«У нас военное положение, и государство нужно защищать. Поэтому народные депутаты должны либо служить в парламенте согласно украинскому законодательству, либо мы готовы обсуждать изменения в законе о мобилизации, чтобы они могли отправиться на фронт. Если не служишь государству в парламенте, то служи на фронте. Это мой подход», — сказал Зеленский.

Американская разведка утверждает, что аятолла считал Моджтабу Хаменеи "не особо умным" и неподходящим для роли лидера.

Дональд Трамп, вице-президент Вэнс и другие высокопоставленные чиновники были проинформированы о разведывательных данных, касающихся младшего Хаменеи.

Другой важной особенностью стала децентрализация ответственности власти. Кремль в период ковида передал значительную часть полномочий регионам, возложив на них и публичную ответственность. Аналогичная схема применялась и во время частичной мобилизации осенью 2022 года. В период пандемии основная ответственность за ограничения и вакцинацию легла на Роспотребнадзор, Минздрав и губернаторов, тогда как федеральное руководство старалось дистанцироваться от непопулярных решений. Эпидемия ввела моду на исполнения конкретных поручений, что резко снизило качество исполнения повседневных запросов к региональной власти. Губернаторы получили возможность самим определять задачи, не слишком опасаясь реакции Кремля.

Местные протестные активисты и группы были переданы под ответственность силовиков; губернаторы и их окружение больше не были связаны необходимостью вступать в диалог с местным сообществом и слышать голос с мест — диалог был отдан полиции и местным управлениям ФСБ.

Пандемия также стала полигоном для внедрения цифровых систем для повседневной жизни — распознавания лиц, контроля передвижений и сервисов «Госуслуг». Многие из инструментов впоследствии начали использоваться и в других сферах госуправления. Общество активно заговорило о «цифровом ГУЛАГе». Был дан массовый толчок цифровой экономики — маркетплейсы победили торговые центры, доставка съела магазины. Резко возросла эффективность полиции по выявлению находящихся в розыске лиц.

Впоследствии элементы ковидного электронного контроля использовались для создания единого реестра военнообязанных и призывников, создания единых систем отслеживания доходов граждан.

Ковидные годы показали высокий уровень недоверия общества к государству. Часть граждан покупала поддельные сертификаты или избегала вакцинации. Для многих антивакцинная позиция казалась оправданной: долгосрочных исследований эффективности вакцин на тот момент не существовало. Ковидный период дал небывалый рост административных штрафов.

Одним из устойчивых изменений стала практика удалённой работы. В пандемию она позволяла компаниям снижать расходы и сохранять эффективность. После частичной мобилизации и массового отъезда специалистов из страны многие организации от неё отказались.

«Удаленка» в образовании — от школ до университетов — нанесла колоссальный ущерб. Резко снизилось не только качество знаний, но и само уважение к ценности образования. Система школ оказалась не готова к удаленке и почти 30% детей оказались не охвачены обучением.

К началу 2022 года ковидная повестка начала сходить на нет, но госструктуры продолжали настаивать на вакцинации, что для части общества стало символом административного давления.

По мнению некоторых наблюдателей, эта кампания серьёзно подорвала доверие граждан к государству. Даже лояльная аудитория не всегда принимала официальную позицию. А государство убедилось, что административный инструментарий с привлечением силовых методов эффективно подавляет любой протест и заглушает голос общества.

К концу 2021 — началу 2022 года пандемия перестала быть главным фактором общественной жизни. После февраля 2022 года медийная повестка почти полностью переключилась на военные события. Тема коронавируса попросту исчезла.

В июле 2022 года Роспотребнадзор официально отменил оставшиеся ограничения, включая масочный режим. По словам источников, бюрократическая система фактически «закрыла проект» — пандемийная повестка перестала быть политическим приоритетом. Зато силовые структуры открыли уголовные дела в отношении администраторов Минздравов регионов, выявляли коррупцию и воровство бюджетных средств. На смену ковидной мобилизации пришёл другой режим чрезвычайной мобилизации общества — уже связанный не с биологической угрозой, а с военно-политическими задачами государства".

«Мы готовились к продолжительным боевым действиям. Мы постоянно следим за ситуацией», — отметили собеседники в армии.

Ранее издание Semafor сообщило, что запасы ракет-перехватчиков у Израиля находятся на "критически низком уровне" после продолжительных иранских атак.

