В течение семи лет World Trade Center Survivors’ Network (Ассоциация выживших жертв 9/11) возглавляла выпускница Гарварда Таня Хэд.

В момент первого удара, по Северной башне, Таня находилась на 97-м этаже Южной, на работе в инвестиционном банке Merryll Lynch.

Несмотря на приказ всему зданию оставаться на своих местах, она даже не стала ждать местного лифта, а сразу побежала вниз по лестнице на 84-й этаж, откуда уходил единственный скоростной лифт напрямую в лобби. Но около этого лифта уже была толпа, Тане пришлось ждать своей очереди, и она все еще была там, когда United Airlines 175 Бостон — Лос Анжелес врезался в Южную башню между 77-м и 85-м этажами.
Она очнулась заваленная трупами, плитами мрамора и железной арматурой, залитая пеной из потолочных огнетушителей, выбралась наверх, и на ощупь проползла к выходу на пожарную лестницу. Одна, в полной темноте она босиком бежала вниз сквозь плотную взвесь минеральной пыли и угарного газа двадцать этажей, пока не догнала наконец других, спускавшихся с более низких уровней.

Вместе они бежали вниз еще около сорока этажей.
Потом она не могла больше двигаться и до лобби ее нес на руках один из пожарных, с которыми их группе посчастливилось столкнуться в районе 20-х этажей. Когда башня начала оседать, они успели от нее отбежать только на сто метров, и пожарный закрыл ее своим телом и валявшимся рядом листом железа.

Ей показалось, что прошло не меньше часа, но на самом деле не более 20 минут, когда Таня выбралась из-под мертвого пожарного и поплелась через газовую завесу в направлении света. Там ее забрала скорая, и месяц она провела в госпитале с сильным отравлением пылью и угарным газом. Она осталась жива, но погибли все, с кем она работала, многие из тех, с кем она общалась, спасший ее пожарный, но главное — ее жених Дэйвид Суарез, работавший в Северной башне на сто первом этаже.

Несколько лет Таня находилась в тяжелой депрессии, не работала и посвящала все свое время организации помощи другим жертвам и их родственникам. Она встречалась с мэром Нью-Йорка Рудольфом Джулиани, выступала по телевидению, открывала памятники, перерезала ленточки. Ведь на уровне +84 этажа Южной башни спаслись только четыре человека, трое из них здоровые и сильные мужчины. И Таня. В Северной башне на уровне удара и выше не спасся никто. 👇
_

Таня Хэд с уходящим мэром Нью-Йорка Рудольфом Джулиани, губернатором штата Нью-Йорк Джорджем Патаки и приходящим мэром Майклом Блумбергом.


На седьмую годовщину 9/11, восхищенная таким подвижничеством, газета The New York Times (одна из двух главных газет страны) решила посвятить Тане главную статью. Назначенный журналист был ответственным человеком и начал скрупулёзно собирать данные для материала. За все эти годы он стал первым, кто заинтересовался фактами, а не словами!
Очень скоро ему стало ясно, что в Таниной истории имеют место существенные несовпадения. Но вместо разъяснений Таня потребовала от газеты не печатать ее историю.

Статья, однако, была напечатана и стала главным материалом всего года. В статье повествовались следующие детали Таниной биографии: она никогда не училась в Гарварде; она никогда не работала в Merryll Lynсh; она вообще никогда не работала; у нее никогда не было никакого жениха, и в частности того, о ком она столько лет показательно скорбила.

Тут-то и прояснилась странная ссора Тани с его родственниками, которая вяло тянулась уже несколько лет, ненадолго вспыхивая после каждого выступления Тани по телевизору или в газете.
Родственники отрицали присутствие Тани в его жизни, и перешли в активное судебное наступление, когда статус Дэйвида в Таниных интервью повысился до тайного мужа. Юридический суд еще не успел состояться, а суд общественного мнения выбрал победителем Таню, что мне кажется абсолютно естественным ведь в trials by media прокуроры, судьи, и палачи всегда женщины, по причине того, что только они в таком и участвуют. А роль адвоката там вообще не фигурирует.

