы как ключевого фактора, меняющего глобальный ландшафт. Тезис о том, что Кремль делает ставку на внутренние противоречия в ЕС, звучит уже не как обвинение, а как констатация успешной стратегии. Европа, оставшаяся один на один с прагматизмом Трампа, выглядит как младший партнер, которому предложили либо платить полную цену за свою безопасность, либо искать собственные решения.

Отдельный интерес вызывает поведение Ильхама Алиева. Президент Азербайджана использует мюнхенскую трибуну для жесткого давления на Россию. Его встречи с украинским руководством и заявления о «целенаправленных ударах по дипломатическим миссиям» выглядят как сознательная игра на обострение. Баку, чувствуя, что Москва занята на украинском треке, пытается конвертировать ситуацию в окончательное закрытие своих вопросов на Южном Кавказе. Такая дерзость – маркер того, что региональные игроки больше не считают нужным соблюдать даже видимость политеса, если видят окно возможностей.

Итогом Мюнхена-2026 становится фиксация новой реальности. Старый миропорядок, который эта площадка была призвана цементировать, демонтирован не только действиями России, но и прагматичным отказом новой американской администрации от роли глобального жандарма. Европа пытается сохранить лицо, но ее субъектность тает, превращаясь в функцию от решений, принимаемых в треугольнике Вашингтон–Москва–Пекин.

Я думаю, что одной из проблем, с которыми мы столкнулись, является, например, конфликт на Ближнем Востоке по сравнению с Украиной.

Существуют огромные различия, но речь идет о суверенитете и уважении международного права, и поэтому моя страна, Норвегия, очень четко осудила вторжение России и поддержала Украину, но мы также очень четко заявили, что Израиль несет ответственность за незаконную оккупацию Западного берега и сектора Газа.

Опять же, это две совершенно разные ситуации, но это подрывает наш авторитет как приверженцев этих ценностей, если мы не даем четкого ответа на вопрос, когда нарушается международное право, независимо от того, где это происходит, почему и кем.

Я думаю, что любые двойные стандарты, безусловно, подрывают доверие к нашим ценностям, и нам нужно быть честными с самими собой, потому что, я думаю, мы все продемонстрировали, что не всегда последовательны.

Пять ведущих публичных компаний, занимающихся ИИ, планируют в совокупности потратить в этом году около $700 млрд на крупные проекты. В основном речь идёт о строительстве и оснащении центров обработки данных (ЦОД), напичканных мощными компьютерными чипами для ускорения вычислений ИИ. Эти расходы Amazon, Google, Microsoft, Meta и Oracle почти вдвое превысят сумму, потраченную ими в 2025 году, и составят три четверти недавнего годового бюджета вооруженных сил США.

"Большая пятерка" объявила эти затраты оправданными, так как ИИ якобы уже приносит прибыль. Однако еще прошлой осенью JPMorgan подсчитал, что для того, чтобы окупить инвестиции Big Tech необходимо получать дополнительно $650 млрд дохода ежегодно. Это в три раза больше, чем годовой доход лидера производства чипов для ИИ Nvidia.

Технологическое издание The Information предсказало OpenAI к 2030 году убытки в размере более $100 млрд. Но это только перспективы. А вот тотальный дефицит уже стал результатом агрессивного внедрения ИИ.

На прошлой неделе Apple сообщила своим инвесторам, что испытывает трудности с закупкой достаточного количества двух типов чипов, необходимых для iPhone и компьютеров Mac. Чипов не хватает, потому что их скупают для оснащения ЦОДов. Соответственно цены растут. То есть населения ждёт повышение цен на потребительскую электронику.

Бум строительства ЦОДов поглощает не только компьютерные чипы, но и людей. В американских городах, где возводятся эти объекты, строительные фирмы и их рабочие зарабатывают огромные деньги. Но эта деятельность отодвинула на второй план другие виды строительных проектов. Квалифицированных рабочих не хватает всей индустрии.

