В современной массовой культуре уже прочно закрепилось такое явление как инклюзивность, и, судя по всему, надолго. Мнения разделились: одни радуются тому, что тёмное средневековье отступило, и мы, наконец-то, можем наблюдать с экранов людей всех цветов, полов и форм. Другие смотрят на вопрос сугубо конспирологически, видя когтистую лапу "культурных марксистов", разрушающих изнутри "великую западную цивилизацию".
Однако и те и другие представляют ситуацию схожим образом. Есть некая группа людей, исповедующих идеологию identity politics, или интерсекционизм, в основном — представители академическоого авангарда — преподаватели и студенты гуманитарных вузов и прочие богемные "интеллектуалы". По всем подсчётам — очевидное меньшинство, к тому же, открыто ненавидимое консервативным американским большинством. И вот, каким-то магическим образом, это меньшинство начинает повелевать гигантами индустрии развлечений. Если отбросить эмоции в сторону и просто подумать, сколько составляет вероятность такого развития событий? Примерно чуть больше нуля.
И в это же время есть достаточно простое объяснение этого явления — изменение структуры рынка. Этнический состав самих США меняется в сторону уменьшения доли тех, кого там принято называть "белыми". Параллельно доля этой страны, да и запада вообще в мировой экономике постепенно уменьшается. То есть те же голливудские фильмы должны успешно продаваться не только в Америке и Европе, но и в Китае, Индии и Африке. Надо ли говорить, что тамошние потребители захотят увидеть на экране кого-то, кто напоминает их самих? Если это и упадок запада, то проявляется он только в том, что запад не являются больше основным потребителем этих культурных продуктов, а лишь одним из. Аналогичным образом, вовлеченность женщин в современную экономику возрастает, зарабатывают и тратят они всё больше, а женщина однозначно захочет увидеть больше женских персонажей. Существуют, разумеется, и чисто нишевые продукты, но охват всех категорий выглядит куда вкуснее: больше потенциальных потребителей — больше прибыли и надёжнее вложения. Поэтому-то и нужно каждый блокбастер превращать в торжество разнообразия — ничего личного, просто бизнес.
Так что поспешу расстроить и левых, и правых. Никаких доказательств неумолимости хода "исторического прогресса" здесь нет, да и коварного заговора — тоже. Есть банальная рыночная система, которой чужда любая истина кроме денежной.
Однако и те и другие представляют ситуацию схожим образом. Есть некая группа людей, исповедующих идеологию identity politics, или интерсекционизм, в основном — представители академическоого авангарда — преподаватели и студенты гуманитарных вузов и прочие богемные "интеллектуалы". По всем подсчётам — очевидное меньшинство, к тому же, открыто ненавидимое консервативным американским большинством. И вот, каким-то магическим образом, это меньшинство начинает повелевать гигантами индустрии развлечений. Если отбросить эмоции в сторону и просто подумать, сколько составляет вероятность такого развития событий? Примерно чуть больше нуля.
И в это же время есть достаточно простое объяснение этого явления — изменение структуры рынка. Этнический состав самих США меняется в сторону уменьшения доли тех, кого там принято называть "белыми". Параллельно доля этой страны, да и запада вообще в мировой экономике постепенно уменьшается. То есть те же голливудские фильмы должны успешно продаваться не только в Америке и Европе, но и в Китае, Индии и Африке. Надо ли говорить, что тамошние потребители захотят увидеть на экране кого-то, кто напоминает их самих? Если это и упадок запада, то проявляется он только в том, что запад не являются больше основным потребителем этих культурных продуктов, а лишь одним из. Аналогичным образом, вовлеченность женщин в современную экономику возрастает, зарабатывают и тратят они всё больше, а женщина однозначно захочет увидеть больше женских персонажей. Существуют, разумеется, и чисто нишевые продукты, но охват всех категорий выглядит куда вкуснее: больше потенциальных потребителей — больше прибыли и надёжнее вложения. Поэтому-то и нужно каждый блокбастер превращать в торжество разнообразия — ничего личного, просто бизнес.
Так что поспешу расстроить и левых, и правых. Никаких доказательств неумолимости хода "исторического прогресса" здесь нет, да и коварного заговора — тоже. Есть банальная рыночная система, которой чужда любая истина кроме денежной.
Наверное, нет более актуальной и болезненной темы для мусульман, чем тянущийся кризис в исламской Умме. Об этом говорят начиная с 20 века, корни же его уходят в глубь веков. Очевидно, что кризис этот многофакторный и, в некотором смысле, даже системный. И мне хотелось бы уделить внимание такой его части, как кризис элит.
Новая статья нашего автора Хамида Бекери.
https://telegra.ph/Krizis-islamskih-ehlit-08-10
Новая статья нашего автора Хамида Бекери.
https://telegra.ph/Krizis-islamskih-ehlit-08-10
Telegraph
Кризис исламских элит
Наверное, нет более актуальной и болезненной темы для мусульман, чем тянущийся кризис в исламской Умме. Об этом говорят начиная с 20 века, корни же его уходят в глубь веков. Очевидно, что кризис этот многофакторный и, в некотором смысле, даже системный. И…
❤1
Всевышний Аллах свои повеления и запреты ниспослал в виде откровения Пророку Мухаммаду (да благословит его Аллах и да приветствует), и поэтому единственная дверь, которая ведет к тому, чтобы познать волю Творца, — это Пророк Мухаммад (да благословит его Аллах и да приветствует), а моя дверь к Пророку (да благословит его Аллах и да приветствует) — это фикх Абу Ханифы, хотя есть и другие двери.
Пророк (да благословит его Аллах и да приветствует) в передаче воли Аллаха не ошибался, а понимание Абу Ханифы может содержать ошибки, но мое прямое обращение к тестам Шариата точно будет содержать массу ошибок.