Таня и ее поклонницы развивали нарратив стаи жадных акул, желающих вырвать у слабой беззащитной женщины многомиллионную компенсацию, полагающуюся законным вдовам.
Семья же Дэйвида Суареза, престарелые родители и два старших брата, сразу отказались от любой финансовой компенсации вне зависимости от наличия у него неизвестной им жены, но продолжали настаивать, что Таня таковой его женой не была, и даже утверждали, что обыскали все его документы, и прочитали все его емайлы за все годы, хотя это и заняло у них больше четырех месяцев круглосуточной работы вчетвером, чтобы убедиться что они не оскорбляют несчастную вдову своим недоверием. Возможно, думали они, по какой-то странной причине Дэйвид скрывал имя своей девушки, потом невесты, а потом и жены, и упоминал ее анонимно. Поэтому им пришлось прочитать каждое слово из каждого документа, затребованных ими у ФБР, вместо быстрого поиска по ключевым словам. Вот после окончания этой работы они и обратились в суд с иском о клевете за два месяца до выхода статьи в NYT.

Учитывая излагающиеся в статье факты об отсутствии у Тани любой работы включая конечно и в Merryll Lynch, возникал важный вопрос, — а что делала Таня на 97-м этаже Южной башни, в девять утра этого рокового дня. Мысль, что ее там вообще не было, была столь чудовищна, что ее не решались высказать. Америка очень трепетно относится к выжившим 11 сентября. Это святое, и даже если она не работала в Merryll Lynch, что с того? Она пострадала в самый страшный для Америки день и ее страдания заслуживают уважения.

Правда, некоторые нюансы все-таки вызывали вопросы: Таня утверждала, что видела над своей головой крыло самолета, врезавшегося в ее башню, в момент ожидания лифта на площадке 84-го этажа. Самое скромное знакомство с физикой подсказывает, что в такой ситуации выжить было бы невозможно из-за волны раскаленного воздуха, да и по многим другим причинам.

Таня со слезами вспоминала пожарного, спасшего ей жизнь. Он бежал с ней на руках больше двадцати этажей! И ему не помешал вес Тани, приближающийся к ста килограммам. Только редкий богатырь мог бы бежать по темной лестнице, задыхаясь от отсутствия кислорода и с грузом в центнер. 👇
_

Трагедия окружила Таню со всех сторон: погибли все ее коллеги, все, кого она встретила на лестнице, пока спускалась, ее храбрый пожарный, и даже ее жених. Не осталось никого, кто мог бы подтвердить историю этого чудесного спасения.


***


Как и всегда, правда оказалась весьма прозаичной. В сентябре 2001 года Алисия Эстив, испанка, училась в университете Барселоны, то есть не только не была в тот день в самом небоскребе, не только не была вообще в Нью-Йорке, но даже и в самой Америке, где она впервые оказалась не раньше 2002 года под именем Тани Хэд.

Вся история ее спасения, все ее страдания, все было выдумано от первого до последнего слова. И в силу ли глупости или просто лени, Таня даже не пыталась придать своим выдумкам некоторое правдоподобие. Ее рассказы были полны высокопарными, эпическими, былинными штрихами.
Ну и что? Тысячи людей много лет обожали ее и не задавались таким тривиальным и незначительным вопросом, как могло ли все это быть на самом деле.
_

_
I am utterly fascinated историями о самозванцах. О людях, выдающих себя за кого-то, кем они не являются. И я постоянно убеждаюсь, что их много, очень много, в самой обычной жизни, а не только в триллерах. И это только те, о ком что-то становится известно. А сколько тех, о ком не становится.

Конечно, обычно это относительно мелкие детали биографии: там не учился, тут не работал, здесь не жил. Никто не задается вопросом достоверности, поскольку никому не интересно.

Я точно знаю, что двое моих коллег в Лондоне, Очень Крупных Начальников, не учились и не работали там, где говорили. Еще недавно ведь практически не проверяли правда ли написана в резюме.


Приходите обсуждать самозванцев и подобные истории к нам в закрытые каналы👉

Мы там на днях обсуждали устройства на работы, фрод, и тп.
Много таких историй. Я их обожаю😀🙈 Я тоже потом еще несколько расскажу.
-

Я с традиционным. Кто может мне привезти посылку из ЛЮБОГО места США?
Буду eternally благодарна (финансово или как угодно еще).

