Мамочка, ты полежишь со мной?
Вы слышите это вопрос так же часто, как слышу его я? Дети хотят полежать со мной каждый вечер, потому что они любят проводить время с мамой. Это моя новая любимая фраза. Почему? Позвольте, мне рассказать.
Нашим детям 10, 8, 6 и 4 года. Знаете, о чем наш семилетний сын просит меня каждую ночь, когда я прихожу убаюкать его? «Мамочка, ты полежишь со мной?» И мне грустно думать о том, что большинство вечеров я отвечала: «Только на секунду, дорогой. Мне нужно убедиться, что твои братья и сестры уснули. Мне нужно убрать на кухне. Мне нужно поработать над моими записями по работе. Папа и я собираемся поужинать». Независимо от причины, все мы говорим одно и тоже: «Только на секунду. Есть другие более важные дела».
Знаю, знаю, мы не сможем лежать всю ночь. Ребенок будет ждать этого, как все дети. «Дашь палец — всю руку откусит» мы думаем, что полежим всего 5 минут, они хотят 20. Мы лежим 20, дети просят 40.
Но… Знаете что? Несколько лет назад друг нашей семьи скончался во сне. Неделю спустя в другом городе, другой семилетний мальчик неожиданно умер пока играл во дворе. Мне трудно думать об этом, говорить и писать.
Теперь, когда у меня сын просит «Мама полежи со мной»— это самое лучшее, что может произойти вечером. Потому что я слышу те детали, которые 7-летние дети больше не рассказываю своим мамам.
«… сказал мне, что был милым сегодня. Как отвратительно. Правда, Мам?»
«Сегодня у нас была контрольная по математике и получил высший бал!! Видишь, мама! я занимался, и я сделал это!
«Я скучаю по нашей собаке. Когда думаешь мы сможем взять другую?»
«Мам, помнишь ты говорила мне что во время реслинга, мне стоит помогать младшему брату, когда он отстает. Я помог. Я бежал сразу за ним, как мне говорил папа. Я даже сказал ему, что он может сделать это. Он сказал, что его живот болит от бега, и я сказал, что если он хочет может бежать медленнее, и буду бежать вместе с ним, даже несмотря на то, что бежать медленно ДЕЙСТВИТЕЛЬНО скучно, мам!»
Это все происходит, когда мы откладываем все остальные заботы. Это все происходит, когда мы забываем о всех вещах, которые мы должны или хотели сделать.
Моя бабушка говорила мне, наслаждаться детьми, пока они в нас нуждаются. Она также говорила, что не знает зачем, люди рожают детей, если они совершенно не хотят проводить с ними время. Она говорила, что она любит растит своих детей и знает, что я буду делать так же.
Мои родители и родители моего мужа напоминают нам все время, что однажды наши дети не захотят проводить так много времени с нами. Эта мысль разбивает мое сердце!
Но! Этот день не сегодня. Сегодня с полежу с моим малышом, когда он попросит меня об этом и со всеми своими 4-мя детьми и спою им их любимые песни
Если добавить всего 10 минут к каждому нашему вечеру, когда наше терпение на исходе, а усталость на пределе, еще 10 минут, которые я счастлива провести с нашими детьми. Слушая их, подбадривая, и говоря: «СЕГОДНЯ, ИМЕННО СЕЙЧАС, ТЫ САМОЕ ГЛАВНОЕ ДЛЯ МЕНЯ»
И знаете что?
Через 10 лет, это слова вернутся, когда моему сыну будет 17 лет и я порошу его остановиться и просто посидеть со МНОЙ пару минут… и он сделает это.
По материалам: yourmodernfamily.com
Вы слышите это вопрос так же часто, как слышу его я? Дети хотят полежать со мной каждый вечер, потому что они любят проводить время с мамой. Это моя новая любимая фраза. Почему? Позвольте, мне рассказать.
Нашим детям 10, 8, 6 и 4 года. Знаете, о чем наш семилетний сын просит меня каждую ночь, когда я прихожу убаюкать его? «Мамочка, ты полежишь со мной?» И мне грустно думать о том, что большинство вечеров я отвечала: «Только на секунду, дорогой. Мне нужно убедиться, что твои братья и сестры уснули. Мне нужно убрать на кухне. Мне нужно поработать над моими записями по работе. Папа и я собираемся поужинать». Независимо от причины, все мы говорим одно и тоже: «Только на секунду. Есть другие более важные дела».
Знаю, знаю, мы не сможем лежать всю ночь. Ребенок будет ждать этого, как все дети. «Дашь палец — всю руку откусит» мы думаем, что полежим всего 5 минут, они хотят 20. Мы лежим 20, дети просят 40.
Но… Знаете что? Несколько лет назад друг нашей семьи скончался во сне. Неделю спустя в другом городе, другой семилетний мальчик неожиданно умер пока играл во дворе. Мне трудно думать об этом, говорить и писать.
Теперь, когда у меня сын просит «Мама полежи со мной»— это самое лучшее, что может произойти вечером. Потому что я слышу те детали, которые 7-летние дети больше не рассказываю своим мамам.
«… сказал мне, что был милым сегодня. Как отвратительно. Правда, Мам?»
«Сегодня у нас была контрольная по математике и получил высший бал!! Видишь, мама! я занимался, и я сделал это!
«Я скучаю по нашей собаке. Когда думаешь мы сможем взять другую?»
«Мам, помнишь ты говорила мне что во время реслинга, мне стоит помогать младшему брату, когда он отстает. Я помог. Я бежал сразу за ним, как мне говорил папа. Я даже сказал ему, что он может сделать это. Он сказал, что его живот болит от бега, и я сказал, что если он хочет может бежать медленнее, и буду бежать вместе с ним, даже несмотря на то, что бежать медленно ДЕЙСТВИТЕЛЬНО скучно, мам!»
Это все происходит, когда мы откладываем все остальные заботы. Это все происходит, когда мы забываем о всех вещах, которые мы должны или хотели сделать.
Моя бабушка говорила мне, наслаждаться детьми, пока они в нас нуждаются. Она также говорила, что не знает зачем, люди рожают детей, если они совершенно не хотят проводить с ними время. Она говорила, что она любит растит своих детей и знает, что я буду делать так же.
Мои родители и родители моего мужа напоминают нам все время, что однажды наши дети не захотят проводить так много времени с нами. Эта мысль разбивает мое сердце!
Но! Этот день не сегодня. Сегодня с полежу с моим малышом, когда он попросит меня об этом и со всеми своими 4-мя детьми и спою им их любимые песни
Если добавить всего 10 минут к каждому нашему вечеру, когда наше терпение на исходе, а усталость на пределе, еще 10 минут, которые я счастлива провести с нашими детьми. Слушая их, подбадривая, и говоря: «СЕГОДНЯ, ИМЕННО СЕЙЧАС, ТЫ САМОЕ ГЛАВНОЕ ДЛЯ МЕНЯ»
И знаете что?
Через 10 лет, это слова вернутся, когда моему сыну будет 17 лет и я порошу его остановиться и просто посидеть со МНОЙ пару минут… и он сделает это.
По материалам: yourmodernfamily.com
Я — мама мальчика.
У меня растет замечательный добрый чуткий сын.
И как любой трехлетний мальчишка, он плачет, когда ему больно или очень грустно, он боится, когда страшно, он стесняется и не спешит контактировать с малознакомыми людьми.
Но почему я так часто слышу от посторонних людей, а порой и от родственников, наболевшие и бессмысленные замечания, брошенные моему ребенку — «мальчики не плачут», «мальчики ничего не боятся», «мальчики не должны стесняться», «мальчики должны быть сильными и смелыми»?…
Нет, я, конечно, отвечаю, пресекаю и комментирую, грубо, а иногда ласково и многословно, просто и сложно.
Но что такое не так с нашим обществом, в котором трехлетние мальчики не имеют права расплакаться, испугаться и смутиться, не будучи уличенными и пристыженными? Кого мы хотим растить? Мужчин, которые не плачут, а умирают от инфаркта? Юношей, которые ничего не боятся и бессмысленно погибают, доказывая свою смелость и храбрость? Подростков, которые никого и ничего не стесняются?
Когда вдруг мужчины перестали иметь право на то, чтобы проживать боль, чувствовать грусть, испытывать смущение, переживать страх? А самое главное — когда это право утратили трехлетние мальчики?…
Почему чувствительность, уязвимость, чуткость, ранимость — все то, что отличает живого настоящего человека, не принято воспитывать в взрослеющем мужчине?
У меня одни вопросы, потому что я правда не понимаю. Мы воспитываем бесстрашных мальчиков, которые не плачут и не смущаются, а сами жалуемся на бессердечных и нечутких мужей. Мы страдаем от насилия и жестокости мужчин, а сами продолжаем настаивать на том, что мужчины не плачут…
Люди, отстаньте от мальчиков! Дайте им быть детьми, быть в контакте со своими чувствами и собой. Дайте им вырасти чуткими, уязвимыми и чувствительными мужчинами.
И вы удивитесь, как к лучшему изменится мир.
Мария Никонова https://alpha-parenting.ru/2015/08/06/pro-malchishek-i-stereotipyi/
Фото из архива автора.
У меня растет замечательный добрый чуткий сын.
И как любой трехлетний мальчишка, он плачет, когда ему больно или очень грустно, он боится, когда страшно, он стесняется и не спешит контактировать с малознакомыми людьми.
Но почему я так часто слышу от посторонних людей, а порой и от родственников, наболевшие и бессмысленные замечания, брошенные моему ребенку — «мальчики не плачут», «мальчики ничего не боятся», «мальчики не должны стесняться», «мальчики должны быть сильными и смелыми»?…
Нет, я, конечно, отвечаю, пресекаю и комментирую, грубо, а иногда ласково и многословно, просто и сложно.
Но что такое не так с нашим обществом, в котором трехлетние мальчики не имеют права расплакаться, испугаться и смутиться, не будучи уличенными и пристыженными? Кого мы хотим растить? Мужчин, которые не плачут, а умирают от инфаркта? Юношей, которые ничего не боятся и бессмысленно погибают, доказывая свою смелость и храбрость? Подростков, которые никого и ничего не стесняются?
Когда вдруг мужчины перестали иметь право на то, чтобы проживать боль, чувствовать грусть, испытывать смущение, переживать страх? А самое главное — когда это право утратили трехлетние мальчики?…
Почему чувствительность, уязвимость, чуткость, ранимость — все то, что отличает живого настоящего человека, не принято воспитывать в взрослеющем мужчине?
У меня одни вопросы, потому что я правда не понимаю. Мы воспитываем бесстрашных мальчиков, которые не плачут и не смущаются, а сами жалуемся на бессердечных и нечутких мужей. Мы страдаем от насилия и жестокости мужчин, а сами продолжаем настаивать на том, что мужчины не плачут…
Люди, отстаньте от мальчиков! Дайте им быть детьми, быть в контакте со своими чувствами и собой. Дайте им вырасти чуткими, уязвимыми и чувствительными мужчинами.
