⬇️⬇️⬇️
То же самое с просьбой, обращенной к 5-летнему ребенку, навести полный порядок в своей комнате. Помните, что это сложный алгоритм для понимания ребенком в таком возрасте. Надо объяснить, что сначала он должен убрать подушки, потом игрушки с дивана, потом игрушки с пола и так далее.
✅Что делать? Важно понимать состояние ребенка и заботиться о нем. Старайтесь увидеть глубинные причины его эмоций, ведь ребенок может не хотеть идти на прогулку, потому что у него колючая шапка. Он может отказываться посещать уроки, потому что в школе над ним издеваются. Понять ребенка – это ответственность взрослого.
🔻Ступень 3: состояние ребенка зависит от его отношений со взрослыми
Как говорилось выше, состояние влияет на поведение ребенка. А состояние очень сильно зависит от взаимоотношений со значимыми для него взрослыми. Например, если ребенку нравится учитель, он будет любознателен и активен. Если школьник почувствует, что учитель его недолюбливает, ребенок будет либо подавлен, либо агрессивен.
Но больше всего состояние ребенка зависит от отношения с родителями.
Наверное, любой взрослый может вспомнить, как он себя чувствовал, если мама или папа были им недовольны, кричали на него или, наоборот, наказывали молчанием. Для детей это очень тяжелое состояние, в такие минуты весь мир кажется ему враждебным.
А вот когда вы вспоминаете самые счастливые моменты из своего детства, то заметьте, что они связаны с хорошими отношениями с мамой и папой. Например, вы вместе с радостью куда-то идете, разговариваете по душам, играете, обнимаетесь, валяетесь на диване или просто в теплой обстановке пьете чай с конфетами.
Состояние ребенка зависит от отношения с родителями гораздо больше, чем нам кажется.
И трудное поведение ребенка – это часто нарушенные отношения с мамой и папой.
Частая ошибка родителей – это выраженная негативная реакция на поведение ребенка. Ведь дети считывают такое отношение: «Если ты так поступаешь – ты не мой ребенок!» На подсознательном уровне ребенок воспринимает это как угрозу своей жизни, поскольку он полностью зависит от своих близких взрослых. Посыл «Ты не достоин быть моим ребенком» звучит как приговор. Это угрозы родителя «выгнать из детей».
Если бы ребенку были доступны хорошие техники достижения интересов, он сказал бы родителям: «Мама, папа, у вас сейчас были такие лица, что мне показалось, что вы меня разлюбили. Скажите мне, пожалуйста, это не так?»
Но если бы все было так просто, тогда бы и проблемы плохого поведения ребенка просто не существовало. К сожалению, у ребенка в силу возраста нет способности так мыслить.
Поэтому его реакция – это не нужные слова, а плохое поведение, вызванное сильной тревогой и страхом из-за вашего недовольства.
И тогда образуется порочный круг: чем больше родители расстраиваются из-за какого-то поведения, тем больше шансов получить то же самое нежелательное поведение.
Это очень просто объясняется: когда человек в стрессе, он не способен освоить новые технологии поведения, так как организм экономит энергию на преодоление стресса. Ребенок продолжает практиковать старые технологии, то есть плохое поведение.
✅Что делать? Выстраивайте отношения с ребенком, укрепляйте их. Не заставляйте ребенка сомневаться в том, что он вам нужен. Он должен знать, что любим в любом случае, это дает ему рывок к развитию. Помните, что если вы накричите на школьника за то, что он не может выполнить домашнее задание, это никогда не поможет ему его выполнить.
🔻Ступень 4: главное – это ресурс родителя
Когда родители в хорошем расположении духа, плохое поведение не выбивает их из колеи. Ребенок раскидал игрушки, не хочет чистить зубы? Если вы в ресурсе, где-то вы пошутите, где-то поможете – и вопрос решится. Но если вы не в ресурсе – устали, истощены, измотаны, – то даже маленькая поведенческая проблема начинает казаться кошмарным сном, и вы не можете с этим справиться. Соответственно, вы недовольны поведением ребенка и посылаете ему сигнал: «Если ты так поступаешь – ты не мой ребенок!»
⬇️⬇️⬇️
То же самое с просьбой, обращенной к 5-летнему ребенку, навести полный порядок в своей комнате. Помните, что это сложный алгоритм для понимания ребенком в таком возрасте. Надо объяснить, что сначала он должен убрать подушки, потом игрушки с дивана, потом игрушки с пола и так далее.
✅Что делать? Важно понимать состояние ребенка и заботиться о нем. Старайтесь увидеть глубинные причины его эмоций, ведь ребенок может не хотеть идти на прогулку, потому что у него колючая шапка. Он может отказываться посещать уроки, потому что в школе над ним издеваются. Понять ребенка – это ответственность взрослого.
🔻Ступень 3: состояние ребенка зависит от его отношений со взрослыми
Как говорилось выше, состояние влияет на поведение ребенка. А состояние очень сильно зависит от взаимоотношений со значимыми для него взрослыми. Например, если ребенку нравится учитель, он будет любознателен и активен. Если школьник почувствует, что учитель его недолюбливает, ребенок будет либо подавлен, либо агрессивен.
Но больше всего состояние ребенка зависит от отношения с родителями.
Наверное, любой взрослый может вспомнить, как он себя чувствовал, если мама или папа были им недовольны, кричали на него или, наоборот, наказывали молчанием. Для детей это очень тяжелое состояние, в такие минуты весь мир кажется ему враждебным.
А вот когда вы вспоминаете самые счастливые моменты из своего детства, то заметьте, что они связаны с хорошими отношениями с мамой и папой. Например, вы вместе с радостью куда-то идете, разговариваете по душам, играете, обнимаетесь, валяетесь на диване или просто в теплой обстановке пьете чай с конфетами.
Состояние ребенка зависит от отношения с родителями гораздо больше, чем нам кажется.
И трудное поведение ребенка – это часто нарушенные отношения с мамой и папой.
Частая ошибка родителей – это выраженная негативная реакция на поведение ребенка. Ведь дети считывают такое отношение: «Если ты так поступаешь – ты не мой ребенок!» На подсознательном уровне ребенок воспринимает это как угрозу своей жизни, поскольку он полностью зависит от своих близких взрослых. Посыл «Ты не достоин быть моим ребенком» звучит как приговор. Это угрозы родителя «выгнать из детей».
Если бы ребенку были доступны хорошие техники достижения интересов, он сказал бы родителям: «Мама, папа, у вас сейчас были такие лица, что мне показалось, что вы меня разлюбили. Скажите мне, пожалуйста, это не так?»
Но если бы все было так просто, тогда бы и проблемы плохого поведения ребенка просто не существовало. К сожалению, у ребенка в силу возраста нет способности так мыслить.
Поэтому его реакция – это не нужные слова, а плохое поведение, вызванное сильной тревогой и страхом из-за вашего недовольства.
И тогда образуется порочный круг: чем больше родители расстраиваются из-за какого-то поведения, тем больше шансов получить то же самое нежелательное поведение.
Это очень просто объясняется: когда человек в стрессе, он не способен освоить новые технологии поведения, так как организм экономит энергию на преодоление стресса. Ребенок продолжает практиковать старые технологии, то есть плохое поведение.
✅Что делать? Выстраивайте отношения с ребенком, укрепляйте их. Не заставляйте ребенка сомневаться в том, что он вам нужен. Он должен знать, что любим в любом случае, это дает ему рывок к развитию. Помните, что если вы накричите на школьника за то, что он не может выполнить домашнее задание, это никогда не поможет ему его выполнить.
🔻Ступень 4: главное – это ресурс родителя
Когда родители в хорошем расположении духа, плохое поведение не выбивает их из колеи. Ребенок раскидал игрушки, не хочет чистить зубы? Если вы в ресурсе, где-то вы пошутите, где-то поможете – и вопрос решится. Но если вы не в ресурсе – устали, истощены, измотаны, – то даже маленькая поведенческая проблема начинает казаться кошмарным сном, и вы не можете с этим справиться. Соответственно, вы недовольны поведением ребенка и посылаете ему сигнал: «Если ты так поступаешь – ты не мой ребенок!»
⬇️⬇️⬇️
⬇️⬇️⬇️
Этот посыл отправляет сына или дочь в состояние стресса, в котором он не имеет возможности научиться достигать своих интересов, а значит, снова ведет себя плохо.
✅Что делать? Учиться радоваться жизни, отдыхать. Если мама и папа живут как загнанные лошади, они не сумеют найти ресурсы для выстраивания здоровых отношений.
Из ресурса родителя проистекают отношения. Отношения влияют на состояние детей. А от состояния зависит способность ребенка реализовывать продвинутые технологии достижения интересов, которые мы трактуем как поведение.
Поэтому, прежде чем расстраиваться из-за поведения ребенка, обратите внимание, есть ли у вас самих ресурсы.
По мотивам цикла Людмилы Петрановской «Если с ребенком трудно» http://bit.ly/2r82wvG
💥Только СЕГОДНЯ этот цикл по цене 2000 рублей!
Этот посыл отправляет сына или дочь в состояние стресса, в котором он не имеет возможности научиться достигать своих интересов, а значит, снова ведет себя плохо.
✅Что делать? Учиться радоваться жизни, отдыхать. Если мама и папа живут как загнанные лошади, они не сумеют найти ресурсы для выстраивания здоровых отношений.
Из ресурса родителя проистекают отношения. Отношения влияют на состояние детей. А от состояния зависит способность ребенка реализовывать продвинутые технологии достижения интересов, которые мы трактуем как поведение.
Поэтому, прежде чем расстраиваться из-за поведения ребенка, обратите внимание, есть ли у вас самих ресурсы.
По мотивам цикла Людмилы Петрановской «Если с ребенком трудно» http://bit.ly/2r82wvG
💥Только СЕГОДНЯ этот цикл по цене 2000 рублей!
5 января приглашаем на вебинар психолога Людмилы Петрановской «Праздник без «точки кипения» 🎉🌟🤯
❓О чем? Как пережить длинные праздники и не рассориться с близкими.
✅Участие бесплатное по регистрации: http://bit.ly/35QZpYp
Присоединяйтесь и зовите друзей! 🤗
❓О чем? Как пережить длинные праздники и не рассориться с близкими.
✅Участие бесплатное по регистрации: http://bit.ly/35QZpYp
Присоединяйтесь и зовите друзей! 🤗
Ребенок плачет ― это детская травма? 😱
Самые тревожные родители чаще всего ― хорошие и ответственные родители. Такие, которые знают, что «все проблемы родом из детства», и стараются оберегать ребенка от травм, подстилая соломку даже там, где ему ничего не угрожает.
😱 Ребенок плачет, потому что ему не дали пятую шоколадку ― травма…
😱 Малыша отправили к бабушке на выходные, чтобы родители отдохнули и занялись своими делами ― ужас…
😱 Мама выбежала на полтора часа в салон красоты ― почти предательство…
🤔 Но есть ли смысл маме рефлексировать по любому поводу?
Вовсе не обязательно.
✅ Скачайте бесплатную и очень полезную памятку, в основе которой лежат материалы цикла лекций Людмилы Петрановской «Сбой связи. Травмы привязанности. Причины. Выходы»
http://bit.ly/2EKV5xz
15 минут, которые вам понадобятся на ее прочтение, будут очень полезными!
✅ Вы узнаете:
• Какие 5 основных видов детских травм существуют.
• Почему «лайт-версии» детских травм не сто́ят ваших переживаний и никак не скажутся на будущем вашего ребенка.