Я на днях была на этом спектакле в Театре Наций (это единственный театр, в котором я видела хорошие спектакли).
Он по одной из моих любимых книг «Смерть Ивана Ильича». Точнее не любимых, так как к ней сложно отнести это слово.
Одной из лучших вообще написанных, по-моему.
Правда, я обычно начинаю плакать на пятой странице, хотя вообще не сентиментальна.

Так вот, спектакль одновременно прекрасный и ужасный в своей правдивости. Вы его долго не забудете.

Обсуждение здесь→

_

Толстой👆всегда актуален.
Утром за столик прямо рядом со мной садится гражданка неопределенного возраста (обилие треша: губы, ресницы, ногти, мейк мешают разглядеть даже с расстояния полметра). На колени кладет книгу из сумки. Достает телефон и начинает обзвон подруг.
-Ну как у меня дела?… Плохо… Ты знаешь мою тяжелую ситуацию с личной жизнью… Да, опять. Ты знаешь как мне не везет всегда.
Тяжело на душе… Читаю Анну Каренину. Точнее перечитываю… Я уже раз десять читала… Это моя любимая книга. Я только про мужиков все пропускаю, особенно Вронского, не могу читать про этих козлов!!!

Выглядит точно как Сан Франциско.

А это Токио

Какой прекрасный фильм День Шакала 1973. Я трижды смотрела🙈 не отрываясь.
И сравните с недавним😱

Эта таблица навела меня на мысли о
Высокой смертности современных браков

«Все знают, что молодой человек, располагающий средствами, должен подыскивать себе жену».
«Кити знала, что ей уже нельзя было ждать; она чувствовала, что это была последняя зима, когда её могли выбрать».

Двадцатишестилетний богатый и красивый Фицвильям Дарси находился в активном поиске жены, поскольку уже немного запоздал.
Двадцатилетняя хорошенькая и небедная княжна Кити Щербацкая беспокоилась о том, что может и не успеть.

Ни Дарси, ни Кити не получили того, о чем мечтали или на что могли рассчитывать, поэтому удовлетворились тем, что оказалось под рукой. Вместо Вронского Кити получила Левина, кандидата хуже по всем параметрам. Вместо блестящей светской красавицы Дарси согласился на девушку средней внешности, невысокого происхождения, и совсем без денег. И хотя причины этих неоптимальных выборов разные (Кити просто не смогла получить Вронского как ни старалась, а Дарси мог бы получить свою знатную красавицу если бы приложил усилия), результат одинаковый: оба согласились на всего лишь приемлемый вариант.

И продолжение у историй одинаковое, хотя нам о нем и не сообщают. Кити проживет в крепком браке с Левиным всю свою жизнь; Дарси проживет в крепком браке с Элизабет всю свою жизнь. Кити не любит Левина, она влюблена все в того же Вронского. Дарси все-таки слегка влюблен в Элизабет. Кити изменять мужу не будет, —во-первых она труслива, во-вторых, Вронскому она не нужна, а в-третьих, его убьют на Балканской войне вскоре после окончания книги.
Про Дарси неизвестно; зависит от многих факторов.

Совершенно неважно по каким причинам каждый из них вступил в свой брак, и будет кто-то кому-то изменять или нет. Потому что на крепости брака это никак не отразится. А не отразится потому, что в то время никто не ожидал от брака страстной любви до гроба, абсолютной верности, полного духовного единства, и главное равенства.* Равенства не в смысле права на голосование, или таблицы с графиком поочередного выноса мусора, а в смысле равенства чувств и желаний.

Всем было ясно, что брак почти никогда не оптимален, иначе бы он не состоялся, это всегда компромисс, и равенства не существует, одной из сторон (получила больше того, на что могла рассчитывать) всегда повезло больше, чем другой (получила меньше того, на что могла рассчитывать). И обе стороны будут и дальше действовать исходя из своих позиций, но ограниченно, потому что разрушенный брак гораздо хуже всех потерь, которые стороны могут понести в этом браке.

Если бы, скажем, Анна только изменяла своему Каренину, даже и откровенно, даже и с ребенком от Вронского, общество не было бы особо взволновано, и сам Каренин не волновался бы так сильно, потому что ему хоть и было бы неприятно, в целом он ничего другого и не мог ожидать, женясь на такой красавице. Трагедия началась, когда Анна решила уйти из брака, а до этого был только фарс.

***

Теперь представим всех этих персонажей в наше время.