Поэтому для меня познание того, что хочет от меня мой Создатель, — это фикх Абу Ханифы.
Если некий духовный наставник требует, чтобы я совершал, например, тасбих-намаз джамаатом, что считается грехом в ханафитском мазхабе, то какие варианты у меня есть? Я либо подчиняюсь этому и тогда перестаю следовать фикху Абу Ханифы, либо отказываюсь подчиниться и следую фикху Абу Ханифы. Что для меня следование повелениям Аллаха? Это следование фикху Абу Ханифы. А какая альтернатива таклиду? Либо кашфическая безмазхабность, либо игра в мухаддисов. Я выбираю фикх Абу Ханифы.
Абу Али.
Пророк (да благословит его Аллах и да приветствует) в передаче воли Аллаха не ошибался, а понимание Абу Ханифы может содержать ошибки, но мое прямое обращение к тестам Шариата точно будет содержать массу ошибок.
Поэтому для меня познание того, что хочет от меня мой Создатель, — это фикх Абу Ханифы.
Если некий духовный наставник требует, чтобы я совершал, например, тасбих-намаз джамаатом, что считается грехом в ханафитском мазхабе, то какие варианты у меня есть? Я либо подчиняюсь этому и тогда перестаю следовать фикху Абу Ханифы, либо отказываюсь подчиниться и следую фикху Абу Ханифы. Что для меня следование повелениям Аллаха? Это следование фикху Абу Ханифы. А какая альтернатива таклиду? Либо кашфическая безмазхабность, либо игра в мухаддисов. Я выбираю фикх Абу Ханифы.
Абу Али.
❤1
Forwarded from Толкователь
Старообрядческие казаки-некрасовцы в Турции в 1950-е. В конце XVIII века из-за притеснений российской власти они бежали из Причерноморья в Османскую империю
❤1
К вопросу о религиозной терпимости и плюрализме: интересно, а были ли мусульманские религиозные группы, которые бежали бы от притеснения из Османской империи в Россию?
Передаёт Махмуд ал-Булгари в "Нахдж ал-Фарадис":
Абу Ханифа совершал много поклонения, отрешился от мирского, был познавшим [науки] с помощью Аллаха (‘ариф-и би-Ллах), весьма страшился Истинного (Хак) и стремился к довольству Истинного (Хак), имел обширные познания в шариатских заповедях.
Хаммад ибн Абу Сулейман сообщает об Абу Ханифе, да смилостивится над ним Аллах: «Ночью он не спал и до самого утра проводил время в поклонении и богослужении. Однажды Абу Ханифа шел по дороге, и один человек сказал про него кому-то: «Это тот человек, который ночью не спит и поклоняется [Аллаху] до утра». Услышав его слова, Абу Ханифа сказал: «Я стесняюсь Всевышнего Создателя, [поскольку] люди говорят обо мне, что я не сплю ночами и занимаюсь поклонением, и если я прилягу [поспать], то обману их».
Когда сыновья Умайи были халифами, человека по имени [Ибн] Хубайра назначили наместником Куфы. Ибн Хубайра почтительно относился к Абу Ханифе и всегда приходил его навестить.
Однажды он сказал Абу Ханифе: «Мне подумалось, а что если я доверю вам общественную казну (байт ал-мал), чтобы поступления и расходы осуществлялись вами, все дела находились под вашим надзором[во власти вашего пера], и вы были при мне большим [человеком], а жители Куфы не выходили из-под вашего подчинения».
Абу Ханифа, да будет доволен им Аллах, не согласился, и сколько бы тот не просил, он так и не дал своего согласия, так что Ибн Хубайра разозлился и приказал, чтобы Абу Ханифу двадцать раз ударили палками и бросили в темницу.
После того, как он провел в темнице несколько дней, Ибн Хубайра послал к нему человека [со словами]: «Что ты сделаешь? Примешь ли ты мое предложение или вечно будешь сидеть в тюрьме?», на что Абу Ханифа сказал: «Дайте мне время, чтобы я посоветовался с друзьями и соратниками». Когда его вывели из тюрьмы и отпустили [на волю], он совершил все [необходимые] приготовления и ночью бежал, выехав из Куфы и отправившись в Мекку.
Он жил в Мекке до тех пор, пока халифат не перешёл к сыновьям 'Аббаса. Когда халифом стал Абу Джа‘фар, Абу Ханифа прибыл в Куфу. Абу Джафар оказал почтение Абу Ханифе, отправив ему десять тысяч монет вместе с человеком по имени Хасан. Абу Ханифа ничего на это не сказал, а его соратники сказали: «Абу Ханифа, да смилостивится над ним Аллах, иногда так делает, ни с кем не разговаривает. Оставьте эти деньги здесь, а мы ему скажем». Человек по имени Хасан положил эти десять тысяч монет в одном из углов дома и ушел.
Пока Абу Ханифа, да смилостивится над ним Аллах, при жизни так и не притронулся к этим десяти тысячам монет. Находясь при смерти, он завещал: «О мой сын Хаммад, после моей смерти передай эти монеты тому, кто их принес». Его сын Хаммад так и сделал.
Когда в присутствии ‘Абд Аллаха ибн Мубарака говорили об Абу Ханифе, ‘Абд Аллах ибн Мубарак, да смилостивится над ним Аллах, сказал: «Вы говорите о человеке, который бежал от этого мира и не принял его, когда ему предложили все мирские богатства?».
Абу Ханифа совершал много поклонения, отрешился от мирского, был познавшим [науки] с помощью Аллаха (‘ариф-и би-Ллах), весьма страшился Истинного (Хак) и стремился к довольству Истинного (Хак), имел обширные познания в шариатских заповедях.
