Как искусство помогло пережить личностный кризис

Зина: А можно я немножко тяжеловесный вопрос задам? Я накануне читала ваше интервью, готовилась к разговору. Вы там сказали, что у вас был личностный кризис, и вы его переживали, видимо, в возрасте 40 лет. И мне стало интересно, потому что я тоже приближаюсь к этому возрасту. Интересно, как вы его переживали, потому что вы не то чтобы очень сильно раскрыли эту тему?

Дмитрий: Я не могу ее раскрыть, потому что у меня нет рецепта, как пережить. Надо просто с собой работать. Здесь много зависит от того, кто и что тебя окружает. Очень важно прислониться к чему-то или к кому-то. Для кого-то это религия. Например, моей сестре Инне очень помогает храм. Семья помогает, дети помогают, животные помогают, увлечения помогают. Я вот, например, живопись очень люблю. Я хорошо в этом разбираюсь.

Зина: Предпочитаете современную живопись или классику?

Дмитрий: Нет, я больше по старой живописи. Живопись XX века больше люблю, Союз русских художников. Коровин, Архипов, условно говоря — вот это направление. И мне очень нравится «Бубновый валет». Мой любимый художник — Пётр Петрович Кончаловский.

Зина: Интересный выбор.

Дмитрий: Ему в этом году 150 лет. В Русском музее будет огромная выставка. В Третьяковке не будет, потому что… не знаю почему. Это дедушка Никиты Михалкова и Андрона Кончаловского, вы знаете, да?

Зина: Да, конечно, я знаю.

Дмитрий: И я вот люблю старую живопись. Я просто считаю, что 10-е годы XX века — это был самый большой подъём русского искусства. Если взять композиторов — Рахманинов, Скрябин; если взять художников — начиная от того же «Валета» и заканчивая авангардом, Малевич; поэзия в целом…

Про фортепианную музыку

Дмитрий: Для меня ещё очень важная составляющая, которую я пытаюсь продвигать, — это фортепианная музыка, инструментальная. И вот здесь я бьюсь много лет, чтобы сделать как-то ее заметной.
У этого направления есть поклонники. Но это изначально не очень массовая тема.

Зина: Я познакомилась недавно с одним профессиональным пианистом. Он мне много рассказал нехорошего про эту профессию — в плане того, что это никому не нужно. Реально он перестал играть.

Дмитрий: Он и прав, и не прав. Во всём работают бренды. Есть бренд Мацуев, понимаешь? Баснословные гонорары, востребованность и так далее. Большая поддержка спонсоров.

Зина: А в чём его магия?

Дмитрий: Во-первых, он реально хороший пианист — надо быть честными.

Зина: Ну, хороших пианистов много, надо сказать.

Дмитрий: Коммуникативные качества очень важны для музыканта. Надо уметь общаться с людьми. Для музыканта это тоже очень важно.

Люба: Мне кажется, что ваша идея записать гимн Филяйска на фортепиано и выложить это все в соцсети — как раз замечательный шаг к продвижению.

Дмитрий: Можно двигаться в этом направлении. То есть играть хиты, которые желательно в тренде. Но это не фортепиано в классическом понимании. Есть такой композитор Людовико Эйнауди, например. Вот то, что мне нравится. Я в таком ключе сочиняю музыку. Послушайте, у меня альбом вышел, «Pianomaniя. Platinum» называется. Может, какие-то будут мысли.

Девочки, наш специальный корреспондент по американской тематике регулярно шельмует президента США Дональда Трампа за его маленькие слабости, знаем о них и мы: тяга к золоту и бальным залам (привет Эпштейну), мелкая мстительность, космических масштабов тщеславие. Но, девочки, счёт на табло: простой, или, точнее говоря, примитивно организованный человек не станет президентом США, в личности Трампа скрыто множество интересных свойств и достоинств, которые приводят его к политическому успеху. О них сегодняшний материал.