И вы удивитесь, как к лучшему изменится мир.
Мария Никонова https://alpha-parenting.ru/2015/08/06/pro-malchishek-i-stereotipyi/
Фото из архива автора.
Честно? Я не знаю, кто это придумал, но оно работает.
В общем, лайфхак такой: если ребенок чем-то занят – не трогай, бога ради.
Тут мы, конечно, делаем оговорку: то, чем он занят, безопасно, не выходит за рамки правил и допустимого в данной ситуации поведения, не ведет к катастрофе.
Ну то есть, если дитя сидит и уже час катает одну и ту же машинку по старой папиной футболке, вытащенной из корзины для грязного белья, то не надо ему предлагать более осмысленные, полезные, развивающие или попросту менее странные занятия. Мать, пусть катает, сядь попей кофе, полежи с книжкой, накрась ногти или просто поковыряй в носу.
Занят – отлично.
Ребенок разобрал пирамидку и полчаса с упорством просто крутит колечки на пальцах. Боже мой, он же ничем не занят! Срочно бросаемся к ребенку, показываем ему, в чем сакральный смысл пирамидки и священный долг играющего (собрать на палочку колечки от большого до маленького), радуемся, что вот теперь игра пошла в полезное русло… ан нет, не пошла, интерес утрачен, мама, иди сюда, мама, хочу то, хочу се, ну вот, оставалось только суп заправить, а теперь дитя на ноге повисло, а ведь сидел бы и играл бы.
Серьезно??
Что интересно, у взрослых есть представление о том, что такое «надо», но также есть и «что хочу, то и делаю». Ну то есть, если ко взрослому человеку в его законный выходной кто-то подойдет со словами «чай пьешь? Ага, молодец, только во-первых, чай не пьют из кофейных чашек, а во-вторых, вот тебе ракетка, иди поиграй в бадминтон, погода хорошая», то он как минимум будет послан в вежливой форме. Как минимум.
Но с детьми типа можно. Взрослые типа лучше знают.
А ребенку плевать, что по железной дороге должен ездить паровоз, и в этом смысл игры. Он хочет сесть в углу на пол и битый час стрелять по невидимым мишеням из изогнутой части этой самой железной дороги.
Пусть стреляет. Ему надо.
Дочь недавно нашла мои носки. За то время, пока она самым бездарным образом губила драгоценное время, которое можно было бы посвятить развивающим занятиям, пока она надевала носки на свои ноги, руки, делала из них шарфик и просто мусолила, я успела вымыть и уложить свои волосы, сделать макияж, помыть посуду и попить чаю. Cделала ребенку спокойную и довольную маму.
У нас соседка жалуется, что ребенок безынициативный. Я смотрю, как они гуляют: «Иди покатайся с горки! Идем на качели! А вот давай мяч побросаем! А вот идем порисуем мелом! А что ты стоишь без дела, давай, хватай самокат!»
Откуда у него инициатива возьмется, если его со стороны постоянно переключают, если он даже не успевает сообразить, нравится ему занятие или нет?
Так вот: играет – не трогай.
А если просто лежит и ногой болтает – тоже. Пусть полежит. Конечно, страшно и ужасно, что он целых полчаса не будет пускать пузыри, делать логопедические упражнения, рисовать, учить буквы или осваивать разнообразные ролевые модели поведения в рамках игры с куклами и зверюшками, но… Но пусть учится сам искать себе занятие, это потом в будущем сильно пригодится.
Вот посмотри на ребенка, который занят якобы какой-то бессмысленной ерундой, прикинь, не опасна ли она, и лови момент – занимайся, чем хочешь, пока твоего внимания не требуют. А уж потом и на полезное можно переключаться. И лучше, когда к этому готовы все участники процесса.
Не я придумала. Но работает «на ура».
Автор: Дарья Ивановская
Художник Светлана Дорошева
В общем, лайфхак такой: если ребенок чем-то занят – не трогай, бога ради.
Тут мы, конечно, делаем оговорку: то, чем он занят, безопасно, не выходит за рамки правил и допустимого в данной ситуации поведения, не ведет к катастрофе.
Ну то есть, если дитя сидит и уже час катает одну и ту же машинку по старой папиной футболке, вытащенной из корзины для грязного белья, то не надо ему предлагать более осмысленные, полезные, развивающие или попросту менее странные занятия. Мать, пусть катает, сядь попей кофе, полежи с книжкой, накрась ногти или просто поковыряй в носу.
Занят – отлично.
Ребенок разобрал пирамидку и полчаса с упорством просто крутит колечки на пальцах. Боже мой, он же ничем не занят! Срочно бросаемся к ребенку, показываем ему, в чем сакральный смысл пирамидки и священный долг играющего (собрать на палочку колечки от большого до маленького), радуемся, что вот теперь игра пошла в полезное русло… ан нет, не пошла, интерес утрачен, мама, иди сюда, мама, хочу то, хочу се, ну вот, оставалось только суп заправить, а теперь дитя на ноге повисло, а ведь сидел бы и играл бы.
Серьезно??
Что интересно, у взрослых есть представление о том, что такое «надо», но также есть и «что хочу, то и делаю». Ну то есть, если ко взрослому человеку в его законный выходной кто-то подойдет со словами «чай пьешь? Ага, молодец, только во-первых, чай не пьют из кофейных чашек, а во-вторых, вот тебе ракетка, иди поиграй в бадминтон, погода хорошая», то он как минимум будет послан в вежливой форме. Как минимум.
Но с детьми типа можно. Взрослые типа лучше знают.
А ребенку плевать, что по железной дороге должен ездить паровоз, и в этом смысл игры. Он хочет сесть в углу на пол и битый час стрелять по невидимым мишеням из изогнутой части этой самой железной дороги.
Пусть стреляет. Ему надо.
Дочь недавно нашла мои носки. За то время, пока она самым бездарным образом губила драгоценное время, которое можно было бы посвятить развивающим занятиям, пока она надевала носки на свои ноги, руки, делала из них шарфик и просто мусолила, я успела вымыть и уложить свои волосы, сделать макияж, помыть посуду и попить чаю. Cделала ребенку спокойную и довольную маму.
У нас соседка жалуется, что ребенок безынициативный. Я смотрю, как они гуляют: «Иди покатайся с горки! Идем на качели! А вот давай мяч побросаем! А вот идем порисуем мелом! А что ты стоишь без дела, давай, хватай самокат!»
Откуда у него инициатива возьмется, если его со стороны постоянно переключают, если он даже не успевает сообразить, нравится ему занятие или нет?
Так вот: играет – не трогай.
А если просто лежит и ногой болтает – тоже. Пусть полежит. Конечно, страшно и ужасно, что он целых полчаса не будет пускать пузыри, делать логопедические упражнения, рисовать, учить буквы или осваивать разнообразные ролевые модели поведения в рамках игры с куклами и зверюшками, но… Но пусть учится сам искать себе занятие, это потом в будущем сильно пригодится.
Вот посмотри на ребенка, который занят якобы какой-то бессмысленной ерундой, прикинь, не опасна ли она, и лови момент – занимайся, чем хочешь, пока твоего внимания не требуют. А уж потом и на полезное можно переключаться. И лучше, когда к этому готовы все участники процесса.
Не я придумала. Но работает «на ура».
Автор: Дарья Ивановская
Художник Светлана Дорошева
Одна из моих любимых целей — это цель задолбаться.
Думаете "Ха-ха, кто такой дурак, кто ставит себе такие цели?" Даю простую технику для самодиагностики:
- Вы задолбались?
Если да, ваша цель - задолбаться.
Ведь это вы, а не кто-то другой выбираете самый сложный способ реализации чего бы то ни было.
Ведь это вы нагрузили себя 6-ю проектами.
Ведь это вы так поставили сроки, чтобы едва получалось дышать.
Welcome to the club! Здрасьте, меня зовут Галина, и моя цель - задолбаться!
А как иначе, если все детство нас учили, что только тот, кто задолбался, тот молодец. А я вот в детстве обожала читать. Я много, очень много читала, постоянно испытывая чувство вины. Потому что читала я, лежа, а знаете, как это в моей семье называлось?
Кто угадает это слово с первой ноты?
Валяться!
Маленькая Галя не читает книгу. Она ВАЛЯЕТСЯ.
- Что ты валяешься?
- Сколько можно валяться?
- О! Опять она валяется! (Почему "она" так неприятно, когда человек стоит в одном метре и говорит про меня?)
А когда полежать хотелось маме или бабушке, они говорили:
- Ох, как я устала! Спина болит, ноги гудят, жопа отваливается. Сейчас немножечко полежу и пойду готовить ужин.
То есть лежать и не испытывать чувство вины можно только тогда, когда ты страшно задолбался и намерен задолбаться еще сильнее. А так как полежать с книжкой хочется, сначала надо поставить цель задолбаться.
Каждый из нас выбирает свой способ задолбаться - кто об работу, кто об уборку, кто об детей. И лечим мы себя, конечно, сказками, что никто кроме меня так не поработает мою работу, так не уберет и так не воспитает детей.
Потому что ни один человек в здравом уме не просыпается с мыслью "Сегодня я намерен задолбаться, возненавидеть свою работу, орать на мужа и детей и ввести всех окружающих в чувство вины. Такой будет у меня день." Мы ловко самообманываемся и идем задалбываться.
Хорошая новость - по-другому бывает.
Плохая - для этого надо собрать много подписей в ваш обходной лист. Разрешение от мамы в вашей голове, от бабушки и всех остальных прочно обосновавшихся там персонажей. Сложнее всего будет получить подпись от себя.
Нельзя же просто так взять и разрешить себе не задалбываться? Мы еще для этого недостаточно устали. Еще есть порох в пороховницах. Мы еще постреляем.
В тех, кто посмел себе такое разрешить, например.
Автор: Галина Иевлева
Думаете "Ха-ха, кто такой дурак, кто ставит себе такие цели?" Даю простую технику для самодиагностики:
- Вы задолбались?
Если да, ваша цель - задолбаться.
Ведь это вы, а не кто-то другой выбираете самый сложный способ реализации чего бы то ни было.
Ведь это вы нагрузили себя 6-ю проектами.
Ведь это вы так поставили сроки, чтобы едва получалось дышать.
Welcome to the club! Здрасьте, меня зовут Галина, и моя цель - задолбаться!
А как иначе, если все детство нас учили, что только тот, кто задолбался, тот молодец. А я вот в детстве обожала читать. Я много, очень много читала, постоянно испытывая чувство вины. Потому что читала я, лежа, а знаете, как это в моей семье называлось?
Кто угадает это слово с первой ноты?
Валяться!
Маленькая Галя не читает книгу. Она ВАЛЯЕТСЯ.
- Что ты валяешься?
- Сколько можно валяться?
- О! Опять она валяется! (Почему "она" так неприятно, когда человек стоит в одном метре и говорит про меня?)
