Кейс Ларисы Долиной, получивший финальное оформление через эфир «Пусть говорят» на Первом канале, – это не светская хроника, а политический прецедент. Впервые на федеральном уровне легитимизирована схема «элитного обнуления»: статус лоялиста позволяет пересматривать гражданско-правовые сделки, превращая добросовестного приобретателя в единственного пострадавшего. Появление Долиной в прайм-тайм – это попытка купировать репутационный пожар, который вышел из-под контроля. Константин Эрнст предоставил площадку для публичной исповеди, но тезис о «давлении украинских мошенников» больше не работает как универсальная индульгенция.
Обещание Долиной вернуть деньги, прозвучавшее в эфире, – это вынужденный шаг, продиктованный не раскаянием, а жесткой рекомендацией кураторов. В АП осознали, что «эффект Долиной» создал опасную точку социального напряжения. Решения судов, оставившие покупателя без жилья и денег, дискредитировали не просто артистку, а сам институт собственности. Если лоялистам позволено отменять сделки по звонку, рынок недвижимости для среднего класса схлопывается.
Теперь мяч на стороне Верховного суда. Вопреки прогнозам о круговой поруке, ВС, скорее всего, поддержит покупательницу Лурье. Это необходимо для обеления судебной системы, репутация которой пострадала от сервильности нижестоящих инстанций. АП не нужен новый раздражитель перед 2026 годом, поэтому кейс Долиной будет использован как показательная порка для восстановления баланса: «закон один для всех», даже если ты народная артистка.
Само заявление Долиной о возврате средств решает лишь локальную проблему конкретной Полины Лурье, но не закрывает системную «дыру». Судебный прецедент, когда дееспособность продавца аннулируется постфактум без медицинских оснований, остается миной замедленного действия. Возврат денег в частном порядке – это попытка затушевать глобальный сбой правовой матрицы, которой продолжают пользоваться сотни менее медийных персонажей по всей стране.

«Этих денег, о которых они говорят, как раз так, в принципе хватит еще, чтобы пару лет тратить украинцев, как пули», — заявил пресс-секретарь президента.

По словам Игоря, содержание в колонии удовлетворительное. Есть, конечно, недочеты, о которых и так все знают, но говорить о них бессмысленно и нерезультативно. В колонии Игорь не пользуется никакими привилегиями, но его и никто не преследует, то есть он отбывает срок наравне со всеми, и это его на данный момент вполне устраивает. А большего требовать от здешней администрации и невозможно. Здоровье также удовлетворительное. По соглашению с администрацией в колонию дважды удалось впустить платного зубного врача, он произвел самые срочные действия по сохранению оставшихся зубов. И мы оба благодарим вас за помощь в оплате этой дорогостоящей услуги. Самое главное, что Игорь просил передать — он по-прежнему уверен, что эта война закончится только победой одной из сражающихся сторон и компромисс тут невозможен.

Обдумывая мысль об отсутствии "либеральной экспертизы" в отношении постсоветского пространства приходишь к пониманию того, что это прямо влияло и на российскую политику.
Условные чиновники по отношению к Украине имели пачку бумажек от российского МИДа, ГРУ, ФСБ, ассоциированных с ними государственных институтов, но всё равно звали на совещания разного уровня на Старой площади и в Александр-хаусе тех, кого они считали "экспертами", поскольку те писали какие то бумажки, что в газету, что в комитеты Госдумы.
Если с "либеральной" стороны таких людей не было (ну вот, тех, кто мог объяснить за очередной конфликт внутри Верховной Рады не перепутав фамилий действующих лиц), то их и не звали. А стало быть "общественная" и "экспертная" поддержка того курса, в котором были заинтересованы силовые ведомства или "ястребы" в МИДе была обеспечена.
Некоторые скажут, что это ерунда, поскольку "Океания всегда хотела воевать с Остазией". Но они просто не в курсе как работают политические механизмы в России. И сколько всякой мерзости не было сделано (или она была сделана годы спустя), просто потому что нашёлся человек с убедительными словами, пусть даже сказанными в тиши кабинета в порядке частного мнения.

«Идет стыковка тех трудных положений, которые должны как бы определить форму и судьбу будущего документа, а конкретные предложения, формулировки, сверка с юристами, этот путь еще нужно пройти, но его не пройдешь без участия специалистов»,— сказал он.

«Американцы всячески подчеркивают, что Трамп — это другой человек, у него идеология другая, и если он о чем-то договорится, то это будет "железобетонно"»,— отметил помощник президента РФ.

В интервью The Sunday Times Петр Павел добавил: если Европа позволит России победить, то «проиграем все мы».