Начнем с Фицвильяма Дарси. Знатный, богатый, и красивый, он бы не женился минимум до сорока лет, потому что зачем ему? Череда женщин из его прошлого вопрошала бы на онлайн форумах не нарцисс ли он, и приходила бы к выводу, что не только нарцисс, но и психопат, газлайтер и абьюзер. А текущая женщина наседала бы на него с вопросами о будущем, прояснением «кто мы друг для друга», и получала бы уклончивый ответ о том, что надо посмотреть и он пока не готов.

Далее рассмотрим Кити. Вариант 1: она бегала бы за Вронским годами, а может и десятилетиями (бесполезное занятие, ведь она ему никогда особо не нравилась)👇

_

_
Вариант 2: она не бегала бы за Вронским, поскольку он уже женился на Анне; она бы просто искала такого же.
Если совсем бесхарактерная, просто ждала бы такого же (поскольку таких как Вронский один на сто тысяч, искать и ждать бесполезно, особенно учитывая, что она и первому не очень нравилась).

Но Кити искренне не могла бы понять почему это она должна согласиться на кого-то хуже Вронского, ведь вот, были же у них любящие отношения: они вместе танцевали два вальса и мазурку, и он трижды бывал у них в доме.
Большую часть времени она проводила бы в онлайн беседах с Элизабет, на которой не женился Дарси, об измельчании мужчин, которые боятся сильных женщин; и обе бы никогда не вышли замуж и не имели детей.

И вариант 3: Кити снизошла бы до Левина, истрепала ему все нервы, потому что кто он думает он такой, лет через пять они бы развелись, и она оказалась бы в начале Варианта 2.

И браки остальных героев этого романа, и всех соседних романов тоже, распались бы, за редким исключением, и составилась бы вот такая статистика как на картинке. Причем эта картинка еще не отражает тех, кто не развелся, потому что никогда не женился, а таких тоже множество.

***

А все из-за того, что где-то в районе шестидесятых годов, сначала в Америке, а потом и везде, одно за другим исчезли все внешние ограничения в виде церкви, общественного мнения, и строгих законов. И даже физическое ограничение в виде неизбежной беременности.

Люди, конечно, не изменились и продолжили действовать исходя из того достался им сильный рычаг, слабый рычаг, или никакого рычага. То есть пытаться отхватить побольше, как делает любое живое существо. Но теперь уже в ситуации отсутствии границ. И наступил дикий капитализм: каждый пользуется тем, что досталось или удалось урвать, с целью получить максимум из возможного, не жалея ни времени, ни сил.
А если добавить сюда технический прогресс, то оскал капитализма пугает еще больше.
Где бы наш Дарси брал женщин, чтобы бесконечно их менять, когда в их деревне жило не более сорока человек? Допустим он мог бы переехать в Лондон, там его охват был бы больше, но все равно небольшой, ведь он не слонялся бы по улицам с целью познакомиться с какой-нибудь идущей мимо гражданкой.

А Кити, где бы искала второго Вронского, если она бывала только на балах, а на них всегда присутствовали одни и те же двести человек. Вряд ли она подала бы объявление в раздел «Знакомства» газеты Вечерний Петербург.

В своих условиях, Кити и Дарси действовали совершенно рационально: Дарси было проще жениться на симпатичной соседке, чем тратить силы на поиски какой-то потенциальной принцессы, еще и в условиях ограниченного времени (ведь общество уже было им недовольно). Кити должна была выйти замуж за Левина или не выйти совсем, а если уж приходится выходить и это навсегда, то можно его и полюбить, нет никакого смысла не полюбить.

И сейчас люди ничуть не изменились (с чего бы) и по-прежнему действуют абсолютно рационально, а вот условия изменились очень сильно. Никакого строгого общества нет, религии нет, беременности нет. Зато у большинства есть иллюзия неограниченного потока кандидатов, а у меньшинства есть реально неограниченный поток кандидатов. И меньшинство этим (естественно) пользуется, а большинство (естественно) пытается это как-то ограничить. И ввиду того, что других механизмов не осталось задействуется мораль.

Многие думают, что, если заклеймить популярных мужчин как газлайтеров, абьюзеров, гостеров и нарциссов, а популярных женщин как алчных, поверхностных, холодных, и не способных на любовь, они устыдятся и изменят свое психопатическое поведение.