• Где черта, за которой мимолетные детские переживания становятся по-настоящему травмирующими.
• Что делать, если ситуация в вашей семье уже за чертой?
А главное ― вы увидите, что для ребенка безусловная родительская любовь намного важнее мелких неприятностей, без которых, увы, наша жизнь немыслима.
Самые тревожные родители чаще всего ― хорошие и ответственные родители. Такие, которые знают, что «все проблемы родом из детства», и стараются оберегать ребенка от травм, подстилая соломку даже там, где ему ничего не угрожает.
😱 Ребенок плачет, потому что ему не дали пятую шоколадку ― травма…
😱 Малыша отправили к бабушке на выходные, чтобы родители отдохнули и занялись своими делами ― ужас…
😱 Мама выбежала на полтора часа в салон красоты ― почти предательство…
🤔 Но есть ли смысл маме рефлексировать по любому поводу?
Вовсе не обязательно.
✅ Скачайте бесплатную и очень полезную памятку, в основе которой лежат материалы цикла лекций Людмилы Петрановской «Сбой связи. Травмы привязанности. Причины. Выходы»
http://bit.ly/2EKV5xz
15 минут, которые вам понадобятся на ее прочтение, будут очень полезными!
✅ Вы узнаете:
• Какие 5 основных видов детских травм существуют.
• Почему «лайт-версии» детских травм не сто́ят ваших переживаний и никак не скажутся на будущем вашего ребенка.
• Где черта, за которой мимолетные детские переживания становятся по-настоящему травмирующими.
• Что делать, если ситуация в вашей семье уже за чертой?
А главное ― вы увидите, что для ребенка безусловная родительская любовь намного важнее мелких неприятностей, без которых, увы, наша жизнь немыслима.
Иду в гости к подруге, у которой 9-летняя дочь и 60-летняя мама. Крики взрослых и плач ребенка слышны с улицы. Бабушка сварила бобовый суп, ребенок хотел положить в суп сметану, бабушка запретила, потому что в бобовый суп сметану не кладут: так неправильно. Подруга мечется между ними. И дочь жалко, и маму обидеть нельзя. Я девочку прекрасно понимаю, бобовый суп — редкая гадость, без сметаны его есть невозможно. Но со сметаной — неправильно.
Каждый из нас чуть ли не ежедневно оказывается перед выбором: сделать то, что хочется на самом деле, или подчиниться чужим требованиям. А иногда мы и сами можем выступать в роли строгой бабушки, которая точно знает, что со сметаной полагается есть только борщ.
В 30 лет я решила учиться кататься на роликовых коньках. В детстве не было возможности, потом была травма, а потом было страшно и стыдно.
И вот, преодолев смущение, стыд и страх, я становлюсь на коньки и слышу, что я слишком старая, чтобы начинать что-то новое. Это — неправильно.
В магазине мальчишка лет трех тянет к себе коробку с большой куклой в блестках и тут же получает от папы по рукам: «Ты что, девчонка? Пойдем, я куплю тебе машинку». Кукла для мальчика — неправильно.
Неправильно есть с хлебом. Без хлеба тоже неправильно. Неправильно носить розовое, если ты старше 5 лет, и бриллианты, если моложе 50. Неправильно красить волосы. Ходить с сединой тоже неправильно. Неправильно выделяться. Быть незаметной — неправильно. Неправильно любить картошку с котлетами. Неправильно не любить грейпфруты. Неправильно пить кофе. Не пить кофе тоже неправильно. Отбеливать зубы — неправильно. Неправильно ходить с желтыми зубами. Не хотеть в отпуск на море — неправильно. Уставать на работе, не быть позитивным и не заниматься йогой — тоже. Не любить театр — неправильно. Любить компьютерных тараканов, пожирающих звездный десант в 3D, — неправильно втройне. Неправильно спорить со взрослыми. Не уметь отстаивать свое мнение — неправильно.
Неправильно стареть. Молодиться неправильно тоже. Неправильно смотреть «глупые» комедии, правильные люди смотрят только концептуальное кино. Неправильно слушать поп. Неправильно слушать рок. Оперу, наверное, правильно, но — нет. Неправильно не любить родителей. Но и быть от них зависимым тоже неправильно. Неправильно не хотеть замуж, но говорить мужчине об этом тоже неправильно. И это я еще молчу про отношения, разводы, лишний вес, излишнюю худобу, деньги и так далее.
Для меня любое «неправильно» значит, что где-то есть тот, кто всегда прав. Такой эталон правильности. Наверное, он помещен в палату мер и весов под каким-нибудь кодовым труднопроизносимым названием. И каждый раз, когда ты хочешь что-то, тебе обязательно надо свериться с эталоном правильности, чтобы соответствовать...
Единственные правила, которые я соблюдаю, — это правила безопасности. Те, что написаны кровью. И те, которые улучшают жизнь: отдавать вовремя долги, платить по счетам, мыть полы, не спорить с идиотами. Все остальное — личное дело каждого. Суп можно есть хоть со сметаной, хоть с вареньем, а можно не есть вообще. Ребенок может играть в куклы, если хочет, то и в обезьян, и в крышки от кастрюль. Начинать что-то новое можно и в 30, и в 50, и никогда.
Правильно уважать себя. Правильно уважать других. Правильно хотеть счастья для себя. И то, что другие тоже хотят счастья, — правильно. Признавать чужое «правильно» равноценным своему.
Это все, что я хотела сказать вам сегодня. Обнимаю.
Автор: Елена Пастернак
Каждый из нас чуть ли не ежедневно оказывается перед выбором: сделать то, что хочется на самом деле, или подчиниться чужим требованиям. А иногда мы и сами можем выступать в роли строгой бабушки, которая точно знает, что со сметаной полагается есть только борщ.
В 30 лет я решила учиться кататься на роликовых коньках. В детстве не было возможности, потом была травма, а потом было страшно и стыдно.
И вот, преодолев смущение, стыд и страх, я становлюсь на коньки и слышу, что я слишком старая, чтобы начинать что-то новое. Это — неправильно.
В магазине мальчишка лет трех тянет к себе коробку с большой куклой в блестках и тут же получает от папы по рукам: «Ты что, девчонка? Пойдем, я куплю тебе машинку». Кукла для мальчика — неправильно.
Неправильно есть с хлебом. Без хлеба тоже неправильно. Неправильно носить розовое, если ты старше 5 лет, и бриллианты, если моложе 50. Неправильно красить волосы. Ходить с сединой тоже неправильно. Неправильно выделяться. Быть незаметной — неправильно. Неправильно любить картошку с котлетами. Неправильно не любить грейпфруты. Неправильно пить кофе. Не пить кофе тоже неправильно. Отбеливать зубы — неправильно. Неправильно ходить с желтыми зубами. Не хотеть в отпуск на море — неправильно. Уставать на работе, не быть позитивным и не заниматься йогой — тоже. Не любить театр — неправильно. Любить компьютерных тараканов, пожирающих звездный десант в 3D, — неправильно втройне. Неправильно спорить со взрослыми. Не уметь отстаивать свое мнение — неправильно.
Неправильно стареть. Молодиться неправильно тоже. Неправильно смотреть «глупые» комедии, правильные люди смотрят только концептуальное кино. Неправильно слушать поп. Неправильно слушать рок. Оперу, наверное, правильно, но — нет. Неправильно не любить родителей. Но и быть от них зависимым тоже неправильно. Неправильно не хотеть замуж, но говорить мужчине об этом тоже неправильно. И это я еще молчу про отношения, разводы, лишний вес, излишнюю худобу, деньги и так далее.
Для меня любое «неправильно» значит, что где-то есть тот, кто всегда прав. Такой эталон правильности. Наверное, он помещен в палату мер и весов под каким-нибудь кодовым труднопроизносимым названием. И каждый раз, когда ты хочешь что-то, тебе обязательно надо свериться с эталоном правильности, чтобы соответствовать...
Единственные правила, которые я соблюдаю, — это правила безопасности. Те, что написаны кровью. И те, которые улучшают жизнь: отдавать вовремя долги, платить по счетам, мыть полы, не спорить с идиотами. Все остальное — личное дело каждого. Суп можно есть хоть со сметаной, хоть с вареньем, а можно не есть вообще. Ребенок может играть в куклы, если хочет, то и в обезьян, и в крышки от кастрюль. Начинать что-то новое можно и в 30, и в 50, и никогда.
Правильно уважать себя. Правильно уважать других. Правильно хотеть счастья для себя. И то, что другие тоже хотят счастья, — правильно. Признавать чужое «правильно» равноценным своему.
Это все, что я хотела сказать вам сегодня. Обнимаю.
Автор: Елена Пастернак
❤3
—А мне Толик сказал, что я мерзко рисую и что моими рисунками надо топить печку, — плачет Ванька, девятилетний сын моей подруги, на чьи удивительные работы я могу смотреть долго и часто.
—Раз плачешь, стало быть, будешь топить? — спокойно спрашиваю я.
—У нас нет печки, но я их порву, все порву, — тихо шепчет мальчик.
—Имеешь право. Я не знала просто, что ты рисуешь для того, чтобы нравиться Толику. Думала, что ты счастлив, когда смешиваешь свои краски, ищешь сюжеты, проводишь долгое время в студии.
—Я счастлив! Очень счастлив! — вскидывается Ванька, вытаращив на меня большие умные глаза.
—Тогда запомни раз и навсегда, что жизнь состоит из тех, кто счастлив, когда что-то создаёт, и из тех, кто счастлив, когда разрушает созданное другими.
Тебя ждёт впереди очень много «толиков», которые будут стараться разрушить всё, что ты создал, или навсегда отбить у тебя охоту делать хоть что-то.
И если ты будешь помогать им, послушно уничтожая всё, что им не понравилось, ты ничего не достигнешь.
Ты будешь пожизненно обслуживать этих «толиков», каждый из которых точно знает, как надо рисовать, но ничего не нарисовал… знает, как писать, но ничего не написал… знает, как лечить, учить, побеждать на Олимпиаде и даже управлять государством… но ничего этого не делает в реальности.
—Почему? — Ванькины слёзы высохли.
—Потому что не умеют, — улыбаюсь я, — а те, кто умеют, знают, какой это труд, ни за что не станут критиковать с такой злостью.
Могут сказать, что им неблизко или непонятно, но вот что надо сжечь — нет.
—Я не буду жечь.
—Верю. Продолжай, даже если «толики» будут дружно тебя останавливать.
Дивные Ванькины картины продолжают свою жизнь, чему я очень рада.
И буду рада гораздо больше, если уберегу ещё чьё-либо творчество от вездесущих «толиков», маскирующих часто свои эмоциональные помои, щедро выливаемые ими на чужие головы, плесневой фразой про «это моё мнение».
Мнение не уничтожает, не унижает, не обесценивает, не выносит вердиктов там, где не имеет экспертного уровня…
И уж точно не указывает, что делать с пришедшимся не по душе.
Оно принимает или не принимает то, что видит.
Так что — в шею всех «толиков»).
Автор: Лиля Град
—Раз плачешь, стало быть, будешь топить? — спокойно спрашиваю я.
—У нас нет печки, но я их порву, все порву, — тихо шепчет мальчик.
—Имеешь право. Я не знала просто, что ты рисуешь для того, чтобы нравиться Толику. Думала, что ты счастлив, когда смешиваешь свои краски, ищешь сюжеты, проводишь долгое время в студии.
