Документ предусматривает санкции против российского руководства, банков, госкомпаний и энергетических проектов, а также тарифы до 100% для стран, покупающих российские энергоносители. Республиканцы настаивают, чтобы президент мог самостоятельно вводить и отменять пошлины, демократы считают это чрезмерным расширением его полномочий. Палата представителей ушла на каникулы без голосования, на следующей неделе законопроект попробует рассмотреть Сенат, пишет The New York Times.

МУС - это орган контроля стран Первого мира над странами Третьего мира. Никакого равноправия в его идею заложено не было и в целом это всех устраивало. Ну, может, и не особо устраивало, но правила были такими.

Прокурор посчитал, что может руководствоваться личными принципами и собственным пониманием справедливости. А это - выход за рамки и угроза самой системе.

По всей видимости, прокурор не внял намекам, поэтому с ним поступили, как любая система поступает с попавшим в ее механизм инородным предметом - его либо извлекают, либо перемалывают. Ничего личного на самом деле.

Это совершенно не означает, что прокурор был неправ. Тот же Нетаньяху, если судить даже по тому, как за ним пристально наблюдает собственное правосудие и точит клыки, более чем достоин попасть в жернова правосудия, равно как и масса иных подследственных этого уважаемого суда. Но есть разница между диктатором Судана, устроившего геноцид в Дарфуре, и уважаемыми лидерами ведущих стран. И если прокурор не видит эту разницу, то к нему неизбежно пришлют офтальмолога.

Овальный кабинет как символ конца эпохи Москвы. Зеленский заявил о готовности подписать мирное соглашение с Россией в Овальном кабинете. На первый взгляд, в этом заявлении нет ничего удивительного. На самом же деле оно фактически подводит черту под целой эпохой.

На протяжении всего постсоветского периода Москва выступала главным модератором конфликтов на пространстве бывшего СССР. Площадками для переговоров становились либо сама Москва, либо столицы бывших союзных республик. Так, соглашение о прекращении огня между Азербайджаном и Арменией в 1994 году было подписано в Бишкеке, соглашение о прекращении огня в Грузии — в Москве, а соглашение о принципах мирного урегулирования приднестровского конфликта также было подписано в Москве. Затем последовали Минские соглашения и Трехстороннее заявление лидеров Азербайджана, Армении и России от 10 ноября 2020 года, когда Москва вновь выступила главным и, казалось, практически монопольным модератором армяно-азербайджанского урегулирования.

Россия успешно использовала модель конфликтного управления, позволявшую ей сохранять политическое доминирование на постсоветском пространстве. Однако конфликтное управление было лишь тактическим инструментом. Для достижения стратегических целей требовался целый комплекс геополитических и геоэкономических механизмов. Проблема заключалась в том, что Москва стремилась усилить свое влияние на постсоветском пространстве, тогда как бывшие советские республики, напротив, последовательно стремились его диверсифицировать и ослабить.

Первая серьезная попытка изменить сложившийся порядок произошла в декабре 2021 года, когда Никол Пашинян инициировал брюссельский формат переговоров между Арменией и Азербайджаном. Тогда состоялась трехсторонняя встреча президента Азербайджана Ильхама Алиева, премьер-министра Армении Никола Пашиняна и председателя Европейского совета Шарля Мишеля. Европейский союз впервые взял на себя активную роль в урегулировании конфликта на постсоветском пространстве без участия Москвы.

Война в Украине изменила все. В августе 2025 года Азербайджан и Армения парафировали мирный договор в Вашингтоне. Помимо прочего, это означало конец эпохи политического доминирования Москвы на постсоветском пространстве. Для Кремля это стало серьезным геополитическим ударом и вызовом его представлениям о многополярном мире.

Однако в случае с Украиной для Москвы ставки еще выше. Мирное соглашение рано или поздно будет подписано. Когда именно и на каких условиях — отдельный вопрос. Гораздо важнее другое: где это произойдет.

Если вдуматься, уже сам факт того, что мир между некогда родственными Россией и Украиной может быть заключен при посредничестве Запада, является историческим поражением Москвы. Государство, десятилетиями претендовавшее на роль главного арбитра на постсоветском пространстве, само оказалось в положении стороны, которой необходим внешний посредник. Более того, участие Запада, как стороны конфликта, уже говорит о том, что Украина, в пределах какой бы территории она не продолжала существовать, для России потеряна в пользу Запада.

И наконец, возможное подписание мирного соглашения в Вашингтоне или одной из европейских столиц будет иметь огромное символическое значение. Оно станет не просто завершением войны, а официально зафиксирует конец эпохи, в которой Москва была главным арбитром на постсоветском пространстве, и ознаменует начало новой эпохи, в которой ключевую роль в региональной архитектуре безопасности будет играть уже Запад.

Москва выразила готовность рассмотреть новые американские предложения по Украине, если таковые появятся. Естественно, с условием соблюдения своих интересов. Как отметил пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, России необходимо использовать дуализм позиции США по конфликту в своих интересах. То есть в Кремле понимают, что Киев продолжит получать американское оружие, и это плохо. Однако есть и второй, положительный, аспект: Дональд Трамп по-прежнему настроен на сделку, и это хорошо, этим нужно пользоваться.

Иными словами, российская сторона намерена продолжать диалог, несмотря на видимое похолодание в отношениях. О существовании новых американских планов или предложений заявил Владимир Зеленский после телефонного разговора со Стивеном Уиткоффом и Джаредом Кушнером. Президент Украины планирует поездку за океан, где все это, естественно, будет обсуждаться.

Основной вывод таков: переговорный процесс жив и может возобновиться в любой момент. При желании можно назвать это продолжением Анкориджа, почему бы и нет. Другой вопрос — к чему все это приведет. Ответ прост: пусть для начала диалог возобновится. С этим могут возникнуть проблемы, поскольку компромисс в позициях враждующих сторон пока что неочевиден. Планов может быть сколько угодно, но без этого говорить не о чем.

С одной стороны — рекордные ипотечные ставки, рост цен, миллионы непроданных квартир и постоянные призывы к экономии. С другой — Россия уверенно поднимается в мировом рейтинге по количеству людей с состоянием в миллиарды долларов.

Конечно, наличие богатых людей само по себе не является проблемой. Но если экономика переживает столь сложный период, почему одни становятся богаче, а другим все чаще предлагают потерпеть ради общего будущего?

Похоже, санкции действительно работают, просто эффект от них распределяется очень неравномерно. Одни привыкают считать расходы. Другие — места в списке миллиардеров.

Удары по WB и Мираторгу могут иметь только один «военный» смысл. Это давление персонально на слой высших чиновников и их близких, связанное с их долевой собственностью на соответствующие компании. Расчет на то, что они станут надавливать на первое лицо. Но мы не знаем конкретных, точечных целей этого давления. Эти цели могут лежать совсем в другой плоскости, чем нам представляется. Однозначно: это не давление на население. Да, может быть некоторое раздражение от бытовых неудобств. Но это слишком мелкая и неадекватная цель.