Следующим шагом сразу два медика начинают искать вены для катетера, а мы с парамедиком готовим интубацию. Опять же, по всем исследованиям интубация никак не улучшает шансы пациента, и в обычной реанимации имеет низкий приоритет, но мы уже готовимся к эвакуации, и в несущемся под 120 км/ч амбулансе по загруженным дорогам невозможно обеспечить нормальное прилегание маски и Амбу, поэтому это критический этап для начала эвакуации.
Ларингоскоп в горло, вижу голосовые связки, завожу трубу с первого раза (что не так просто с работающим Лукасом, в тесном промежутке между кроватью и сиденьем), раздуваю манжету трубы (для первичной фиксации трубы в горле), подключаю фильтр, капнограф (45 mmhg, то что надо), оцениваю визуально и прослушиваю стетоскопом (как бы странно это не звучало в этой обстановке), оцениваю время.

Минута и 50 секунд, заряжаю дефибриллятор в мониторе, останавливаем Лукас, руки от пациента, разряд! Продолжаем СЛР.

Медики не могут найти вену, оставляю фиксацию интубации парамедику, перепрыгиваю работающий Лукас чтобы помочь им с венами, понимаю что вен там нет и не будет, говорю парамедику залить 3 мг адреналина прямо в трубу интубации (про эффективность я готов с вами согласиться, но что поделать), сам хватаю внутрикостную пневматическую иглу в одну руку, руку сидящего рядом стажера в другую (им очень важно учиться самим выполнять все эти процедуры, и неизвестно когда в следующий раз у него будет возможность), сгибаем ногу пациента, находим анатомическое место, прикладываем иглу, Дави-Давлю!, пружина выстреливает иглой прямо в кость, проверяю фиксацию, хватаю готовый шприц с физраствором, всасываю костный мозг, промываю, есть венозный доступ! Остатками промывки промываем тройной удлинитель, говорю стажеру что с этого момента он на лекарствах (тот уже начинает готовить адреналин в шприцах и физраствор для промывки), перепрыгиваю Лукас обратно в голове кровати, перехватываю контроль над дыханием, оценка времени.

Минута и 50 секунд, заряжаю дефибриллятор в мониторе, останавливаем Лукас, разряд! Продолжаем СЛР.

Есть венозный доступ, вливаем первым делом амиодарон, который заранее приготовил напарник, теперь оценка ситуации: разряды есть, СЛР работает, труба на месте и зафиксирована, венозный доступ на месте и в работе. Все, все лишние наружу, напарник прыгает на место водителя и мы срываемся в сторону больницы, я наклеиваю наклейки монитора в дополнение к дефибриллятору, параллельно вызванивая дежурного кардиолога с запросом на срочную оценку и возможность ЭКМО. Реанимация работает, разряды исправно выдаются пациенту каждые минуту и 50 секунд, адреналин каждые 5 минут, второй амиодарон зашел после первого адреналина, напарник одной рукой рулит, второй рукой через громкоговоритель контролирует движение на дороге и параллельно каждые 10-15 секунд бьет по приборной панели, чтобы сирена работала (все это на глазах у жены пациента).

За две минуты до больницы готовим пациента: переподключаем кислород на переносимый баллон, перепроверяем все показатели (Лукас на своем месте, капнография 25mmhg), процедуры и их фиксацию, укрываем пациента насколько это возможно, объясняем жене что она не сможет зайти с нами в шоковую комнату, и ее там встретят.

Заводим пациента в шоковую комнату, внутри десяток врачей, медбратьев и стажеров, и если их сейчас не остановить, начнется балаган. Так что прикрикиваю, что сейчас 30 секунд никто не говорит и все только слушают:
--42 года, здоров, утром вернулся из 11-часового полета, без жалоб во время отпуска и во время полета, witnessed arrest, реанимация похожими 6 минут, реанимация BLS 8 минут, на данный момент 22 минуты реанимация ALS, получил 11 разрядов на VF без изменения ритма 450 мг амиодорона и 5 мг адреналина, заряжаю дефибриллятор, оценка, VF убрали руки от кровати, убрали я сказал! Разряд! 24 минуты, 12 разрядов, помогите переложить.