—Я счастлив! Очень счастлив! — вскидывается Ванька, вытаращив на меня большие умные глаза.
—Тогда запомни раз и навсегда, что жизнь состоит из тех, кто счастлив, когда что-то создаёт, и из тех, кто счастлив, когда разрушает созданное другими.
Тебя ждёт впереди очень много «толиков», которые будут стараться разрушить всё, что ты создал, или навсегда отбить у тебя охоту делать хоть что-то.
И если ты будешь помогать им, послушно уничтожая всё, что им не понравилось, ты ничего не достигнешь.
Ты будешь пожизненно обслуживать этих «толиков», каждый из которых точно знает, как надо рисовать, но ничего не нарисовал… знает, как писать, но ничего не написал… знает, как лечить, учить, побеждать на Олимпиаде и даже управлять государством… но ничего этого не делает в реальности.
—Почему? — Ванькины слёзы высохли.
—Потому что не умеют, — улыбаюсь я, — а те, кто умеют, знают, какой это труд, ни за что не станут критиковать с такой злостью.
Могут сказать, что им неблизко или непонятно, но вот что надо сжечь — нет.
—Я не буду жечь.
—Верю. Продолжай, даже если «толики» будут дружно тебя останавливать.
Дивные Ванькины картины продолжают свою жизнь, чему я очень рада.
И буду рада гораздо больше, если уберегу ещё чьё-либо творчество от вездесущих «толиков», маскирующих часто свои эмоциональные помои, щедро выливаемые ими на чужие головы, плесневой фразой про «это моё мнение».
Мнение не уничтожает, не унижает, не обесценивает, не выносит вердиктов там, где не имеет экспертного уровня…
И уж точно не указывает, что делать с пришедшимся не по душе.
Оно принимает или не принимает то, что видит.
Так что — в шею всех «толиков»).
Автор: Лиля Град
ЯНУШ КОРЧАК ПРО КРЕПКИЕ ВЫРАЖЕНИЯ
«В моей, так сказать, педагогической аптеке различные средства, от спокойного ворчания через строгое слово до сильнодействующего отчитывания. Я основательно разработал эту свою фармакологию. Иногда достаточно покачать головой: «Не делай этого», Или сказать просто: «Ну, и зачем это тебе понадобилось?» А он уже и раскраснелся и даже в слезы, еще и утешать приходится.
Но иногда надо обратиться к баночке с крепкими выражениями и оборотами. Я заметил, если постоянно употреблять одни и те же слова, эффект слабеет. Например, «вертихвостка» не оказывает магического действия. Наоборот, раздражает: как можно вертеть хвостом, которого нет? Совсем другое дело, если я заору: «Ах ты, перпетуум-мобиле!» Чтобы избежать монотонности, я обновляю репертуар, обращаясь то к орнитологии, то к музыковедению. Никогда не знаешь, что поможет.
Был у меня один озорник. Ничем его не проймешь. Бывало, сыплю существительные — хоть бы хны. И вот однажды: «Ах ты, эф-дур!» Так он после этого тише воды, ниже травы… На одних действуют длинные слова, на других — короткие. Наибольший эффект, если в слове есть буква «р». Немецкое «доннерветтер» действует весьма и весьма сильно. Или историко-политическая брань — варвар, вандал, инквизитор, диктатор, Гит… (нет-нет!), Наполеон этакий — иногда помогает. Для большей силы хорошо добавить приставку «экстра» или «архи».
Я не говорю: «лентяй», «осел». Считаю, что это уже обида. «Нюня» — тоже не годится. Ведь когда ребенок плачет (не кричит, не скандалит), он нуждается в сочувствии и помощи.
Расскажу еще. Мне спать хочется, а у мальчишки, как назло, игра в поезд, в войну, в полицейских и воров. Ну уж нет! Останавливаю его и говорю: «Ты нескончаемое испытание моего терпения, некролог драгоценного моего покоя и свободы…» Понял как-то по-своему и говорит: «Ладно уж, сейчас кубики соберу».
Или девчонка надела мою шляпу и пальто, взяла в руки мой зонт, изображает балерину. И я говорю: «Ах, как мы фотогеничны! Экстразвезда архифильма…» Она обиделась (тоже смертельно), что-то такое пробормотала, кажется, «ни капельки не любит, вечно сердится…».
А как же. Неужели постоянно твердить: послушная, непослушная?
Всякий опытный врач знает: не вредить и терпеливо ждать. И никогда не говорить, что ребенок неисправим и ничего из него не получится. Напротив, всегда утверждать, что все будет хорошо, что сейчас — временные затруднения, скорее недоразумения: это все выправится, в будущем все будет великолепно.
Когда же на самом деле ко мне приходит отчаяние — ну ни туда ни сюда, — я говорю, что он озорник в сороковой степени. Заявляю: «К пятидесяти годам ты обязательно исправишься».
Я никогда не говорю: «Сто раз тебе повторять?» Сто раз — и неточно и скучно. Он в ответ: «Вовсе не сто». И правильно. Я говорю так: «Ведь говорил тебе и в понедельник, и в среду, и в субботу…» Как видишь, добиваюсь одновременно двух результатов: побуждаю к волевым усилиям и обучаю названиям дней.
Или говорят: «Упрямец». Нет лучше: «Ах ты, негативист, ты вотум сепаратум, ты либерум вето».
А он потом: «Что значит «негативист», «либерум вето», «вотум сепаратум»?»
Из книги Януша Корчака «Несерьезная педагогика»
«В моей, так сказать, педагогической аптеке различные средства, от спокойного ворчания через строгое слово до сильнодействующего отчитывания. Я основательно разработал эту свою фармакологию. Иногда достаточно покачать головой: «Не делай этого», Или сказать просто: «Ну, и зачем это тебе понадобилось?» А он уже и раскраснелся и даже в слезы, еще и утешать приходится.
Но иногда надо обратиться к баночке с крепкими выражениями и оборотами. Я заметил, если постоянно употреблять одни и те же слова, эффект слабеет. Например, «вертихвостка» не оказывает магического действия. Наоборот, раздражает: как можно вертеть хвостом, которого нет? Совсем другое дело, если я заору: «Ах ты, перпетуум-мобиле!» Чтобы избежать монотонности, я обновляю репертуар, обращаясь то к орнитологии, то к музыковедению. Никогда не знаешь, что поможет.
Был у меня один озорник. Ничем его не проймешь. Бывало, сыплю существительные — хоть бы хны. И вот однажды: «Ах ты, эф-дур!» Так он после этого тише воды, ниже травы… На одних действуют длинные слова, на других — короткие. Наибольший эффект, если в слове есть буква «р». Немецкое «доннерветтер» действует весьма и весьма сильно. Или историко-политическая брань — варвар, вандал, инквизитор, диктатор, Гит… (нет-нет!), Наполеон этакий — иногда помогает. Для большей силы хорошо добавить приставку «экстра» или «архи».
Я не говорю: «лентяй», «осел». Считаю, что это уже обида. «Нюня» — тоже не годится. Ведь когда ребенок плачет (не кричит, не скандалит), он нуждается в сочувствии и помощи.
Расскажу еще. Мне спать хочется, а у мальчишки, как назло, игра в поезд, в войну, в полицейских и воров. Ну уж нет! Останавливаю его и говорю: «Ты нескончаемое испытание моего терпения, некролог драгоценного моего покоя и свободы…» Понял как-то по-своему и говорит: «Ладно уж, сейчас кубики соберу».
Или девчонка надела мою шляпу и пальто, взяла в руки мой зонт, изображает балерину. И я говорю: «Ах, как мы фотогеничны! Экстразвезда архифильма…» Она обиделась (тоже смертельно), что-то такое пробормотала, кажется, «ни капельки не любит, вечно сердится…».
А как же. Неужели постоянно твердить: послушная, непослушная?
Всякий опытный врач знает: не вредить и терпеливо ждать. И никогда не говорить, что ребенок неисправим и ничего из него не получится. Напротив, всегда утверждать, что все будет хорошо, что сейчас — временные затруднения, скорее недоразумения: это все выправится, в будущем все будет великолепно.
Когда же на самом деле ко мне приходит отчаяние — ну ни туда ни сюда, — я говорю, что он озорник в сороковой степени. Заявляю: «К пятидесяти годам ты обязательно исправишься».
Я никогда не говорю: «Сто раз тебе повторять?» Сто раз — и неточно и скучно. Он в ответ: «Вовсе не сто». И правильно. Я говорю так: «Ведь говорил тебе и в понедельник, и в среду, и в субботу…» Как видишь, добиваюсь одновременно двух результатов: побуждаю к волевым усилиям и обучаю названиям дней.
Или говорят: «Упрямец». Нет лучше: «Ах ты, негативист, ты вотум сепаратум, ты либерум вето».
А он потом: «Что значит «негативист», «либерум вето», «вотум сепаратум»?»
Из книги Януша Корчака «Несерьезная педагогика»
ПУСТЬ МАМА ОТДОХНЕТ!
Сегодня Папа римский Франциск опубликовал в своем инстаграме @franciscus эту рождественскую картинку со словами «Пусть мама отдохнет»
(Оригинал на английском: EN: They gave me a depiction of a special Nativity scene. It's called "Let's let Mom rest.")
Мы полностью согласны🧡
Источник: https://www.instagram.com/p/B6fZ7l9IAuH/
Сегодня Папа римский Франциск опубликовал в своем инстаграме @franciscus эту рождественскую картинку со словами «Пусть мама отдохнет»
(Оригинал на английском: EN: They gave me a depiction of a special Nativity scene. It's called "Let's let Mom rest.")
Мы полностью согласны🧡
Источник: https://www.instagram.com/p/B6fZ7l9IAuH/
Instagram
Pope Francis
EN: They gave me a depiction of a special Nativity scene. It's called "Let's let Mom rest." ES: Me han regalado una estampa de un belén especial, se llama "dejemos descansar a mamá" PT: Deram-me de presente uma imagem de um presépio especial, se chama "deixemos…
Одному мужчине предсказали,
что в пятьдесят лет он встретится с главной женщиной своей судьбы. Прошло двадцать лет и предсказание сбылось. Хотя сам человек позабыл о нем. Он работал, достигал, добивался. Заботился о семье, деньги добывал, ездил по командировкам. С женой он хорошо жил, но как-то мало общался. Как-то не особо проявлял эмоции, он работой был занят. А потом инфаркт случился, к счастью, небольшой. И он занимался здоровьем, лечился. Потом в спортзале, - он по совету врача стал заниматься физкультурой, - увидел в зеркале седого пожилого мужика. И не сразу понял, что это он и есть. Он сам.
И тут он впал в такую депрессию, что просто ужас. Жизнь-то прошла почти, а он и не заметил. Дети выросли и живут отдельно. Жена хорошая женщина. Но тоже они почти отдельно живут, хоть и в одной квартире. Предприятие работает, но понятно, что достигнут потолок. И нет смысла вкладываться, пусть идёт как идёт.
Но вот он вспомнил предсказание и усмехнулся. Ему пятьдесят лет. Какая ещё главная женщина его судьбы? Никого он больше не полюбит, нет в сердце места для кого-то ещё. Да и сердце изношенное, немолодое сердце-то, не любить им надо, а лечить его!
Но, знаете, предсказание сбылось. Через месяц у сына с невесткой родилась девочка. Маленькая такая, крошечная, с жидкими младенческими волосиками и с пальчиками. Маленькие-премаленькие пальчики, а на каждом пальчике - ноготок розовый, тоже махонький. И этими пальчиками главная женщина судьбы схватила дедушку за палец крепко и держит. Смотрит прямо в глаза и улыбается. Скажете, такие маленькие младенчики не умеют улыбаться? Иногда умеют. Вполне осмысленно улыбаются даже самые крошечные дети, такое бывает.
