Сегодня Таджикистан празднует День независимости, а я публикую финальную часть о том, какой ценой и чьими усилиями эта независимость была достигнута.

Первая часть
Вторая часть
Третья часть
Четвертая часть
Или по хештегу #таджикистан_независимость

Хорошо подогретое радикальными имамами и передачами про «национальное самосознание» таджикское население ожидало искры. Поворотом к февральским событиям стали массовые погромы армян в Баку в январе 1990. Несколько армянских семей, около 50 человек, бежали из Баку к родственникам в Душанбе.
Слух о том, что в Душанбе едут 2500-5000 армян, которым правительство решило выделить квартиры в новостройке намеренно распространял Тохир Абдуджаббор, тот самый, которого позже будут называть «архитектор независимости Таджикистана».

Против мнимого предоставления жилья, повели людей на митинг, а потом и на погромы три силы: обласканный советской властью исламист Акбар Тураджонзода, такой же основатель демократической партии Таджикистана Шодмон Юсуф и преступный мир* под предводительством Якуба Салимова, контрабандиста и рэкетира.

*в 1989 году провели амнистию, в Таджикистан вернулись уголовники и оказались «при деле».

Управлял мятежом Паллаев, Бобосадыкову предусмотрительно отправили в Москву на повышение. Антиармянские настроения и лозунги быстро сменились на откровенно антирусские.
«Таджикистан для таджиков!»
«Русские, убирайтесь в свою Россию!»

Поэтесса Гулрухсор Сафиева участница общества «Растохез» внесла свой вклад в нагнетание общей истерии: «поруганная северными варварами, моя прекрасная темноглазая Родина. Час расплаты наступил и пусть кровь смоет русскую грязь», называла Великую Отечественную войну «мясорубкой, куда загнали таджиков».

12, 13, 14 февраля на улицах Душанбе было растерзано полторы тысячи мужчин и женщин. Способы умерщвления достойны, чтобы их изучила психиатрическая медицина: отрезание носов и ушей, выкалывание глаз, отрезание конечностей, половых органов, снятие кожи с живых людей, сжигание заживо, просверливание черепов, утопление связанных, живых людей в арыках, распятие по стенам мечетей, сваривание в бане.
Производство было парализовано, люди боялись выходить на улицу. Первый секретарь ЦК КП Таджикистана Махкамов выступил по телевидению с сообщением, что силовые структуры не в состоянии обеспечить безопасность и призвал людей защищать себя самостоятельно.
После февраля 1990 года начинается массовый исход «русскоязычных» из республики.

Махкамов уходит в отставку, волнения не прекращаются и прокатываются по всей республике. Оппозиционно настроенные демократы выдвигают на пост главы Таджикистана недавно ими униженного и низложенного Рахмона Набиева. Сломленный и дезориентированный Набиев начинает укреплять позиции своих недавних врагов: общества «Растохез», Дем партии Таджикистана. По рекомендации Анатолия Собчака признает Исламскую партию возрождения, выпускает главарей февральских событий.

Отдельно нужно сказать кого поддерживала тогда Москва и демократы у власти: откровенных упырей. Например, лидера демократической партии Шодмона Юсуфа. Ему принадлежат слова «Русские - это наши заложники», это его люди взяли в качестве заложников детей в русской школе.
Москва закрывала глаза на выходки откровенных террористов, снос памятников Ленину произвел на Собчака, Попова и Велихова слишком глубокое впечатление, от будущих перспектив сперло дыхание. На разные «шалости» демократов смотрели сквозь пальцы.

После февральских событий Бобосадыкова получит теплое место в ЮНЕСКО. Она и сейчас жива, не бедствует, дает интервью о своем служении таджикскому народу.
Гулрухсор Сафиева обосновалась в Москве, печатается на страницах северных варваров, проводит поэтические вечера.
Шодмон Юсуф в 1992 году покинул страну и жил в Вене, там же и умер.
Тохир Абдуджаббор жил в Киргизии, преподавал в университете, позже вернулся на родину.
Акбар Тураджонзода сложил оружие и после подписания Соглашения об установлении мира в 1997 году в Москве занял место в правительстве Республики Таджикистан.