А когда полежать хотелось маме или бабушке, они говорили:
- Ох, как я устала! Спина болит, ноги гудят, жопа отваливается. Сейчас немножечко полежу и пойду готовить ужин.
То есть лежать и не испытывать чувство вины можно только тогда, когда ты страшно задолбался и намерен задолбаться еще сильнее. А так как полежать с книжкой хочется, сначала надо поставить цель задолбаться.
Каждый из нас выбирает свой способ задолбаться - кто об работу, кто об уборку, кто об детей. И лечим мы себя, конечно, сказками, что никто кроме меня так не поработает мою работу, так не уберет и так не воспитает детей.
Потому что ни один человек в здравом уме не просыпается с мыслью "Сегодня я намерен задолбаться, возненавидеть свою работу, орать на мужа и детей и ввести всех окружающих в чувство вины. Такой будет у меня день." Мы ловко самообманываемся и идем задалбываться.
Хорошая новость - по-другому бывает.
Плохая - для этого надо собрать много подписей в ваш обходной лист. Разрешение от мамы в вашей голове, от бабушки и всех остальных прочно обосновавшихся там персонажей. Сложнее всего будет получить подпись от себя.
Нельзя же просто так взять и разрешить себе не задалбываться? Мы еще для этого недостаточно устали. Еще есть порох в пороховницах. Мы еще постреляем.
В тех, кто посмел себе такое разрешить, например.
Автор: Галина Иевлева
Захожу к ребенку, выключить ночник. Аккуратно вытаскиваю книжку из-под щеки — он на ней заснул.
— Это ты, мам? — спрашивает Лега, не просыпаясь.
— Я, зайчик, — говорю я, — пришла тебе свет погасить.
— Как же круто... — вдруг бормочет он из сна, не открывая глаз.
— Чего круто? — улыбаюсь я и глажу его по голове.
А это невозможное одиннадцатилетнее чучело; бухтелка, гундящая, что все ему не так; эта нуделка и предподростковый пессимист, отвечает, так и не проснувшись:
— Как же круто жить...
И я думаю: "Ага. Точно. Как же круто, что мне иногда, на пару секунд, все еще полагается пусть спящий, зато Настоящий ребенок”.
Завтра, когда в семь утра проснется Некто Самый Умный четвертого уровня, у меня будет это маленькое секретное воспоминание, и оно придаст мне сил.
Автор: Вера Дорофеева
Художник Lucy Campbell
— Это ты, мам? — спрашивает Лега, не просыпаясь.
— Я, зайчик, — говорю я, — пришла тебе свет погасить.
— Как же круто... — вдруг бормочет он из сна, не открывая глаз.
— Чего круто? — улыбаюсь я и глажу его по голове.
А это невозможное одиннадцатилетнее чучело; бухтелка, гундящая, что все ему не так; эта нуделка и предподростковый пессимист, отвечает, так и не проснувшись:
— Как же круто жить...
И я думаю: "Ага. Точно. Как же круто, что мне иногда, на пару секунд, все еще полагается пусть спящий, зато Настоящий ребенок”.
Завтра, когда в семь утра проснется Некто Самый Умный четвертого уровня, у меня будет это маленькое секретное воспоминание, и оно придаст мне сил.
Автор: Вера Дорофеева
Художник Lucy Campbell
Мы сами создали общество, которое требует от женщин многого: знать, успевать, совмещать, демонстрировать. А если вдруг не получается, то на тебя с укором смотрят стройные, успешные, улыбчивые женщины из социальных сетей и рекламных объявлений, обвиняя в том, что ты просто недостаточно хорошо стараешься.
Я долго отказывалась признать, что дети и муж – это есть и всегда будет самое важное и самое ценное в моей жизни. Что никакой успех, деньги или известность не компенсируют мне те моменты, в которые я должна была быть с ними и для них, но не сделала этого.
Что вот прямо сейчас моя семья – это все, на что у меня есть время и силы, что они нуждаются во мне и никто другой этого не сможет им дать. И так будет ровно столько, сколько потребуется.
С принятием пришло внутреннее спокойствие и радость от того, к чему раньше была безразлична или даже оно раздражало. На место стыда и чувства вины, страха за упущенные возможности, пришло безграничное чувство благодарности за каждую свободную минуту и за моменты радости и спокойствия.
Это заняло время и потребовало усилий. Вот, что помогло мне на этом пути:
1. Эмоционально повзрослеть: принимать себя и жизнь на 100% со всем спектром эмоций и ситуаций.
2. Признать существующие проблемы у детей и у себя. Чем больше мы прячемся от них, тем масштабнее они становятся.
3. Поставить свое психологическое и физическое здоровье на первое место. «Сначала наденьте маску на себя, потом на ребенка».
4. Взять на себя ответственность только за то, что в нашей зоне, и перестать брать на себя ответственность за то, что вне этой зоны.
5. Верить в то, что ты – лучшая мать для своих детей.
6. Обращаться за помощью и поддержкой к друзьям, семье и специалистам.
7. Опираться на интуицию и чувства.
8. Убрать триггеры стыда.
Действительно, сегодня сложно в материнстве, да и по жизни, быть счастливой. Для этого нужно быть собой, развивать в себе честность, храбрость и уязвимость. Только так можно оказаться по ту сторону беспросветного отчаяния и выбраться из замкнутого круга вины и стыда.
Автор: Lidia Chmel
Я долго отказывалась признать, что дети и муж – это есть и всегда будет самое важное и самое ценное в моей жизни. Что никакой успех, деньги или известность не компенсируют мне те моменты, в которые я должна была быть с ними и для них, но не сделала этого.
Что вот прямо сейчас моя семья – это все, на что у меня есть время и силы, что они нуждаются во мне и никто другой этого не сможет им дать. И так будет ровно столько, сколько потребуется.
С принятием пришло внутреннее спокойствие и радость от того, к чему раньше была безразлична или даже оно раздражало. На место стыда и чувства вины, страха за упущенные возможности, пришло безграничное чувство благодарности за каждую свободную минуту и за моменты радости и спокойствия.
Это заняло время и потребовало усилий. Вот, что помогло мне на этом пути:
1. Эмоционально повзрослеть: принимать себя и жизнь на 100% со всем спектром эмоций и ситуаций.
2. Признать существующие проблемы у детей и у себя. Чем больше мы прячемся от них, тем масштабнее они становятся.
3. Поставить свое психологическое и физическое здоровье на первое место. «Сначала наденьте маску на себя, потом на ребенка».
4. Взять на себя ответственность только за то, что в нашей зоне, и перестать брать на себя ответственность за то, что вне этой зоны.
5. Верить в то, что ты – лучшая мать для своих детей.
6. Обращаться за помощью и поддержкой к друзьям, семье и специалистам.
7. Опираться на интуицию и чувства.
8. Убрать триггеры стыда.
Действительно, сегодня сложно в материнстве, да и по жизни, быть счастливой. Для этого нужно быть собой, развивать в себе честность, храбрость и уязвимость. Только так можно оказаться по ту сторону беспросветного отчаяния и выбраться из замкнутого круга вины и стыда.
Автор: Lidia Chmel
Как научить ребенка «глотать лягушку»
Если темным ноябрьским утром ребенок не хочет вставать и идти в детский сад, мы можем на него сердиться, а можем признать, что это действительно неприятно, и нам самим вставать и куда-то идти тоже не хочется. Соответственно, мы можем помочь ему как-то скрасить эту ситуацию. Для себя мы покупаем особенный, самый любимый сорт кофе, теплый пушистый халат, в котором не холодно сидеть на кухне, ставим веселую музыку. Мы не стоим рядом с собой с кнутом и не кричим на себя: «Ну-ка быстро встала! И хватит ныть!». А стараемся как-то мотивировать себя. То же самое работает и с детьми, поверьте.
Главный вопрос, который вы должны в этот момент себе задать, это не «Как мне его заставить?», а «Как я могу ему помочь?».
Вообще, конечно, встречаются люди, которые вот этой поддержки в детстве не получали, а слышали только: «Соберись, тряпка! Встал и пошел!». С этим, по-хорошему, нужно идти к психологу, но обычно взрослые недолюбленные мальчики и девочки с такими проблемами попадают сразу к кардиологу или гастроэнтерологу с инфарктом и язвой, соответственно.
У американцев есть такое выражение — «съесть лягушку». Оно означает — сделать что-то неприятное и поскорее отвязаться от этого. И знаете что? Самый важный навык этой нашей взрослой жизни — это умение «съесть лягушку». Бывает такое, что не хочется что-то делать, куда-то идти, но мы научились эту лягушку «съедать», не разрушаясь. А есть люди, которые в процессе поедания очень страдают. Пробки — все, конец света, они всех ненавидят. Что-то пошло не так — отчаяние, гнев. Это не очень хороший способ жить. Взрослый человек должен уметь «глотать лягушек». Лягушку можно быстро проглотить и забыть, а можно устроить длительную историю.
Так или иначе, мы с собой никогда не действуем только кнутом.
Есть лягушки, которых мы «едим» за вознаграждение. Классический пример — это работа. Вам не всегда хочется туда идти, но поскольку вы знаете, что вас там ждет зарплата, вы лягушку «съедаете». А вот если, скажем, вам вдруг перестанут платить зарплату — мотивация резко снизится.
Один из самых простых способов научиться «глотать лягушку» — это выработать привычку. Всем известно, что, когда ты что-то делаешь достаточно долго, в мозге вырабатывается устойчивая связь, и тебе становится уже некомфортно, если ты этого не делаешь. Предположим, вы привыкли принимать душ перед сном и делаете это ежедневно, а потом вдруг попадаете в место, где нет горячей воды… И вам некомфортно, вы не можете заснуть. Не потому, что вы грязный, а просто это то, к чему вы привыкли.
Когда дорожка протаптывается, и привычка вырабатывается, гораздо большей издержкой для нас становится ее нарушить.
И получается, что для нас проще сделать, чем не сделать. Именно поэтому так важно научить ребенка «есть лягушку»!
Людмила Петрановская
Если темным ноябрьским утром ребенок не хочет вставать и идти в детский сад, мы можем на него сердиться, а можем признать, что это действительно неприятно, и нам самим вставать и куда-то идти тоже не хочется. Соответственно, мы можем помочь ему как-то скрасить эту ситуацию. Для себя мы покупаем особенный, самый любимый сорт кофе, теплый пушистый халат, в котором не холодно сидеть на кухне, ставим веселую музыку. Мы не стоим рядом с собой с кнутом и не кричим на себя: «Ну-ка быстро встала! И хватит ныть!». А стараемся как-то мотивировать себя. То же самое работает и с детьми, поверьте.
Главный вопрос, который вы должны в этот момент себе задать, это не «Как мне его заставить?», а «Как я могу ему помочь?».