И всю депрессию как рукой сняло; вот этой самой младенческой крохотной ручкой. Дедушка почувствовал необычайный прилив сил. У него появилась главная женщина судьбы, он это почувствовал. И он начал жить - изо всех сил. Второе дыхание открылось, когда он нашёл свой личный смысл жизни. Теперь есть ради кого дышать, работать, стараться и добиваться. И есть кем любоваться.
Смысл жизни иногда обрести очень просто. Это когда есть ради чего или ради кого жить. Когда есть любовь к чему-то или к кому-то, сильная любовь, настоящая. Когда есть главное в жизни: главный человек или главное дело, ради них и живешь. И сердце исцеляется, возвращаются силы. Но это же слишком просто! Да, очень просто. Потому что в сложном и запутанном чаще всего смысла нет. Пока нас кто-то держит за руку или за палец, мы живем. Так все устроено на земле.
Главный человек нашей жизни держит нас на земле. Даже если его пальчики размером с горошинку, - они и держат.
Анна Кирьянова
что в пятьдесят лет он встретится с главной женщиной своей судьбы. Прошло двадцать лет и предсказание сбылось. Хотя сам человек позабыл о нем. Он работал, достигал, добивался. Заботился о семье, деньги добывал, ездил по командировкам. С женой он хорошо жил, но как-то мало общался. Как-то не особо проявлял эмоции, он работой был занят. А потом инфаркт случился, к счастью, небольшой. И он занимался здоровьем, лечился. Потом в спортзале, - он по совету врача стал заниматься физкультурой, - увидел в зеркале седого пожилого мужика. И не сразу понял, что это он и есть. Он сам.
И тут он впал в такую депрессию, что просто ужас. Жизнь-то прошла почти, а он и не заметил. Дети выросли и живут отдельно. Жена хорошая женщина. Но тоже они почти отдельно живут, хоть и в одной квартире. Предприятие работает, но понятно, что достигнут потолок. И нет смысла вкладываться, пусть идёт как идёт.
Но вот он вспомнил предсказание и усмехнулся. Ему пятьдесят лет. Какая ещё главная женщина его судьбы? Никого он больше не полюбит, нет в сердце места для кого-то ещё. Да и сердце изношенное, немолодое сердце-то, не любить им надо, а лечить его!
Но, знаете, предсказание сбылось. Через месяц у сына с невесткой родилась девочка. Маленькая такая, крошечная, с жидкими младенческими волосиками и с пальчиками. Маленькие-премаленькие пальчики, а на каждом пальчике - ноготок розовый, тоже махонький. И этими пальчиками главная женщина судьбы схватила дедушку за палец крепко и держит. Смотрит прямо в глаза и улыбается. Скажете, такие маленькие младенчики не умеют улыбаться? Иногда умеют. Вполне осмысленно улыбаются даже самые крошечные дети, такое бывает.
И всю депрессию как рукой сняло; вот этой самой младенческой крохотной ручкой. Дедушка почувствовал необычайный прилив сил. У него появилась главная женщина судьбы, он это почувствовал. И он начал жить - изо всех сил. Второе дыхание открылось, когда он нашёл свой личный смысл жизни. Теперь есть ради кого дышать, работать, стараться и добиваться. И есть кем любоваться.
Смысл жизни иногда обрести очень просто. Это когда есть ради чего или ради кого жить. Когда есть любовь к чему-то или к кому-то, сильная любовь, настоящая. Когда есть главное в жизни: главный человек или главное дело, ради них и живешь. И сердце исцеляется, возвращаются силы. Но это же слишком просто! Да, очень просто. Потому что в сложном и запутанном чаще всего смысла нет. Пока нас кто-то держит за руку или за палец, мы живем. Так все устроено на земле.
Главный человек нашей жизни держит нас на земле. Даже если его пальчики размером с горошинку, - они и держат.
Анна Кирьянова
Не хочу, не могу, не верю. Кое-что о детской мотивации
Самое важное в родительстве — это вообще как-то не сойти с ума.
Самый волнительный момент, когда нам что-то нужно, чтобы ребенок сделал, а мы никак не можем его заставить сделать. Или мы не знаем, как его стимулировать на это, замотивировать, и на этот счет очень многие родители переживают.
Я бы хотела представить два основных типа родителей.
Первые родители, если ребенок не хочет что-то делать, практикуют безусловное подчинение. Они пытаются заставить любой ценой, потому что их тревога слишком велика, и они беспокоятся, что вырастет лентяй, который не сможет вообще ничего в жизни добиться. В этом случае ребенок уходит в подполье, он начинает сопротивляться, начинает агрессировать, саботировать. Психика так устроена, что мы начинаем сопротивляться давлению для того, чтобы сохранить свою идентичность, чтобы нас не раздавили окончательно.
Вторые родители практикуют псевдогуманизм: если не хочет, пусть не делает, нельзя заставлять дите, что будет мучиться человек, плюс мы волю у него убьем, личность истребим. И они перегибают в другую сторону, в которой они боятся, что они покалечат, нанесут травму, ребенок вырастет винтиком системы и будет бесконечно подчиняемым.
На самом деле мотивировать ребенка, сделать так, чтобы он захотел, сделать так, чтобы он смог, — гораздо более сложная задача, чем манипулировать им или просто разрешать ему все. Легко подчинить ребенка: надавить на все важные кнопки, сказать: «Если не будешь слушаться, мамочка тебя покинет», — и все, он ваш, кто же захочет, чтоб мамочка его покинула. Но правда ли мы хотим, чтоб ребенок рос, находясь под такой угрозой страха потери себя? С другой стороны, если не ставить совсем границ, как будут вести себя дети?
Давайте будем разбираться в детской мотивации. Что такое детская мотивация, и почему ее у ребенка может не быть.
НЕ ХОЧУ
Первое. У него нет мотивации, потому что он не хочет. Он не хочет исполнять не свою потребность, а какую-то вашу потребность, или какое-то общее правило, необходимость. Например, у ребенка часто в начальной школе может быть не сформирована обучающая потребность. Он не хочет ходить в школу, потому что ему там неинтересно. Вот такая ему школа попалась, где учителя не смогли ребенка заразить учебой, сделать это интересным.
И тогда он ходит в школу ради вас, чтобы мама не расстраивалась, чтобы считаться приличным ребенком. Он может ходить туда, потому что там ребятки хорошие, на переменах интересно, учительница может похвалить, например и т.д. Поэтому, какая бы она изначально ни была, мотивацию нужно в ребенке стимулировать. И самое лучшее, если конечно мы нашли ему такую школу, где у него обучающая мотивация есть. Идеальный вариант, когда ребенок ходит и ему и с ребятами нравится, и учительница нравится, и учиться нравиться, и нравится, что мама тоже ценит его успехи школьные. И тогда у него столько потребностей, которые складываются в одну такую большую, и в школу он ходит с удовольствием.
Временами дети сопротивляются, потому что они, правда, не хотят. Нет у них своего желания. А вот эта возможность себя переломить, подавить свое нежелание есть не у всех дети и не в любом возрасте. Например, грудной ребенок, если не хочет лежать в мокром, орать так будет, что даже соседи прибегут поменять ему памперс или пеленки, потому что он не собирается терпеть. Он не может откладывать потребность в еде или в комфорте сколь угодно долго. Он будет выражать свое недовольство, кричать и т.д.
Самое важное в родительстве — это вообще как-то не сойти с ума.
Самый волнительный момент, когда нам что-то нужно, чтобы ребенок сделал, а мы никак не можем его заставить сделать. Или мы не знаем, как его стимулировать на это, замотивировать, и на этот счет очень многие родители переживают.
Я бы хотела представить два основных типа родителей.
Первые родители, если ребенок не хочет что-то делать, практикуют безусловное подчинение. Они пытаются заставить любой ценой, потому что их тревога слишком велика, и они беспокоятся, что вырастет лентяй, который не сможет вообще ничего в жизни добиться. В этом случае ребенок уходит в подполье, он начинает сопротивляться, начинает агрессировать, саботировать. Психика так устроена, что мы начинаем сопротивляться давлению для того, чтобы сохранить свою идентичность, чтобы нас не раздавили окончательно.
Вторые родители практикуют псевдогуманизм: если не хочет, пусть не делает, нельзя заставлять дите, что будет мучиться человек, плюс мы волю у него убьем, личность истребим. И они перегибают в другую сторону, в которой они боятся, что они покалечат, нанесут травму, ребенок вырастет винтиком системы и будет бесконечно подчиняемым.
На самом деле мотивировать ребенка, сделать так, чтобы он захотел, сделать так, чтобы он смог, — гораздо более сложная задача, чем манипулировать им или просто разрешать ему все. Легко подчинить ребенка: надавить на все важные кнопки, сказать: «Если не будешь слушаться, мамочка тебя покинет», — и все, он ваш, кто же захочет, чтоб мамочка его покинула. Но правда ли мы хотим, чтоб ребенок рос, находясь под такой угрозой страха потери себя? С другой стороны, если не ставить совсем границ, как будут вести себя дети?
Давайте будем разбираться в детской мотивации. Что такое детская мотивация, и почему ее у ребенка может не быть.
НЕ ХОЧУ
Первое. У него нет мотивации, потому что он не хочет. Он не хочет исполнять не свою потребность, а какую-то вашу потребность, или какое-то общее правило, необходимость. Например, у ребенка часто в начальной школе может быть не сформирована обучающая потребность. Он не хочет ходить в школу, потому что ему там неинтересно. Вот такая ему школа попалась, где учителя не смогли ребенка заразить учебой, сделать это интересным.
И тогда он ходит в школу ради вас, чтобы мама не расстраивалась, чтобы считаться приличным ребенком. Он может ходить туда, потому что там ребятки хорошие, на переменах интересно, учительница может похвалить, например и т.д. Поэтому, какая бы она изначально ни была, мотивацию нужно в ребенке стимулировать. И самое лучшее, если конечно мы нашли ему такую школу, где у него обучающая мотивация есть. Идеальный вариант, когда ребенок ходит и ему и с ребятами нравится, и учительница нравится, и учиться нравиться, и нравится, что мама тоже ценит его успехи школьные. И тогда у него столько потребностей, которые складываются в одну такую большую, и в школу он ходит с удовольствием.
Временами дети сопротивляются, потому что они, правда, не хотят. Нет у них своего желания. А вот эта возможность себя переломить, подавить свое нежелание есть не у всех дети и не в любом возрасте. Например, грудной ребенок, если не хочет лежать в мокром, орать так будет, что даже соседи прибегут поменять ему памперс или пеленки, потому что он не собирается терпеть. Он не может откладывать потребность в еде или в комфорте сколь угодно долго. Он будет выражать свое недовольство, кричать и т.д.
Постепенно дети учатся терпеть и откладывать свое недовольство, но тоже до какой-то степени. В целом, если «не хочу», то энергии мало на удовлетворение, и вы по себе это знаете. Если так случилось, что вы ходите на нелюбимую работу, то утро понедельника – не лучшее время у вас. Вы поднимаетесь с низкой энергией, вы тоже не хотите, вы идете обреченно туда, потому что вам надо деньги зарабатывать. Если вы так делаете, то, конечно, вам будет хотеться и ребенка своего заставлять, потому что вы же превозмогаете свое «не хочу», и вам кажется, что и он должен. Хотя в идеале, конечно, вам бы найти работу, на которую бы вы бежали бодро, чтобы не перебарывать свое «не хочу», не тратить на это силы.
