Вчера был на смене "либро".
Это смена в Маде которую несёт парамедик на джипе.
Его задача оказывать первую помощь на уровне ALS вместе с "белыми" бригадами и помогать реанимобилям в сложных вызовах.

Смена была довольно спокойная с легко раненным после дтп в которой его машина решила побыть самолётом на несколько секунд ,и мерцательной аритмией которой было оказано лечение до прибытия реанимобиля.
Но как водится , за полчаса до окончания смены диспетчер попросил помочь "белому" амбулансу который поехал на потерю сознания на улице.
По прибытию оказалось что на самом деле это м. 60 лет который упал с балкона .
Сознание - сонливость , переломы ног и массивное кровотечение.
Но что очень бросалось в глаза это мертвенная бледность кожи и обильный пот. Это всегда очень плохой признак.
В груди по аускультации - пневмоторакс. Это когда воздух собирается там где его должно не быть.
Турникет на ногу ,давящий бандаж с гемостатиком на другую. Фиксация таза . Кислород , и на каталку.
Теперь дилемма - первый план это загрузить пациента в "белый" и ехать с ним , второй - ждать реанимобиль.
В травме , слово "ждать" это вообще плохая примета.. но реанимобиль из соседнего региона подкатил аккурат когда мы начали грузить раненного.
В дорогу ещё добавили транексам и кетамин , благо венозный доступ поставили во время погрузки .
Ну хоть не зря пришли на смену ..

Когда заходит речь о травме, то есть два типа парамедиков: 🤭и😄

Непонятно почему его подключили к дэфи 🤷‍♂, но вообще-то у нас сегодня было большое чудо на Суккот - насколько на данный момент известно, террорист ранил одного из пилотов и попытался врезать самолёт с пассажирами в землю. К счастью, ему это не удалось🙏

Источник видео: https://t.me/Trueisrael/38210

Наряду с главной новостью дня , удачной посадкой самолёта Fly Dubai после попытки угона , Израиль не останавливается .

Ночью начался пожар в доме престарелых ,в результате которого двое были тяжело ранены и более 20ти госпитализированы с ранениями разной степени тяжести.

С медицинской и оперативной точки зрения, не завидуем парамедику который должен был заниматься организацией и логистикой . В Бней Браке работают несколько организаций волонтёров которые как водится не разговаривают друг с другом,или в хорошем раскладе работают вместе но фокусируются на быстром прибытии ,что порождает гонки на мотороллерах а не всегда хорошую медицинскую помощь.

Видя такую толпу медиков , я бы вернулся в амбуланс и принёс мегафон чтобы набрать на всех ждать на улице . Кстати входной холл здания можно превратить в неплохой сортировочный пункт если пожарные разрешат.

Вообще пожар в доме престарелых это челлендж. Больные не очень мобильные , иногда тяжёлые а иногда вообще на аппаратах . И это в среде медицинских газов и неработающих лифтов.
Так что все руки будут впрок ,но их ещё надо организовать и замотивировать

Уже готова афиша голливудского блокбастера о вчерашнем инциденте с самолётом Fly Dubai 🤭

Два острова, два вызова и физика полета: будни air ambulance

В этот раз вводные на рейс обновились прямо по дороге в аэропорт, это случается довольно часто так как ситуация динамичная: летим не за одним пациентом, а сразу за двумя. И не в одну точку, а с «челночной» логистикой по островам: посадка на Крите, затем Кипр, дозаправка и курс домой в Израиль.

Два абсолютно разных клинических профиля с разными рисками и подходами

Крит — пневмония. Главный враг легочного пациента на эшелоне — закон Дальтона. Давление в кабине (cabin altitude) эквивалентно высоте 6000–8000 футов, частичное давление кислорода падает, и стабильный на земле пациент в воздухе мгновенно уходит в гипоксию. Ограничение: запас кислорода на борту не бесконечен. Как крайний вариант держали в голове запрос пилотам на sea-level cabin (наддув до уровня моря), но это всегда компромисс по эшелону, расходу топлива и профилю полета. Такой манёвр расходует намного больше топлива.