Вообще, конечно, встречаются люди, которые вот этой поддержки в детстве не получали, а слышали только: «Соберись, тряпка! Встал и пошел!». С этим, по-хорошему, нужно идти к психологу, но обычно взрослые недолюбленные мальчики и девочки с такими проблемами попадают сразу к кардиологу или гастроэнтерологу с инфарктом и язвой, соответственно.
У американцев есть такое выражение — «съесть лягушку». Оно означает — сделать что-то неприятное и поскорее отвязаться от этого. И знаете что? Самый важный навык этой нашей взрослой жизни — это умение «съесть лягушку». Бывает такое, что не хочется что-то делать, куда-то идти, но мы научились эту лягушку «съедать», не разрушаясь. А есть люди, которые в процессе поедания очень страдают. Пробки — все, конец света, они всех ненавидят. Что-то пошло не так — отчаяние, гнев. Это не очень хороший способ жить. Взрослый человек должен уметь «глотать лягушек». Лягушку можно быстро проглотить и забыть, а можно устроить длительную историю.
Так или иначе, мы с собой никогда не действуем только кнутом.
Есть лягушки, которых мы «едим» за вознаграждение. Классический пример — это работа. Вам не всегда хочется туда идти, но поскольку вы знаете, что вас там ждет зарплата, вы лягушку «съедаете». А вот если, скажем, вам вдруг перестанут платить зарплату — мотивация резко снизится.
Один из самых простых способов научиться «глотать лягушку» — это выработать привычку. Всем известно, что, когда ты что-то делаешь достаточно долго, в мозге вырабатывается устойчивая связь, и тебе становится уже некомфортно, если ты этого не делаешь. Предположим, вы привыкли принимать душ перед сном и делаете это ежедневно, а потом вдруг попадаете в место, где нет горячей воды… И вам некомфортно, вы не можете заснуть. Не потому, что вы грязный, а просто это то, к чему вы привыкли.
Когда дорожка протаптывается, и привычка вырабатывается, гораздо большей издержкой для нас становится ее нарушить.
И получается, что для нас проще сделать, чем не сделать. Именно поэтому так важно научить ребенка «есть лягушку»!
Людмила Петрановская
Младшему брату было тогда годика три, мне одиннадцать. Мы большой толпой играли на даче у пруда, а потом решили пойти в гости к одному из ребят. По дороге мы придуривались, бегали друг за другом, улюлюкали — вели себя как обыкновенные щенки. Всем кагалом мы с шумом ворвались на участок приятеля, нарвали яблок и набились в дом, который от неожиданности охнул и распахнул окна. Или это кто-то из нас распахнул окна, но дом точно охнул. И только тут я заметил, что брата нет.
Я выскочил на крыльцо. Закапал дождь. На участке малыша не было. Я бросился к калитке, распахнул ее и увидел брата. Он стоял, не шевелясь, не прячась от дождя (да и не умея, видимо), не плача, стоял точно на том же месте, где я его забыл, а кто-то не глядя захлопнул перед ним калитку, стоял молча, ожидая, когда за ним вернутся. А брат в то время был невероятно хорошенький, пухленький, с большими чёрными пуговицами глаз…
…Шёл второй тайм. Я смотрел футбол на кухне, специально не включая свет, чтобы не выдавать своего присутствия Артёму. За день я что-то изрядно вымотался, хотелось качественно отключить мозг, а это у меня получается только перед телевизором, когда там футбол. Но сын пришёл на звук. Он звал меня в детскую, где сломалась железная дорога. Я отказывался. Артём звал. Остроклювая ворона у меня внутри больно клюнула под сердце и расправила крылья.
— Дай мне хоть раз посмотреть футбол нормально! — закричал я.
Артём не заплакал.
— Папа, почему ты на меня кричишь? — спросил он с гоголевской интонацией Башмачкина. Маленький человек посреди темной кухни.
Я выключил телевизор, и мы пошли в детскую. Мы чинили железную дорогу, а я все думал, почему Артём не заплакал. Ком у меня в горле все никак не исчезал. Я снова оказался по другую сторону калитки, как много лет назад.
Сколько простоял Артём там, под моими холодными словами, ожидая, пока за ним вернутся? Чем измерить это время?
Матч закончился ноль-ноль, как я потом узнал. У меня с остроклювой вороной тоже была вроде бы как ничья, ведь я же исправился. Только меня это не очень радовало.
Я понимал, что если продолжу проигрывать чёрной птице у себя внутри, то однажды калитка зарастёт забором, на котором так любят сидеть остроклювые вороны.
Автор Олег Батлук https://www.facebook.com/oleg.batluk
Я выскочил на крыльцо. Закапал дождь. На участке малыша не было. Я бросился к калитке, распахнул ее и увидел брата. Он стоял, не шевелясь, не прячась от дождя (да и не умея, видимо), не плача, стоял точно на том же месте, где я его забыл, а кто-то не глядя захлопнул перед ним калитку, стоял молча, ожидая, когда за ним вернутся. А брат в то время был невероятно хорошенький, пухленький, с большими чёрными пуговицами глаз…
…Шёл второй тайм. Я смотрел футбол на кухне, специально не включая свет, чтобы не выдавать своего присутствия Артёму. За день я что-то изрядно вымотался, хотелось качественно отключить мозг, а это у меня получается только перед телевизором, когда там футбол. Но сын пришёл на звук. Он звал меня в детскую, где сломалась железная дорога. Я отказывался. Артём звал. Остроклювая ворона у меня внутри больно клюнула под сердце и расправила крылья.
— Дай мне хоть раз посмотреть футбол нормально! — закричал я.
Артём не заплакал.
— Папа, почему ты на меня кричишь? — спросил он с гоголевской интонацией Башмачкина. Маленький человек посреди темной кухни.
Я выключил телевизор, и мы пошли в детскую. Мы чинили железную дорогу, а я все думал, почему Артём не заплакал. Ком у меня в горле все никак не исчезал. Я снова оказался по другую сторону калитки, как много лет назад.
Сколько простоял Артём там, под моими холодными словами, ожидая, пока за ним вернутся? Чем измерить это время?
Матч закончился ноль-ноль, как я потом узнал. У меня с остроклювой вороной тоже была вроде бы как ничья, ведь я же исправился. Только меня это не очень радовало.
Я понимал, что если продолжу проигрывать чёрной птице у себя внутри, то однажды калитка зарастёт забором, на котором так любят сидеть остроклювые вороны.
Автор Олег Батлук https://www.facebook.com/oleg.batluk
За каждой историей успеха стоит человек, поверивший в твой талант
Так нелегко поверить в то, что ты способен, если большую часть жизни встречался лишь с чьими-то критикой, разочарованием и скепсисом, ставшими потом частью твоей внутренней жизни. Так непросто двигаться к успеху, пробовать, рисковать, опираясь лишь на этих "трёх сестёр". Нужно ещё что-то, например, чей-то нечаянный интерес к твоей персоне, или хотя бы чей-то воодушевляющий, почему-то верящий в тебя взгляд. Видящий в тебе то, что самому ещё совсем не очевидно. Даже если в этот подлинный интерес к твоим талантам не поверить, не принять, не сделать своим. Но при этом чужая и неуклонная вера нежданно попадает в тебя животворящей каплей, удивлением от встречи с другим "зеркалом", зерном, способным прорасти и стать деревом твоего успеха. При условии, конечно, если ты сможешь распорядиться этим сокровищем.
Ирина Млодик
Так нелегко поверить в то, что ты способен, если большую часть жизни встречался лишь с чьими-то критикой, разочарованием и скепсисом, ставшими потом частью твоей внутренней жизни. Так непросто двигаться к успеху, пробовать, рисковать, опираясь лишь на этих "трёх сестёр". Нужно ещё что-то, например, чей-то нечаянный интерес к твоей персоне, или хотя бы чей-то воодушевляющий, почему-то верящий в тебя взгляд. Видящий в тебе то, что самому ещё совсем не очевидно. Даже если в этот подлинный интерес к твоим талантам не поверить, не принять, не сделать своим. Но при этом чужая и неуклонная вера нежданно попадает в тебя животворящей каплей, удивлением от встречи с другим "зеркалом", зерном, способным прорасти и стать деревом твоего успеха. При условии, конечно, если ты сможешь распорядиться этим сокровищем.
Ирина Млодик
Читали книжку «Пять языков любви»? Ну может, хотя бы слышали? Интересная.
Там рассказывается, что все мы по-разному выражаем свою любовь и по-разному ее отдаём: кто-то словами поддержки, кто-то прикосновениями, кто-то временем, проведённым вместе, подарками, заботой.
Я открыла шестой язык любви. Это еда. И выдайте мне премию за находку, за вклад в психологическую науку.
Не знаю, как там на западе, а у нас еда - самый мощный язык, на котором разговаривает любовь. Чаще любовь женская. А уж если быть честными, то обычно материнская. Упакованная в боксы и контейнеры ласка, завернутая в фольгу забота, подогретые в духовке чувства.
Вот девушка в постродовой депрессии спасается едой свекрови. Бульончиком в баночке, котлетками, ещё тёплыми с дороги, ежедневным газопроводом домашнего компота. Рассказывает, что больше ничего и нужно было, ее поддержали на все сто. Совпали невестка со свекровью языками, нашли точку соприкосновения где-то в недрах оливье.
Помню, как сама вздрогнула, когда мужу диагностировали язву. Вздрогнула скорее радостно, еще не понимая почему. Изучила стол номер два, распечатала рецепты ленивых вареников и десять вариантов овсянки. Каждый день выдавала с собой на работу упаковку кефира и ровно в 16 делала контрольный в голову – выпил ли.
Однажды залезла в багажник его машины и обнаружила штук десять невскрытых и разбухших на жаре упаковок кефира. Онемела от отчаяния и судорожно начала вспоминать адрес загса, где оформляют развод по срочному тарифу. Потому что это не кефир испортился за ненадобностью, а всё моё отношение скисло и просрочилось.
Муж потупил глаза и объяснил, что ему такая любовь непонятна и больше бесит, чем радует. Что язва на нервной почве растет скорее, чем заживает от правильного питания. И что нам придется искать другие языки для общения. Этот иностранный и вообще иероглифами.
Еще одна знакомая, совсем девчонка отфыркивается, как гнедой конь, каждый раз, когда мама звонит из родного ПГТ и интересуется, что дочунька ела на ужин. Рукколу зовет одуванчиком, а тартар тыр-тыром. Передает через проводницу банки малосольных огурцов и лохматую молодую картошку с огорода. И фыркает девочка не потому что плохая, неблагодарная, а потому что огурцы в банке – это про родительскую опеку, из-под которой только-только выпорхнула. Потому что сейчас руккола и тар-тар.
Вот пройдут годы, сотрутся каблуки от столичной плитки, вчерашний мальчик-коллега вдруг окажется мужем и однажды утром начнется токсикоз. И вот тогда эта девочка снова вспомнит, что мама ее любит. Что забота живет внутри огуречной мякоти, кислит, горчит, но даёт насытиться.
