«Произошло небольшое задымление на кухне одного из кафе. Сотрудники противопожарной службы аэропорта оперативно прибыли на место срабатывания сигнализации. Возгорания не обнаружено. Аэропорт продолжает штатную работу»,— сообщили в Кольцово.

Внутриполитическая ситуация в России на старте парламентской кампании-2026, несмотря на ряд вызовов, характеризуется даже более выраженными факторами устойчивости, чем на аналогичном этапе подготовки к думским выборам 2021 года.
Даже минимальные показатели поддержки «Единой России» на старте думской кампании-2026 выше, чем максимальные в начале выборов-2021. Стартовый потенциал роста рейтинга благодаря колеблющимся избирателям, заявляющим о поддержке партии эпизодически, заметно выше, чем 5 лет назад.

«Низкий старт» оппозиции не означает, что у нее не будет возможности нарастить поддержку за пределами сложившихся коридоров после официального старта избирательной кампании. Однако опыт региональных выборов 2025 года позволяет предположить: оппозиционным партиям будет сложнее мобилизовывать избирателя за пределами своих электоральных ниш.

Политическая система в 2026 году обладает значительным запасом устойчивости, о чем свидетельствует существенно более высокий рейтинг доверия Владимиру Путину в апреле по сравнению с показателями 5-летней давности. Так, по данным ФОМ, на 19 апреля 2026 года этот показатель составил 74%, на 18 апреля 2021 года — только 57%.

Наблюдается кардинальное различие между темами, находящимися в центре медиа-повестки, особенно в социальных сетях, и проблемами, на которых акцентируют внимание граждане в ходе социологических опросов. Например, доминировавшие в социальных сетях блокировка Telegram и забой скота в Новосибирской области - откровенно периферийные для большинства населения вопросы.

ЕР вступает в парламентскую кампанию с более прочной стартовой базой поддержки, а парламентская оппозиция — в ситуации возросшей дробности и с высокой вероятностью реализации традиционного (то есть инерционного и нишевого) сценария привлечения колеблющегося электората. Можно говорить о  вероятности реализации сценария, типологически схожего с думскими выборами 2016 года для «Единой России» (тогда она получила 54,2% голосов) и частично напоминающего расклад сил на думских выборах-2007 для протестного фланга (когда партии парламентской оппозиции прошли в Госдуму с сопоставимыми нишевыми результатами).

Прогноз АПЭК: рейтинги «Единой России» на старте и во время кампании будут проходить через несколько периодов дополнительного сезонного роста — например, в первой половине мая (с учетом дополнительной актуализации патриотической повестки в связи с празднованием  Дня Победы), в конце июня-начале июля и в конце августа-начале сентября (после проведения первого и второго этапов предвыборного съезда).

Ситуативный коммуникационный кризис середины марта, связанный с замедлением работы   Telegram и обсуждением ряда заметных событий был достаточно оперативно преодолен - и даже на пике  обсуждения не привел к существенному росту поддержки оппозиции.

Результат парламентских партий по пропорциональной системе. Прогноз АПЭК 
 «Единая Россия» - 54-57%
КПРФ - 13-15%
ЛДПР - 11-13%
«Новые люди» - 6-8%
«Справедливая Россия» - 4-6%
Результат парламентских партий в округах. Прогноз АПЭК
«Единая Россия» - 192-205
КПРФ - 7-10
«Справедливая Россия» - 4-7
ЛДПР - 2-4
«Новые люди» - 2-4
Родина - 1
Самовыдвиженцы - 4-6

Не выводят на парад технику, не выводят детей. Но курсанты военных училищ пройдут и авиация пролетит. Что это, безопасность или технология? И то, и другое и даже третье. Представляется, что наземная техника задействована, дети, учитывая настроения на пятый год, избыточны, от тренировочного полета пролета авиации не убудет. Интрига: а дроны будут? (В китайском масштабе - точно нет). И если все-таки выводят курсантов и вообще проводят, то не боятся. Гости приедут, в конце концов.