НЕ МОГУ
Второе, почему у него может не быть мотивации. «Не могу». Простые тоже такие слова. Какие-то сложности есть у ребенка, но при этом, особенно когда ребенок маленький, он не всегда может их отрефлексировать, сформулировать и маме рассказать. Они могут быть не очевидны даже для самого ребенка. Но если мы понаблюдаем, то можем позамечать, что он не может. Например, он не хочет ходить в школу или что-то делать, не хочет ходить в секцию какую-нибудь, в которую записался, когда хотел. Мы можем спросить: «А почему, что тебе там трудно, что сложно? Может быть, ребятки, ты с ними не очень как-то дружишь, может быть, строгий тренер или учитель, может быть, тебе неуютно, что-то не получается, и ты переживаешь, что никогда не получится, или может обстановка какая-то не очень?»
Дети чувствительны, и это хорошо. У нас нация такая, которая приучала нас отрезать дискомфорт, нам говорили: «Потерпишь, тут холодно или жарко, пить тебе хочется или есть тебе хочется, потерпишь, ничего страшного». На самом деле, быть чувственным к своему комфорту – это нормально. Во взрослом возрасте мы сможем этим управлять и быть способными устроить себе больше комфорта. Но в этом трудно разобраться, если мы, например, злые или напряжены, или нам надо, чтоб он сделал, во чтобы это ни стало, и часто не хватает времени. Если вы не смогли с этим разобраться, уже заставили, наорали, потом поспрашивайте, а почему ты не мог, что там было трудным. И так вы ему поможете, и он хотя бы будет лучше себя осознавать.
НЕ ВЕРЮ
Отсюда проистекает пункт третий. Называется он «Не верю в себя и свои силы». У ребенка может быть много неуверенности, и у него может быть много перфекционизма, или он не может обращаться с собственными ошибками, переживать, переносить, трудно быть виноватым. Столько переживаний, что страх вот этих переживаний может приводить к тому, что ребенок отказывается от деятельности. Вы ему говорите, ну давай, иди, делай, а он говорит: «Не хочу». Ему может быть трудно сказать: «Не верю, что у меня получится, не верю, что справлюсь». Переживать поражение трудно, и переживать ощущение, что не справился, тяжело, и тогда он может тоже отказываться от действий.
Если вы будете говорить, что ошибка — это не так страшно, тогда ему станет значительно легче. Ребенок поймет, что, даже если он ошибется, это можно будет как-то исправлять, это можно будет анализировать, это можно разбирать. Тогда уже ошибок будет меньше, потому что он будет понимать, что стоит делать, а чего не стоит.
Есть дети с гораздо более чуткой психикой, меланхолики, для них все тревога, все новое вызывает панику и ужас. Но они могут не говорить: «Я не могу, я не сделаю, боюсь не справиться», — потому что это уже само по себе страшно, и будут просто отказываться. Мы с вами можем сказать: «Вот смотри, тебе задача кажется слишком тяжелой, давай будем потихоньку». Например, задача, приспособиться к садику, или к новой секции, или еще к чему-то. Давай сначала сходим, просто посмотрим, где это находится. Вот смотри, такой дом, такие ребятки, мы можем зайти посмотреть, как там и т.д. Мы можем показать ребенку, как это можно делать с помощью небольших маленьких шагов, и тогда это будет выполнимая задача даже для самого трудного ребенка, для самого неуверенного в себе.
Ирина Млодик, психолог
По мотивам цикла онлайн-лекций «Курс для НЕидеальных родителей» http://bit.ly/39gqqqg
НЕ МОГУ
Второе, почему у него может не быть мотивации. «Не могу». Простые тоже такие слова. Какие-то сложности есть у ребенка, но при этом, особенно когда ребенок маленький, он не всегда может их отрефлексировать, сформулировать и маме рассказать. Они могут быть не очевидны даже для самого ребенка. Но если мы понаблюдаем, то можем позамечать, что он не может. Например, он не хочет ходить в школу или что-то делать, не хочет ходить в секцию какую-нибудь, в которую записался, когда хотел. Мы можем спросить: «А почему, что тебе там трудно, что сложно? Может быть, ребятки, ты с ними не очень как-то дружишь, может быть, строгий тренер или учитель, может быть, тебе неуютно, что-то не получается, и ты переживаешь, что никогда не получится, или может обстановка какая-то не очень?»
Дети чувствительны, и это хорошо. У нас нация такая, которая приучала нас отрезать дискомфорт, нам говорили: «Потерпишь, тут холодно или жарко, пить тебе хочется или есть тебе хочется, потерпишь, ничего страшного». На самом деле, быть чувственным к своему комфорту – это нормально. Во взрослом возрасте мы сможем этим управлять и быть способными устроить себе больше комфорта. Но в этом трудно разобраться, если мы, например, злые или напряжены, или нам надо, чтоб он сделал, во чтобы это ни стало, и часто не хватает времени. Если вы не смогли с этим разобраться, уже заставили, наорали, потом поспрашивайте, а почему ты не мог, что там было трудным. И так вы ему поможете, и он хотя бы будет лучше себя осознавать.
НЕ ВЕРЮ
Отсюда проистекает пункт третий. Называется он «Не верю в себя и свои силы». У ребенка может быть много неуверенности, и у него может быть много перфекционизма, или он не может обращаться с собственными ошибками, переживать, переносить, трудно быть виноватым. Столько переживаний, что страх вот этих переживаний может приводить к тому, что ребенок отказывается от деятельности. Вы ему говорите, ну давай, иди, делай, а он говорит: «Не хочу». Ему может быть трудно сказать: «Не верю, что у меня получится, не верю, что справлюсь». Переживать поражение трудно, и переживать ощущение, что не справился, тяжело, и тогда он может тоже отказываться от действий.
Если вы будете говорить, что ошибка — это не так страшно, тогда ему станет значительно легче. Ребенок поймет, что, даже если он ошибется, это можно будет как-то исправлять, это можно будет анализировать, это можно разбирать. Тогда уже ошибок будет меньше, потому что он будет понимать, что стоит делать, а чего не стоит.
Есть дети с гораздо более чуткой психикой, меланхолики, для них все тревога, все новое вызывает панику и ужас. Но они могут не говорить: «Я не могу, я не сделаю, боюсь не справиться», — потому что это уже само по себе страшно, и будут просто отказываться. Мы с вами можем сказать: «Вот смотри, тебе задача кажется слишком тяжелой, давай будем потихоньку». Например, задача, приспособиться к садику, или к новой секции, или еще к чему-то. Давай сначала сходим, просто посмотрим, где это находится. Вот смотри, такой дом, такие ребятки, мы можем зайти посмотреть, как там и т.д. Мы можем показать ребенку, как это можно делать с помощью небольших маленьких шагов, и тогда это будет выполнимая задача даже для самого трудного ребенка, для самого неуверенного в себе.
Ирина Млодик, психолог
По мотивам цикла онлайн-лекций «Курс для НЕидеальных родителей» http://bit.ly/39gqqqg
«Я НЕ МОГУ»
– А как быть в ситуации, когда дочь начала что-то делать сама, но у нее не получилось? Даже не попробовав повторить, она говорит: «Я не могу, сделай ты». Иногда она так говорит, даже не пытаясь сделать что-то.
«Я не могу» – отговорка, которая используется в любом возрасте. Есть и «противоядие»: «Сделай так, как сможешь. Потом вместе подправим». Или: «А ты уже пробовал? И что именно не получилось?» Мой папа в таких случаях говорил: «Если долго мучиться, что-нибудь получится».
– Я не могу надеть носок!
– Ты даже не попытался. Попробуй, я посмотрю, почему не получается.
– Я не могу!
– Но ты же можешь взять носок в руки? А попасть ногой в носок можешь? Вот видишь, все получается.
– Я не могу нарисовать «Новый год в лесу»! Дурацкое задание! Кто его только придумал!
– А если бы мог? Если бы у тебя была волшебная палочка, ты взмахнул ей и на столе появился рисунок на заданную тему. Что бы на нем было?
– Елка ночью, вся в огнях. А вокруг зайцы и белки водят хоровод, как в мультике.
– Ты можешь нарисовать елку?
– Могу.
– Ты можешь нарисовать на ней разноцветные огни?
– Могу.
– А как бы ты показал в рисунке, что это именно ночь?
– Небо надо закрасить черным.
– Отлично. Начни с елки, огоньков, неба. А если захочешь – добавишь белок и зайцев. Если нет – сделаем вид, что они еще не пришли.
– Я не могу вырезать снежинки. Давай ты.
– А можешь сложить лист пополам?
– Могу.
– А еще пополам?
– Могу.
– А теперь отрежь здесь уголок и здесь. Разверни. У тебя получилась первая снежинка!
– Она некрасивая!
– Она первая! Каждая следующая будет все лучше и лучше. Представляешь, какой красивой будет пятнадцатая снежинка?
– Я не могу решить задачу!
– А ты пробовал?
– Нет, я не понял условие.
– Что именно ты не понял?
– Все не понял.
– Из пункта «А» в пункт «В» выехал велосипедист… Что в первом предложении тебе непонятно?
– Тут все понятно.
– А что тогда непонятно? Зарисуй схематично условие, как ты его понял, а я объясню по твоей схеме.
Ребенок вздыхает и идет выполнять. В большинстве случаев оказывается, что все понятно и задача легко решается.
– Ты почему сразу же школьную форму не убрал в шкаф? Теперь жилетка измялась, придется тебе ее гладить.
– Я не могу!
– Гладильную доску поставить можешь?
– Могу.
– Утюг включить можешь?
– Могу.
– Жилетку разместить на гладильной доске можешь?
– Могу.
– Поводить утюгом по жилетке сможешь?
– Да.
– Значит, ты все можешь. Делай. Если что – я рядом.
«Я не могу» – это повод разбить сложную задачу на более простые.
Анна Быкова Из книги «Самостоятельный ребенок, или Как стать "ленивой мамой"»
– А как быть в ситуации, когда дочь начала что-то делать сама, но у нее не получилось? Даже не попробовав повторить, она говорит: «Я не могу, сделай ты». Иногда она так говорит, даже не пытаясь сделать что-то.
«Я не могу» – отговорка, которая используется в любом возрасте. Есть и «противоядие»: «Сделай так, как сможешь. Потом вместе подправим». Или: «А ты уже пробовал? И что именно не получилось?» Мой папа в таких случаях говорил: «Если долго мучиться, что-нибудь получится».
– Я не могу надеть носок!
– Ты даже не попытался. Попробуй, я посмотрю, почему не получается.
– Я не могу!
– Но ты же можешь взять носок в руки? А попасть ногой в носок можешь? Вот видишь, все получается.
– Я не могу нарисовать «Новый год в лесу»! Дурацкое задание! Кто его только придумал!
– А если бы мог? Если бы у тебя была волшебная палочка, ты взмахнул ей и на столе появился рисунок на заданную тему. Что бы на нем было?
– Елка ночью, вся в огнях. А вокруг зайцы и белки водят хоровод, как в мультике.
– Ты можешь нарисовать елку?
– Могу.
– Ты можешь нарисовать на ней разноцветные огни?
– Могу.
– А как бы ты показал в рисунке, что это именно ночь?
– Небо надо закрасить черным.
