У нас с друзьями есть традиция. Каждый март мы объявляем начало сезона

Славный юбилей

55 лет назад, в письме от 17 марта 1971 года Карл Проффер сообщает Владимиру Набокову, что появилось новое издательство: Ardis. А таже американский славист заманивает писателя перевести несколько стихотворений из Ходасевича.

Полный текст письма ниже

Дорогой мистер Набоков,

я собирался всего лишь послать Вам фирменный бланк издательства как любопытный пример плагиата названия. Но у меня появилось еще одно не слишком прибыльное деловое предложение.

«Ардис» — одно из самых маленьких издательств в мире, ибо состоит из Эллендеи и меня, прежде всего имеющее своей целью публикацию рецензий, более живых, чем в других специальных журналах по славистике. «Russian Literature» будет выходить раз в три квартала и печатать заказанные переводы, критические статьи и пародии. Каждый номер планируется посвятить определенному автору, периоду или теме. Второй номер (который отправим Вам почтой 1 февраля 1972 г.) мы хотим посвятить писателям 1920-х годов. В него войдут переводы Ремизова, Замятина, Булгакова, Зощенко и всяких прочих Серапионов; статьи о них же, плюс статьи о Бабеле, Цветаевой, «Сестре <моей — жизни>» Пастернака, Сирине (я решил, что Вам понравится такое соседство) и др. Мне также хотелось бы включить туда переводы из Ходасевича или эссе о нем.

Поэтому к делу. Не хотели бы Вы перевести некоторые стихотворения из «Тяжелой лиры» по доллару за строчку (всего 150 строк), при том что мы согласны на любые строгости касательно использования Вашего имени, а также на любой комментарий (если таковой будет), который Вы захотите добавить.

Искренне Ваш, Карл Проффер

Вниманию всех, кто в Варшаве, кто не в Варшаве и кто мог бы быть в Варшаве, но почему-нибудь ещё пока нет.
18 апреля впервые в истории человечества происходит TEDxUlicaMińska — такая неконференция, которую в Варшаве делалют живущие там белорусы. Уверен, что это будет замечательно (и сам собираюсь ехать; увидимся).
Билеты наконец в продаже, идите по ссылке https://relivent.eu/BY/event/1950/

Лев Оборин в своём канале литературных новостей показал статью о сокращении свобод на русской книгоиздательской сцене. Адресованная англоязычной публике, статья в лучшем смысле поверхностная, разумеется. Но настоящая летопись цензуры и в целом перемен, описание и архивация это наша собственная задача и решать её надо прямо сейчас бегом. Отчасти с ней справляется Straightforward Foundation, но есть смутное чувство, что эти усилия недостаточны и всем остальным надо тоже стараться

Как раз к выходу интервью у Юры мы подготовили предзаказ книжки отца Алексея.
Это будет автобиография, написанная Ксенией Лученко. Вот такой сложный жанр.
Редкие фотографии из домашнего архива, несколько проповедей, несколько интервью.
Все это вместе рассказывает совершенно удивительную историю о том, как прожил свою жизнь один из самых заметных проповедников православия на русском языке и почему с РПЦ его теперь ничего не связывает, а с прихожанами, с христианами связывает многое.

Отец Алексей Уминский – необычный священнослужитель.

В юности он был хиппи, во времена института работал ночным сторожем в музее, после – преподавал французский в школе, а в Церковь пришел ближе к 30.

Отец Алексей служил настоятелем храма Живоначальной Троицы на Китай-городе и занимался просвещением: человеческим языком объяснял сложные вещи, критиковал РПЦ и показывал, что священник может быть современным.

Мы встретились в итальянском Бари – важном месте для верующих христиан (и католиков, и православных) – и задали много самых простых вопросов:

Молитва за победу (например, в футболе) – это норм?

Священники верят в теорию Дарвина?

Зачем люди поклоняются мощам?

Что священники делают с дорогими подарками?

Почему бандитов хоронят в монастырях?

Откуда в наших церквях бабушки, которые ворчат на прихожан?

Почему католики на службе сидят, а православные – стоят?

Можно ли жить по совести, но не верить в Бога?

Большой и важный разговор, который многих сможет поддержать:

СМОТРИТЕ ВОТ ЗДЕСЬ

Совершенно неожиданная рецензия ни книгу Маши Слоним
Купить книжку можно тут https://www.vidimbooks.com/products/slonim/440857000008966021

Случайно купил в нашем русскоязычном книжном магазине Idiot Books мемуары Маши Слоним. Знал о ней я немного: родилась в 1945 году, внучка сталинского наркома Максима Литвинова, который до революции жил в Лондоне и чья жена была английской еврейкой. В молодости Слоним участвовала в диссидентском движении, позже уехала в Англию и работала на западных радиостанциях.

Честно говоря, я ожидал, что половину книги будет занимать желчь в адрес России из-за нынешней войны. Но на деле Слоним оказалась приятной, жизнерадостной «советской принцессой», выросшей в атмосфере любви и вспоминающей в основном хорошее. Она не жалуется на жизнь и довольно откровенно рассказывает о своей яркой биографии.