После ужесточений закона о маркировках, дело дошло до абсурда: произведения Александра Пушкина, Николая Гоголя, Ивана Тургенева, Льва Толстого и Михаила Булгакова начали снабжать предупреждениями о взрослом контенте. Русскую классику отнесли к литературе с упоминанием запрещенных веществ.

Под раздачу попали «Нос» и «Вий», стихи Пушкина, «Морфий», «Записки юного врача», «Ася», «Отцы и дети» и другие тексты, которые школьники десятилетиями читали безо всяких устрашающих плашек. Но в 2026 году, видимо, настал момент, когда и Гоголя будут читать с оглядкой.

Особенно символично, что на некоторых площадках стихи Пушкина и вовсе оказались в категории «товар для взрослых». Кажется, ещё немного — и «Евгения Онегина» начнут продавать из-под полы.

В Литрес после поднявшегося шума поспешили объясниться: произведения, изданные до 1 августа 1990 года, под закон о маркировке упоминаний наркотических веществ не подпадают, а значит русскую классику метить было не нужно. Там признали пометки ошибочными и начали их удалять.

На фоне вступившего 1 марта закона о запрете пропаганды наркотиков наступили времена, когда Пушкин — это уже 18+.

Минфин опубликовал отчёт об исполнении федерального бюджета за 2025 год: кассовое исполнение составило 98,9%, первичный структурный дефицит — 1,2% ВВП. Все заявленные приоритеты профинансированы — от соцвыплат и пособий проиндексированных для 15,9 млн получателей льгот до 3,9 трлн рублей трансфертов регионам.

Медийная активность министра финансов Антона Силуанова заметно выросла — и это не случайно. Минфин сейчас находится в одной из самых сложных ситуаций за последние годы. Дефицит бюджета за первые два месяца 2026 года достиг 3,4 трлн рублей — максимум за четыре года. Дополнительные нефтегазовые доходы на фоне роста цен на сырье положения не спасли: в марте ведомство впервые за долгое время пошло на секвестр — министерствам поручили срезать «нечувствительные» расходы на 10%, под сокращение попали нацпроекты и инфраструктурные статьи. Регулярные отчёты о выполненных обязательствах — способ держать повестку под контролем и снижать риски атак со стороны других элитных групп. Силуанов это делает умело. Но полностью застраховаться не выйдет: реальную картину видят по совсем другим цифрам — и у многих заинтересованных лиц есть к ним прямой доступ.

Выходит вал статей по влиянию LLM на инфраструктуру официальной науки(спойлер – рвущее в клочья). По западным грантовым фондам число заявок выросло на две трети с запуска ChatGPT, по отдельным направлениям (медицина, например)  в два-три раза. В США объявили что заявки, написанные ИИ, рассматриваться не будут. Британский медицинский совет сделал интервью обязательными для всех шорт-листников.

В наиболее продвинутых ВУЗах создаются лучшие модели для генерации заявок. Их обучают на корпусе уже одобренных грантов конкретного фонда. У элитных университетов они есть, у остальных нет. Это уже не «ИИ против человека». Это непреодолимое структурное преимущество условного Гарварда над провинциальным колледжем, обналиченное в долларах грантового финансирования.

Зрелая схоластика тринадцатого–пятнадцатого веков это не «ритуал вместо знания», как излагают в школе. Это система, в которой воспроизводство позиции внутри института стало важнее производства знания. Институт сложился, ставки внутри него выросли, внешние проверки ослабли - теология не «падает», в отличие от моста, скажем.

Диспуты, цепочки авторитетов, комментарий на комментарий – базово умные инструменты, ставшие самоценным навыком. Карьера строилась на виртуозном владении формой. Параллель прозрачная, но с поправкой. В классической схоластике производство формы стоило труда, сопоставимого с производством содержания. Чтобы написать приличный комментарий на «Сентенции» Петра Ломбардского, надо было реально знать Сентенции и уметь складывать слова в предложения.