Экономика уходит в минус: убытки бизнеса начинают бить по бюджетам. Цифры корпоративной отчётности за 2025 год выглядят как обычная статистика, но на самом деле за ними скрывается гораздо более тревожная картина. Совокупные убытки российских компаний достигли 9 триллионов рублей, увеличившись за год ещё на 7,5%. В минусе оказались 17,2 тысячи предприятий, то есть более четверти всех организаций, попавших в официальную статистику.

На первый взгляд может показаться, что речь идёт лишь о временных трудностях отдельных компаний. Но у этих цифр есть важное последствие, которое напрямую касается всей бюджетной системы страны. Чем больше убыточных предприятий, тем меньше компаний платят налог на прибыль, а именно этот налог является одним из ключевых источников доходов региональных бюджетов.

По оценкам экономистов, нынешние убытки бизнеса означают, что в ближайшие годы бюджеты регионов недополучат около 2,3 триллиона рублей. Для сравнения: совокупный дефицит региональных бюджетов в прошлом году составил около 1,5 триллиона рублей. Таким образом, проблемы компаний постепенно начинают превращаться в проблему региональных финансов.

Особенно тревожно выглядит ситуация в целых секторах экономики. Финансовые результаты резко ухудшились в производстве автомобилей, грузовых перевозках, нефтегазовой отрасли, металлургических сегментах вроде производства кокса и даже в целлюлозно-бумажной промышленности. Это не периферийные ниши, а отрасли, напрямую связанные с промышленным производством, логистикой и экспортом.

На этом фоне всё чаще звучат тревожные оценки даже внутри российской политической системы. Некоторые депутаты уже говорят о том, что экономика фактически находится в состоянии системного охлаждения и что к концу года возможен серьёзный спад производства.

Есть и другой симптом происходящего. Малый бизнес, по словам экономистов, начал активно выводить деньги из банковских счетов. По оценкам, с декабря было снято около 2 триллионов рублей, причём речь идёт прежде всего не о частных вкладчиках, а о предпринимателях. Причина проста: высокая ключевая ставка, рост налоговой нагрузки и ухудшение делового климата заставляют компании переходить в режим выживания.

В такой ситуации у бизнеса остаётся всё меньше пространства для инвестиций и развития. А когда бизнес перестаёт зарабатывать, это рано или поздно начинает чувствовать и государственный бюджет.

Поэтому нынешние 9 триллионов убытков - это не просто бухгалтерская цифра. Это сигнал о том, что финансовая устойчивость российской экономики начинает давать трещины, и если этот процесс продолжится, то проблемы бизнеса могут довольно быстро перерасти в полноценный кризис региональных бюджетов.

Может ли новый Верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи тайно находиться на лечении в Москве?

Вряд ли. Это был бы очень рискованный для Ирана в его нынешней ситуации шаг, особенно с учётом показного дистанцирования Кремля от этой войны и надежд на Трампа, что он надышется в конце концов "духом Анкориджа". Поэтому о том, что Моджтаба в Москве, очень быстро стало бы известно от российских инсайдеров.

Так что это ещё один фрагмент информационного давления Израиля на Иран с целью выманивания Моджтабы Хаменеи для его последующего убийства.

И если где Моджтаба Хаменеи и мог бы сейчас находиться на тайном излечении, так это в Китае. С которым у действующих иранских властей отношения куда ближе и доверительнее, чем с Москвой.

Политологи обращают внимание на один важный нюанс в словах Дмитрия Пескова о блокировках связи. В пятницу пресс-секретарь президента заявил, что ограничения интернета и мобильной связи вводятся «в строгом соответствии с законом» и будут действовать столько, сколько потребуется для обеспечения безопасности. Формально это действительно так.

Правовая основа для подобных отключений была принята заранее. Закон дал силовым ведомствам – прежде всего ФСБ – возможность требовать от операторов связи ограничивать или отключать сеть в случае угроз безопасности. Операторы обязаны исполнять такие распоряжения и не несут ответственности за последствия для пользователей и бизнеса.

Но куда интереснее то, как этот закон принимался в Госдуме. Его поддержало большинство парламентских партий – «Единая Россия», ЛДПР, КПРФ и «Справедливая Россия» проголосовали за. Единственной фракцией, которая выступила против расширения полномочий по блокировке связи, были «Новые люди».

Поэтому сегодняшняя позиция НЛ – критика массовых отключений и требования искать другие способы обеспечения безопасности – выглядит последовательной. Они выступали против этой модели регулирования еще тогда, когда закон только обсуждался.

