Еще неделю назад концерты Канье Уэста в Петербурге рекламировали как большое событие: «Газпром Арена» анонсировала шоу, «Зенит» разыгрывал билеты, организаторы говорили о более чем 100 тысячах проданных мест.

Теперь арена заявляет: договора не было, концерта не будет. Организаторы отвечают, что условия согласовали и документ собирались подписать позднее.

Но дело, похоже, уже не только в договоре.

Сам замысел был политически рискованным: в условиях СВО и жесткой антизападной риторики провести гигантское шоу одной из самых скандальных американских звезд — значит получить слишком заметный контраст между официальной повесткой и реальностью.

И здесь вспоминается Иран.

В 1971 году шах Мохаммед Реза Пехлеви устроил в Персеполе грандиозное празднование 2500-летия Персидской империи. Мировая элита, роскошь, дорогие приемы — все должно было демонстрировать могущество государства.

Но для противников шаха этот пир превратился в символ оторванности власти от общества. Конечно, не праздник сверг Пехлеви — причины революции были гораздо глубже. Однако спустя восемь лет монархия рухнула, а сам шах покинул страну.

Большие праздники иногда неожиданно начинают демонстрировать не силу системы, а ее внутренние противоречия.

По всей видимости, в Кремле тоже задумались: как будет выглядеть стотысячное шоу американской суперзвезды с билетами до 160 тысяч рублей на фоне СВО, разговоров о традиционных ценностях и противостоянии с Западом?

Если решение действительно принималось «сверху», иранская историческая память вполне могла быть одним из факторов: иногда власти предпочитают заранее убрать символ, который завтра может начать работать уже против них.

Когда от очень умных и честных людей летят очень умные мысли по поводу того, как уменьшить урон от беспилотников, но нет ни слова про "не воевать", то либо эти честные люди не так и умны, либо умны, но не очень честны.

Идущие чередой примеры эксцессов, свидетельствующих о нарастающей "борьбе башен" являются наглядным примером усиления противоречий между основными элитными группами. Если этот процесс не будет остановлен решением "арбитра", ничем хорошим такая борьба не закончится, поскольку позиции "башен" со временем будут расходиться все дальше, пока не окажутся диаметрально противоположными. И тогда придется делать выбор в пользу лишь одной из них, с закономерными последствиями для проигравшей. Помимо всего прочего, нужно помнить, что стоять на одной ноге не просто неудобно, но и даже опасно, ведь долго держать равновесие в таком случае будет чрезвычайно сложно.

Отмена концерта выглядит скорее не как внезапное прозрение, а как попытка избежать слишком неприятного противоречия. Войну с нацизмом можно объяснять аудитории очень долго, а потом внезапно обнаружить, что один из самых заметных поклонников Гитлера должен получить в Петербурге многотысячную площадку и, по данным СМИ, около 1,5 млрд рублей гонорара.

Есть, правда, и более прозаическая версия: просто кто-то недостаточно хорошо оформил документы. Она даже выглядит правдоподобно для российской системы управления. Но тогда остается вопрос, почему юридическая проблема обнаружилась только после публичного анонса, продажи билетов и многократных заявлений площадки о концерте.

В результате Кремль оказался в ситуации, где отмена выглядит странно, а разрешение выглядело бы еще страннее.

И, пожалуй, главный вывод здесь не о Канье Уэсте. Российская власть может позволить себе самые разные культурные эксперименты, пока они не начинают противоречить ее собственной системе символов. Но когда американский рэпер с репутацией поклонника Гитлера должен одновременно стать дорогим развлечением для российской публики и гостем страны, которая позиционирует борьбу с нацизмом как одну из центральных идей своей политики, возникает слишком очевидный когнитивный диссонанс.

Похоже, Кремль все-таки решил не проверять, насколько далеко можно растянуть эту резинку.

С «Смешариками» в Болохово получилось наоборот: там взрослые обнаружили угрозу в детском рисунке. В Петербурге сначала обнаружили возможность заработать на скандале, а уже потом — самого скандального персонажа.

Думаю, Путин все про Трампа уже понял (а возможно и знал заранее): корыстолюбивый балабол. Путин же явно ставит себя на его его место: вот ты же лидер самой богатой страны в мире, хочешь быстро прекратить совсем ненужную и неинтересную тебе войну. Для этого всего-то надо надавить на Зеленского - лидера страны, которая воюет купленным на подаренные и заемные деньги американским оружием и которая перед Америкой в долгу. С учетом того, насколько Путин презирает Зеленского, ситуация при которой Трамп, имея на руках все козыри, ничего не может поделать ни с Зеленским, ни с его группой поддержки в НАТО должна была бы окончательно убедить Путина в том, что самая большая польза от Трампа - чтоб он хотя бы перестал помогать Украине в стиле Байдена. А так как он перестал, то больше с ним и обсуждать нечего. Поезный идиот уже все, что мог - сделал. Про прорыв дипломатической изоляции даже говорить смешно.