С LLM корреляция рвётся. Стоимость формы обвалилась почти до нуля. Индекс Хирша, импакт-фактор, число публикаций, формальные критерии заявок были несовершенными, но всё-таки прокси чего-то. Сейчас они становятся шумом,  производимым почти бесплатным инструментом.

Ритуал перестал быть даже фильтром трудолюбия.

Сломал в итоге схоластику не гуманизм, как опять же нас в школе учили. Ее снесла инфраструктура: печатный станок, возврат к первоисточникам, княжеские дворы как альтернативная система патронажа. Менялись не методы, менялись сети распределения денег.

Сегодня мы наблюдаем тот же сдвиг. Палантировский Meritocracy Fellowship – структурный сигнал. Компания на 200 млрд рыночной капитализации публично заявляет: дипломы Гарварда, Принстона и Йеля внутри неё ничего не значат. Платят 5500 дол в месяц десяткам ребят с высоким школьным выпускным балом, четыре месяца семинаров по американской истории и основам Запада (патриотов же растят!), дальше работа на реальных проектах.

Тиль 15 лет платит 100 тыс лучшим студентам за то, чтобы бросить университет. Растут частные лаборатории, прямые контракты под результат, военные исследовательские программы под конкретный продукт — параллельный контур, в котором ритуал не оплачивается, потому что заказчик платит за работающую модель, а не за статью. Другие бигтехи делают тоже самое, но без обличительного пафоса и не напоказ.

Здесь стоит вспомнить «Темное просвещение» Ярвина с понятием «Собор» - единый идеологический комплекс университетов, прессы, фондов и бюрократии, монополизировавший производство легитимного знания и ставший самовоспроизводящимся. Тиль и Карп делают именно это - вынимают деньги, талант и валидацию из университетско-журнальной системы и переносят в реальный мир.

А что у нас? Чёрт знает.

Те же грантовые заявки, написанные моделями, монополия элитных институтов на гранты через качество заявки и связей. Нет данных о том, сколько диссертаций защищено по покупным текстам. Нет данных о том, какая часть публикаций в ваковских журналах оплачена напрямую или прошла через посредников. Нет данных о том, какая доля заявок в госфонды написана языковыми моделями. Раньше существовала индустрия накрутки индексов цитирования по российскому периметру; никуда она не делась, просто переключилась на внутренние базы и стала ещё менее видимой.

«Хочу отметить, что за последнее время увеличилось количество желающих незаконно пересечь границу по реке Днестр. Часто во время таких попыток используются не только гидрокостюмы, но и акваскутеры. Тису нарушители по-прежнему пытаются преодолеть, но Днестр сейчас начал пользоваться повышенным спросом», — сказал он.

С помощью акваскутера человек находится под водой и быстро плывет.

Демченко рассказал, что один мужчина пересек реку и оказался в Молдове, но там ему пришлось спасаться от волков и лезть на дерево. Тогда он позвонил в ГПСУ с просьбой о помощи.

Основатель чат-бота Grok и ряда компаний обвиняет OpenAI в предательстве своей изначальной миссии — быть некоммерческой организацией «на благо всего человечества». Маск стал сооснователем компании в 2015 году вместе с Сэмом Альтманом, но в 2018 году покинул ее после конфликта.

Адвокаты OpenAI заявили в суде, что Маск проиграл борьбу за власть и теперь «обидчиво дуется».

Маск рассказал, что 10 лет назад они с Альтманом планировали, как не допустить ИИ «в плохие руки». Опасения особенно обострились во время встречи с сооснователем Google Ларри Пейджем в 2015 году. Маск беспокоился, что Пейдж недостаточно серьёзно относится к рискам, на что, по словам Маска, Пейдж обвинил его в том, что он «специст» — то есть предпочитает людей цифровым формам жизни будущего.

Маск назвал целью своего стартапа по созданию чипов для мозга Neuralink «безопасность ИИ» через «симбиоз человека и ИИ», а SpaceX назвал «страховкой жизни такой, какой мы её знаем».