Хаммад ибн Абу Сулейман сообщает об Абу Ханифе, да смилостивится над ним Аллах: «Ночью он не спал и до самого утра проводил время в поклонении и богослужении. Однажды Абу Ханифа шел по дороге, и один человек сказал про него кому-то: «Это тот человек, который ночью не спит и поклоняется [Аллаху] до утра». Услышав его слова, Абу Ханифа сказал: «Я стесняюсь Всевышнего Создателя, [поскольку] люди говорят обо мне, что я не сплю ночами и занимаюсь поклонением, и если я прилягу [поспать], то обману их».
Когда сыновья Умайи были халифами, человека по имени [Ибн] Хубайра назначили наместником Куфы. Ибн Хубайра почтительно относился к Абу Ханифе и всегда приходил его навестить.
Однажды он сказал Абу Ханифе: «Мне подумалось, а что если я доверю вам общественную казну (байт ал-мал), чтобы поступления и расходы осуществлялись вами, все дела находились под вашим надзором[во власти вашего пера], и вы были при мне большим [человеком], а жители Куфы не выходили из-под вашего подчинения».
Абу Ханифа, да будет доволен им Аллах, не согласился, и сколько бы тот не просил, он так и не дал своего согласия, так что Ибн Хубайра разозлился и приказал, чтобы Абу Ханифу двадцать раз ударили палками и бросили в темницу.
После того, как он провел в темнице несколько дней, Ибн Хубайра послал к нему человека [со словами]: «Что ты сделаешь? Примешь ли ты мое предложение или вечно будешь сидеть в тюрьме?», на что Абу Ханифа сказал: «Дайте мне время, чтобы я посоветовался с друзьями и соратниками». Когда его вывели из тюрьмы и отпустили [на волю], он совершил все [необходимые] приготовления и ночью бежал, выехав из Куфы и отправившись в Мекку.
Он жил в Мекке до тех пор, пока халифат не перешёл к сыновьям 'Аббаса. Когда халифом стал Абу Джа‘фар, Абу Ханифа прибыл в Куфу. Абу Джафар оказал почтение Абу Ханифе, отправив ему десять тысяч монет вместе с человеком по имени Хасан. Абу Ханифа ничего на это не сказал, а его соратники сказали: «Абу Ханифа, да смилостивится над ним Аллах, иногда так делает, ни с кем не разговаривает. Оставьте эти деньги здесь, а мы ему скажем». Человек по имени Хасан положил эти десять тысяч монет в одном из углов дома и ушел.
Пока Абу Ханифа, да смилостивится над ним Аллах, при жизни так и не притронулся к этим десяти тысячам монет. Находясь при смерти, он завещал: «О мой сын Хаммад, после моей смерти передай эти монеты тому, кто их принес». Его сын Хаммад так и сделал.
Когда в присутствии ‘Абд Аллаха ибн Мубарака говорили об Абу Ханифе, ‘Абд Аллах ибн Мубарак, да смилостивится над ним Аллах, сказал: «Вы говорите о человеке, который бежал от этого мира и не принял его, когда ему предложили все мирские богатства?».
❤2
О постмодерне и diversity
Вы можете за многое ругать современную эпоху, но есть в ней нечто, что для меня по-настоящему сладко — разнообразие. Эпоха Модерна, заявившая лицом убогих национал-строителей о том, что общества должны быть гомогенными; что все граждане одного государства должны принадлежать к одному этносу, одной расе и одной религии, кажется мне убогой в своём унификаторстве всей сложности, многообразия нашего мира.
Европа проснулась в 1939 году, когда перед её лицом предстал последний проект унифицирования пространства, совершенный нацистским правительством. Тогда постмодернисты и разного рода деконструкторы начали ломать прямой модернистский мир с его понятной картиной «научного» мира.
Однако, нельзя сказать, что «разнообразие» есть доля только постмодернистов, феминисток и новых левых. В сущности, общества домодерновые, в том числе исламское, никогда не представляли из себя единства: они всегда оформлялись путём договоров с самого низкого уровня, и обычно не представляли из себя диктатуры большинства. Это была настоящая грибница групп, сект, племён, тарикатов, обществ, бродяг — и каждого объединяло бесчисленное количество низовых, договорных связей, собиравших всё это общество в единое политическое (то есть объединённое единой властью) пространство.
Потому для меня удивительны современные исламистские-такфиристские проекты, в сущности не признающие право на существования внутри своего политического поля никого, ни одной исламской группы, кроме самого себя — в Исламе такого никогда не было, и это откровенная модернизация исламской политической теологии. Не отличились и арабские горестроители в прошлом веке с извечными гонениями на меньшинства.
Совсем уж откровенно мне отвратителен архаичный красно-коричневый проект русского мира, в котором нет ничего метафизического, лишь ни на чем не основанное желание все унифицировать и делать одинаковым. Мерзкий проект серого «советского человека» нашёл своё воплощение в этом Големе, презирающем любые договоры и не признающем право на любую инаковость. И самое отвратительное, что это ничем не легализуется, кроме самого желания доминировать. Разве за таким может пойти здоровый человек?
В заключение этой вольной заметки, я хочу призвать братьев не бояться организовываться, ставить большие цели для своих общин и через выгодные договоренности продвигать интересы нашей веры. Эффективная организация и любовь к исламскому обществу прежде всего.
Вы можете за многое ругать современную эпоху, но есть в ней нечто, что для меня по-настоящему сладко — разнообразие. Эпоха Модерна, заявившая лицом убогих национал-строителей о том, что общества должны быть гомогенными; что все граждане одного государства должны принадлежать к одному этносу, одной расе и одной религии, кажется мне убогой в своём унификаторстве всей сложности, многообразия нашего мира.
