Только что вошёл в двери квартиры, гДе проживаю в настоящее время.
Отвечу если не всем, то тем кому я нужен.

Сейчас лягу посплю.

Забыл отправить.
Поспал.

Ваш,
ЭЛ

10 марта 2020 года такое сообщение появилось в Живом Журнале Эдуарда Лимонова. Умеющие читать, скорее всего, прочли бы тут, что «Ваш ЭЛ» в этот день получил какую-то важную информацию, которая заставила его сообщить тем, кому он нужен, что он пришёл домой и сейчас ляжет, поспит.

И даже это короткое сообщение русский писатель Лимонов обратил в маленькое литературное высказывание. «Забыл отправить, поспал». О чём же ты, всегда собранный ЭЛ, таком интересном думал, что «забыл отправить»? Зато счёл нужным об этом сообщить, когда поспал?

Лимонов умер спустя неделю, не перенеся сложную операцию. Последним его сообщением была новость, что он подписал договор на новую книгу, которая называется «Старик путешествует». Почти сразу после смерти Лимонова объявили пандемию ковид-19, закрыли людям путешествия, и старики начали помирать усиленными темпами. Дома.

Лимонова среди почитателей принято именовать пророком, но на самом деле пророчествовать — участь всех людей, обладающих собственным стилем и харизмой. Их хочется слушать, на них хочется смотреть, через них хочется объяснять реальность. Сознание само подскажет, где такой оказался прав. Поэтому задача талантливых и харизматичных — говорить всё и обо всём на свете. А остальных — слушаться. Шоу-бизнес в этом смысле устроен фундаментально правильно.

(И наоборот — кто стилем и харизмой не обладает, тех слушать не хотят и им нужно молчать, сколь бы правильные вещи они ни говорили и не знали: тому порукой судьба несчастного Прилепина, которого Лимонов перед смертью припечатал. Человек настолько катастрофически необаятелен, что даже украинский теракт против него не сделал его мучеником за идею).

Лимонов был таким во всех проявлениях. Ещё в 1992 он возмущался по ТВ: «Почему им должен принадлежать Крым? Почему им должна принадлежать Харьковская Область? Почему им должен принадлежать Донбасс?» Кому им — понятно. Сколько людей в те годы говорили подобное? Пожалуй, что сотни тысяч. Иные могли высказываться и порадикальнее, и похудожественнее, и пообоснованнее. Кого помнят наизусть? Лимонова. Это и есть талант.

В Новороссию лимоновская партия устремилась сразу же с самого начала событий 2014-го. Лимонов писал в реальном времени яростную книгу «Киев капут», первые нацболы заходили на территории — гуманитарщики, воины, журналисты. Вскоре появились первые погибшие и раненые.

Стилистику русской весны на Донбассе задал журнал «Спутник и Погром», раскрутив белогвардейский имидж Игоря Стрелкова — благо, и фотографий с исторических реконструкций, в которых Стрелков участвовал, было предостаточно, и сам Стрелков своему образу потворствовал.

Но всё же «по совокупности» самый стильный вестник Новороссии — конечно, Эдуард Лимонов. Он вырос по соседству на Слобожанщине, советскую восточную Украину воспел и понимал местных — в отличие от русских из Москвы и Петербурга, относящихся к ним скорее индифферентно и, как и ко всем прочим провинциалам, с доброй иронией. Южный темперамент Лимонова и его умение самопрезентоваться в тексте и в жизни грубо, по-пролетарски, безусловно близки Новороссии и особенно современному Донбассу. Если белый флёр вокруг Стрелкова нарисовал лицо раннему ополчению, то прозу и ВАЙБЫ Лимонова ещё предстоит подружить с этими землями, их людьми и только нарождающейся культурой в третий раз освобождённой Новороссии.

Сам Лимонов появился там лишь зимой 2014-15 — бесснежной, туманной, очень депрессивной и несколько мистически-тревожной. Такие зимы там, на Луганщине, в Донбассе, в Приазовье. Ходил в большой шапке, встречался со своим пресс-секретарём Авериным, который там воевал. Был хмур, под стать ландшафту. Совсем не был похож на себя времён войны в Югославии — крепкого и чуть взвинченного.

Прошло 12 лет, война на Донбассе унесла сотни тысяч жизней, ещё больше — искалечила. Хмурый пророк вновь оказался прав.