Тогда как ЛДПР и самое главное КПРФ закон поддержали, а уже после его принятия начали периодически изображать недовольство – писать запросы в Минюст и делать громкие заявления. Но политического значения такие действия не имеют – ключевое решение было принято именно тогда, когда проходило голосование.

На этом фоне «Новые люди» оказались единственной парламентской партией, которая выступила против этой нормы сразу и публично – с открытым забралом. Поэтому рост их рейтингов сейчас выглядит вполне объяснимо. По сути это процент поддержки тех людей, которые напрямую столкнулись с последствиями отключений интернета – бизнеса, цифровых сервисов и обычной городской жизни. Когда привычная инфраструктура внезапно перестает работать, люди начинают внимательнее смотреть на то, кто именно голосовал за правила, по которым эту инфраструктуру теперь можно отключать.

Неожиданно начавшаяся катастрофическая война на Ближнем Востоке парадоксальным образом повлияла на войну на Украине: несмотря на всю её очевидную вредность и явную бессмысленность её продолжения в избранном формате для России, не смотря на фактическую готовность Кремля найти пути к её прекращению — она теперь продолжится. До окончания войны в Иране. Окончания - которое тоже не просматривается.

Иранская война явно играет на пользу России, и в этой ситуации идти на сделку в "духе Анкориджа" Москве потеряло смысл, переговоры отложены, ставки всё время растут, время играет на Россию. С другой стороны и у Зеленского оказались развязаны руки, Европа и Британия под эскалацию обеспечивает его сейчас всем, данными, ракетами, БПЛА, деньгами. Наблюдая за бессилием Трампа в иранском кейсе Зеленский снова стал неуступчивым, всё больше раздражая Трампа. А Трампу ничего не остается, как жестче давить исключительно на Киев — но, США сейчас явно не до Украины.

Тем временем в России была с трудом запущенна медленная, массивная кампания по отмене Телеграма и свободного интернета, для слива рассерженных радикал-патриотов, приуроченная с установлению похабного мира на Украине в начале апреля. Но после 28 февраля, начала иранской войны, все планы полетели. А огромный бульдозер чебурнета, с массой охранительной обслуги, был уже запущен и вовремя приостановить его силы воли в Кремле не нашлось. Недооценка роли Телеграма и интернета вообще — это тяжелейший, хотя и естественно сложившийся недостаток престарелого, слишком оторванного от реалий страны руководства.

Каковы последствия этой вышедшей из-под контроля истории:

— Тяжелейший удар по репутации властей всех уровней, включая высший, на котором всё, как на гвозде, держится.

— Будет корректировка планов по окончательной зачистке информационных площадок — и в МАХ, и Телеграме. Учитывая продолжающуюся СВО, адекватных блогеров и волонтеров будут вынуждены терпеть и дальше. Тиски, готовые сжаться на полную, слегка разожмутся. Наступит хаотичная вольница в МАХе (по типу ВК). Силовики не будут преследовать независимых админов в Телеграме.

Но расколотое надвое коммуникационная сфера страны останется: Телеграм постараются развернуть на внешнюю аудиторию, прикручивая влияние на внутреннюю через максимально плотное ограничение (ВПН оставят). МАХ позволят (пока) свободнее коммерциализировать, не ограничивая ничем, только бы пациент ожил.

Вода коммуникаций — дырки в любом случае найдет. Народ приспособится к новым запретам и трудностям - не впервой. Но на ус намотает.

Если всё развивается именно так — эти критические дни безвластия и непонятного интернет-безумия, торжества всех этих сорвавшихся с цепи запретителей — должны вскоре закончиться. Мутная волна, вставшая на пути светлого информационного будущего — схлынуть. Но электрический пес показал свои клыки и этого уже не забыть. Сейчас он вряд ли победит, поправ старые правила и установив силой свои. А что будет завтра — посмотрим.

Эксперт Дуг Мэдори, изучающий сбои в работе интернета, заявил, что «система белого списка, по-видимому, позволяет предоставлять ограниченный доступ отдельным пользователям, блокируя при этом доступ для более широкого круга лиц».

Хотя в основном виной тому резкое снижение интернет-трафика являются репрессии иранского режима, Мадори предполагает, что американо-израильские удары также могут вызывать сбои, потенциально приводящие к «перебоям в общей инфраструктуре, таким как обрывы оптоволоконных кабелей или отключения электроэнергии».