– Отлично. Начни с елки, огоньков, неба. А если захочешь – добавишь белок и зайцев. Если нет – сделаем вид, что они еще не пришли.
– Я не могу вырезать снежинки. Давай ты.
– А можешь сложить лист пополам?
– Могу.
– А еще пополам?
– Могу.
– А теперь отрежь здесь уголок и здесь. Разверни. У тебя получилась первая снежинка!
– Она некрасивая!
– Она первая! Каждая следующая будет все лучше и лучше. Представляешь, какой красивой будет пятнадцатая снежинка?
– Я не могу решить задачу!
– А ты пробовал?
– Нет, я не понял условие.
– Что именно ты не понял?
– Все не понял.
– Из пункта «А» в пункт «В» выехал велосипедист… Что в первом предложении тебе непонятно?
– Тут все понятно.
– А что тогда непонятно? Зарисуй схематично условие, как ты его понял, а я объясню по твоей схеме.
Ребенок вздыхает и идет выполнять. В большинстве случаев оказывается, что все понятно и задача легко решается.
– Ты почему сразу же школьную форму не убрал в шкаф? Теперь жилетка измялась, придется тебе ее гладить.
– Я не могу!
– Гладильную доску поставить можешь?
– Могу.
– Утюг включить можешь?
– Могу.
– Жилетку разместить на гладильной доске можешь?
– Могу.
– Поводить утюгом по жилетке сможешь?
– Да.
– Значит, ты все можешь. Делай. Если что – я рядом.
«Я не могу» – это повод разбить сложную задачу на более простые.
Анна Быкова Из книги «Самостоятельный ребенок, или Как стать "ленивой мамой"»
БОЯЗНЬ УСТАНАВЛИВАТЬ ГРАНИЦЫ
Как не надо применять теорию привязанности по отношению к детям, рассказывает психолог Людмила Петрановская
Часто, когда люди узнают о теории привязанности, они чувствуют себя заботливыми родителями, им очень нравятся идеи эмоционального контакта с ребенком, привязанности. Из этого они делают вывод, что родитель, который заботится о ребенке, никогда с ним не ссорится, не конфликтует, ничего не запрещает. В голове смешиваются образ заботливого родителя и уступчивого, лояльного и боящегося каких-либо конфликтов. И как свое родительское достижение выдается: а у нас с ребенком никаких конфликтов нет, я ничего не запрещаю, у нас нет ссор, я ему всегда рассказываю, объясняю, мы договариваемся. При этом выясняется, что ребенку три года. Но трехлетний ребенок еще не договороспособен.
Договор — это коммуникация равных. Прикрывать тем, что мы уважаем личность ребенка, свой страх в проявлении доминантности, установлении границы — это плохая идея, потому что дети от этого испытывают сильный стресс. Они чувствуют, что с ними все время играют в подтасованные карты, потому что реально ведь родитель не настолько инфантилен и безответственен, чтобы ребенку дать полноту всей власти. Мы не можем отказаться от доминантности в отношениях с ребенком, потому что можем оценить риски и опасности, а он этого сделать еще не в состоянии.
То, что вы устанавливаете свою доминантность, не травмирует ребенка, не наносит ему вред и не является насилием по отношению к нему — это необходимая часть заботы. Ребенку потому и нужна привязанность к своему взрослому, что он не имеет жизненного опыта, не в состоянии оценить риски. Так что нет никакой проблемы, когда мы запрещаем или требуем, или говорим, что такое хорошо, а что такое плохо. Если есть страх у родителя, то это скорее история про собственную тревожность и неуверенность.
Когда вы не боитесь конфликтов, ссоритесь с ребенком, сохраняя привязанность и отношения, вы даете ему опыт, что конфликты — это неприятная иногда вещь, но это не то, что может разрушить ваши отношения. Не надо бояться ни установления границ, ни конфликтов, ни запретов, ни требований. Это не угроза привязанности. Угроза привязанности — это отвержение ребенка, оставление без помощи.
Скачайте бесплатную памятку «Привязанность, а не оковы» по мотивам цикла лекций Людмилы Петрановской «Теория привязанности. Как НЕ надо»
http://bit.ly/2F1h1oi
Как не надо применять теорию привязанности по отношению к детям, рассказывает психолог Людмила Петрановская
Часто, когда люди узнают о теории привязанности, они чувствуют себя заботливыми родителями, им очень нравятся идеи эмоционального контакта с ребенком, привязанности. Из этого они делают вывод, что родитель, который заботится о ребенке, никогда с ним не ссорится, не конфликтует, ничего не запрещает. В голове смешиваются образ заботливого родителя и уступчивого, лояльного и боящегося каких-либо конфликтов. И как свое родительское достижение выдается: а у нас с ребенком никаких конфликтов нет, я ничего не запрещаю, у нас нет ссор, я ему всегда рассказываю, объясняю, мы договариваемся. При этом выясняется, что ребенку три года. Но трехлетний ребенок еще не договороспособен.
Договор — это коммуникация равных. Прикрывать тем, что мы уважаем личность ребенка, свой страх в проявлении доминантности, установлении границы — это плохая идея, потому что дети от этого испытывают сильный стресс. Они чувствуют, что с ними все время играют в подтасованные карты, потому что реально ведь родитель не настолько инфантилен и безответственен, чтобы ребенку дать полноту всей власти. Мы не можем отказаться от доминантности в отношениях с ребенком, потому что можем оценить риски и опасности, а он этого сделать еще не в состоянии.
То, что вы устанавливаете свою доминантность, не травмирует ребенка, не наносит ему вред и не является насилием по отношению к нему — это необходимая часть заботы. Ребенку потому и нужна привязанность к своему взрослому, что он не имеет жизненного опыта, не в состоянии оценить риски. Так что нет никакой проблемы, когда мы запрещаем или требуем, или говорим, что такое хорошо, а что такое плохо. Если есть страх у родителя, то это скорее история про собственную тревожность и неуверенность.
Когда вы не боитесь конфликтов, ссоритесь с ребенком, сохраняя привязанность и отношения, вы даете ему опыт, что конфликты — это неприятная иногда вещь, но это не то, что может разрушить ваши отношения. Не надо бояться ни установления границ, ни конфликтов, ни запретов, ни требований. Это не угроза привязанности. Угроза привязанности — это отвержение ребенка, оставление без помощи.
Скачайте бесплатную памятку «Привязанность, а не оковы» по мотивам цикла лекций Людмилы Петрановской «Теория привязанности. Как НЕ надо»
http://bit.ly/2F1h1oi
Однажды я дозвонился до Деда Мороза.
Когда мне было 10, а моей двоюродной сестре - 4, она мне заявила, что доброго волшебника с бородой не существует.
Я решил переубедить ее и сказал: "А хочешь, я позвоню ему прямо сейчас? Я знаю его секретный номер".
Взял телефонную трубку, набрал номер из случайных двадцати чисел, отошел чуть подальше, чтобы сестра не услышала "неправильно набран номер" и приготовился разыграть разговор с дедушкой.
Но вдруг на другом конце провода я услышал низкий мужской голос "Алло". "Алло" - машинально от испуга повторил я и увидел глаза сестры, которые внимательно смотрели на меня.
Кто бы там ни был, отступать было нельзя. "Это Дед Мороз?" И тут сестра выхватила у меня трубку.
Я потянулся к телефону, чтобы прекратить разговор, но остановился.
"Дедушка Мороз, это ты?" - "Да". - "Привет, дедушка!" - "Как тебя зовут?" - "Настя." - "Здравствуй, Настенька!" - глаза моей сестренки наполнялись счастьем. "Как у тебя дела?"
Низкий мужской голос ответил ей: "Запрягаю сани и готовлю подарки". - "А ты мне привезешь подарок?" - "Конечно, солнышко!" - "Спасибо, дедушка, буду ждать." - "До скорого, милая!"
Сияя от радости, сестра повесила трубку и, расплакавшись, обняла меня. "Он правда существует, Миша!" - "Конечно, существует, глупышка." Я не выдержал и тоже расплакался.
Михаил Морсков
Когда мне было 10, а моей двоюродной сестре - 4, она мне заявила, что доброго волшебника с бородой не существует.
Я решил переубедить ее и сказал: "А хочешь, я позвоню ему прямо сейчас? Я знаю его секретный номер".
Взял телефонную трубку, набрал номер из случайных двадцати чисел, отошел чуть подальше, чтобы сестра не услышала "неправильно набран номер" и приготовился разыграть разговор с дедушкой.
Но вдруг на другом конце провода я услышал низкий мужской голос "Алло". "Алло" - машинально от испуга повторил я и увидел глаза сестры, которые внимательно смотрели на меня.
Кто бы там ни был, отступать было нельзя. "Это Дед Мороз?" И тут сестра выхватила у меня трубку.
Я потянулся к телефону, чтобы прекратить разговор, но остановился.
"Дедушка Мороз, это ты?" - "Да". - "Привет, дедушка!" - "Как тебя зовут?" - "Настя." - "Здравствуй, Настенька!" - глаза моей сестренки наполнялись счастьем. "Как у тебя дела?"
Низкий мужской голос ответил ей: "Запрягаю сани и готовлю подарки". - "А ты мне привезешь подарок?" - "Конечно, солнышко!" - "Спасибо, дедушка, буду ждать." - "До скорого, милая!"
Сияя от радости, сестра повесила трубку и, расплакавшись, обняла меня. "Он правда существует, Миша!" - "Конечно, существует, глупышка." Я не выдержал и тоже расплакался.
Михаил Морсков
Дорогие друзья!
До нового года осталось всего ничего, и мы, команда Family Tree, шлем нашим читателям последние в этом году лучи любви, заботы и признательности. Нам с вами несказанно везет: большая честь работать для таких осмысленных, понимающих, увлеченных, неравнодушных зрителей и читателей. В этом году мы постоянно чувствовали от вас восхитительную отдачу: слова благодарности и возмущения, мудрые вопросы и замечания, комментарии — когда-то резкие, а когда-то чуткие и бережные. Хочется, чтобы эта музыка была вечной, чтобы наш диалог не прекращался и дарил нам новую и новую пищу для развития проекта.
Признаемся честно, в последние дни года мы немного утомились: детские утренники в школах и детских садах, срочные бизнес-задачи, обсуждения, планы… И хочется, наконец, какой-нибудь величавой праздничной красоты! Вот мы и придумали завершить год импровизированной церемонией вручения премии: скажем, «Family Tree Оскар». Как будто мы с вами облачились в роскошные платья и движемся по ковровой дорожке с узкими бокалами в руках. Мы все — участники этого действа, весь год мы слушали, смотрели, думали, мечтали, чувствовали, и вот теперь пришла пора отметить самые яркие моменты уходящего года.
Итак, добро пожаловать на церемонию! Занимайте места, приготовьтесь встречать тех, без кого 2019 год в Family Tree не мог бы в полной мере состояться...
https://family3.ru/articles/familytree_top2019
До нового года осталось всего ничего, и мы, команда Family Tree, шлем нашим читателям последние в этом году лучи любви, заботы и признательности. Нам с вами несказанно везет: большая честь работать для таких осмысленных, понимающих, увлеченных, неравнодушных зрителей и читателей. В этом году мы постоянно чувствовали от вас восхитительную отдачу: слова благодарности и возмущения, мудрые вопросы и замечания, комментарии — когда-то резкие, а когда-то чуткие и бережные. Хочется, чтобы эта музыка была вечной, чтобы наш диалог не прекращался и дарил нам новую и новую пищу для развития проекта.