В октябре компания OpenAI сообщила Белому дому, что ее запланированные ЦОДы в ближайшие годы потребуют примерно 20 процентов существующей рабочей силы квалифицированных специалистов, таких как электрики и механики. Поскольку строительство ЦОДов более выгодно, фирмы отправляют всю рабочую силу именно туда, отодвигая строительство жилых домов, офисов и заводов.

Кроме того, в Штатах уже не хватает денег на развитие технологий, не связанных с ИИ. В прошлом году около трети инвестиций в американские стартапы пришлось на 1 процент элитных компаний. Финансирование стартапов среднего класса достигло десятилетнего минимума.

Похоже, увлечение ИИ дорого обойдется Штатам. И не только им, но и всем, кто вписался в эту гонку.

Госсекретарь США Рубио сказал, "наши судьбы переплетены". Мы согласны с этим.

Как закончится эта война — это экзистенциальный вопрос для Европы. Вопрос существования Европы. Это определит будущее этого континента.

Я хочу, чтобы это поняли не только европейцы, но и наши друзья в Вашингтоне. Я надеюсь, мы, как союзники и партнеры, едины в нашей решительности действовать сообща, чтобы Украина смогла выстоять.

Это самый главный приоритет, потому что он срочный и безотлагательный.

«По информации от руководства ресторана, аниматоров пригласили гости заведения в подарок своему другу», — сообщили в пресс-службе правительства.

5 декабря правительство Севастополя опубликовало постановление о национализации заведения, при этом, согласно данным сервиса Rusprofile, прежние владельцы ООО «Глечик» с конца 2025 года через суд пытаются вернуть себе право собственности.

«Наши друзья из Дании и Гренландии напомнили нам, что пересечение определенных границ недопустимо, их необходимо учитывать», — сказал Вольфганг Ишингер в заключительном слове.

«Мы увидели дух решимости удержать эти позиции», — добавил Ишингер, имея в виду трансатлантический альянс.

Рубио вчера конечно фундаментальную речь произнёс, расписавшись в том, что теперь "каждый сам за себя". Он, конечно, пытался предложить заранее невыгодные условия, переписав негласный договор с Европой, но никто особо не готов согласиться. Итак, давайте прикинем теперь контуры "мира без институтов, ценностей и правил":

1. Удорожание товаров и услуг

2. Как следствие - сокращение покупательской способности и спроса на них

3. Но это ерунда. Гораздо хуже то, что теперь каждый за себя, а это значит, что от потребительского спроса приходится переходить к военным бюджетам и прочей лабуде, которая даёт короткий рост (ну вы и сами видите, да), а затем загоняет экономики в глубокую ж... депрессию (просто посмотрим, кто вообще рискнёт сделать первый выстрел).

4. Самое главное и неприятное для лидеров стран — никакой общей системы безопасности. То есть, если завтра условная группа британских террористов захочет грохнуть Трампа, то Британия едва ли почешется предупреждать об этом США. Аналогично и по всем другим странам. Да, информация - это главное оружие в борьбе с любым терроризмом. Нет обмена - хуже предотвращение угроз.

5. Период коротких ситуативных союзов, чтоб буквально "дотянуть до весны".

6. Людей (особенно умных) сможет притянуть тот, кто сможет хоть как-то гарантировать хоть какие-то адекватные условия соблюдения их прав. Собственно эти и будут в лидеры выбиваться. Остальные - ну как получится;

7. Вероятно, мы стоим на пороге добивания недобитых империй.

Мы имеем дело с радикальными шиитскими священнослужителями.

Мы имеем дело с людьми, которые принимают геополитические решения на основе чистой теологии.

Никому никогда не удавалось заключить успешную сделку с Ираном, но мы собираемся попробовать.

Мы сосредоточены на переговорах. Если ситуация изменится, это будет очевидно для всех, и, разумеется, мы будем делать то, что от нас требует закон.