Мы все говорим разным тоном и разным лексиконом, с разными людьми и в разное время. И еще иногда мы говорим не словами и даже не прикосновениями. Иногда мы разговариваем котлетами. Особенно женщины. И чаще всего, мамы.
Лёля Тарасевич https://www.facebook.com/lelya.tarasevich
Художник Soosh
Там рассказывается, что все мы по-разному выражаем свою любовь и по-разному ее отдаём: кто-то словами поддержки, кто-то прикосновениями, кто-то временем, проведённым вместе, подарками, заботой.
Я открыла шестой язык любви. Это еда. И выдайте мне премию за находку, за вклад в психологическую науку.
Не знаю, как там на западе, а у нас еда - самый мощный язык, на котором разговаривает любовь. Чаще любовь женская. А уж если быть честными, то обычно материнская. Упакованная в боксы и контейнеры ласка, завернутая в фольгу забота, подогретые в духовке чувства.
Вот девушка в постродовой депрессии спасается едой свекрови. Бульончиком в баночке, котлетками, ещё тёплыми с дороги, ежедневным газопроводом домашнего компота. Рассказывает, что больше ничего и нужно было, ее поддержали на все сто. Совпали невестка со свекровью языками, нашли точку соприкосновения где-то в недрах оливье.
Помню, как сама вздрогнула, когда мужу диагностировали язву. Вздрогнула скорее радостно, еще не понимая почему. Изучила стол номер два, распечатала рецепты ленивых вареников и десять вариантов овсянки. Каждый день выдавала с собой на работу упаковку кефира и ровно в 16 делала контрольный в голову – выпил ли.
Однажды залезла в багажник его машины и обнаружила штук десять невскрытых и разбухших на жаре упаковок кефира. Онемела от отчаяния и судорожно начала вспоминать адрес загса, где оформляют развод по срочному тарифу. Потому что это не кефир испортился за ненадобностью, а всё моё отношение скисло и просрочилось.
Муж потупил глаза и объяснил, что ему такая любовь непонятна и больше бесит, чем радует. Что язва на нервной почве растет скорее, чем заживает от правильного питания. И что нам придется искать другие языки для общения. Этот иностранный и вообще иероглифами.
Еще одна знакомая, совсем девчонка отфыркивается, как гнедой конь, каждый раз, когда мама звонит из родного ПГТ и интересуется, что дочунька ела на ужин. Рукколу зовет одуванчиком, а тартар тыр-тыром. Передает через проводницу банки малосольных огурцов и лохматую молодую картошку с огорода. И фыркает девочка не потому что плохая, неблагодарная, а потому что огурцы в банке – это про родительскую опеку, из-под которой только-только выпорхнула. Потому что сейчас руккола и тар-тар.
Вот пройдут годы, сотрутся каблуки от столичной плитки, вчерашний мальчик-коллега вдруг окажется мужем и однажды утром начнется токсикоз. И вот тогда эта девочка снова вспомнит, что мама ее любит. Что забота живет внутри огуречной мякоти, кислит, горчит, но даёт насытиться.
Мы все говорим разным тоном и разным лексиконом, с разными людьми и в разное время. И еще иногда мы говорим не словами и даже не прикосновениями. Иногда мы разговариваем котлетами. Особенно женщины. И чаще всего, мамы.
Лёля Тарасевич https://www.facebook.com/lelya.tarasevich
Художник Soosh
Дайте человеку сказать то,
что он хочет сказать. А потом можно реагировать. А не наоборот, как сегодня в магазине. Некрасивый бедно одетый мужчина, и не сильно трезвый, потрогал женщину за плечо. Сзади подошёл, потрогал за плечо и хотел что-то сказать. А женщина на него заорала грубо так. Мол, отвяжись, чего надо? Она была раздражена чем-то, видимо.
Мужчина отпрянул испуганно. Растерялся. И протянул тысячную купюру. Пробормотал: «вы обронили только что у кассы!». И пошёл.
Женщина стояла с этой тысячей в руке. Как дура, извините. Ей неудобно было. Она даже не поблагодарила, потому что ей было неудобно. Она покраснела. Она не злая, просто нервная, как все мы.
Дайте человеку сказать. И лично, и по телефону. И в сети не пишите гневные сообщения сразу, ещё не получив обратной связи. А мы часто этим грешим. Вот буквально пять минут иногда надо подождать. И получить тысячную купюру. Или просто - не испортить настроение себе и другим. Или просто - не потерять близкого человека.
Анна Кирьянова https://zen.yandex.ru/id/5af5d5e94bf1619ffff86aa9
что он хочет сказать. А потом можно реагировать. А не наоборот, как сегодня в магазине. Некрасивый бедно одетый мужчина, и не сильно трезвый, потрогал женщину за плечо. Сзади подошёл, потрогал за плечо и хотел что-то сказать. А женщина на него заорала грубо так. Мол, отвяжись, чего надо? Она была раздражена чем-то, видимо.
Мужчина отпрянул испуганно. Растерялся. И протянул тысячную купюру. Пробормотал: «вы обронили только что у кассы!». И пошёл.
Женщина стояла с этой тысячей в руке. Как дура, извините. Ей неудобно было. Она даже не поблагодарила, потому что ей было неудобно. Она покраснела. Она не злая, просто нервная, как все мы.
Дайте человеку сказать. И лично, и по телефону. И в сети не пишите гневные сообщения сразу, ещё не получив обратной связи. А мы часто этим грешим. Вот буквально пять минут иногда надо подождать. И получить тысячную купюру. Или просто - не испортить настроение себе и другим. Или просто - не потерять близкого человека.
Анна Кирьянова https://zen.yandex.ru/id/5af5d5e94bf1619ffff86aa9
О любви
- Мам! А ты чего-то боялась?
- Да. И сейчас боюсь.
- А ты смелой такой казалась.
- Ну да, я над страхом смеюсь.
- А ты совершала ошибки когда-то?
- О! И ещё какие. Ошибки - мои ордена и заплаты. И мелкие, и дорогие.
- А ты, правда, когда малышкой была, маму свою любила?
- Люблю и сейчас, и когда росла. Любовь - это крылья и сила.
- А ты будешь жить со мной вечно?
- Нет. Но жила бы, если б могла. А Любовь моя бесконечна. И будет с тобой, куда бы ни шла.
- Мам, а Любовь свою я пойму? Как так - любить - получается? ...Мам, а слезы в глазах почему?
- Потому что Любовь вся в меня не вмещается...
Светлана Ройз
- Мам! А ты чего-то боялась?
- Да. И сейчас боюсь.
- А ты смелой такой казалась.
- Ну да, я над страхом смеюсь.
- А ты совершала ошибки когда-то?
- О! И ещё какие. Ошибки - мои ордена и заплаты. И мелкие, и дорогие.
- А ты, правда, когда малышкой была, маму свою любила?
- Люблю и сейчас, и когда росла. Любовь - это крылья и сила.
- А ты будешь жить со мной вечно?
- Нет. Но жила бы, если б могла. А Любовь моя бесконечна. И будет с тобой, куда бы ни шла.
- Мам, а Любовь свою я пойму? Как так - любить - получается? ...Мам, а слезы в глазах почему?
- Потому что Любовь вся в меня не вмещается...
Светлана Ройз
Пока подруги рожали детей, она делала карьеру. Потом путешествовала. Потом встретила будущего мужа. И только тогда стала мамой.
«У меня не было большого желания смириться, переехать в пригород в дом с гаражом на две машины и забить его детскими игрушками», — объясняет телевизионный продюсер Джо Мэтисон. Своего сына она родила в 41 год — и говорит, что возраст лишь помогает ей быть хорошей мамой.
«Сразу после колледжа, когда все мои друзья и младшая сестра ходили на свидания, я начинала свою карьеру. Потом, когда они играли свадьбы и окунались в семейную жизнь, я была занята работой и путешествиями. У меня не было большого желания смириться, переехать в пригород в дом с гаражом на две машины и забить его детскими игрушками. Я хотела большего.
Я смотрела мир, гуляла на вечеринках ночи напролет, видела шторм, не отвечала ни за кого, кроме себя, и могла в любой момент прыгнуть в машину и уехать куда угодно.
Потом я встретила своего будущего мужа. Мне было 39 лет, и это было не первое предложение выйти замуж, но первое, которое я приняла. Муж заставил меня захотеть успокоиться. Он настаивал, чтобы мы каждый вечер ужинали дома. Построил дом. Мы обсуждали возможность родить ребенка, но меня в любом случае все устраивало. У него уже был сын.
А потом я забеременела. Да, мы все для этого делали, но все равно это был шок. Я всегда была в ответе только за себя, а теперь внутри меня появилась маленькая жизнь. Мне был 41 год, когда я впервые взяла его в свои объятия, и мое сердце уже никогда не будет прежним.
Я считаю себя хорошей мамой из-за своего возраста, потому что я была уже рядом с точкой невозврата. Мне знаком этот стресс, я знаю, как быстро летит время на нашей планете. Когда мой сын просит поиграть с ним в баскетбол на заднем дворе, я мгновенно зашнуровываю кроссовки, потому что знаю: не успею я и глазом моргнуть, как мой маленький баскетболист будет уже собирать чемоданы в колледж.
Когда он просит меня полежать с ним, пока он не заснет, я засыпаю рядом. Когда он не хочет спать всю ночь, я рядом. И когда он хочет пригласить на ночевку пятерых своих лучших друзей, мы достаем спальные мешки и готовим бутерброды.
Когда сыну было около 4 лет и он бегал из дома во двор и обратно, пока я умывалась, по радио заиграла песня «Ты можешь все пропустить» Трейса Адкинса. Я слушала, и по моему лицу катилась слеза. Я видела следы от обуви на ковре, который только что почистила, и поняла, что это тот самый момент, который я могу упустить, если сосредоточусь не на том. И я решила не упускать ни минуты из чудесного дара быть мамой. Особенно — «старой» мамой».
Автор: Джо Мэтисон
Источник: today.com
«У меня не было большого желания смириться, переехать в пригород в дом с гаражом на две машины и забить его детскими игрушками», — объясняет телевизионный продюсер Джо Мэтисон. Своего сына она родила в 41 год — и говорит, что возраст лишь помогает ей быть хорошей мамой.
«Сразу после колледжа, когда все мои друзья и младшая сестра ходили на свидания, я начинала свою карьеру. Потом, когда они играли свадьбы и окунались в семейную жизнь, я была занята работой и путешествиями. У меня не было большого желания смириться, переехать в пригород в дом с гаражом на две машины и забить его детскими игрушками. Я хотела большего.
Я смотрела мир, гуляла на вечеринках ночи напролет, видела шторм, не отвечала ни за кого, кроме себя, и могла в любой момент прыгнуть в машину и уехать куда угодно.