Европа проснулась в 1939 году, когда перед её лицом предстал последний проект унифицирования пространства, совершенный нацистским правительством. Тогда постмодернисты и разного рода деконструкторы начали ломать прямой модернистский мир с его понятной картиной «научного» мира.
Однако, нельзя сказать, что «разнообразие» есть доля только постмодернистов, феминисток и новых левых. В сущности, общества домодерновые, в том числе исламское, никогда не представляли из себя единства: они всегда оформлялись путём договоров с самого низкого уровня, и обычно не представляли из себя диктатуры большинства. Это была настоящая грибница групп, сект, племён, тарикатов, обществ, бродяг — и каждого объединяло бесчисленное количество низовых, договорных связей, собиравших всё это общество в единое политическое (то есть объединённое единой властью) пространство.
Потому для меня удивительны современные исламистские-такфиристские проекты, в сущности не признающие право на существования внутри своего политического поля никого, ни одной исламской группы, кроме самого себя — в Исламе такого никогда не было, и это откровенная модернизация исламской политической теологии. Не отличились и арабские горестроители в прошлом веке с извечными гонениями на меньшинства.
Совсем уж откровенно мне отвратителен архаичный красно-коричневый проект русского мира, в котором нет ничего метафизического, лишь ни на чем не основанное желание все унифицировать и делать одинаковым. Мерзкий проект серого «советского человека» нашёл своё воплощение в этом Големе, презирающем любые договоры и не признающем право на любую инаковость. И самое отвратительное, что это ничем не легализуется, кроме самого желания доминировать. Разве за таким может пойти здоровый человек?
В заключение этой вольной заметки, я хочу призвать братьев не бояться организовываться, ставить большие цели для своих общин и через выгодные договоренности продвигать интересы нашей веры. Эффективная организация и любовь к исламскому обществу прежде всего.
Некоторые заметки о федерализме:
1. Федерализм является удобным инструментом для того, чтобы безболезненно вписать меньшинство во властный контекст национального или конфессионального большинства. При этом такой проект может реализовать только тот тип политической культуры, который созрел для защиты политических прав меньшинства и соблюдения договоров: который считает, что соответствие практики букве договора и сопутствующая стабильность важнее сиюминутного интереса.
2. Необходимым условием федерализма является распределение суверенитета между федеральным центром и провинцией. Невозможно в условиях постмарксистских российских догм о неделимости суверенитета образовать работающую федерацию.
3. Сущность федерации является капиталистической. Она построена на обмене полномочиями и договорной, а не плановой, основе. Практика обмена является необходимым условием федерации.
4. В пространстве федерации необходимо должны наличествовать зоны, где меньшинство будет чувствовать себя большинством.
5. Россия является, в сущности, федерацией без федерации. Бремя федерализма досталось новой России в наследие от РСФСР. От РСФСР ей же остались большевистские централистские плановые практики доминирования Москвы и догма о неделимости суверенитета. Реальный федерализм в России воспринимается как слабость, номинальный - как инструмент центра.
6. Как уже было отмечено, сущность федерализма является капиталистической. Большевики образовали федерацию на компромиссной основе, никогда не являясь её сторонниками. У Сталина прямо есть статья «Против федерализма», Ленин критиковал федерализм ещё в 1913 году. Позже оказалось, что национальный фактор является ключевым стратегическим полем. См. список партий в ГД РИ, например. Федерализм для большевиков стал нежелательной необходимостью.
7. В современном мире внешний федерализм является необходимостью для внешней экспансии. Россия бы физически не смогла присоединить Крым, будь она унитарной империей де-юре. Де-факто же регионы почти полностью зависимы от федерального центра и подвержены односторонним переговорам.
8. Демократия без федерализма в РФ невозможна. Федеративная система путём рассредоточения власти, что усложняет установление тирании, предназначена не только для этнических и конфессиональных, но и для политических меньшинств.
9. Из Сунны нам известны конкретные практики протофедерализма пророческого периода:
«Союз чести» (Хильфу҆ль-Фудуль), о котором саййидина Мухаммад, саллялаху алейхи ва салам, сказал:
«В доме ‘Абдаллаха бин Джад’ана я присутствовал при заключении такого союза, который не променял бы и на красных верблюдов, и если меня пригласят на подобную встречу в Исламе, я обязательно приму такое приглашение»
И «Мединская конституция» (сахифа аль-мадина), которая включала в себя ансаров, мухаджиров и некоторые иудейские племена. Тексты и описания этих договоров есть в Интернете.
10. Ограниченной центральная власть была и в Золотой Орде, где власть осуществлялась советом Курултая. То, как организовывалась связь между центром и племенами в Золотой Орде, тоже можно назвать примером протофедеративного устройства, которое включено в нашу традицию со всех сторон.
1. Федерализм является удобным инструментом для того, чтобы безболезненно вписать меньшинство во властный контекст национального или конфессионального большинства. При этом такой проект может реализовать только тот тип политической культуры, который созрел для защиты политических прав меньшинства и соблюдения договоров: который считает, что соответствие практики букве договора и сопутствующая стабильность важнее сиюминутного интереса.
2. Необходимым условием федерализма является распределение суверенитета между федеральным центром и провинцией. Невозможно в условиях постмарксистских российских догм о неделимости суверенитета образовать работающую федерацию.
3. Сущность федерации является капиталистической. Она построена на обмене полномочиями и договорной, а не плановой, основе. Практика обмена является необходимым условием федерации.
4. В пространстве федерации необходимо должны наличествовать зоны, где меньшинство будет чувствовать себя большинством.
5. Россия является, в сущности, федерацией без федерации. Бремя федерализма досталось новой России в наследие от РСФСР. От РСФСР ей же остались большевистские централистские плановые практики доминирования Москвы и догма о неделимости суверенитета. Реальный федерализм в России воспринимается как слабость, номинальный - как инструмент центра.