То есть, как и раньше, общество осознает необходимость какого-то контроля над рынком отношений и браков, и понимает, что в условиях ничем не ограниченной свободы, а также большого разброса в привлекательности соискателей на брак, ситуация быстро станет такой ↑
👇

_
Проблема в том, что моральное давление не работает, никому нельзя что-то запретить или навязать пустыми словами, а реальных-то инструментов не осталось.
Крепкий брак, а вскоре и брак вообще, стал предметом роскоши, доступным только элите.

А спрос на него не уменьшился! Нисколько, ни на миллиметр не уменьшился спрос на хороший брак ни с мужской, ни с женской стороны. Парадоксальная ситуация огромного спроса и огромного предложения, которые никак не могут совпасть.

*Продолжение о равенстве следует. Stay tuned.

Отвечу, что, смотря кого именно считать «сильной женщиной».
В России очень популярен и любим образ женщины опытной, циничной, побитой жизнью, и от того, «мудрой».

Типаж выглядит так: ее много раз предавали мужчины, она все тащила на себе, и все познала на собственном грустном опыте. Но в душе она, конечно, верит в Любовь и надеется встретить принца. Но каждый принц оказывается мерзавцем, и сильная женщина опять плачет у окна.

Олицетворением этого типажа является Лариса Гузеева. Которое десятилетие она ведет свою отвратительную передачу «Давай поженимся!» в прайм-тайм на главном канале. Ее цинизм и базарность — часть роли, потому что это то, что востребовано многомиллионной женской аудиторией: прожжённая, немолодая тетка, хабалка и хамка, но с чистой и ранимой душой, жаждущей любви.

Интересно, что в России этих многочисленных императриц типа Аллегровой или Успенской любят не только простые деревенские, но и многие образованные женщины. У них другие кумиры, не такие матерые как Успенская, но по посылу точно такие же: «Я все везла на себе, меня использовали, а потом предавали, поэтому я теперь на лицо ужасная, но все еще добрая внутри. Ну приди же уже Настоящий Мужчина, раскрой мою трепетную сущность» (он не придет). Раньше этот образ являла собой Нонна Мордюкова, теперь вот Гузеева.
Так что если подразумевать под сильной женщиной именно это, то, действительно, вряд ли найдется хоть один индивид, которому такая понравится.

Но это тема длинная и сложная, лучше, и точно и полезнее обсуждать уход за кожей😀🙈

В закрытых каналах часто всплывает одна и та же тема: психосоматические заболевания. Точнее, авторы не считают, что заболевания психосоматические — они уверены, что у них болит спина, желудок, шея и все другие части тела по очереди. И у всех есть диагнозы с печатями; и многих вылечило то или иное средство, а другим ничего не помогает.

***
В Англии уже год тянется совершенно завораживающая история. Maeve Boothby-O’Neill умерла в 27 лет ещё в 2022 году, но результаты дознания были опубликованы только несколько месяцев назад после длительного расследования.

Моув умерла от голода, так как была настолько слаба, что физически не могла есть. Посмертный диагноз — синдром хронической усталости / миалгический энцефаломиелит. Посмертный — потому что при жизни врачи отказывались его ставить, из-за чего эта история и стала настолько знаменитой и показательной.

После смерти родители Моув стали добиваться признания врачебной халатности, выразившееся в отказе признать МЕ органическим заболеванием и лечить как таковое. Отец Моув — известный журналист, поэтому история быстро перешла в формат публичного конфликта. Надо уточнить, что её (разведённые, что важно, но об этом позже) родители делают всё это не из финансовых соображений: они не просят никакой компенсации и вообще не имеют материальных намерений. Они совершенно искренне верят в то, что делают и говорят, и именно это, на мой личный взгляд, убило Моув.

Не знаю, как в России, но в западном мире МЕ-лобби настолько сильно, что многие несогласные просто боятся возражать. Или не боятся, но не находят нужным портить из-за этого свою карьеру. С тех пор как чувства и субъективные ощущения стали у нас признанным критерием действительности, транс-лобби и многие медицинские лобби перешли в активное наступление. И МЕ-лобби — самое сильное и агрессивное из всех медицинских.