Потом я встретила своего будущего мужа. Мне было 39 лет, и это было не первое предложение выйти замуж, но первое, которое я приняла. Муж заставил меня захотеть успокоиться. Он настаивал, чтобы мы каждый вечер ужинали дома. Построил дом. Мы обсуждали возможность родить ребенка, но меня в любом случае все устраивало. У него уже был сын.
А потом я забеременела. Да, мы все для этого делали, но все равно это был шок. Я всегда была в ответе только за себя, а теперь внутри меня появилась маленькая жизнь. Мне был 41 год, когда я впервые взяла его в свои объятия, и мое сердце уже никогда не будет прежним.
Я считаю себя хорошей мамой из-за своего возраста, потому что я была уже рядом с точкой невозврата. Мне знаком этот стресс, я знаю, как быстро летит время на нашей планете. Когда мой сын просит поиграть с ним в баскетбол на заднем дворе, я мгновенно зашнуровываю кроссовки, потому что знаю: не успею я и глазом моргнуть, как мой маленький баскетболист будет уже собирать чемоданы в колледж.
Когда он просит меня полежать с ним, пока он не заснет, я засыпаю рядом. Когда он не хочет спать всю ночь, я рядом. И когда он хочет пригласить на ночевку пятерых своих лучших друзей, мы достаем спальные мешки и готовим бутерброды.
Когда сыну было около 4 лет и он бегал из дома во двор и обратно, пока я умывалась, по радио заиграла песня «Ты можешь все пропустить» Трейса Адкинса. Я слушала, и по моему лицу катилась слеза. Я видела следы от обуви на ковре, который только что почистила, и поняла, что это тот самый момент, который я могу упустить, если сосредоточусь не на том. И я решила не упускать ни минуты из чудесного дара быть мамой. Особенно — «старой» мамой».
Автор: Джо Мэтисон
Источник: today.com
Когда мы с дочкой Кирой улетали в Армению, она подошла к делу серьезно. Если даже у нее, шестилетней, есть паспорт – значит, нужен и ее кукле Насте. Нарисовала «фотографию», вписала туда полное имя куклы – Анастасия Леонидовна Троицкая (не спрашивайте, не знаю, откуда эти отчество-фамилия).
И вот мы на паспортном контроле в Шереметьево, за стеклом – обычная хмурая тетка. Ну все мы их знаем, все их боимся – как советских гебистов боялись. Тетка берет паспорта – Киры и мой. Задает пару дежурных вопросов. Стучит в паспортах стальной машинкой: проходите.
Вдруг Кира говорит мне: «А как же паспорт Насти?». Она держала его в руках, она его приготовила. И я знаю, что надо быстро идти, сказать дочке, что за нами большая очередь, а Настю и так пропустят, это ж граница страны, здесь не женщины, а люди в погонах с холодными звездами. Тетка видит заминку: «Что такое?». Я понимаю, что это, блин, смертельный номер, но мы протягиваем розовенький паспорт Насти: тут вот у нас для куклы еще….
Тетка отвечает: «Так давайте, я посмотрю». И улыбается. Да, блин, она улыбается. Она действительно смотрит Кирину разрисованную бумажку, сложенную вдвое. Мало того, она говорит: "Сделаем как положено". И ставит в розовый паспорт свой розовый штампик. Вот этой стальной машинкой – штампик в кукольный паспорт. На государственной границе России. Где люди в погонах с холодными звездами.
Если бы не барьер и стекло – я бы эту женщину расцеловал.
Алексей Беляков
И вот мы на паспортном контроле в Шереметьево, за стеклом – обычная хмурая тетка. Ну все мы их знаем, все их боимся – как советских гебистов боялись. Тетка берет паспорта – Киры и мой. Задает пару дежурных вопросов. Стучит в паспортах стальной машинкой: проходите.
Вдруг Кира говорит мне: «А как же паспорт Насти?». Она держала его в руках, она его приготовила. И я знаю, что надо быстро идти, сказать дочке, что за нами большая очередь, а Настю и так пропустят, это ж граница страны, здесь не женщины, а люди в погонах с холодными звездами. Тетка видит заминку: «Что такое?». Я понимаю, что это, блин, смертельный номер, но мы протягиваем розовенький паспорт Насти: тут вот у нас для куклы еще….
Тетка отвечает: «Так давайте, я посмотрю». И улыбается. Да, блин, она улыбается. Она действительно смотрит Кирину разрисованную бумажку, сложенную вдвое. Мало того, она говорит: "Сделаем как положено". И ставит в розовый паспорт свой розовый штампик. Вот этой стальной машинкой – штампик в кукольный паспорт. На государственной границе России. Где люди в погонах с холодными звездами.
Если бы не барьер и стекло – я бы эту женщину расцеловал.
Алексей Беляков
Хвали! Даже если хочется плакать!
Скажу честно — я родителям не помогала.
Точнее, когда-то, в очень раннем возрасте я пыталась, но им это не нравилось. Не нравилось, когда я плевала на носовой платок и «до блеска» терла окна на кухне. «Только вчера все отмыла, — горько вздыхала мама, — а теперь все заново! Шла бы ты лучше играть».
Не нравилось, когда я мыла холодной водой посуду, и она оставалась жирной. «Отойди, я лучше сама», — подталкивала меня мама к выходу. Не нравилось, когда я садилась лепить с ней пельмени и «переводила» половину теста и мяса. «Не мешай!» — сердилась она.
Нет, мама не хотела меня обидеть. Она хотела как лучше. Сделать все быстрее и идти со мной гулять. У нее было еще столько дел! И я перестала мешать. Я вообще перестала что-то пытаться делать по дому. Это она мне рассказывала уже тогда, когда я стала взрослой. «Если бы все вернуть назад!», — вздыхает она сейчас. Я и готовить, собственно, научилась, только когда вышла замуж. Одна моя подруга до сих вспоминает, как я звонила ей и шептала в трубку, чтобы муж не слышал: «Оль! Скажи, как варить бульон».
А еще помню, свекровь, бабушка Катя, женщина простая, выросшая деревне, в многодетной семье, как-то сказала мне: «Пусть всегда помогают, даже если мешают. И хвали! Хвали! Даже если от помощи хочется плакать!». Я видела, как она хвалила внучек, когда они помогали ей жарить котлеты, и весь стол, кухня, занавески, об которые кто-то вытер в кулинарном запале руки, были в фарше.
— Смотри, это Сонечка (наша вторая) полностью сама приготовила, — показывала мне бабушка Катя какие-то бесформенные угольки. А потом на радость внучке героически их съела. Все, до единого! И на ее лице не дрогнул ни один мускул. А я с ужасом смотрела на нее и думала: «Отравится или нет? Вроде жива…».
Она хвалила их, когда они сами накрывали на стол для чаепития и разливали по блюдечкам варенье. Приглашали ее к столу, она садилась на табуретку и понимала, что ее новая юбка прилипла. И что варенье не только на этой табуретке, но и на полу.
— Какой у вас вкусный чай, — нахваливала бабушка Катя.
— Можно еще вареньица?
— Можно! — радовалась Дуня (третья) и тут же переворачивала полбанки на стол.
Бабушка со слезами на глазах хвалила их, когда они помогали ей на даче полоть сорняки и выпалывали половину клубники.
— Какие молодцы, — незаметно вытирая глаза, говорила она. — Не грядка, а паркет. Ни одной травинки.
И дочки радовались… Как же они радовались! И как хотели еще помогать. Кричали наперебой: «Бабушка, что еще для тебя сделать?». А она улыбалась. И как им нравится помогать второй своей бабушке, моей маме, лепить пельмени. Ее уже не волнует, что девчонки «переведут» фарш с тестом. Наверное, это приходит с годами.
Не буду делать глубокомысленных выводов и рассказывать, как нужно воспитывать детей. Каждая мама знает сама. Да и не помудрела я пока для этого. Но жизнь сделала все за меня: у нас четверо детей, и ясно, что без их помощи я просто не справлюсь. Да, пока они научатся, я выпью не один пузырек валерьянки, но другого пути, видимо, нет.
Кстати, старшая Варя уже может все! Она моя главная опора и поддержка. Правда, научила ее этому не я. Просто когда рождались ее младшие сестренки, ей пришлось многое делать самой. И ей это нравилось. Детям вообще важно чувствовать, что они могут нам помочь и сделать что-то «взрослое».
Мне проще самой погладить белье, чем доверить его Соне, которая преданно заглядывает мне в глаза:
— Мама, а можно я?
— Да, можно!
Как же она сияет. Она же гладит, как взрослая! И тут же прожигает дыру на своей кружевной блузке. А я… Я почти взрываюсь и хочу отнять у нее утюг… но вспоминаю слова моей мамы: «Если бы вернуть все назад!».. И бабушки Кати: «Хвали! Даже если хочется плакать!».
Автор: Елена Кучеренко
Скажу честно — я родителям не помогала.
Точнее, когда-то, в очень раннем возрасте я пыталась, но им это не нравилось. Не нравилось, когда я плевала на носовой платок и «до блеска» терла окна на кухне. «Только вчера все отмыла, — горько вздыхала мама, — а теперь все заново! Шла бы ты лучше играть».
Не нравилось, когда я мыла холодной водой посуду, и она оставалась жирной. «Отойди, я лучше сама», — подталкивала меня мама к выходу. Не нравилось, когда я садилась лепить с ней пельмени и «переводила» половину теста и мяса. «Не мешай!» — сердилась она.
Нет, мама не хотела меня обидеть. Она хотела как лучше. Сделать все быстрее и идти со мной гулять. У нее было еще столько дел! И я перестала мешать. Я вообще перестала что-то пытаться делать по дому. Это она мне рассказывала уже тогда, когда я стала взрослой. «Если бы все вернуть назад!», — вздыхает она сейчас. Я и готовить, собственно, научилась, только когда вышла замуж. Одна моя подруга до сих вспоминает, как я звонила ей и шептала в трубку, чтобы муж не слышал: «Оль! Скажи, как варить бульон».
А еще помню, свекровь, бабушка Катя, женщина простая, выросшая деревне, в многодетной семье, как-то сказала мне: «Пусть всегда помогают, даже если мешают. И хвали! Хвали! Даже если от помощи хочется плакать!». Я видела, как она хвалила внучек, когда они помогали ей жарить котлеты, и весь стол, кухня, занавески, об которые кто-то вытер в кулинарном запале руки, были в фарше.
— Смотри, это Сонечка (наша вторая) полностью сама приготовила, — показывала мне бабушка Катя какие-то бесформенные угольки. А потом на радость внучке героически их съела. Все, до единого! И на ее лице не дрогнул ни один мускул. А я с ужасом смотрела на нее и думала: «Отравится или нет? Вроде жива…».
Она хвалила их, когда они сами накрывали на стол для чаепития и разливали по блюдечкам варенье. Приглашали ее к столу, она садилась на табуретку и понимала, что ее новая юбка прилипла. И что варенье не только на этой табуретке, но и на полу.
— Какой у вас вкусный чай, — нахваливала бабушка Катя.