6. Как уже было отмечено, сущность федерализма является капиталистической. Большевики образовали федерацию на компромиссной основе, никогда не являясь её сторонниками. У Сталина прямо есть статья «Против федерализма», Ленин критиковал федерализм ещё в 1913 году. Позже оказалось, что национальный фактор является ключевым стратегическим полем. См. список партий в ГД РИ, например. Федерализм для большевиков стал нежелательной необходимостью.
7. В современном мире внешний федерализм является необходимостью для внешней экспансии. Россия бы физически не смогла присоединить Крым, будь она унитарной империей де-юре. Де-факто же регионы почти полностью зависимы от федерального центра и подвержены односторонним переговорам.
8. Демократия без федерализма в РФ невозможна. Федеративная система путём рассредоточения власти, что усложняет установление тирании, предназначена не только для этнических и конфессиональных, но и для политических меньшинств.
9. Из Сунны нам известны конкретные практики протофедерализма пророческого периода:
«Союз чести» (Хильфу҆ль-Фудуль), о котором саййидина Мухаммад, саллялаху алейхи ва салам, сказал:
«В доме ‘Абдаллаха бин Джад’ана я присутствовал при заключении такого союза, который не променял бы и на красных верблюдов, и если меня пригласят на подобную встречу в Исламе, я обязательно приму такое приглашение»
И «Мединская конституция» (сахифа аль-мадина), которая включала в себя ансаров, мухаджиров и некоторые иудейские племена. Тексты и описания этих договоров есть в Интернете.
10. Ограниченной центральная власть была и в Золотой Орде, где власть осуществлялась советом Курултая. То, как организовывалась связь между центром и племенами в Золотой Орде, тоже можно назвать примером протофедеративного устройства, которое включено в нашу традицию со всех сторон.
👍1
Forwarded from Abu Ali al-Ashari
Имам аль-Байдави пишет, что, возможно, Фараон отрицал наличие у мира творца и был убежден, что тот, кто обладает высшей властью в стране, достоин поклонения своих подданных.
Эта идея существует и в наше время. Так, официальной идеологией Северной Кореи является атеизм, то есть, утверждая, что Бога нет, создатели акыды «чучхе» провозгласили, что человек — властелин мира и хозяин своей судьбы и задача его — построение «рая на Земле», а для этого ему необходим вождь, который и служит фактически объектом вполне религиозного поклонения.
#авторскийтафсир
Эта идея существует и в наше время. Так, официальной идеологией Северной Кореи является атеизм, то есть, утверждая, что Бога нет, создатели акыды «чучхе» провозгласили, что человек — властелин мира и хозяин своей судьбы и задача его — построение «рая на Земле», а для этого ему необходим вождь, который и служит фактически объектом вполне религиозного поклонения.
#авторскийтафсир
Әлфрид Бостанов ПЕЧӘН БАЗАРЫның лекторийда "Репрессия көндәлеге: совет лагере тормышыннан" дип исемләнгән лекцияны сөйли.
https://business-gazeta.ru/article/435439
Отличное интервью Альфрида Бустанова и ключевые моменты, которые надо понять:
Никакой татарской нации в известном нам сегодня виде до 1930-х годов не существовало. Конечно, помимо советского проекта татарской нации, были и другие, альтернативные, но о них в другой раз. Важно зафиксировать: очень мало что связывает этот советский проект с досоветским прошлым, уж очень глубоки были изменения. Слюна, может, и та же, а культура совершенно иная.
Татарская нация досоветского времени была пропитана инициативой снизу, жаждой к знаниям, арабскими буквами, славилась книгопечатанием, системой частных медресе, открытостью арабо-мусульманской традиции (сегодня для большинства она ничего не значит). Большевики 1930-х годов не были дураками, они прекрасно знали, с чем борются: в предписаниях лингвистической экспедиции тех лет татарская культура описывается как городская, находящаяся под сильным влиянием Корана и городской буржуазии. Потому большевики и боролись с ней. В этом смысле советская нация татар в своей основе деревенская, поскольку она отказалась от собственного длительного опыта городской культуры, построенного на исламской этике. Если досоветская татарская культура по своему определению городская, даже если ее носители жили в сельской местности, то советская культура — это культура деревни в городе с ее песнями, фольклором, языком и ментальностью. Поэтому неудивительно, что советские этнографы для изучения культуры народа отправлялись изучать не городских татар — нередко их коллег по факультету, а сельских жителей, «носителей настоящих традиций» в только что созданных колхозах, без мечетей и медресе, с убитым имамом и его разграбленной библиотекой.
Безусловно, старая татарская культура оставила своих наследников — это последнее поколение выпускников медресе. Хотя они продолжали писать на арабской графике и молиться, большинство из них по необходимости участвовали в советском нациестроительстве через систему образования, науку или муфтияты. Их дети — совсем другие по складу люди: они уже не слышали в детстве напевы «Мухаммадии», им не читали «Кысса и Йосыф» — старая культура умерла вместе с ее последними носителями к началу 1990-х.
Татарская культура через такую призму — это не чак-чак, а достаточно разнообразный набор продуктов, с которым готовы себя ассоциировать совершенно разные люди. Язык в данном случае выступает лишь как инструмент. Не зря ведь львиная доля татарского письменного наследия была создана на арабском и персидском языках. Авторы этих текстов использовали язык для высказывания, он был средством, а не самоцелью. Поэт Дәрдмәнд велик не языком, но тем посылом, что остался на века.
