Вначале не могу не похвалить себя за вчерашний прогноз в основном канале относительно того, что наиболее важные процессы будут происходить на Ближнем Востоке. Сегодняшний отзыв М.Рубио о признаниии режима аш-Шараа, «де-факто» сделанного Трампом – очень серьезный шаг. И он в «видимом спектре» ничем не обусловлен.

Это может означать только одно, что кто-то из участников многочисленных «сделок» на Ближнем Востоке обязательств не выполнил. Но ситуация усложняется еще и «откатом» иранцев в позицию «замораживания переговоров».

Сюда же включу и вбросы о том, что Нетаньяху утратил доверие Трампа. В этом же ряду попытка нападения на нашу базу Хмеймим. Я не уверен в том, что Рубио «отыгрывает» эту ситуацию, но по факту получается именно так. Еще пару мыслей сформулирую в частном канале.

Подписка по ссылке: https://t.me/evstafievOpen.

Там сегодня будет и видеофрагмент (так получилось). Будут и короткие комментарии вдогонку о телефонных переговорах В.В.Путина и Д.Трампа. Есть пара любопытных наблюдений. А еще предупрежу, что до воскресенья (готовлю обзорный «сдвоенный» пост по внутренней ситуации в РФ и рискам), буду появляться ограниченно по ряду личных причин.

Вернусь к ситуации после телефонных переговоров. Главное, что будет происходить сейчас, это не война интерпретаций. Удивительно, но после дезавуирования фразы Д.Трампа о вовлечении Ватикана в переговорный процесс (явного пасса евроатлантистам) даже в западных СМИ принята российская интерпретация переговоров. Это происходит не в пользу России, а против Трампа («Трамп слил»), но все равно любопытно. Вижу два процесса: во-первых, поиск возможностей для других, кроме России  и США, участников вписаться в новые рамки переговоров, которые отличаются от всего того, что заявлялось раньше.

А, во-вторых, поиск аргументов в пользу продолжения поддержки киевского режима, хотя бы в какой-то форме. Последнее фактически оказалось тождественно сохранению США в качестве участника про-киевской коалиции. Главное, что поменяло рамки переговорного процесса, и что осознано Трампом и услышано в Европе (но ими пока не принято):
Россия готова к компромиссу, но не к отступлению. Поскольку все прежние отправные позиции Запада, в том числе и США, основывались на крайне простом утверждении: Россию можно утрамбовать, уболтать, запугать и т.п. до согласия отступить. Хотя бы немного, а потом….

Мы же, я надеюсь, понимаем, что оказавшаяся неожиданно долгоживущей идея «международной зоны безопасности» вокруг ЗаАЭС была лишь «пилотом», с которого планировалось начать процесс ползучей демилитаризации контролируемых Россией пространств, и создания международного контролируемых зон. Что было бы, естественно, равнозначно постепенному отказу от этих территорий. И это было совершенно универсальное понимание, во многом опиравшееся на разномыслие в российской элите. Признаки разномыслия непосредственно перед телефонным разговором (а по большому счету, уже и перед «Стамбулом»), а также после телефонного разговора как рукой сняло. Причем, понятно, что это была за «рука».

Главный вызов с точки зрения поиска нового места в формирующейся конфигурации, если хотите modus operandi,  стоит перед Брюсселем. Обращу внимание, что Брюссель выпал из всех возможных полит-конфигураций ЕвроАтлантики. Вообще-то «банда четырех» (потенциально «банда пяти») создала систему отношений, а потенциально распределения и финансовых средств (не обязательно только соросовских), которая, если и не направлена против Брюсселя, то Брюсселем точно не контролируется. В целом ситуация выглядит так, что Трамп осознал (наконец), что Европа структурируется и довольно жестко,  как опорный плацдарм не просто для альтернативных ценностей, но для борьбы с ним. И поломать ситуацию быстро можно только «на Украине». Но это означает, что просто так ему оттуда выскакивать нельзя. Он должен выходить медленно и ломая под себя «банду четырех». От того - и ситуация в Румынии, которая не «про Румынию», а направлена против Макрона. И, да, для России это несет, скорее, риски.

Я бы не стал говорить, что события вчерашнего вечера  с выходом российских войск к границе Днепропетровской области и попыткой относительно массированного удара по Москве беспилотниками со стороны Киева, являются прямым результатом телефонных переговоров В.В.Путина и Д.Трампа. Это было бы преувеличением.

Но мы вправе сказать, что  начинается цикл обострения, который наши партнёры и "партнёры" очень хотели предотвратить, развивая тему замораживания. И он не может в принципе разрешиться в пользу Киева.

А вот то, что точно является результатом телефонного разговора Трампа и Путина,  это прямое заявление Трампа о том, что США ничего не будет делать, чтобы переломить проигрышную для Киева ситуацию. Ведь разошедшаяся по разным платформам фраза, что Трамп «уверен в победе России», - она про это. Про предпоследний шанс остановить Россию в достижении пространственных (еще не политических) целей СВО.

Вопрос: понимала ли наша «партия мира», за что она выступала? Ответ – конечно понимала. Там практически нет идиотов. Делайте выводы. О том, что было бы, если бы под давлением этих сил Россия согласилась бы на «замораживание».

