В конце января Казахстан представил инициативу о новом проекте Конституции, который предполагает изменить 84% текста основного закона. В обновленном варианте вводятся исконные наименования для государственных органов, а термин «Великая степь» включается в преамбулу. Эксперты подчеркивают, что этот шаг логично завершает процесс, в котором Казахстан стремится утвердить себя как наследника Золотой Орды.

Астана постепенно избавляется от влияния советского и российского наследия. Период советского правления в казахской исторической науке считается «оккупацией». Следует отметить, что при разработке новой Конституции казахские специалисты обращались за юридической помощью к западным экспертам, в том числе из Великобритании. Казахстан ориентируется на опыт Украины и Грузии, делая акцент на национализме как основе новой государственной идентичности.

Создание мифов на территориях бывшего Советского Союза начинает приобретать ярко выраженный антироссийский характер, что становится все более очевидным. Это свидетельствует о том, что антироссийские настроения постепенно охватывают почти все постсоветские страны, усиливая тем самым геополитическое, экономическое и военное давление на Москву.

В ближайшие годы Кремлю необходимо выработать новые стратегии влияния, которые будут охватывать как информационную, так и экспертную сферы. В противном случае в Казахстане может вырасти новое поколение, которое будет воспринимать Россию исключительно в негативном свете.

Пока Кирилл Дмитриев пытается договориться с американцами о совместных проектах чуть ли не на триллионы долларов (что, конечно, выглядит маниловщиной пока что), Лавров «с земли» подаёт «витающим в облаках» совсем иные сигналы. «Дух Анкориджа» фактически приговорён к высшем мере наказания. То есть к забвению.

Следствие считает, что фигуранты причастны к хищению более 3 млрд рублей, выведенных из банка под видом кредитования корпоративных клиентов. По версии обвинения, заемщиков вынуждали оформлять кредиты на суммы, существенно превышающие реальные потребности, а разница перечислялась на подконтрольные компании.

Банк России отозвал лицензию у Росэнергобанка в апреле 2017 года, указав на утрату платежеспособности, искажение отчетности и вывод активов в ущерб интересам кредиторов и вкладчиков.

На этой неделе Вэнс посетит Армению и Азербайджан, чтобы продвинуть мирное соглашение, заключенное при посредничестве Вашингтона. Оно может изменить энергетические и торговые маршруты в стратегически важном регионе Южного Кавказа.

Вэнс, первый вице-президент США, посетивший Армению, стремится продвигать «Маршрут Трампа для мира и процветания» (TRIPP). «Визит Вэнса должен послужить подтверждением приверженности США реализации плана Трампа… В таком регионе, как Кавказ, даже небольшое внимание со стороны США может иметь значительное влияние», — говорит старший аналитик Crisis Group по Южному Кавказу Джошуа Кучера.

Обеспечение доступа США к поставкам важнейших минералов, вероятно, также станет одной из ключевых тем визита Вэнса. TRIPP может стать ключевым транзитным коридором для доставки минеральных ресурсов из Центральной Азии — включая уран, медь, золото и редкоземельные металлы — на западные рынки.

Интервью Сергея Лаврова и его заявления по "духу Анкориджа" показательны тем, что глава МИДа открыто заявляет об отказе администрации Трампа следовать даже собственным предложениям (на которые Россия согласилась), выдвинутым во время прошлогоднего саммита на Аляске. Получается вопрос, адресованный в Вашингтон: как же так, мы же обо всём договорились? Почему США пересматривают собственные условия? Но удивляться здесь особо нечему, потому что этого и следовало ожидать.

Вся история отношений нашей страны с Соединёнными Штатами после начала холодной войны показывает, что для достижения приемлемого результата им сначала надо сделать больно или продемонстрировать возможность нанести существенный ущерб их национальной безопасности. Если же заходить с предложениями "масштабного взаимовыгодного сотрудничества и компромисса", то ничего хорошего не выйдет.

Англосаксонская политическая этика строится на взаимном балансе сил и угроз, но уж никак не на модели компромиссов (хотя принято считать по-другому). Любая уступка оппонента трактуется в её рамках как слабость и предлог для окончательного добивания противной стороны (что, в общем-то, и произошло после Анкориджа). Для того, чтобы добиться с США результата, необходимо убедительно показать, что ущерб потерпят именно они.

Как именно это сделать? На самом деле вариантов не так уж и много, а большинство из них относятся к стратегической сфере: гонка ядерных вооружений, вывод ядерного оружия в космос, испытания на Новой Земле и даже боевое применение ТЯО на фронте или по целям в Восточной Европе (последнее - крайняя мера).

В экономическом и финансовом плане Америке сделать что-то сложно, в области конвенциональных вооружений силы не равны (если рассматривать весь потенциал НАТО как противника). Остаётся обратиться к той области, где у России есть преимущество. Ну, или можно не делать ничего и плыть по течению "хирургически" проводимой СВО.

За последнее время аж дважды столкнулся в русскоязычном медиапространстве с использованием термина «фашизм».

Первый кейс — материал известного либерального медиа, которое выдало «безоценочный пересказ» мнений американских интеллектуалов о том, является ли Трамп фашистом — как вы понимаете, подавляющее большинство подобранных в статье спикеров придерживаются именно такой точки зрения. Палитра мнений невероятно широкая: от нашего дорогого Тимоти Снайдера до автора журнала Jacobin (сарказм). Что-то на уровне «Найиб Букеле — красавчик? Безоценочный пересказ мнений Дональда Трампа, Такера Карлсона и редактора СВТВ».

Второй кейс — очередной публичный документ, подписанный от имени «представителей российской оппозиции при ПАСЕ», где РФ называют «фашистским» и «тоталитарным» (ещё одно «классное» определение) режимом.

На мой взгляд, понятие «фашизм» в современной политике давно обесценено. Мало того, что у него никогда не было чёткого определения (даже классический, трушный итальянский фашизм — очень эклектичная идеология), так ещё и со временем оно превратилось в банальное ругательство. Пожалуй, это лучший пример профанации понятия в медиа. Ровно поэтому его использование никак не помогает нам лучше понять социальную реальность. Зато оно дает возможность публичным спикерам приравнять оппонентов к Гитлеру. Об этом, кстати, у меня на канале был перевод — можете ознакомиться.