Отличное интервью Альфрида Бустанова и ключевые моменты, которые надо понять:
Никакой татарской нации в известном нам сегодня виде до 1930-х годов не существовало. Конечно, помимо советского проекта татарской нации, были и другие, альтернативные, но о них в другой раз. Важно зафиксировать: очень мало что связывает этот советский проект с досоветским прошлым, уж очень глубоки были изменения. Слюна, может, и та же, а культура совершенно иная.
Татарская нация досоветского времени была пропитана инициативой снизу, жаждой к знаниям, арабскими буквами, славилась книгопечатанием, системой частных медресе, открытостью арабо-мусульманской традиции (сегодня для большинства она ничего не значит). Большевики 1930-х годов не были дураками, они прекрасно знали, с чем борются: в предписаниях лингвистической экспедиции тех лет татарская культура описывается как городская, находящаяся под сильным влиянием Корана и городской буржуазии. Потому большевики и боролись с ней. В этом смысле советская нация татар в своей основе деревенская, поскольку она отказалась от собственного длительного опыта городской культуры, построенного на исламской этике. Если досоветская татарская культура по своему определению городская, даже если ее носители жили в сельской местности, то советская культура — это культура деревни в городе с ее песнями, фольклором, языком и ментальностью. Поэтому неудивительно, что советские этнографы для изучения культуры народа отправлялись изучать не городских татар — нередко их коллег по факультету, а сельских жителей, «носителей настоящих традиций» в только что созданных колхозах, без мечетей и медресе, с убитым имамом и его разграбленной библиотекой.
Безусловно, старая татарская культура оставила своих наследников — это последнее поколение выпускников медресе. Хотя они продолжали писать на арабской графике и молиться, большинство из них по необходимости участвовали в советском нациестроительстве через систему образования, науку или муфтияты. Их дети — совсем другие по складу люди: они уже не слышали в детстве напевы «Мухаммадии», им не читали «Кысса и Йосыф» — старая культура умерла вместе с ее последними носителями к началу 1990-х.
Татарская культура через такую призму — это не чак-чак, а достаточно разнообразный набор продуктов, с которым готовы себя ассоциировать совершенно разные люди. Язык в данном случае выступает лишь как инструмент. Не зря ведь львиная доля татарского письменного наследия была создана на арабском и персидском языках. Авторы этих текстов использовали язык для высказывания, он был средством, а не самоцелью. Поэт Дәрдмәнд велик не языком, но тем посылом, что остался на века.
БИЗНЕС Online
«Будущее татарского народа – это концепции, не связывающие себя с советским проектом»
Альфрид Бустанов о том, что будет с татарами в эпоху «после нации», возникающей вместе с исчезновением империи, которая создавала эти национализмы
"Ошибка выжившего" — распространённая проблема при учёте статистики, когда по одним группам информации более чем достаточно, а по другим почти отсутствует. Если говорить об истории, то мы повсеместно сталкиваемся с одним из случаев этой ошибки. Принято считать, что все или почти все древние общества были сугубо патриархальные, воинственные и построенные вокруг сублимации либидо. Но по ходу накопления знаний мы узнаём, что эгалитарные, матриархальные или промискуитетные общества встречались то тут, то там, и редкостью вовсе не были. И даже общеизвестная триада традиция-модерн-постмодерн есть не более чем условная линейная модель, ведь отдельные признаки относимые нами к модерну или даже постмодерну можно найти ещё в дремучих веках.
Однако, верно и другое: практически везде всё это многообразие уступило место патриархату, проиграв ему в конкурентной борьбе. И можно сколько угодно приводить примеры из жизни племён Папуа-Новой Гвинеи или Амазонии, они лишь подтвердят правоту нас, дремучих и мракобесных консерваторов. Изолированные от остального мира племена не испытывали постоянного пресса более успешных и воинственных соседей, тогда как народы Афро-Евразии варились в бурном котле Старого Света, и не могли себе позволить подобные экстравагантные эксперименты. В бесконечной борьбе за выживание они раз за разом, поколение за поколением доказывали эффективность своих убеждений и традиций.
Ошибка выжившего заставляет нас думать, что феминизм или сексуальная революция — это что-то принципиально новое, а на деле лишь история в очередной раз повторяет саму себя. И в очередной раз травоядным "цивилизованным" народам суждено стать добычей патриархальных "варваров", дабы запустить новый цикл истории.
https://www.youtube.com/watch?v=uAWuyi9AnSo
Однако, верно и другое: практически везде всё это многообразие уступило место патриархату, проиграв ему в конкурентной борьбе. И можно сколько угодно приводить примеры из жизни племён Папуа-Новой Гвинеи или Амазонии, они лишь подтвердят правоту нас, дремучих и мракобесных консерваторов. Изолированные от остального мира племена не испытывали постоянного пресса более успешных и воинственных соседей, тогда как народы Афро-Евразии варились в бурном котле Старого Света, и не могли себе позволить подобные экстравагантные эксперименты. В бесконечной борьбе за выживание они раз за разом, поколение за поколением доказывали эффективность своих убеждений и традиций.
Ошибка выжившего заставляет нас думать, что феминизм или сексуальная революция — это что-то принципиально новое, а на деле лишь история в очередной раз повторяет саму себя. И в очередной раз травоядным "цивилизованным" народам суждено стать добычей патриархальных "варваров", дабы запустить новый цикл истории.
https://www.youtube.com/watch?v=uAWuyi9AnSo
YouTube
Самый странный город в мире - Чатал Гуюк — ЛИМБ 41
Поддержать канал - https://www.patreon.com/user?u=3198430
Разговариваем о мертвом и мертвых в археологическом контексте, сегодняшняя тема - одна из самых непонятных и интересных археологических находок XX-го века. В программе на сегодня: каменный век и наши…
Разговариваем о мертвом и мертвых в археологическом контексте, сегодняшняя тема - одна из самых непонятных и интересных археологических находок XX-го века. В программе на сегодня: каменный век и наши…
Forwarded from Azan.ru | Исламский образовательный портал
УНИЖЕНИЕ МУСУЛЬМАНОК — ЭТО НЕ БОРЬБА С ФЕМИНИЗМОМ
Последние годы мы замечаем неприятное явление. Оно хорошо заметно в интернете, но существует и вне его. Мы его условно называем диванной борьбой за патриархат, хотя не о нормальном патриархате там речь. Мы говорим о том, как авторы исламских блогов и страниц в соцсетях посвящают свое время словесным перепалкам с феминистками, шутят на тему неравенства полов, высмеивают женщин и всячески указывают на то, как их обидел изменившийся мир с женской эмансипацией.