В Беларуси онлайн-опросы не отражают реальную картину общественного мнения. Причины этого системные и связаны с особенностями авторитарной страны:
1. Отсутствие подтверждающей информации
Во-первых, нет подтверждения, что сам опрос действительно проводился, а не нарисован. Проверить это практически невозможно.
2. Неясность формирования выборки
Совершенно непонятно, каким образом формировалась выборка. Если поле и структура выборки сформированы некорректно, итоговые результаты будут масштабно смещены и вообще ничего не показывают о населении. Любые выводы, основанные на таких данных, не имеют практической ценности.
3. Политическая среда
Стоит отметить, что в ряде стран подобные интернет-опросы стали нормой. Однако в авторитарной стране, такой как Беларусь, где людей арестовывают и сажают в тюрьму даже за лайки, участие в онлайн-опросе вызывает страх. Получив ссылку на опрос, человек может предполагать, что на другом конце «сидит товарищ майор», и говорить о выборках, репрезентативности и делать из этого выводы — совершенно некорректно.
Многие люди избегают участия в онлайн-опросах из-за опасений цифрового слежения. Даже ответившие респонденты склонны выбирать «безопасные» варианты, что создаёт систематическое искажение данных.
4. Прикрывательство известными именами
Лица, проводящие такие опросы, часто прикрываются известными международными организациями, которые к этим исследованиям не имеют никакого отношения. Это откровенная профанация и мошенничество по освоению грантов.
5. Неравномерное интернет-покрытие и демографические перекосы
Доступ к интернету в Беларуси сильно различается по возрасту, региону проживания, уровню образования, типу населённого пункта и социально-экономическому статусу. Это значит, что онлайн-выборка никогда не сможет адекватно представить все слои общества — многие группы оказываются недопредставленными или вовсе отсутствуют.
6. Эффект самоотбора
Онлайн-опросы полностью основаны на добровольности. В выборке оказываются те, кто активен в сети, интересуется политикой или данной темой. Эти систематические перекосы невозможно полностью компенсировать статистическими весами.
7. Недоступность ключевых социальных групп
Онлайн-опросы не охватывают значительную часть населения: людей старшего возраста, жителей малых городов и сельских районов, низкообразованных граждан, госслужащих, военных и аполитичных лоялистов. Их отсутствие делает репрезентативность невозможной по определению.
8. Белорусские онлайн-панели не соответствуют международным стандартам
Стандарты ESOMAR требуют прозрачного набора респондентов, проверки личности, контроля дублей и регулярного обновления панелей. В Беларуси ни одна онлайн-панель не обеспечивает этих условий, поэтому данные из них не могут быть случайной и качественной выборкой.
Попытки «довзвесить» выборку не исправляют самоотбор, не восполняют недостающие группы и не устраняют страх политической репрессии. Весы лишь маскируют структурные перекосы, не решая их сути.
9. Международная практика подтверждает ограничения
Онлайн-опросы можно считать репрезентативными только при высоком и равномерном интернет-покрытии (>85%), как, например, в Польше, Германии или США. Беларусь к этой категории не относится.
Обсуждать результаты онлайн-опросов в Беларуси всерьёз и делать на их основе выводы крайне некорректно. Ошибки в проведении таких опросов дают неверные данные и могут привести к трагическим последствиям. Мы уже видели подобное на Украине, когда Путину «горе-социологи» приносили результаты опросов с якобы 90% «готовых встречать с цветами», а в итоге это закончилось великой бедой. Достоверная картина возможна только через CATI (телефонные опросы) и face-to-face с строгой методологией.

Какую квоту нам оставили, мы не знаем. Сейчас мы предполагаем, что это будет 1+1. Один мужчина и одна женщина. Я говорю только про Олимпийские игры. FIS ни на какие вопросы нам не отвечает, мы на данный момент для них никто. Они общаются напрямую со спортсменами, - сказала Вяльбе.

Для этого Фридрих Мерц воспользовался услугами фирмы So Done, которая взимает по 50% от компенсаций. При этом сам политик утверждал, что полученные деньги в полном объеме направляются на социальную помощь в его родном округе. Как сообщает Welt, некоторые заявления привели к обыскам. Во время одного из них у еврейки с инвалидностью конфисковали телефон за то, что она назвала Мерца «маленьким нацистом».
Обыск по делу, где лидера блока ХДС/ХСС охарактеризовали как «грязного пьяницу», суд признал незаконным. Адвокат пострадавшего заявлял о произволе из-за «чрезмерной реакции судебных органов».
При этом, по словам адвоката, который ведет около 30 дел, только по одному из заявлений Мерца вынесли наказание, а десять других дел были прекращены

Подтверждено, что Predator использовался в атаках на цели в Пакистане и Ираке, с применением фейковых новостных ссылок и вредоносной онлайн-рекламы для заражения телефонов. Расследование также связывает Predator с крупным скандалом с прослушкой в Греции, где были взломаны десятки чиновников и журналистов.

Попавшие в распоряжение издания внутренние файлы Intellexa показывают активных клиентов компании в Египте, Саудовской Аравии, Казахстане и Пакистане. Инфраструктура шпионского ПО также работает через подставные компании в свободных экономических зонах Дубая.