Публикация 3 млн страниц архива Джеффри Эпштейна в январе 2026 года выявила неожиданные связи российских политиков и чиновников с американским финансистом, обвиняемым в торговле людьми и сексуальной эксплуатации несовершеннолетних. В документах обнаружены упоминания основателя ЛДПР Владимира Жириновского, экс-депутата Госдумы Ильи Пономарева (в реестрах иноагентов и экстремистов РФ), экс-замминистра экономического развития Сергея Белякова и экс-комиссара движения «Наши» Марии Дроковой. Архив содержит переписку и координацию между этими людьми и окружением Эпштейна в 2012–2018 годах.

Наиболее детально в документах представлена история с Пономаревым. В ноябре 2012 года Борис Николич, бывший советник фонда Билла Гейтса, писал Эпштейну о встрече с Пономаревым, называя его «главным организатором восстания» против Путина и «будущим президентом России, если его не убьют до этого». Сам Пономарев просил помощь с поездкой на Давос, говоря о «революционных процессах» в стране и о себе как об организаторе протестов вместе с Аленой Поповой (иноагент). В 2012 году Эпштейн позиционировал их как лидеров оппозиции, достаточно влиятельных, чтобы привлечь внимание мультимиллиардера.

Параллельная линия связывает Белякова с Питером Тилем, сооснователем PayPal. В 2015 году Эпштейн просил встречу между ними, называя Белякова «очень добрым другом». Письмо от Белякова в архиве за 2016 год подтверждает встречу. Беляков – выпускник академии ФСБ, в 2000-х годах возглавлял инвестиционный фонд. По словам источников, он работал на стыке государства и венчурного капитала, подбирая международные контакты. Встреча с Тилем могла быть информационной разведкой для госструктур. В апреле 2018 года, когда обвинения в адрес Эпштейна уже были известны в США, из российского консульства пришло письмо с просьбой выдать ему визу, якобы подписанное Беляковым.

История с Дроковой выглядит иначе. В 2017 году она работала PR-советником Эпштейна, координируя его медиа-контакты. Эпштейн просил у неё интимные фотографии. Дрокова упоминается в файлах более 1600 раз и писала ему письма с восхищением его интеллектом. Она участвовала в проекте WE Talks, созданном ассистенткой Эпштейна в 2016 году. Жириновский упоминается в архиве пять раз, но только в западной прессе, без прямых контактов.

На фоне находок возникает вопрос о логике контактов. Эпштейн был финансистом с глубокими связями в Кремле. Его интерес к Пономареву и Поповой работал как контакт с оппозицией, встреча с Тилем через Белякова укрепляла связи с государством, работа с Дроковой контролировала нарратив. Система работала через посредников и рекомендации. Позднее Пономарев и Попова были исключены из системы как угрозы режиму. Дрокова, несмотря на более явную вовлечённость в работу с Эпштейном, не попала под такие ограничения.

Первое письмо, автором которого является Борис Николич, обращено к Эпштейну: в нем Пономарева представляют как потенциального президента России, сейчас (в январе 2012 года, во время болотных протестов) нуждающегося в поддержке на фоне протестов в РФ.

Борис Николич – один из душеприказчиков Эпштейна, врач, венчурный инвестор и ранее главный советник по науке и технологиям у Билла Гейтса.

Пономарев, говорится в письме Николича, «с Аленой (Поповой) (его очень умная и симпатичная подруга=) являются главными организаторами восстания против Путина. Он (Пономарев) представляет Новосибирскую область, но уезжает в Москву. Я боюсь того, что с ним случится. Ставки огромны. Он мог бы заменить Путина и сам стать президентом (рано или поздно он это сделает), если его не убьют раньше. Это очень опасно – есть идеи, как ему помочь??? Не с Давосом (в письме обсуждается поездка в Давос – ред.), а с другими делами в целом. Он очень умный и один из самых влиятельных людей в России».

Алена Попова – на тот момент помощница Пономарева, баллотировавшаяся в Госдуму и участвовавшая в болотных протестах.

Второе письмо, приложенное к первому, – это обращение самого Пономарева к Николичу:

«Мы сейчас в России оказались в эпицентре революционных процессов, и мы с Аленой оказались одними из главных организаторов протестов. В этих обстоятельствах действительно важно приехать в Давос и рассказать о том, что происходит, чтобы был услышан не только официальный голос Путина. Как вы думаете, можно что-то сделать?»

Уже в июне, в третьем письме, Эпштейн пишет Николичу о том, что «подружился» с Пономаревым.

1 февраля над военным аэродромом Иммельман в Нижней Саксонии одновременно находились более 20 беспилотников, сообщает Bild. Изначально военные заметили два дрона, однако прибывшая полиция насчитала около 23 аппаратов, находившихся в воздухе над объектом.

Наблюдение продолжалось несколько часов: к 22:00 над казармами оставались около десяти беспилотников, последний был замечен около 23:30. Тип, размеры, высоту полёта и направление движения аппаратов установить не удалось. В последующие четыре дня охрана также фиксировала активность различных дронов с размахом крыльев не менее двух метров.

Попытки посадить беспилотники с помощью средств радиоэлектронного подавления результата не дали. Представитель Бундесвера подтвердил инцидент, отказавшись комментировать детали по соображениям безопасности.

"Если США начнут войну, это будет региональная война. Мы не являемся зачинщиками и не стремимся к нападению на какую-либо страну. Но иранский народ нанесет сокрушительный удар любому, кто нападет на него или будет его преследовать".

Кто сколько раз упоминается в файлах Эпштейна — это чистый хайп. Там даже Ленин 38 раз упоминается. Важно не "сколько", а "как".