Нужно пробовать

(Цикл от канала "С берега Гудзона", часть CXII)

Дональда Трампа легко недооценить. В конце концов, он сам десятилетиями не скрывает своего желания дать хорошее шоу, развлечь любезную публику, поднять настроение. Однако именно такая недооценка является одним из факторов политического успеха американского президента: пока оппоненты ухмыляются над его заявлениями или спешат объявить о невыполнимости его обещаний, миллиардер записывает на свой счёт новые победы. Более того, эти успехи нельзя объяснить только тем, что Трамп хорошо знает американские реалии, получается у него многое и за пределами страны. В частности, в отношении Венесуэлы красивые фразы хозяина Белого дома постепенно материализуются в конкретные достижения американской внешней политики.

Рискну утверждать, что давно назрела книга о деловом стиле Трампа. Причём не в формате хронологии или биографического панегирика, а в виде анализа действий, которые раз за разом позволяют миллиардеру решать стоящие перед ним задачи. Например, широко известно его желание постоянно говорить с самыми разными людьми, обсуждать с ними варианты действий, узнавать реакцию, а иногда и просто слушать. Однако в случае Венесуэлы нужно отметить другую черту этого стиля — готовность решительно действовать, стремление начать первым, придумывая на ходу дальнейшие шаги или просто стараясь обратить в свою пользу запущенные этим действием процессы.

В этом, конечно, большое отличие Трампа от американского политического класса, озабоченного либо снятием с себя ответственности, либо тщательным расчётом последствий с точки зрения победы на следующих выборах. Не берусь сказать, насколько точно американский президент просчитал возможные плюсы и минусы захвата венесуэльского президента Мадуро, однако ясно, что точка приложения усилий, направленных на заметную, но всё-таки относительно несильную дестабилизацию международной политики, была выбрана им верно.

После такого решительного шага изменения и в Венесуэле, и в Латинской Америке, и на мировых энергетических рынках неизбежны. Дальше же в дело вступает умение Трампа управлять вниманием СМИ и использовать появившиеся возможности для себя лично, американского бизнеса и внешней политики. В итоге ситуация складывается беспроигрышная: либо Трамп и США действительно выигрывают, либо миллиардер об этом заявляет, а зачарованные им СМИ эти заявления оперативно транслируют.

При всей простоте комбинации трудно представить, чем её можно парировать. Если говорить о международной политике, то для противодействия нужны хотя бы ресурсы, сравнимые с американскими. Ведь, чтобы Трамп мог хорошо всё откомментировать, Мадуро, например, нужно было сначала действительно захватить и вывезти. Конечно, это не значит, что таким образом миллиардер может решить все свои или государственные задачи, сколько не комментируй, а, скажем, цены на продукты в США продолжают расти, да и боевые действия на Украине не прекращаются. Тем не менее, наблюдая за Трампом, нельзя не заметить, что многие его шаги заслуживают того, чтобы принять их на вооружение в профессиональной жизни, публичных коммуникациях или государственной политике.

С предыдущим материалом можно ознакомиться здесь.

Что, девочки, допрыгались? Киберпанк пришёл, и отряхивается на пороге, а вы водку даже по стопкам не разлили? Не дело.

И уже и голуби — не голуби, а биодроны. Что вы думаете, когда представляете себе биодрона, девочки? Создание, которым вы управляете при помощи джойстика, а происходящее вокруг видите как бы его глазами через шлем VR? Не совсем так.

Вот в России уже делают (стартап Neiry с деньгами фонда Интерроса «Восход») голубей-биодронов. Им в мозг вживляются специальные электроды, через которые птице при помощи стимуляции транслируется полётное задание.

Ориентация в пространстве происходит по спутникам геопозиционирования, так что биодрон сам по себе никуда не убежит. Говорят, что технология с большим потенциалом: решение простое, голубей в нашем отечестве много, а сама птица куда выносливее чем дрон и может летать-мониторить погоду, урожай, паводки и пожары, да мало ли на что посмотреть понадобится.

Словом, всё страшно интересно.