Признаемся честно, в последние дни года мы немного утомились: детские утренники в школах и детских садах, срочные бизнес-задачи, обсуждения, планы… И хочется, наконец, какой-нибудь величавой праздничной красоты! Вот мы и придумали завершить год импровизированной церемонией вручения премии: скажем, «Family Tree Оскар». Как будто мы с вами облачились в роскошные платья и движемся по ковровой дорожке с узкими бокалами в руках. Мы все — участники этого действа, весь год мы слушали, смотрели, думали, мечтали, чувствовали, и вот теперь пришла пора отметить самые яркие моменты уходящего года.
Итак, добро пожаловать на церемонию! Занимайте места, приготовьтесь встречать тех, без кого 2019 год в Family Tree не мог бы в полной мере состояться...
https://family3.ru/articles/familytree_top2019
family3.ru
Family Tree - Звезды Family Tree 2019
Family Tree сделан родителями для родителей. Мы оказываем всестороннюю информационную и психологическую поддержку семьи.
Людмила Петрановская:
“Ленивый, но любопытный родитель – шанс ребенка на Нобелевку”
⠀
КАК РАЗВИВАТЬ ЛЮБОЗНАТЕЛЬНОСТЬ
Здесь, с одной стороны, вроде ничего не надо специально делать, с другой – много чего надо.
⠀
Попробую объяснить.
⠀
Проводили эксперимент.
Маму с дошкольником приглашали в кабинет, полный интересных игр и игрушек. Экспериментатор извинялся, говорил, что ему надо отойти и предлагал чувствовать себя в кабинете “как дома”, говорил, что можно “посмотреть пока, что у нас тут есть”.
⠀
Через окошко-зеркало он наблюдал, чем заняты мама с ребенком.
Основных типа поведения было четыре:
⠀
1. Мама шикала на ребенка, чтобы “сидел смирно, ничего не трогал”. Они вдвоем неподвижно ждали возвращения специалиста.
⠀
2. Мама доставала из сумки журнальчик и погружалась в чтение. Ребёнок, постепенно смелея, начинал все брать и играть.
⠀
3. Мама воодушевлено говорила ребенку: “Смотри, какие хорошие игры!” Показывала ребенку как в них играть.
⠀
4. Мама сама хватала то одну игру, то другую и пыталась разобраться, не обращая внимания на ребёнка. Ребенок делал то же самое.
⠀
Отгадайте, у детей из какой группы оказались лучшие результаты по уровню любознательности?
⠀
👉🏻4 и 2 группа с небольшой разницей в пользу 4-й.
⠀
Мораль очевидна. Не надо особо любознательность развивать. Если ребенок живет в богатой, интересной среде, если самим родителям все интересно, и они не тупят каждый вечер перед телевизором, все само прекрасно разовьется.
А если родители ещё и не отмахиваются вопросов ребёнка, если у них умные и интересные друзья, любимая работа, о которой они рассказывают дома, то все вообще классно.
⠀
Но есть и другое обстоятельство - любознательность не терпит сильного и длительного стресса. Если ребенку плохо, страшно, одиноко, ему не до новых знаний.
То есть, с другой стороны, много всего нужно, чтобы познавательная активность цвела. Любовь родителей, хорошая атмосфера в доме, безопасность, доверие. Чтоб не дергали, не запрещали, не руководили все время. Но и в вате держали: должны быть и неожиданности, и приключения, и умеренные стрессы.
Все это требует большой работы, хотя и не в том смысле, в каком думают родители “посвятившие ребенку всю жизнь”.
Думать, чувствовать, хотеть, стараться понимать ребенка, а не жить его жизнь за него, осознанно строить отношения в семье, без агрессии и постоянной борьбы за власть, не опускаться, не останавливаться в развитии.
“Ленивый, но любопытный родитель – шанс ребенка на Нобелевку”
⠀
КАК РАЗВИВАТЬ ЛЮБОЗНАТЕЛЬНОСТЬ
Здесь, с одной стороны, вроде ничего не надо специально делать, с другой – много чего надо.
⠀
Попробую объяснить.
⠀
Проводили эксперимент.
Маму с дошкольником приглашали в кабинет, полный интересных игр и игрушек. Экспериментатор извинялся, говорил, что ему надо отойти и предлагал чувствовать себя в кабинете “как дома”, говорил, что можно “посмотреть пока, что у нас тут есть”.
⠀
Через окошко-зеркало он наблюдал, чем заняты мама с ребенком.
Основных типа поведения было четыре:
⠀
1. Мама шикала на ребенка, чтобы “сидел смирно, ничего не трогал”. Они вдвоем неподвижно ждали возвращения специалиста.
⠀
2. Мама доставала из сумки журнальчик и погружалась в чтение. Ребёнок, постепенно смелея, начинал все брать и играть.
⠀
3. Мама воодушевлено говорила ребенку: “Смотри, какие хорошие игры!” Показывала ребенку как в них играть.
⠀
4. Мама сама хватала то одну игру, то другую и пыталась разобраться, не обращая внимания на ребёнка. Ребенок делал то же самое.
⠀
Отгадайте, у детей из какой группы оказались лучшие результаты по уровню любознательности?
⠀
👉🏻4 и 2 группа с небольшой разницей в пользу 4-й.
⠀
Мораль очевидна. Не надо особо любознательность развивать. Если ребенок живет в богатой, интересной среде, если самим родителям все интересно, и они не тупят каждый вечер перед телевизором, все само прекрасно разовьется.
А если родители ещё и не отмахиваются вопросов ребёнка, если у них умные и интересные друзья, любимая работа, о которой они рассказывают дома, то все вообще классно.
⠀
Но есть и другое обстоятельство - любознательность не терпит сильного и длительного стресса. Если ребенку плохо, страшно, одиноко, ему не до новых знаний.
То есть, с другой стороны, много всего нужно, чтобы познавательная активность цвела. Любовь родителей, хорошая атмосфера в доме, безопасность, доверие. Чтоб не дергали, не запрещали, не руководили все время. Но и в вате держали: должны быть и неожиданности, и приключения, и умеренные стрессы.
Все это требует большой работы, хотя и не в том смысле, в каком думают родители “посвятившие ребенку всю жизнь”.
Думать, чувствовать, хотеть, стараться понимать ребенка, а не жить его жизнь за него, осознанно строить отношения в семье, без агрессии и постоянной борьбы за власть, не опускаться, не останавливаться в развитии.
Январь начинается с дома.
С маминого холодца. С бабушкиного пирога. С пухового одеяла по уши. С долгих объятий под утро. С шали в крупную вязку. С тапочек не по размеру. С разговоров с друзьями. С любимой книжки. Со знакомого фильма. С позднего утра за полдень. С тягучих, как липовый мёд, сумерек.С тихого, будто туманного, вечера.
Потом забежит, заискрит, закрутит. Горки, санки, лыжи, гости. Сквозняки, пуховики, третья колонка девяносто пятого полный бак, пожалуйста. Обещала себе в спортзал с нового года. На работу завтра. Юбку гладить. Расписание тренировок сыну узнать. Звонки, сообщения, телефоны, планшеты, не срочно? Перезвоню, у меня вторая линия…
Но это потом.
А сегодня январь только начинается. И он начинается с дома. С маминого холодца, бабушкиного пирога и пухового одеяла по самые уши…
Леля Тарасевич
С маминого холодца. С бабушкиного пирога. С пухового одеяла по уши. С долгих объятий под утро. С шали в крупную вязку. С тапочек не по размеру. С разговоров с друзьями. С любимой книжки. Со знакомого фильма. С позднего утра за полдень. С тягучих, как липовый мёд, сумерек.С тихого, будто туманного, вечера.
Потом забежит, заискрит, закрутит. Горки, санки, лыжи, гости. Сквозняки, пуховики, третья колонка девяносто пятого полный бак, пожалуйста. Обещала себе в спортзал с нового года. На работу завтра. Юбку гладить. Расписание тренировок сыну узнать. Звонки, сообщения, телефоны, планшеты, не срочно? Перезвоню, у меня вторая линия…
Но это потом.
А сегодня январь только начинается. И он начинается с дома. С маминого холодца, бабушкиного пирога и пухового одеяла по самые уши…
Леля Тарасевич
Любовь невозможно заслужить
Часто ко мне приходят выросшие девочки и мальчики, питающие иллюзию, что могут заслужить любовь. Заработать её, как орден, упорным трудом или выслугой лет. Вынудить кого-то полюбить так сильно, как им этого хочется. Но, увы, этого не происходит. Их помощь и заботу принимают. Услугами пользуются. Благодарят. Замечают. Заботятся. Но любить не начинают. Прежде всего потому, что любовь невозможно заслужить.
Да, многих из нас в детстве обманули, рассказав, что любовь можно заслужить, будучи послушным ребёнком, регулярно предающим себя. Но это не так. Ррррррр! Как я на это сержусь! Любовь случается сама. Либо случается, либо нет. И все тут.
Во взрослом возрасте люди пытаются «поднажать» или прогнуться под других и все-таки заработать. А когда это не работает, они думают, что плохо стараются, и обращаются к терапевту, чтобы он научил их стараться лучше. Каждый раз при словах о том, что любовь невозможно заслужить, я вижу удивленные глаза. А потом эти глаза рыдают, сетуя о потраченном времени. Они никак не могут поверить, что потратили так много сил, пытаясь получить то, что принадлежит им по праву рождения. Просто потому, что они есть.
Еще одна жуткая детская обманка – это идея, что не все достойны любви. Послушные достойны, а непослушные нет. Девочки достойны, а мальчики нет. Свои достойны, а чужие нет. Отличники достойны, а троечники не очень. Но любовь не делает различий. Её достойны все. Не за то, что они делают, а потому, что они существуют. Существуют именно такими, какие есть. Каждую секунду. Никакие поступки не могут отобрать у человека право на любовь. Даже самые страшные. Можно отобрать свободу, имущество или даже жизнь. Но не право на любовь. И не саму любовь.
В психотерапии клиентам приходится снова и снова выдавать право на любовь. И сообщать им, что оно у них всегда было. И сжимать им руки, чтобы держали и не отпускали.
Нам также говорили, что любовь можно отобрать. Просто лишить любви, если что-то будет не по душе. Враньё! Лишить можно внимания, заботы, помощи. Но любовь, если она есть, продолжает быть. Можно пережить влюблённость и увидеть как она проходит. Но когда доживаешь до настоящей любви, она уже никуда не может деться. Она уже есть. Можно перестать жить вместе, перестать общаться, но любовь остаётся как чувство к человеку. Те, кто переживал, знают.
Заслужить можно уважение, доверие, благодарность. Постоянно отдавая последнее и ожидая взамен невозможного, люди провоцируют в других чувство стыда, вины, отвращения или злости. Но не любви.
И с этим придётся смириться, принимая тот факт, что не все нас полюбят так, как мы этого хотим. Даже если мы будем этого очень-очень хотеть. Даже если приложим все усилия и положим к чужим ногам все богатства мира.
Мы можем делать вид, что нам не очень-то и хотелось. Что мы можем прожить и так. Но правда заключается в том, что человек уязвим в том, что касается любви. Что он нуждается в ней очень сильно. И может только открыться и во всей своей уязвимости попросить о любви. Попросить и с трепетом ожидать, как отзовётся пространство. Ибо нет никаких гарантий.