Кипр — перелом шейки бедра. В прогнозе по маршруту — выраженная турбулентность. Для нестабильной скелетной травмы любая болтанка превращается в пытку и риск смещения/дополнительной травматизации. Приоритеты: надежная иммобилизация и адекватный анальгетический протокол.
Как все прошло на практике
Крит встречал сильным боковым ветром и турбулентностью. Пилоты сразу обозначили жесткий тайминг: погода ухудшается, грузиться нужно максимально быстро, чтобы успеть уйти в безопасных метеоусловиях.
Пациентка с пневмонией: аускультативно — выраженная крепитация/хрипы, исходная сатурация около 93%. Для земли терпимо, для полета — прямой путь к десатурации. Кислородотерапию начали сразу на перроне. Разогнали SPO2 до 97% с расчетом на неизбежную просадку на высоте обратно к 93%. Запаса кислорода на расчетные 3 часа хватало с запасом, пациентку стабильно зафиксировали на борту и взяли курс на Кипр.
На Кипре нас ждала вторая пациентка с переломом. Женщина практически не получала базового обезболивания и страдала от каждого движения. Стабильный венозный доступ, парацетамол (Акамол) в/в — интенсивность боли удалось быстро купировать. Дополнительно — антикоагулянтная профилактика (Клексан), учитывая высокий риск ТЭЛА при иммобилизации и последующем перелете.

Уложили, надежно зафиксировали с учетом возможной тряски — и взяли прямой курс домой.

Оба плеча прошли без эксцессов. Все расчеты по кислороду и клиническая тактика сработали ровно так, как планировалось на земле.
Air ambulance — это всегда уравнение, где ты одновременно считаешь миллиграммы препаратов, литры кислорода в баллонах, барометрическое давление и метеорологические окна. А иногда просто летишь и попиваешь колу смотря Нетфликс.

Очередная смена закрыта успешно.

Кан11 выпустили часовой репортаж про 7 октября в приемном покое больницы Сорока в Беер-Шеве с субтитрами на английском.
Видео с камер наблюдения, интервью с персоналом, поминутная хронология (насколько позволяет хронометраж), понимание как близко в медицине связаны профессионализм, чувства и твоя способность отключить второе чтобы не растерять первое, пока есть силы на подобное выключение.
Советую, чтобы понимать, как такая ситуация выглядит в реальной жизни, а не в серии Питта, например.

https://www.youtube.com/watch?v=fW3ACj0ro4Y

Прошло ровно 3 года после того поста. Мы сильно изменились и мир вокруг нас тоже. Мы потеряли много друзей и хороших знакомых.

Сегодня мы вспоминаем парамедиков Амит Ман, Дуди Дигми, Агам Наим (которых я лично знал) и многих других наших коллег врачей, медбратьев, медиков - положивших свои головы за возможность жить в этой стране.

Шрам 7/10 останется до конца наших дней, как в предыдущем поколении шрам Войны Судного Дня, а в поколение до него шрам Катастрофы, а до него шрамы погромов в Хевроне и Иерусалиме...

Александр (наш админ) был ранен, но выжил. У кого-то из нас птср, у кого-то просто бессонница, дрожь в руках и повышенная тревожность.

Мы это переживем и воспитаем своих детей с надеждой, что их поколение справится "со всем ниспосланным".

Светлая память павшим🙏

🏆 Нобелевскую премию по физиологии и медицине 2026 года получили Карл Дайссерот, Петер Хегеманн и Георг Нагель — за открытия, связанные со светоуправляемыми ионными каналами и оптогенетикой.

Звучит немного, как научная фантастика😏, но на самом деле история началась с простой одноклеточной водоросли.