Хотя женскую эмансипацию мы не поддерживаем, тем не менее, можно допустить своего рода феминизм в Исламе, если не цепляться к словам и не говорить, что феминизм — это движение за равноправие полов, а не просто за некоторые права женщин. Движение за восстановление прав женщин, дарованных им в Исламе, ничему не противоречит. Да, лучше б феминизмом это не называть, но что плохого в том, что женщин перестанут безнаказанно калечить в браке? Во многих местах земного шара мусульманкам не дают развод, бьют до потери сознания, отрезают носы, если их поведение как-то унизило род, и не к месту приводят в качестве далиля аяты и хадисы. Калечить женщин, отбивая им внутренние органы и обливая кислотой, запрещено в Исламе. И это лишь один из примеров нарушения прав женщин в традиционных мусульманских народах.
Продолжить чтение https://azan.ru/maqalat/read/unizhenie-musulmanok-eto-ne-borba-s-feminizmom-11008
Последние годы мы замечаем неприятное явление. Оно хорошо заметно в интернете, но существует и вне его. Мы его условно называем диванной борьбой за патриархат, хотя не о нормальном патриархате там речь. Мы говорим о том, как авторы исламских блогов и страниц в соцсетях посвящают свое время словесным перепалкам с феминистками, шутят на тему неравенства полов, высмеивают женщин и всячески указывают на то, как их обидел изменившийся мир с женской эмансипацией.
Хотя женскую эмансипацию мы не поддерживаем, тем не менее, можно допустить своего рода феминизм в Исламе, если не цепляться к словам и не говорить, что феминизм — это движение за равноправие полов, а не просто за некоторые права женщин. Движение за восстановление прав женщин, дарованных им в Исламе, ничему не противоречит. Да, лучше б феминизмом это не называть, но что плохого в том, что женщин перестанут безнаказанно калечить в браке? Во многих местах земного шара мусульманкам не дают развод, бьют до потери сознания, отрезают носы, если их поведение как-то унизило род, и не к месту приводят в качестве далиля аяты и хадисы. Калечить женщин, отбивая им внутренние органы и обливая кислотой, запрещено в Исламе. И это лишь один из примеров нарушения прав женщин в традиционных мусульманских народах.
Продолжить чтение https://azan.ru/maqalat/read/unizhenie-musulmanok-eto-ne-borba-s-feminizmom-11008
Forwarded from Theist
#мысль
Leap of faith
Интересно сколько препятствий приходится преодолевать рядовому европейцу или американцу чтобы дойти до истины. Если у этнического мусульманина открывается тяга к духовному, Ислам это будет первое к чему он обратится и шанс успешной конвертации до понимающего дин мусульманина достаточно высок. Но, когда европеец пытается утолить духовный голод, он естественно идёт в церковь, где фитра не находит должного удовлетворения, далее идёт буддизм, затем мейнстримовые медитации, индуисткие практики, преодолев множество барьеров на своём пути, переступив через тонну навязанных стереотипов, он все же находит Ислам и успокаивается. Или же наоборот, он совершает "leap of faith". У Кьеркегора есть такой термин, "прыжок веры", он не учитывает рациональных доводов и даже примиряет противоречия в их сознании, бросившись во все тяжкие, он начинает с конца и к удивлению находит то, что искал всю сознательную жизнь.
Leap of faith
Интересно сколько препятствий приходится преодолевать рядовому европейцу или американцу чтобы дойти до истины. Если у этнического мусульманина открывается тяга к духовному, Ислам это будет первое к чему он обратится и шанс успешной конвертации до понимающего дин мусульманина достаточно высок. Но, когда европеец пытается утолить духовный голод, он естественно идёт в церковь, где фитра не находит должного удовлетворения, далее идёт буддизм, затем мейнстримовые медитации, индуисткие практики, преодолев множество барьеров на своём пути, переступив через тонну навязанных стереотипов, он все же находит Ислам и успокаивается. Или же наоборот, он совершает "leap of faith". У Кьеркегора есть такой термин, "прыжок веры", он не учитывает рациональных доводов и даже примиряет противоречия в их сознании, бросившись во все тяжкие, он начинает с конца и к удивлению находит то, что искал всю сознательную жизнь.
Forwarded from Татары и Татарочки
Бывший имам казанской мечети «Миргазиян» Абдрауф хәзрәт Забиров дал интервью «Азатлык Радиосы», в котором рассказал о давлении на мечети города со стороны чиновничьего аппарата. По его мнению, истоки этого вредоносного для татарских религиозных объединений явления находятся в Москве.
Источник: https://www.azatliq.org/a/30111098.html
Источник: https://www.azatliq.org/a/30111098.html
Азатлык Радиосы
"Түрәләр мәчетләрдә татарларның мәхәллә рухын үтерә"
"Миргазиян" мәчетенең элекке имамы Габдрәүф Зәбиров башка төбәкләрдән аермалы буларак Казанда түрәләр мөфтият, җирле дини идарәләр эшенә кысыла дип саный. Имамнар билгеләүне дә түрәләр белән килештерү кирәклеген әйтә ул.