— Можно еще вареньица?
— Можно! — радовалась Дуня (третья) и тут же переворачивала полбанки на стол.
Бабушка со слезами на глазах хвалила их, когда они помогали ей на даче полоть сорняки и выпалывали половину клубники.
— Какие молодцы, — незаметно вытирая глаза, говорила она. — Не грядка, а паркет. Ни одной травинки.
И дочки радовались… Как же они радовались! И как хотели еще помогать. Кричали наперебой: «Бабушка, что еще для тебя сделать?». А она улыбалась. И как им нравится помогать второй своей бабушке, моей маме, лепить пельмени. Ее уже не волнует, что девчонки «переведут» фарш с тестом. Наверное, это приходит с годами.
Не буду делать глубокомысленных выводов и рассказывать, как нужно воспитывать детей. Каждая мама знает сама. Да и не помудрела я пока для этого. Но жизнь сделала все за меня: у нас четверо детей, и ясно, что без их помощи я просто не справлюсь. Да, пока они научатся, я выпью не один пузырек валерьянки, но другого пути, видимо, нет.
Кстати, старшая Варя уже может все! Она моя главная опора и поддержка. Правда, научила ее этому не я. Просто когда рождались ее младшие сестренки, ей пришлось многое делать самой. И ей это нравилось. Детям вообще важно чувствовать, что они могут нам помочь и сделать что-то «взрослое».
Мне проще самой погладить белье, чем доверить его Соне, которая преданно заглядывает мне в глаза:
— Мама, а можно я?
— Да, можно!
Как же она сияет. Она же гладит, как взрослая! И тут же прожигает дыру на своей кружевной блузке. А я… Я почти взрываюсь и хочу отнять у нее утюг… но вспоминаю слова моей мамы: «Если бы вернуть все назад!».. И бабушки Кати: «Хвали! Даже если хочется плакать!».
Автор: Елена Кучеренко
Тем, кто не может придумать занятия для восстановления ресурса -
Ресурсный алфавит от психолога Светланы Ройз
А - себе апплодисменты
Б - букетные презенты
В воду, если не простужен
Г - гостей позвать на ужин
Д - дремать в пушистом пледе
Е здить на велосипеде
Ж - жоглировать учиться
З - позволить себе злиться
И - играть на барабанах и
Кастрюлях, и стаканах
Л - час минимум лениться
М - массажем подкрепиться
Н - носки надеть смешные
О бниматушки родные
П - подписывать открытки
Р - рукотворить в избытке
С - без повода смеяться
Т - в трамвай покататься
У - уснуть на сеновале
Ф - фотографа позвали?
Х - хранить билетик счастья
Ц - конечно целоваться
Чашка новая для чая
Ш - шуршать, листвой играя
Щ - послушать щебет птичий
Ы - придумать свой обЫчай
Э - эфирных масел чудо
Ю - изысканное блЮдо
Я - писать всегда с заглавной
- Алфавит для жизни славной!
Иллюстрация: Anne Soline
Ресурсный алфавит от психолога Светланы Ройз
А - себе апплодисменты
Б - букетные презенты
В воду, если не простужен
Г - гостей позвать на ужин
Д - дремать в пушистом пледе
Е здить на велосипеде
Ж - жоглировать учиться
З - позволить себе злиться
И - играть на барабанах и
Кастрюлях, и стаканах
Л - час минимум лениться
М - массажем подкрепиться
Н - носки надеть смешные
О бниматушки родные
П - подписывать открытки
Р - рукотворить в избытке
С - без повода смеяться
Т - в трамвай покататься
У - уснуть на сеновале
Ф - фотографа позвали?
Х - хранить билетик счастья
Ц - конечно целоваться
Чашка новая для чая
Ш - шуршать, листвой играя
Щ - послушать щебет птичий
Ы - придумать свой обЫчай
Э - эфирных масел чудо
Ю - изысканное блЮдо
Я - писать всегда с заглавной
- Алфавит для жизни славной!
Иллюстрация: Anne Soline
Каким я хочу видеть своего ребенка?
Успешным? Образованным? Послушным? Творческим? Неординарным? Бунтарем?
Наверное, нужно начать с того, что я ЭКО-мамочка. Правда, не от модного слова «Экология», а от менее модного слова «Экстракорпоральное оплодотворение». Поэтому на этот вопрос я отвечу очень просто. Я своего ребенка просто хочу видеть.
Мне все равно, как рожать, где рожать, будет ли присутствовать на родах муж, буду ли я после родов похожа на Кейт Миддлтон, а мой муж на Принца Уильяма. Мне все равно, буду ли я кормить грудью прилюдно, или приватно, как коротко, как долго, буду ли кормить вообще, что по этому поводу скажут люди, что по этому поводу не скажут люди.
Будет ли мой ребенок ходить на развивашки (а что это вообще?) и когда перестанет сосать соску. Да хоть в 25 лет, мне ему не жалко соски, честное слово. Куда он будет ходить в школу, как будет учиться, как будет делать уроки, как будет собирать портфель, и что в этом портфеле будет лежать. Пусть хоть вообще без портфеля туда ходит.
Мне все равно, что будут обсуждать родители в родительских чатах и что дарить учителям. Можно вообще ничего не обсуждать и ничего не дарить. Мне все равно, какую профессию он выберет, в какой институт поступит, и поступит ли вообще. Будет ли он учить мой родной язык, или родной язык мужа, или какой-то еще. Пусть работает хоть токарем и говорит хоть на хинди, если ему это нравится.
Я просто хочу чтобы мой ребенок был. И чтобы он был счастливым. И чтобы любил своих родителей. Уже немолодых, немножко запутавшихся в жизни, и поэтому так поздно собравшихся завести детей. Немножко замученных переездами, изучением иностранных языков, поисками работы и поисками себя. Родителей, которые несмотря ни на что, очень любят друг друга и желают своему ребенку только добра.
Автор: Ольга Ковальская
Художник Cécile Veilhan
Успешным? Образованным? Послушным? Творческим? Неординарным? Бунтарем?
Наверное, нужно начать с того, что я ЭКО-мамочка. Правда, не от модного слова «Экология», а от менее модного слова «Экстракорпоральное оплодотворение». Поэтому на этот вопрос я отвечу очень просто. Я своего ребенка просто хочу видеть.
Мне все равно, как рожать, где рожать, будет ли присутствовать на родах муж, буду ли я после родов похожа на Кейт Миддлтон, а мой муж на Принца Уильяма. Мне все равно, буду ли я кормить грудью прилюдно, или приватно, как коротко, как долго, буду ли кормить вообще, что по этому поводу скажут люди, что по этому поводу не скажут люди.
Будет ли мой ребенок ходить на развивашки (а что это вообще?) и когда перестанет сосать соску. Да хоть в 25 лет, мне ему не жалко соски, честное слово. Куда он будет ходить в школу, как будет учиться, как будет делать уроки, как будет собирать портфель, и что в этом портфеле будет лежать. Пусть хоть вообще без портфеля туда ходит.
Мне все равно, что будут обсуждать родители в родительских чатах и что дарить учителям. Можно вообще ничего не обсуждать и ничего не дарить. Мне все равно, какую профессию он выберет, в какой институт поступит, и поступит ли вообще. Будет ли он учить мой родной язык, или родной язык мужа, или какой-то еще. Пусть работает хоть токарем и говорит хоть на хинди, если ему это нравится.
Я просто хочу чтобы мой ребенок был. И чтобы он был счастливым. И чтобы любил своих родителей. Уже немолодых, немножко запутавшихся в жизни, и поэтому так поздно собравшихся завести детей. Немножко замученных переездами, изучением иностранных языков, поисками работы и поисками себя. Родителей, которые несмотря ни на что, очень любят друг друга и желают своему ребенку только добра.
Автор: Ольга Ковальская
Художник Cécile Veilhan
Вообще, быть домохозяйкой легко.
С утра проснулась, всех позавтракала.
Завтракать всех не сложно.
Каши сейчас быстро варятся, яйца всегда быстро варились, тем более, жарились.
Чайник на плиту кинула, он сам закипит.
Бутерброд что, хлеб за тебя испекли, масло из отборных коров собрали, колбасу тоже автомат делает.
Порезала, стопками сложила, всем по карманам распихала и сиди. Посидела, отдохнула.
Кота накормила, погладила. Пока гладишь, можно кино посмотреть, телевизор там, книжку интересную в районе обложки.
Потом полы подмела, с подоконников всякую всячину по шкафам разложила, заодно с полок рассыпанные муку, сахар, перец, соль, рис, гречку, пятна жира, пыль, хлебные крошки, а особенно налипшие карамельки грациозно смахнула.
Труда немного, а радости вагон.
Все трусы, носки, брюки, юбки, рубашки, колготки, блузки, свитера, свитшоты в кучу собрала, по цветам и тканям рассортировала, а потом знай в стиральную машину клади, да кнопку нажимай.
Машина она что, она не устаёт. И ты с ней не устаёшь.
Пока, так что, силы есть, кровати застелила, обувь в порядке частоты надеваемости расставила, какие и помыла, а то давно не мыты, со вчерашнего дня.
Куртки-пальто из угла подняла, в шкафу красиво повесила.
Тут пришло время обед готовить.
Обед нынче варится быстро, тем более бульон с утра варится, сама курицу в кастрюлю кинула, сама зубы чистишь. А туда потом горсть бобовых, горсть стручковых, соль-сахар по вкусу. И мешать не надо. Вообще, процессам мешать никогда не надо.
И щи-борщи каждый день наводить не надо.
На простом попостятся. Увидела в холодильнике яблоко тухнет, под настроение пирог испекла.
Радуешься: рачительная я, умопомрачительная!
Пока пирог в духовке, с тряпочкой прошлась ручки дверные протерла. Дети ведь дети, где пластилин, где мёд, где краска. Видишь, везде пластилин, мёд и краска, тряпку намочила, на швабру надела, полы прошлась. Сейчас удобно, на коленях ползать не надо и изящество в движениях.
Потом все пришли, носы вытерла, за стол усадила, покормила, посудку помыла.
Нет, не свадьба же. Ложек, правда, много.
Этой суп помешала, этой налила, этой доча есть не хочет, будет той.
Ну, ложки просто мыть, не кастрюли с пригарным покрытием.
Бельё-одежду из стиральной машины достала, тут же повесила.
На речку ходить полоскать не надо - плюсы современности.
Вот и вечер, всех под душ загнала, ужином накормила из остатков завтрака, обеда и фантазии.
Спать всех уложила, посуду помыла.
Села сериал смотреть с чашкой чаю.
Ложиться нельзя, а то уснёшь почему-то.
А хотела чаю попить.
Которые всегда домохозяйки, бывает, жалуются, что так быт заедает, лишний раз бигудю накрутить сил нет, только на люстру выть хочется.
Но я чего, мне проще. Меня быт не заедает. Я, Слава Богу, еще и работаю...
