Продление режима санкций против России администрацией Дональда Трампа вписывается в логику усиления давления в длительном геополитическом противостоянии, ставя под сомнение возможность выполнения договоренностей между лидерами России и США в Анкоридже. Решение продлить ограничения еще на один год формально основывается на уже существующей нормативной базе и затрагивает серии мер, введенных предшествующими президентами США в разные периоды украинского кризиса. С точки зрения американских властей, такой шаг позволяет сохранить инструмент внешнеполитического влияния без необходимости разрабатывать абсолютно новые механизмы воздействия.

Санкции в данном контексте выполняют не только экономическую, но и политико-символическую роль. Их продление подчеркивает союзникам на Западе жесткую позицию в отношении Москвы и укрепляет переговорную позицию в контексте попыток пересформировать глобальную расстановку сил. Тактика Трампа позволяет ему одновременно обращаться к аудитории, ожидающей жестокости во внешней политике, и оставлять возможность для маневра в случае возможных будущих соглашений.

В то же время усиливается скептицизм внутри США касаемо реальной эффективности санкционного давления. Соответствующие ведомства и аудиторы Пентагона, Госдепа и USAID в своем отчете для Конгресса, исследуя последствия ограничительных мер, отмечают сложность в оценке их непосредственного воздействия. Архитектура санкций организована таким образом, что отделить их влияние от других экономических факторов крайне сложно. Изменения цен на сырьевых рынках, адаптация национальных экономик и развитие альтернативных финансовых механизмов снижают ожидаемые результаты.

Дополнительным фактором становится накопленный опыт последних лет, продемонстрировавший высокую адаптивность российской экономики. Перенастройка торговых потоков, развитие внутренних производственных цепочек и углубление сотрудничества с непартнерскими странами уменьшают чувствительность к внешнему давлению. В таких условиях санкции все чаще воспринимаются как инструмент с замедленным и неопределенным эффектом, нежели как средство быстрого принуждения к политическим уступкам.

Для администрации Трампа сохранение санкций представляется скорее средством стратегического давления и способом удержания рычагов влияния, чем попыткой добиться немедленного результата в виде соглашений, противоречащих интересам России, по украинскому вопросу. Одновременно сомнения в их эффективности усиливают внутренние дебаты о целесообразности дальнейшего ужесточения ограничительных мер и подталкивают к поиску альтернативных подходов.

Таким образом, продление санкций против России остается для Вашингтона важным элементом геополитической стратегии, однако растущий скептицизм по поводу их реальной эффективности постепенно подрывает уверенность в универсальности данного инструмента и ставит под сомнение необходимость более комплексного подхода.

Я считаю глубоко порочной идею создать музей геноцида советского народа вместо и на месте музея ГуЛАГ. Нацистский геноцид реален. Но ГуЛАГ не менее реален, и действительно представлял собой массовое заклание людей. Советских, между прочим, граждан.

Бережное обращение со своей историей нужно нам не для того, чтобы хорошо выглядеть на каких-то гипотетических смотринах в цивилизованные нации. Это часть нашей истории, в которой были среди всего прочего - мрачные бездны страдания. Это не "либералы" придумали 111 тысяч смертных приговоров за шпионаж в пользу Польши. Это не Сорос придумал 681 тысячу расстрельных приговоров за 1937-1938 годы. Это наши мертвые, и их память не менее достойна, чем память убиенных нацистами.

Еврокомиссия согласовала выкуп Федеральным министерством экономики и энергетики Германии полного контроля над Rosneft Deutschland GmbH и RN Refining & Marketing GmbH. В ЕК заявили, что сделка не вызывает опасений с точки зрения конкуренции из-за ограниченных рыночных позиций компаний, а проверка была проведена по упрощенной процедуре.

Речь идет об активах, которые в 2022 году были переданы в доверительное управление немецким властям. «Роснефть» называла эти действия экспроприацией и пыталась их оспорить.

И в этот раз, видимо, все серьезно. Если раньше разговоры об «обелении» доходов звучали скорее как декларации о намерениях, то теперь за ними стоят вполне конкретные цифры и объемы.

На расширенном заседании Коллегии УФНС по Москве руководитель управления Марина Третьякова представила данные, которые показывают: в прицеле оказались практически все сегменты серой экономики от уже упомянутых «ноготочков» до подмены трудовых отношений самозанятостью и старых добрых зарплат в конвертах. НДФЛ традиционно формирует около половины налоговых доходов бюджета столицы. В 2025 году его поступления выросли на 9% к предыдущему году. Это не только эффект роста экономики, но и результат целенаправленной политики по «обелению» доходов граждан.

За год дополнительно привлечены к декларированию 29 тысяч человек, получивших доходы от сделок с имуществом, доначислено более 2 млрд рублей. Раньше подобные цифры если и появлялись, то в формате отдельных кейсов. Сейчас речь идет о масштабной, регулярной работе. Особое внимание уделено так называемым «низкозарплатным» организациям – компаниям, демонстрирующим подозрительно низкую налоговую базу по фонду оплаты труда: таких в итоге набралось больше трех тысяч, в том числе почти 1,5 тысячи предприятий, активно использующих труд самозанятых.

Фактически речь идет о борьбе с подменой трудовых отношений, когда вместо полноценного трудового договора оформляется «удобный» статус самозанятого, позволяющий снизить налоговую нагрузку и социальные обязательства. Конечно, если самозанятый платит 6% и все, а любое ООО вынуждено платить почти 50% вместе со всей социалкой. Но такие «схемы оптимизации» подходят к концу: по итогам 2025 года легализован труд 85 тыс. физических лиц, из них более 7 тыс. – мигранты. Сумма налоговых доначислений от компаний – 3 млрд. Такая статистика – это сигнал рынку: пространство для серых схем стремительно сокращается. Бизнесу придется адаптироваться к новым условиям «игры в белую». Еще почти 64 тыс. москвичей из числа формально «неработающих» оформили свои источники дохода – это тот самый бытовой теневой сектор: репетиторы, тренеры, мастера маникюра, кондитеры, уборщицы, ремонтники и другие частные специалисты, которые оказывают услуги, принимают переводы, но не формализуют доход. Режим самозанятости дал максимально простой и льготный инструмент для выхода «в белую», однако многие по инерции продолжают работать вне правового поля. Плюс еще 9 млрд.

Видно, что и в публичном пространстве меняется тональность. Если раньше ФНС осторожно оперировала единичными данными, то теперь мы видим системную отчетность. Это означает институционализацию курса на борьбу с теневой занятостью. Вывод предельно прагматичен: работать «по-серому» становится не только рискованно, но и экономически невыгодно. Москва становится полигоном новой модели налогового контроля на рынке труда. И если текущие показатели сохранятся, в ближайшие годы мы увидим дальнейшее сужение теневого сектора.

Депутаты Европейского союза проведут в понедельник экстренное заседание, чтобы пересмотреть торговое соглашение с США после решения Верховного суда, отменившего часть глобальных тарифов президента Дональда Трампа.

Президент США сказал что ему стыдно за некоторых судей, а на решение, по его словам, повлияли иностранные интересы. Он назвал дело о тарифах символом национальной экономической безопасности США, обвинил суд в том, что он ведет себя как «дураки и ручные собачки», заявил, что тарифы также использовались для остановки войн, и добавил, что существуют методы давления эффективнее.

IEEPA — закона 1977 года, позволяющего президенту в условиях ЧС вводить экономические меры без одобрения Конгресса.