В результате получился образцовый мемуар — тот самый жанр, где личная история естественно переплетается с эпохой. Я бы рекомендовал эту книгу любому русскоязычному интеллигенту, которому интересна история второй половины XX века.

Единственный минус издания — мягкая обложка.

Мою рецензию читайте тут, а книгу можно купить здесь.

Начал читать "Идею Ирана" Шарифа Шукурова (это такая третья переделка его давней, ещё из 80-х книги "Искусство средневекового Ирана. Формирование принципов изобразительности" и считай свежей, десятилетней давности "Хорасан. Территория искусства"). Прочитал за вечер с закладками и пометками только Предисловие и Введение. Как обычно у Шарифа Мухаммадовича, текст изумительной - - - - не знаю, как сказать - питательности? обгугляемости? расползаемости в заводи?
Тут и о том, как "мнемоника оказывается проницаемым порогом между памятью и воображением" и о том, как калиграммы, "сакральные каллиграфические надписи предстоят по отношению ко всей культуре, освящая собой и архитектуру и весь исламский мир", а Авиценна рассуждает о каллиграфической точке, предстоящей письму: "именно точка движет письмом".
Но больше всего меня вштырила пересказываемая формулировка аль-Фараби из аристотелианского трактата "Риторика" (´Ильм аль-Мантик): "Риторика, говорит Фараби, — это наука о вещах, предназначенных для составления о них мнения".
То есть буквально: прежде чем свиристеть и употреблять риторические фигуры, составь мнение о вещи, а составляя, подумай, та ли это вещь, о которой стоит составить мнение.
По нынешним временам просто настоящий резистанс, идеальная антисми позиция

великолепная история от профессионального слушателя

ОРМУЗ НАШ
Я съездил на "Снегурочку" Диденко (полный восторг, подробности позже), и по этому поводу заслушался некоторыми местами оперы.

Там есть популярное ариозо Мизгиря “На теплом синем море” — короткое, странное, как телеграмма с другой планеты. Опера, вообще говоря, работает с русскими темами, но здесь Мизгирь внезапно уходит в ориентализм. Ритмически его ария довольно прихотлива — половина построена как венецианская баркарола, на 6/8, половина - как медленная лезгинка, ритмические ячейки буквально расширяются и сужаются, то есть плещутся, как волны, как и положено баркароле. Ритм буквально уходит из под ног певца, как будто у него выдергивают из-под ног красочный коврик. Это не так заметно в концертных исполнениях, потому что аккомпаниаторы склонны это дело сглаживать — ты должен как бы нарочито расходиться с певцом и потом сразу сходиться обратно, и кажется, как будто это ты сбиваешься — но когда это делает оркестр, это производит сильное впечатление.

Кюи, написавший на “Снегурочку” в целом довольно благосклонную рецензию, в этом месте недоуменно пишет “эпизод не лишен ритмической рельефности, но Корсаков придал почему-то его музыке малоподходящий полувосточный, полуиспанский характер”. То есть тут многие спотыкались — и на ритме, и вообще на неожиданности этого фрагмента (Форе называл “Снегурочку” “грандиозной мозаикой” вот как раз из-за таких переходов).

Но на самом деле, конечно, характер еще как подходящий. Потому что дело происходит “на теплом синем море, у острова Гурмыза”. То есть Ормуза. Того самого острова у берегов Ирана, в устье Персидского залива, именем которого назван перекрытый сейчас Ормузский пролив. Там всегда было много жемчуга (о чем и ария), на чем, в частности, впоследствии построили свое богатство лежащие ниже Оман и Эмираты. А вообще он совершенно невероятной, инопланетной красоты. Всего этого Римский-Корсаков знать не мог (хотя сюда доплывал Афанасий Никитин и много кто еще), но все это — включая нынешнюю битву за нефть — есть в музыке.

Пара примеров.

https://www.youtube.com/watch?v=YBh5TF-hMzY

https://youtu.be/xHaUK621E4s?si=wbNa2ihgz52V9RTm

сегодня мы поздравляем с днем рождения Николая Эппле, автора только что пришедшей из типографии книги «Волшебная страна и ее окрестности» 🎉
⠀
пусть будет еще много идей для столь же прекрасных новинок, которые не хочется выпускать из рук ❤️
⠀
во имя добра и мира
#vidimbooks
⠀
#vidim_эппле

пройдя земную жизнь до половины,
я оказался в центре ебанины

©Алиса Нагроцкая

#извенити #изарыдал

Батюшки-светы, нашего Алика и там и тут показывают, до чего техника дошла

Интервью Катерины Гордеевой с Олегом Лекмановым

На ютуб-канале Катерины Гордеевой вышел большой разговор с Олегом Лекмановым о современной русской литературе: от начала двадцатого века до новой поэзии военного времени. Встреча состоялась в эстонском Тарту, где со времен Лотмана работает одна из сильнейших в мире кафедр русской литературы. Доктор филологических наук и автор исследований о Мандельштаме, Есенине, Ковале и Ерофееве, покинувший Россию весной 2022-го года, рассуждает о силе и слабости текстов смутного времени, поэзии войны, детских стихах и собственной судьбе.

#новинки
#публикации
#интервью