Возможно, люди отзовутся, и тогда человек сможет вырасти, окрепнуть, познать взаимность и полюбить в ответ. А, возможно, ему придётся пережить много разочарования, отвержения и душевной боли. Горевать по-настоящему. Вынести всю эту боль в надежде, что душевные раны со временем затянутся, если не прятать и не маскировать их. Оказаться раненым, настоящим. Беззащитным перед кем-то. Живым.
А ещё понимание природы любви даёт очень много свободы. Свободы, потому что уже не надо искать, зарабатывать, ожидать или притягивать. А можно просто идти своим путём и расслабиться, потому что от тебя не так уж много и зависит. Нет лишней, а главное, непосильной нагрузки. И это большая радость. А к радости любовь очень хорошо присоединяется. Вот увидите.
Аглая Датешидзе
Часто ко мне приходят выросшие девочки и мальчики, питающие иллюзию, что могут заслужить любовь. Заработать её, как орден, упорным трудом или выслугой лет. Вынудить кого-то полюбить так сильно, как им этого хочется. Но, увы, этого не происходит. Их помощь и заботу принимают. Услугами пользуются. Благодарят. Замечают. Заботятся. Но любить не начинают. Прежде всего потому, что любовь невозможно заслужить.
Да, многих из нас в детстве обманули, рассказав, что любовь можно заслужить, будучи послушным ребёнком, регулярно предающим себя. Но это не так. Ррррррр! Как я на это сержусь! Любовь случается сама. Либо случается, либо нет. И все тут.
Во взрослом возрасте люди пытаются «поднажать» или прогнуться под других и все-таки заработать. А когда это не работает, они думают, что плохо стараются, и обращаются к терапевту, чтобы он научил их стараться лучше. Каждый раз при словах о том, что любовь невозможно заслужить, я вижу удивленные глаза. А потом эти глаза рыдают, сетуя о потраченном времени. Они никак не могут поверить, что потратили так много сил, пытаясь получить то, что принадлежит им по праву рождения. Просто потому, что они есть.
Еще одна жуткая детская обманка – это идея, что не все достойны любви. Послушные достойны, а непослушные нет. Девочки достойны, а мальчики нет. Свои достойны, а чужие нет. Отличники достойны, а троечники не очень. Но любовь не делает различий. Её достойны все. Не за то, что они делают, а потому, что они существуют. Существуют именно такими, какие есть. Каждую секунду. Никакие поступки не могут отобрать у человека право на любовь. Даже самые страшные. Можно отобрать свободу, имущество или даже жизнь. Но не право на любовь. И не саму любовь.
В психотерапии клиентам приходится снова и снова выдавать право на любовь. И сообщать им, что оно у них всегда было. И сжимать им руки, чтобы держали и не отпускали.
Нам также говорили, что любовь можно отобрать. Просто лишить любви, если что-то будет не по душе. Враньё! Лишить можно внимания, заботы, помощи. Но любовь, если она есть, продолжает быть. Можно пережить влюблённость и увидеть как она проходит. Но когда доживаешь до настоящей любви, она уже никуда не может деться. Она уже есть. Можно перестать жить вместе, перестать общаться, но любовь остаётся как чувство к человеку. Те, кто переживал, знают.
Заслужить можно уважение, доверие, благодарность. Постоянно отдавая последнее и ожидая взамен невозможного, люди провоцируют в других чувство стыда, вины, отвращения или злости. Но не любви.
И с этим придётся смириться, принимая тот факт, что не все нас полюбят так, как мы этого хотим. Даже если мы будем этого очень-очень хотеть. Даже если приложим все усилия и положим к чужим ногам все богатства мира.
Мы можем делать вид, что нам не очень-то и хотелось. Что мы можем прожить и так. Но правда заключается в том, что человек уязвим в том, что касается любви. Что он нуждается в ней очень сильно. И может только открыться и во всей своей уязвимости попросить о любви. Попросить и с трепетом ожидать, как отзовётся пространство. Ибо нет никаких гарантий.
Возможно, люди отзовутся, и тогда человек сможет вырасти, окрепнуть, познать взаимность и полюбить в ответ. А, возможно, ему придётся пережить много разочарования, отвержения и душевной боли. Горевать по-настоящему. Вынести всю эту боль в надежде, что душевные раны со временем затянутся, если не прятать и не маскировать их. Оказаться раненым, настоящим. Беззащитным перед кем-то. Живым.
А ещё понимание природы любви даёт очень много свободы. Свободы, потому что уже не надо искать, зарабатывать, ожидать или притягивать. А можно просто идти своим путём и расслабиться, потому что от тебя не так уж много и зависит. Нет лишней, а главное, непосильной нагрузки. И это большая радость. А к радости любовь очень хорошо присоединяется. Вот увидите.
Аглая Датешидзе
Я очень, очень уважаю родителей, которые в разборках с внешним миром сразу безоговорочно оказываются на стороне своих детей. Я тоже так хочу. Но я не умею.
Вот я гуляю с ребенком в парке, и он почему-нибудь громко смеется. Ну очень громко. Но он ведь радуется, и мы же в парке. Спящих детей в колясках рядом нет (это я всегда слежу краем глаза). В общем, нам весело, искреннего смеха тихонечко сквозь зубы ведь не бывает? Но тут навстречу нам выходит престарелый Крокодил, он из булочной в аптеку мимо парка проходил. И Крокодил говорит: «Мальчик, ты чего так громко кричишь? Вокруг тебя люди, между прочим, а ты не в зоопарке, что за невоспитанные дети пошли?». А я? Что я? А я сразу такая: «Лега, действительно, не кричи так. Вон, люди, то есть, простите, крокодилы, пугаются».
Тьфу. Мне потом так стыдно, каждый раз чувствую себя мелким трусом и предателем, а поделать ничего не могу. Ровно через две минуты я уже знаю, как нужно было ответить, чтобы и вежливо и ребенок понимал, что я на его стороне. Но нет. Срабатывает какая-то старая модель, я тушуюсь и говорю: «Извините-извините, мы больше так не будем». Что не будем-то? Смеяться и радоваться больше не будем без вашего крокодильего разрешения?
Мы как-то под Новый год с одним моим приятелем поехали в «Перекресток», закупаться тонной еды, чтобы не дай бог не похудеть в новогоднюю ночь. А Легу взяли с собой, ему было на тот момент лет пять. И вот мы таскаемся по супермаркету, объем еды в наших тележках уже в несколько раз превышает совокупный объем всех ожидаемых на Новый год гостей, но нам этого недостаточно, поэтому мы занимаем очередь в мясной отдел и смиренно в ней стоим. А Лега бегает туда-сюда. Вполне себе пристойно. Но бегает. Он бежит к аквариуму с раками, потом обратно: «Мама! Там живые раки!» Потом к поломойной машине и обратно: «Мама! Я тоже хочу такую машину! А я еще успею её вписать в письмо Деду Морозу? Не успею? Тогда ты в свое письмо впиши! Она тебе нужней!» И снова куда-то бежит. Ребенок занят делом: изучает реальность, восторженно и вполне позитивно. Но через какое-то время, когда он возвращается примерно в четвертый раз, женщина лет пятидесяти, стоящая прямо за мной в очереди, вдруг менторским тоном спрашивает: «Мальчик! А ты почему здесь хулиганишь?»
Лега встает на паузу и смотрит на нее с некоторым недоумением, а потом на меня. А я уже всё... Внутренне я уже совершила свое предательство, в голове уже звучит фраза: «Так, Лега, ну-ка, хватит бегать, видишь, ты мешаешь, постой здесь спокойно» — как вдруг я слышу громогласный голос моего приятеля:
— Как это «почему он хулиганит»? Это мы его попросили. Он слишком хороший мальчик и для гармоничного развития ему положено хулиганить 15 минут в день. Олег, иди-иди! Не трать время, тебе еще хулиганить целых 8 с половиной минут.
Лега хохочет, убегает, и уже через секунду совершенно довольный жизнью помогает тёте в фартуке взвешивать яблоко.
Я так не умею. Черт, ну почему я так не умею? Пожалуй, на этот Новый год я попрошу у Деда Мороза, чтобы он подарил мне вот такой скилл. Чтобы всегда. Всегда сначала оказываться на стороне ребенка. А потом разбираться.
Вера Дорофеева
Вот я гуляю с ребенком в парке, и он почему-нибудь громко смеется. Ну очень громко. Но он ведь радуется, и мы же в парке. Спящих детей в колясках рядом нет (это я всегда слежу краем глаза). В общем, нам весело, искреннего смеха тихонечко сквозь зубы ведь не бывает? Но тут навстречу нам выходит престарелый Крокодил, он из булочной в аптеку мимо парка проходил. И Крокодил говорит: «Мальчик, ты чего так громко кричишь? Вокруг тебя люди, между прочим, а ты не в зоопарке, что за невоспитанные дети пошли?». А я? Что я? А я сразу такая: «Лега, действительно, не кричи так. Вон, люди, то есть, простите, крокодилы, пугаются».
Тьфу. Мне потом так стыдно, каждый раз чувствую себя мелким трусом и предателем, а поделать ничего не могу. Ровно через две минуты я уже знаю, как нужно было ответить, чтобы и вежливо и ребенок понимал, что я на его стороне. Но нет. Срабатывает какая-то старая модель, я тушуюсь и говорю: «Извините-извините, мы больше так не будем». Что не будем-то? Смеяться и радоваться больше не будем без вашего крокодильего разрешения?
Мы как-то под Новый год с одним моим приятелем поехали в «Перекресток», закупаться тонной еды, чтобы не дай бог не похудеть в новогоднюю ночь. А Легу взяли с собой, ему было на тот момент лет пять. И вот мы таскаемся по супермаркету, объем еды в наших тележках уже в несколько раз превышает совокупный объем всех ожидаемых на Новый год гостей, но нам этого недостаточно, поэтому мы занимаем очередь в мясной отдел и смиренно в ней стоим. А Лега бегает туда-сюда. Вполне себе пристойно. Но бегает. Он бежит к аквариуму с раками, потом обратно: «Мама! Там живые раки!» Потом к поломойной машине и обратно: «Мама! Я тоже хочу такую машину! А я еще успею её вписать в письмо Деду Морозу? Не успею? Тогда ты в свое письмо впиши! Она тебе нужней!» И снова куда-то бежит. Ребенок занят делом: изучает реальность, восторженно и вполне позитивно. Но через какое-то время, когда он возвращается примерно в четвертый раз, женщина лет пятидесяти, стоящая прямо за мной в очереди, вдруг менторским тоном спрашивает: «Мальчик! А ты почему здесь хулиганишь?»
Лега встает на паузу и смотрит на нее с некоторым недоумением, а потом на меня. А я уже всё... Внутренне я уже совершила свое предательство, в голове уже звучит фраза: «Так, Лега, ну-ка, хватит бегать, видишь, ты мешаешь, постой здесь спокойно» — как вдруг я слышу громогласный голос моего приятеля:
— Как это «почему он хулиганит»? Это мы его попросили. Он слишком хороший мальчик и для гармоничного развития ему положено хулиганить 15 минут в день. Олег, иди-иди! Не трать время, тебе еще хулиганить целых 8 с половиной минут.
Лега хохочет, убегает, и уже через секунду совершенно довольный жизнью помогает тёте в фартуке взвешивать яблоко.
Я так не умею. Черт, ну почему я так не умею? Пожалуй, на этот Новый год я попрошу у Деда Мороза, чтобы он подарил мне вот такой скилл. Чтобы всегда. Всегда сначала оказываться на стороне ребенка. А потом разбираться.
Вера Дорофеева