🌱 Водоросль Chlamydomonas умеет чувствовать свет и двигаться в его сторону. Учёные обнаружили у неё особый светочувствительный белок — каналродопсин. Когда на него попадает свет определённой длины волны, он открывает ионный канал. Ионы проходят через мембрану — и клетка получает электрический сигнал⚡.

А дальше учёные задали очень простой, но гениальный вопрос:
А что, если вставить такой белок в нервную клетку? Получилось невероятное: активностью нейрона стало возможно управлять с помощью света. 🔦🧠

Так появилась оптогенетика — технология, позволяющая очень точно включать или выключать определённые нервные клетки.
И это уже не просто красивая лабораторная игрушка. С помощью оптогенетики исследователи могут изучать нейронные цепи, отвечающие за движения, память, эмоции и поведение.

А теперь самое интересное - медицина. 👁️ Наиболее продвинутое направление на данный момент - восстановление зрения.

При некоторых тяжёлых наследственных заболеваниях сетчатки, например пигментном ретините, погибают фоторецепторы — палочки и колбочки. Но часть других клеток сетчатки может сохраняться.
И здесь появляется идея оптогенетики: доставить в оставшиеся клетки ген светочувствительного белка.
Клетки получают способность снова реагировать на свет.
То есть вместо того, чтобы пытаться воскресить погибшие фоторецепторы, учёные фактически делают другие клетки сетчатки светочувствительными.

Это уже исследуется у людей — но пока речь идёт о ранних клинических подходах, а не о массовом стандартном лечении.

🧠 Но дальше - ещё интереснее. Ведь нобелевку не дают лишь за лечение одного довольно редкого заболевания. Оптогенетику исследуют как потенциальный инструмент при:
• болезни Паркинсона;
• эпилепсии;
• депрессии и других психических расстройствах;
• нарушениях памяти;
• двигательных расстройствах;
• повреждениях нервной системы.

Но здесь важно не забегать вперёд: для большинства этих заболеваний оптогенетика пока остаётся исследовательским методом, а не одобренным лечением.

Потому что одно дело - заставить отдельный нейрон лабораторной мыши реагировать на свет. И совсем другое - безопасно доставить светочувствительный белок в нужные клетки человеческого мозга и затем точно "подсветить" именно их. 😏

Эта Нобелевская премия выросла из исследования обычной водоросли. Учёные просто хотели понять, как одноклеточный организм чувствует свет. А спустя годы это привело к технологии, которая позволяет сказать отдельной нервной клетке:
💡 "Работай" .

🌑 "А теперь выключись" .

И вполне возможно, что однажды эта технология позволит вернуть зрение, изменить патологическую активность нейронных сетей или лечить заболевания, которые сегодня мы умеем только контролировать: деменцию, Альцгеймер, миастению Грейвса...

Иногда биологию учат, для pre-med, чтобы потом стать врачами, а иногда биологи сами учат врачей и их открытия становятся медициной будущего. 🚑

📌 Источник: Nobel Prize — Nobel Prize in Physiology or Medicine 2026.

Написано с помощью ИИ 🤖

Самая большая опасность при мерцательной аритмии сердца (atrial fibrillation) - это образование сгустков крови, которые могут попасть в артерии мозга и создать инсульт.

Один из методов снижения риска инсульта при этом заболевании - это окклюзия (закупорка) ушка левого предсердия (да, у нашего сердца есть уши 😉, но не все умеют им слушать🤷🏻‍♂️). На английском эта процедура называется Left atrial appendage occlusion (LAAO).

Она выполняется в основном для пациентов с проблемами в приеме антикоагулянтов. Суммарная частота значимых осложнений (тампонада, эмболизация устройства, инсульт, сосудистые осложнения, кровотечение) составляет от 2% до 7% и зависит от опыта кардиолога, поколения устройства для окклюзии и сопутствующих заболеваний.