Реанимация в больнице продолжалась еще 40 минут, за это время пациент получил еще 18 шоков, его начали подключать к ЭКМО, но в итоге ведущий кардиолог решил остановить реанимацию, потому что с его точки зрения пациент слишком долго был на no-flow-time (от момента падения до начала качественной реанимации, а в реанимацию BLS он не верит), и он уверен что мозг слишком долго был в гипоксии, иначе бы в какой-то момент сердце ответило каким-нибудь другим ритмом кроме VF. Это первый раз, когда я видел, как из шоковой комнаты выходят врачи и стажеры со слезами на глазах. Нам осталось только написать отчет, отмыть машину, восполнить потери, заменить кабели у монитора (какой-то черт в шоковой комнате умудрился их перерезать ножницами), и готовится к следующему вызову. Никто не спрашивает, в каком состоянии и с какими чувствами мы должны на него ехать, и тут важно помнить, что мы гости на чужих трагедиях, как бы это не звучало. Но легко нам не было, особенно после того как мне позвонил один из старших парамедиков нашей области и сквозь слезы рассказал, что это был его хороший друг, и как он рад что я приехал на этот вызов а не кто-то еще.

А еще через пару дней мне сообщили, что пациента все же подключили к ЭКМО, потому что семья согласилась пожертвовать все доступные органы для других пациентов, и я и моя бригада спасли минимум 5 человек, которые без этого пациента неизвестно когда получили бы свою пересадку и получили бы вообще.

Вот как-то так. Итога и морали не будет.

Ещё хохма на больную тему 😉

Наш Минздрав серьезно озаботился вспышкой эпидемии вируса эбола в Уганде и решил опубликовать подготовительную статью (на иврите🤷🏻‍♂️).

Сегодня вечером провел большой вебинар с участием почти 500 медработников. А со следующей недели начнет готовить команды во всех приемных покоях и бригады Мады.

Конечно, необходимо поддерживать систему в тонусе и проводить учения, но думается, что наш Минздрав пытается восстановиться в глазах населения, после провального реагирования на "корону".

Поэтому теперь старается выработать планомерную тактику и заранее проработать все свои действия начиная от приема больного из Африки с температурой, определения необходимых проверок, карантина, лечения и аж до публикаций в СМИ.

Но эбола - это не коронавирус. С одной стороны у нее намного более высокая смертность, но и заражение происходит лишь при тесном контакте с выделениями пациента (кровь, моча, слюна, кал), а не воздушно-капельным. Поэтому нам кажется, что паниковать рановато. Но в Уганду лучше сейчас не ехать🤔

А вы уже подготовились к наводнениям? 🤔

Набрёл на небольшое, но интересное исследование о помощи обычного маленького вентилятора в снижении симптомов COPD (chronic obstructive pulmonary desiease). Так называется болезнь легких у тех, кто 30 лет курил по 3 пачки в день.

Выходит, что дуновение ветерка на лицо из вентилятора им действительно может помочь 🤗

Источник:
http://openres.ersjournals.com/content/7/4/00211-2021?ctkey=shareline&utm_medium=shareline&utm_source=00211-2021&utm_campaign=shareline

В конце концов, сделали Total Body CT и обнаружили пулю в левой щиколотке - на самой границе КТ.

Ну и пришлось заменить тазобедренный сустав - на видео это плохо видно, но там пуля раздробила часть шейки фемура. Счастливчик 😏

В некоторых случаях, парамедикам приходится проводить процедуру декомпрессии грудной полости. Для непосвящённых вкратце : при травме груди , воздух при каждом вдохе попадает и куда нужно (альвеолы) и куда не нужно (все остальное) . В некоторых случаях воздух не может освободиться и собирается под давлением в плевральной щели.
В этом случае пациент в опасности и это место нужно проткнуть длинной иглой и воздух освободится .
.
Но как эффективны мы в этой процедуре?
Выходит что не очень.
В приложенной статье описаны 104 пациента которым была проведена процедура декомпрессии.
У 24.7% (!) из них игла была поставлена правильно. 19% из них процедура не была нужна.
Что можно заметить ?
Мы плохо знаем (или забыли ) анатомию и плохо находим 3-ье и 5-ое ребро.
Да - пациентов немного для хорошего исследования,но неплохой индикатор для тех тем в которых мы должны быть лучше

https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC8404440/

Вот например случай. Экстрим конечно но все же бывает. Игла в селезёнке.

А вы заметили, что у него очень малое содержание жира в организме? 😏