Если кто-нибудь ещё не знает, CFS / ME выражается в постоянном упадке сил, переутомлении, слабости и усталости, доходящих до полного изнеможения. Страдающим не помогает никакой отдых и никакие лекарства. Война МЕ-лобби заключается в требовании признать это состояние органическим заболеванием — следствием вирусной инфекции или вялотекущего системного воспаления — и лечить его в соответствии с новым статусом. Но есть проблема: никакие анализы не показывают никакой аномалии, и никакие лекарства и средства не помогают, отчего вопрос лечения остаётся непроясненным.

Если вникнуть в аргументы сторонников МЕ, все они сводятся к одному: «я знаю, что я болен». Поэтому трагическая смерть Моув — подарок кампании по признанию CFS / ME «реальным» заболеванием. Ведь не может здоровая молодая женщина умереть от голода, потому что неспособна поднять руку, а потом и открыть рот, а потом и глотать, из-за того что у неё нет на это физических сил. Будь это психиатрическое состояние, разве инстинкт самосохранения не включился бы задолго до смерти? Ведь многие люди любят жаловаться на здоровье, но как только чувствуют реальную угрозу, сразу выходят из своего уныния: мозг заставляет их действовать, чтобы реально не заболеть. Так что умереть можно только от органического поражения, с которым тело уже не может справиться.

На этих соображениях и доводах основана вся идеология, и МЕ, конечно, скоро официально признают физической патологией, потому что себе дороже не признать. Признали же что внутреннее ощущение себя другого пола имеет какое-то реальное значение, кроме тяжёлого психического заболевания или просто наглой лжи. И тут печально то, что наглая ложь объясняет только небольшой процент от общего числа, а основу составляют психические заболевания. Потому что ложь — это нормально и естественно для человека, а вот признание тяжёлых ментальных расстройств вариантом нормы уже сильно пугает.

И, кстати, аргументы у транс-лобби точно такие же: ведь не может же человек проделать над собой такое! — поменять всё, перенести столько боли! — если реально не имеет физических оснований. Ведь человек же всегда старается избежать страданий, это биологический закон. Значит, человек страдает только тогда, когда не может не страдать, будучи поражён органическим заболеванием или рожденным в неправильном теле.

И знаете, что самое интересное? Это правда.
Всё, что делает любое живое существо, направлено на самосохранение или сохранение своих генов. И умирают от голода при изобилии еды тоже вследствие этого биологического закона. Если мозг решает, что есть опаснее, чем не есть, он не даст открыть рот, жевать, и глотать.
И это не конфликт между мозгом и телом, не баг, а фича. Не может быть ссоры между мозгом и телом поскольку это одно и то же. Просто вся система состоит из нескольких уровней, надстраиваемых по мере усложнения организма, и у каждого из них одинаковая цель: самосохранение, но разные зоны ответственности.

Самый ранний, примитивный уровень отвечает за физиологические процессы, самый поздний — за сознание. И тот и другой могут подавлять друг друга, и это не ошибка, это обеспечивает гибкость системы. Высшие функции нужны для того, чтобы планировать и пытаться предсказать будущее и подавлять на этом пути низшие системы, чтобы те не мешали адаптироваться. Ведь низшие не знают — им нечем знать, — что, если, например, съесть весь запас сегодня, завтра умрёшь от голода, поэтому чтобы выжить их надо заставить не есть всё сразу, несмотря на любой голод.

Но поскольку невозможно точно предсказать будущее, центр управления часто ошибается. Он может преувеличивать угрозу и парализовать тело для сохранения энергии — в народе это называется депрессия или anxiety disorder, патологическая тревожность. Он может рисовать реалистичные не существующие картины — это называется шизофренией. Он может имитировать любые телесные ощущения — это называется психосоматикой.

Конечно, ни к чему хорошему эти ошибки не приведут, но системе всё равно, что кто-то не встаёт с постели в тяжёлой депрессии, кто-то прыгает с крыши в приступе психоза, а кто-то страдает от невыносимой, ни на чём не основанной боли. Потому что в целом такой механизм скорее работает, чем нет. Пока плюсы хоть немного перевешивают минусы, система будет сохраняться.
Все это не теория, это важно для практической цели: понять откуда берутся разные настроения и состояния: депрессии, постоянная усталость, тревога, агрессия, острое недовольство собой, и так далее. И, главное, понять, КАК ИХ ЛЕЧИТЬ.

Продолжение следует →