Источник видео

Источник информации в описании к видео

Навеяло новостями 😏

Мне было сегодня лет, когда я узнал, что финальная сцена медицинского осмотра в фильме «Капитан Филлипс» сыграна только наполовину. Том Хэнкс отлично сыграл человека после физической и психологической травмы, а вот девушка-корпсмен, оказывается, была не актрисой, а самой собой: петти-офицер второго класса Даниель Альберт. Изначально этой сцены не было в сценарии, режиссёр задался вопросом, как это выглядело бы в реальности, спустился в медотсек, где в тот момент дежурила Даниель, и спросил её, что бы она сделала. Когда та начала отвечать, туда занесли камеры, завели Тома Хэнкса, и сцену сняли буквально со второго дубля.

И это, мне кажется, лучший пример в кино (да и в жизни, к сожалению для многих специалистов) того, как нужно проводить первичный осмотр пациента после травмы. Я имею в виду не последовательность действий (MTLS, PHTLS, TCCC, ATLS или по каким принципам вы там работаете), а то, как и каким тоном нужно общаться с человеком, который только что был в ситуации насилия и угрозы жизни.

Во время моей учёбы одним из самых тяжёлых навыков на курсе по физическому осмотру был разговор с пациентом в формате «эмпатия без симпатии». Ты ведёшь диалог, не заражаясь эмоциями пациента и не отвечая ему тем же, но при этом создавая у него ощущение, что ты рядом и вовлечён (и не уносишь потом работу домой, если вы понимаете о чем я).
Мне это давалось очень сложно: либо я пытался сразу всем понравиться и получалось излишне эмоционально, либо, наоборот, уходил от всякого контакта. После травмы пришлось год учиться заново контакту с пациентами и в целом с людьми с самого начала, но сегодня у меня с этим проблем нет, я думаю . Не зря же пациенты называют меня «руси кар бли лев».

«Несимпатичная эмпатия» во время осмотра важна с обеих сторон. У пациента в остром стрессе миндалина запускает массивный выброс норадреналина в мозге. Он бьет прицельно по префронтальной коре и нарушает ее работу -- та часть неокортекса которая отвечает за рабочую память, внимание, понимание сложных фраз и принятие решений. А вот сенсорная кора в это время наоборот, работает на максимум: звуки громче, прикосновения резче, любой резкий жест идет через фильтр угрозы. Если по-простому: думать человек почти не может, но чувствует все в несколько раз сильнее. Поэтому он не воспринимает длинных объяснений, переспрашивает, повторяет одно и то же и вздрагивает от каждого движения рядом.
Чем дольше стресс, тем сильнее влияние кортизола, который еще сильнее усиливает влияние катехоламинов, поэтому острая реакция на фоне долгой угрозы получается ещё тяжелее. На то, как нужно говорить с таким пациентом, это почти не влияет, но объясняет, почему вы видите перед собой не взрослого собранного мужчину, а человека, который не может ответить на простой вопрос.

У провайдера работает ровно тот же механизм. Если мы подхватим эмоциональную реакцию пациента, наша собственная префронтальная кора тоже начнёт проседать: туннельное зрение, зацикливание на самой яркой травме, пропущенные повреждения. Задача не в том, чтобы обнулить себя, а в том, чтобы держать своё возбуждение в рабочем диапазоне. Немного адреналина помогает, много отключает голову. Более того, спокойствие провайдера (ровный темп речи, короткие фразы, предупреждение о каждом действии, вопрос «можно?» перед прикосновением) возвращает пациенту предсказуемость и ощущение контроля и тем самым снижает его возбуждение. Посмотрите, как Даниель делает именно это: говорит, что сейчас будет, повторяет, что он в безопасности, задаёт простые закрытые вопросы.

У таких пациентов я всегда добавляю схему «Яалом» на вторичном осмотре, после того как устранена непосредственная угроза. Если попросите, отдельно распишем её нейрофизиологию в следующем посте.

Короче, респект старшине. Нам всем отличный пример того, что такое медицинский профессионализм и как он работает.


https://youtu.be/bO7H63K_vBQ?t=79