Тут давеча русский шовинист Просвирнин заявил, что русским националистам нужно учиться у индийских, и вообще они большие молодцы, успешно щемят мусульман и так далее. Вопрос встал в связи с отменой автономии Кашмира, что напомнило русским об их собственных идеях относительно нац. республик. Схожих черт у индийского и русского нацпроектов действительно предостаточно, и главная состоит в том, что и тот и другой обречены на провал.
Начнём с главного: что такое национализм как таковой? Некая попытка поиска новой идентичности для огромного количества крестьян, за короткий период переехавших в города, оторвавшись от привычных им патриархальной семьи и соседской общины. Именно в этот период разношёрстную массу всевозможных этносов и субэтносов переучивают с локальных диалектов на "литературные" государственные языки, дабы простолюдины лучше понимали приказы начальника на работе и офицера в армии, попутно также объясняя, как нужно правильно родину любить. Как можно догадаться, временное окно для нацибилдинга довольно узко: до начала массовой урбанизации делать это смысла нет, а с началом цифровой эпохи время уже упущено. Почему? Потому что если более привычные сми и институты (типа школ и армии) могли успешно промывать мозги миллионам людей, консолидируя их вокруг заготовленного национального мифа, то децентрализованная структура интернета сама по себе тяготеет к сектантству и новому трайбализму. Поезд ушёл. Французы нацию построить успели, американцы успели, немцы успели, а вот вы не очень. Русским модерном стал большевизм, и сколько не кричи что мы не совки, совки не мы, это походит лишь на не слишком убедительное самовнушение. Одно существенное отличие есть: у индусов основная часть урбанизации ещё впереди, но станет ли стержневой идеей для новых горожан именно "индусскость", а не какая-то другая прикольная сказка, вычитанная в очередном блоге?
Но дело-то не только со временем. Есть ещё вечный спор этнического национализма против гражданского. Точнее, вечный он только для стран третьего мира, а на Западе давно всё решили: кто родился в Британии тот британец, вне зависимости от расы и вероисповедания. "Опоздавшие" нацибилдеры тяготеют всё чаще именно к этническому пониманию, что приводит к серьёзным таким проблемам, вроде определения кто же всё-таки истинный ариец. Хиндутва — идея весьма рыхлая, потому что и индуизма-то как такового не существует — есть модернистский конструкт, совокупность сотен языческих культов под общим названием. Вот и приходится объединяться не за, а против, а конкретно против мусульман. Надо ли говорить что для Индии её противостояние с мусульманами очень дорого обходится: это не только постоянная угроза ЯДЕРНОЙ войны с соседним Пакистаном, не только война с собственными гражданами, но и война с собственной историей и её весьма длительным и плодотворным мусульманским периодом.
Вот и просвирнины стержневой идеей для русской идентичности всё никак не разродятся. Православие им не нравится, да и остальные религии тоже, хотя и готовы их терпеть, но вот ислам не нравится особенно. Так и выходит: русский тот, кто живет в России, но не муслим. Метод от противного. А не будет мусульман — не будет ни русских, ни индусов.
Начнём с главного: что такое национализм как таковой? Некая попытка поиска новой идентичности для огромного количества крестьян, за короткий период переехавших в города, оторвавшись от привычных им патриархальной семьи и соседской общины. Именно в этот период разношёрстную массу всевозможных этносов и субэтносов переучивают с локальных диалектов на "литературные" государственные языки, дабы простолюдины лучше понимали приказы начальника на работе и офицера в армии, попутно также объясняя, как нужно правильно родину любить. Как можно догадаться, временное окно для нацибилдинга довольно узко: до начала массовой урбанизации делать это смысла нет, а с началом цифровой эпохи время уже упущено. Почему? Потому что если более привычные сми и институты (типа школ и армии) могли успешно промывать мозги миллионам людей, консолидируя их вокруг заготовленного национального мифа, то децентрализованная структура интернета сама по себе тяготеет к сектантству и новому трайбализму. Поезд ушёл. Французы нацию построить успели, американцы успели, немцы успели, а вот вы не очень. Русским модерном стал большевизм, и сколько не кричи что мы не совки, совки не мы, это походит лишь на не слишком убедительное самовнушение. Одно существенное отличие есть: у индусов основная часть урбанизации ещё впереди, но станет ли стержневой идеей для новых горожан именно "индусскость", а не какая-то другая прикольная сказка, вычитанная в очередном блоге?
Но дело-то не только со временем. Есть ещё вечный спор этнического национализма против гражданского. Точнее, вечный он только для стран третьего мира, а на Западе давно всё решили: кто родился в Британии тот британец, вне зависимости от расы и вероисповедания. "Опоздавшие" нацибилдеры тяготеют всё чаще именно к этническому пониманию, что приводит к серьёзным таким проблемам, вроде определения кто же всё-таки истинный ариец. Хиндутва — идея весьма рыхлая, потому что и индуизма-то как такового не существует — есть модернистский конструкт, совокупность сотен языческих культов под общим названием. Вот и приходится объединяться не за, а против, а конкретно против мусульман. Надо ли говорить что для Индии её противостояние с мусульманами очень дорого обходится: это не только постоянная угроза ЯДЕРНОЙ войны с соседним Пакистаном, не только война с собственными гражданами, но и война с собственной историей и её весьма длительным и плодотворным мусульманским периодом.
Вот и просвирнины стержневой идеей для русской идентичности всё никак не разродятся. Православие им не нравится, да и остальные религии тоже, хотя и готовы их терпеть, но вот ислам не нравится особенно. Так и выходит: русский тот, кто живет в России, но не муслим. Метод от противного. А не будет мусульман — не будет ни русских, ни индусов.
👍9