Автор - Ирина Зверева
Иллюстрация: Любовь Соболь @moms.comics
С утра проснулась, всех позавтракала.
Завтракать всех не сложно.
Каши сейчас быстро варятся, яйца всегда быстро варились, тем более, жарились.
Чайник на плиту кинула, он сам закипит.
Бутерброд что, хлеб за тебя испекли, масло из отборных коров собрали, колбасу тоже автомат делает.
Порезала, стопками сложила, всем по карманам распихала и сиди. Посидела, отдохнула.
Кота накормила, погладила. Пока гладишь, можно кино посмотреть, телевизор там, книжку интересную в районе обложки.
Потом полы подмела, с подоконников всякую всячину по шкафам разложила, заодно с полок рассыпанные муку, сахар, перец, соль, рис, гречку, пятна жира, пыль, хлебные крошки, а особенно налипшие карамельки грациозно смахнула.
Труда немного, а радости вагон.
Все трусы, носки, брюки, юбки, рубашки, колготки, блузки, свитера, свитшоты в кучу собрала, по цветам и тканям рассортировала, а потом знай в стиральную машину клади, да кнопку нажимай.
Машина она что, она не устаёт. И ты с ней не устаёшь.
Пока, так что, силы есть, кровати застелила, обувь в порядке частоты надеваемости расставила, какие и помыла, а то давно не мыты, со вчерашнего дня.
Куртки-пальто из угла подняла, в шкафу красиво повесила.
Тут пришло время обед готовить.
Обед нынче варится быстро, тем более бульон с утра варится, сама курицу в кастрюлю кинула, сама зубы чистишь. А туда потом горсть бобовых, горсть стручковых, соль-сахар по вкусу. И мешать не надо. Вообще, процессам мешать никогда не надо.
И щи-борщи каждый день наводить не надо.
На простом попостятся. Увидела в холодильнике яблоко тухнет, под настроение пирог испекла.
Радуешься: рачительная я, умопомрачительная!
Пока пирог в духовке, с тряпочкой прошлась ручки дверные протерла. Дети ведь дети, где пластилин, где мёд, где краска. Видишь, везде пластилин, мёд и краска, тряпку намочила, на швабру надела, полы прошлась. Сейчас удобно, на коленях ползать не надо и изящество в движениях.
Потом все пришли, носы вытерла, за стол усадила, покормила, посудку помыла.
Нет, не свадьба же. Ложек, правда, много.
Этой суп помешала, этой налила, этой доча есть не хочет, будет той.
Ну, ложки просто мыть, не кастрюли с пригарным покрытием.
Бельё-одежду из стиральной машины достала, тут же повесила.
На речку ходить полоскать не надо - плюсы современности.
Вот и вечер, всех под душ загнала, ужином накормила из остатков завтрака, обеда и фантазии.
Спать всех уложила, посуду помыла.
Села сериал смотреть с чашкой чаю.
Ложиться нельзя, а то уснёшь почему-то.
А хотела чаю попить.
Которые всегда домохозяйки, бывает, жалуются, что так быт заедает, лишний раз бигудю накрутить сил нет, только на люстру выть хочется.
Но я чего, мне проще. Меня быт не заедает. Я, Слава Богу, еще и работаю...
Автор - Ирина Зверева
Иллюстрация: Любовь Соболь @moms.comics
«Дорисовывайте» своих детей и друг друга. Общайтесь с ребёнком так, словно он уже сейчас такой, каким вы хотите его видеть. Ищите в нём хорошее и регулярно это подмечайте. Перед сном вы садитесь рядом с ним и говорите: «я не ожидал, что ты такой щедрый — можно тебя за это поцеловать?».
Девяносто процентов нашей жизни управляется подсознанием, и каждая подобная фраза — это штрих, которым мы буквально дорисовываем подсознание человека. В будущем этот человек станет таким, каким вы его видели уже сейчас.
Дорисовывайте мужа или жену, друзей, коллег. Преувеличивайте. Мы ведь все любим комплименты и добрые слова. Так вы поливаете семена нравов других в будущем.
Шалва Амонашвили
Иллюстрация Jimin Yoon
Девяносто процентов нашей жизни управляется подсознанием, и каждая подобная фраза — это штрих, которым мы буквально дорисовываем подсознание человека. В будущем этот человек станет таким, каким вы его видели уже сейчас.
Дорисовывайте мужа или жену, друзей, коллег. Преувеличивайте. Мы ведь все любим комплименты и добрые слова. Так вы поливаете семена нравов других в будущем.
Шалва Амонашвили
Иллюстрация Jimin Yoon
Привела я на днях ребенка в сад. Попрощались, как обычно, он в музыкальный класс, что в другом конце коридора от группы, а я – к заведующей, разговоры разговаривать. Как раз в том же краю.
И вот выхожу я из ее кабинета, а мне навстречу воспитательница Мишку ведет. А тот заплаканный.
– О-о-о-о, мой ангел, что случилось? – кидаюсь коршуном, конечно.
– Что-то загрустил Миша, с мамой расстался и запечалился, не пошел песни петь да танцы танцевать, хочет просто на стульчике около меня посидеть, – говорит воспитательница, – Мы пошли немножко проветриться и умыться.
Очень мне эта молодая, такая тонкая и хрустальная женщина нравится, много в ней ласки, нежности, терпения, но и силы много.
Мишка обнимает меня и прижимается радостно.
– А у меня, Миш, веришь, в сердце прям кольнуло. Думаю, не буду уходить, кажется, что-то моя лягушечка затосковала, – вспоминаю я "Мамину улыбку", которую мы любим читать на даче, и вру напропалую без всякого смущения, – вернусь, обниму его покрепче, чтоб до вечера хватило, полные ладошки поцелуев оставлю, прижмусь к нему, чтоб мое сердце об его сердечко постучало, и тогда уж пойду на работу.
Смотрю, расцветает мой зайчик. Глаза высохли, но не отпускает пока.
– А сейчас смотрю на тебя и думаю, а не пойду я никуда, – не унимаюсь я, видя, что не схлынула тревога, плещется еще на дне глазенок, – Останусь тут в коридоре. Будем мы с тобой обниматься до самого вечера. Пусть они все играют да на прогулку ходят, в бассейн там или рисуют. Все без нас. А мы вот так вот сядем тут у стеночки и отлично проведем время. Давай так сделаем?
(Это звучит как «Давайтаксделаем», если быть точной. Любимая мишкина присказка в одно слово, когда он затеивает какую-нить невероятную авантюру и жаждет меня в нее втянуть.)
– Что, вот так вот целый день сидеть? – недоверчиво говорит он.
– Ну да, – отвечаю, – а что, по-моему, отличный план.
Он начинает робко вырываться из объятий, но я не отпускаю, прижимаю его крепче.
– Ну нет, я тебя не отпущу, – говорю я.
Он вырывается все настойчивее, пробуя свою и мою силу. Но и я не лыком шита, не шиком брита. Держу, сжимаю. Нет, говорю. Не пущу.
– Пусти, мама, мне идти надо, меня дети ждут!
Еще некоторое время проводим в этой борьбе, в конце концов даю ему победить и обещаю, что вечером порисуем новые лабиринты. Ликуя, бежит в зал.
Вижу, как внимательно смотрит на меня воспитательница. Назавтра в разговоре с другим педагогом, когда мы стояли и общались утром, ее таки прорвало, не удержалась.
– Удивительные, – говорит, – у вас отношения с ребенком.
Киваю.
А что тут скажешь? Не начинать же лекцию про то, что контакта и близости надо давать сверх запроса, про перекрывание, про то, что отрывать от себя в самостоятельность – лучший способ этой самостоятельности лишить.
Киваю. Киваю.
Удивительные, говорю. Он и сам удивительный.
И не вру.
Автор: Анна Выборнова
https://www.facebook.com/100002184208362/posts/1759160124166777/
И вот выхожу я из ее кабинета, а мне навстречу воспитательница Мишку ведет. А тот заплаканный.
– О-о-о-о, мой ангел, что случилось? – кидаюсь коршуном, конечно.
– Что-то загрустил Миша, с мамой расстался и запечалился, не пошел песни петь да танцы танцевать, хочет просто на стульчике около меня посидеть, – говорит воспитательница, – Мы пошли немножко проветриться и умыться.
Очень мне эта молодая, такая тонкая и хрустальная женщина нравится, много в ней ласки, нежности, терпения, но и силы много.
Мишка обнимает меня и прижимается радостно.
– А у меня, Миш, веришь, в сердце прям кольнуло. Думаю, не буду уходить, кажется, что-то моя лягушечка затосковала, – вспоминаю я "Мамину улыбку", которую мы любим читать на даче, и вру напропалую без всякого смущения, – вернусь, обниму его покрепче, чтоб до вечера хватило, полные ладошки поцелуев оставлю, прижмусь к нему, чтоб мое сердце об его сердечко постучало, и тогда уж пойду на работу.
Смотрю, расцветает мой зайчик. Глаза высохли, но не отпускает пока.
– А сейчас смотрю на тебя и думаю, а не пойду я никуда, – не унимаюсь я, видя, что не схлынула тревога, плещется еще на дне глазенок, – Останусь тут в коридоре. Будем мы с тобой обниматься до самого вечера. Пусть они все играют да на прогулку ходят, в бассейн там или рисуют. Все без нас. А мы вот так вот сядем тут у стеночки и отлично проведем время. Давай так сделаем?
(Это звучит как «Давайтаксделаем», если быть точной. Любимая мишкина присказка в одно слово, когда он затеивает какую-нить невероятную авантюру и жаждет меня в нее втянуть.)
– Что, вот так вот целый день сидеть? – недоверчиво говорит он.
– Ну да, – отвечаю, – а что, по-моему, отличный план.
Он начинает робко вырываться из объятий, но я не отпускаю, прижимаю его крепче.
– Ну нет, я тебя не отпущу, – говорю я.
Он вырывается все настойчивее, пробуя свою и мою силу. Но и я не лыком шита, не шиком брита. Держу, сжимаю. Нет, говорю. Не пущу.
– Пусти, мама, мне идти надо, меня дети ждут!
Еще некоторое время проводим в этой борьбе, в конце концов даю ему победить и обещаю, что вечером порисуем новые лабиринты. Ликуя, бежит в зал.
Вижу, как внимательно смотрит на меня воспитательница. Назавтра в разговоре с другим педагогом, когда мы стояли и общались утром, ее таки прорвало, не удержалась.
– Удивительные, – говорит, – у вас отношения с ребенком.
Киваю.
А что тут скажешь? Не начинать же лекцию про то, что контакта и близости надо давать сверх запроса, про перекрывание, про то, что отрывать от себя в самостоятельность – лучший способ этой самостоятельности лишить.
Киваю. Киваю.
Удивительные, говорю. Он и сам удивительный.
И не вру.
Автор: Анна Выборнова
https://www.facebook.com/100002184208362/posts/1759160124166777/
