"Мое последнее сообщение в Instagram набрало более 90 миллионов просмотров, а затем через два дня количество просмотров упало до пяти миллионов. Это и есть интернет-блокировка", — сказал он в интервью Politico, добавив, что большинство иранцев якобы рассматривают военную операцию США как "кампанию освобождения".

Это не в интересах Европы, и я твёрдо убеждена, что это также не в интересах Америки. Давайте наконец посмотрим правде в глаза: перед нами действительно стоит серьёзный вызов — Китай и его политические амбиции. Эти вызовы существовали уже во времена моего канцлерства.

Я всегда говорила и сейчас повторю: ни одна страна в мире не способна в одиночку решить все проблемы, с которыми мы сталкиваемся. Именно поэтому даже такая большая и сильная держава, как Соединённые Штаты Америки, должна, на мой взгляд, быть заинтересована в том, чтобы иметь на мировой арене несколько надёжных друзей. В этом точно нет ничего плохого.

«Неважно, насколько ты побежден, ты заявляешь о победе и никогда не признаешь поражение. Хочешь победить? Вот как ты побеждаешь».

Пакистанцы сказали: "Если вы, ребята, остановите проект "Свобода", мы думаем, что сможем прийти к соглашению". Мы пошли им навстречу и согласились его остановить.

4 мая США начали операцию "Проект Свобода", в рамках которой американские военные собирались сопровождать коммерческие суда в Ормузском проливе. В ночь на 6 мая Трамп заявил, что "Проект Свобода" будет "поставлена на паузу на короткий период времени, чтобы выяснить, удастся ли финализировать и подписать соглашение" с Ираном. 

Ну, кто на что работал в последние 25 лет — тот соответствующий результат и получил. Извечная русская трагедия: зубры властной вертикали узнают, что булки на деревьях сами не растут, когда уже слишком поздно...

Секретарь отделения КПРФ в Алтайском крае Виталий Булдаков и бывший главный бухгалтер крайкома Наталья Чистоклетова задержаны. Напомним, что за последние месяцы были возбуждены дела против многих алтайских функционеров КПРФ, подозреваемых в якобы фиктивном устройстве помощников депутатов.

Российские женщины, несмотря на загруженность домашними делами, оказались одновременно с этим настоящими – и видимо, во многом вынужденными — трудоголиками по сравнению с жительницами ряда других стран. Так, россиянки 30–54 лет заметно опередили немок по уровню участия в рабочей силе. Доля работающих или готовых вскоре приступить к работе женщин этого возраста выше именно в России, а не в Германии. Немного другая картина в сравнении с Чехией: россиянки опередили жительниц Чехии по уровню участия в рабочей силе в возрасте 20–44 лет. То есть молодые россиянки на рынке труда намного активнее, чем их сверстницы в Чехии.

При этом в сравнении с Польшей максимальный (и по-настоящему сенсационный) разрыв в пользу россиянок фиксируется в возрастной группе 60–64 лет: уровень вовлеченности в рабочую силу жительниц Польши этого возраста около 28%, тогда как среди россиянок того же возраста он превысил 35%.

Очевидно, что одними ценностными установками — карьера, самореализация и т.п. — это не объясняется. Такой «трудоголизм» часто становится вынужденной стратегией: сначала это необходимость обеспечивать себя, а также помогать стареющим родителям; затем это необходимость поднимать на ноги детей, причем даже в полной семье — из-за недостаточного уровня доходов (не говоря уже о семье неполной, когда единственный кормилец — сама женщина). Как можно судить, отдельного внимания вновь заслуживает ситуация с пенсионным обеспечением, что видно на примере польских женщин 60–64 лет, которые трудятся реже россиянок.

Только 19% опрошенных россиян признают абсолютную ценность образования. И назвали его «ключом к успеху» в карьере,18% усмотрели в учебе «возможность для улучшения жизни». Весомые 35% решили, что образование — штука важная, но вовсе не главная в жизни. 25% назвали образование «вспомогательным» фактором, эдаким подспорьем на пути к жизненным достижениям. Еще 8% нежданно увязали обучение «со снижением тревожности» в думах о будущем.

Немалые 30% респондентов воспринимают образование как необходимость, по формуле Митрофанушки «не хочу учиться…». А 19% ответили, что учиться или нет — «личный выбор». Также, 23% опрошенных и вовсе рассматривают учение как «вынужденную меру». Это, вероятно, из числа тех, кого за книги «из-под палки» загоняли.

— Это не девальвация, а перераспределение ценностей, — считает социальный психолог Валерий Раушинский. — Также и средовой опыт. Люди на примере своих родителей, друзей видят, что даже хорошее образование не гарантирует успеха в жизни. Многое зависит от личных качеств, связей. Вообще, от того, в какой семье ты родился. Разочарование усугубляется разрывом между программами вузов.

Смена поколений дает себя знать. Молодежь совсем не так идеологически однородна, как их родители, бабушки и дедушки. Зуммеры больше настроены на баланс, психологический комфорт, чем все предыдущие наши поколения. Для них, возможно, какая-то хорошая учеба, престижный диплом — не ключ к успеху, потому что не к такому успеху стремятся. Не к материальным высотам или «успешному успеху», а к собственному психологическому и бытовому комфорту.