И теперь главный вопрос в контексте конфликта вокруг Украины для Трампа: что он потребует с европейцев за  оказание давления на Россию, дабы от Украины хоть что-то осталось? То, что официальная позиция России не заключается в полном поглощении быв.УССР,  никого особенно не интересует: политический психоз, помноженный на понимание реального надлома внутри киевского режима (неспособного вести войну с военными целями, а  только политическую; она в реальности гораздо более затратна), понятен всем. Это и есть то, что по модели Трампа называется сделка: взять у партнера (не обязательно – противника) то, что тебе нужно, отдав то, что тебе не принадлежит.

О том, что может начать отторговывать Трамп у Европы напишу в частном канале. Подписка по ссылке: https://t.me/evstafievOpen.

В случае с торговлей внутри ЕвроАтлантики в последние два месяца, фокусом которой, сконструированным, но все же не критическим для основных участников ситуации стал конфликт на Украине, ключевой проблемой оппонентов Трампа являются  их предположения о способности напугать Трампа (это до известной степени получилось), а потом - задавить Россию «массой» с помощью угрозы новой войны с вновь объединенным коллективным Западом. Не понимая, что, затолкав амбициозного Трампа в «ватиканский брестский мир», они обнулили возможность с ним договариваться на основе интересов. Он им никогда не простил бы того, что они его так нагнули. И использовал первую же возможность, чтобы с «исторического компромисса» соскочить. Любопытно то, как легко у него это получилось.  Просто три телефонных звонка и немного давления на Рубио в Конгрессе, но у Рубио работа такая. И все. Это говорит о том, что все эти коалиции европейцев на самом деле крайне нефундированные.

Главным направлением торговли, конечно, будет тема вмешательства Европы в американские выборы 2016 года, украденные у Трампа. Но раздувание этой истории, - тактический шаг с целью минимизировать вовлеченность европейцев, в частности, гуманитарно-политических структур атлантистов, в грядущие выборы 2026 года. Все, что нужно Трампу – создать юридические основания, чтобы пресекать попытки европейцев вклиниться в «повестку» через формально американские евроатлантические институты.

Задача вполне выполнимая, особенно если в действительности главная цель - разорвать политическую интеграцию в ЕвроАтлантике, не дающую, как выяснилось, возможность переформатировать экономическое взаимодействие. И этот процесс России тоже до известной степени выгоден. Но есть нюанс. Его тоже затрону в частном канале. Даже два. А еще Трампу нужно создать ситуацию: «Из Европы выдача есть». С тем, чтобы Европа, пусть даже нейтральная к внутренним процессам в США, не укрывала тех американцев, против которых идут расследования. Это, конечно, посложнее.

Сегодня будет обзорный аналитический пост, хотя и как обычно, он сдвоенный. Объективно, впрочем, сейчас сформировался некий период «ожидания событий».

Все участники геополитических и особенно геоэкономических процессов поняли, что старые «рамки», в которых они пытались договориться,  сломаны, и нужно выходить на новые. Но выжидают, давая возможность оппоненту (он может стать неожиданно партнером и наоборот, как мы тут поняли в последние пару недель; феномен «флюидности партнерства», наверное, один из самых опасных) сделать первый шаг. И это очень важный феномен: мы (мир) уже в «хаосе», период «предхаоса», о котором я писал в статье «Предхаос как среднесрочное состояние глобальной политики и экономики//Экономические стратегии, 2021, N1 (никому не понравилось, предпочли не заметить), закончился.

О том, что мы УЖЕ в хаосе (вопрос в том, что конкурируют две линии: хаос (структурный кризис) сконструированный, и хаос, возникающий в результате объективного и до известной степени случайного стечения обстоятельств), пишет в последних своих материалах М.Л.Хазин. Но с точки зрения политической психологии и тактических политических решений,  все политические и большая часть (но уже не все) экономических элит действуют, исходя из того, что они находятся пока еще только в «предхаосе».

Суетливая активность хунты «Зеленского-Ермака-Келлога» (я надеюсь, мы все понимаем, что Келлог – это часть киевского режима, а не команды Трампа?) только подчеркивает выжидательный характер политики основных элит.

Во всех действиях участников первой фазы новой «Тридцатилетней войны» (изменение архитектуры «ядра» мировой политической, но уже не геоэкономической ойкумены) ощущается проявление значимых ограничений. Самое важное, что сейчас происходит, - выход скрытых ограничений (скрытых, в том числе и потому, что нельзя было показывать противнику реальные точки своей слабости) на поверхность.

Поскольку появилась возможность, относительно коротко опишу в частном канале основные ограничения ключевых участников нынешней фазы трансформаций.

Подписка по ссылке: https://t.me/evstafievOpen.

Никаких особенно жестких оценок там не будет, просто неприятные. Пост разделен на две части. Просто не влезло.

Отмечу любопытный момент: «асимметрию слабостей» основных участников «большой игры». Это, с одной стороны, создает ситуацию нестабильности, и, что самое главное,  невозможности «больших сделок». Но с другой, делает тактически возможными альянсы, считавшиеся еще некоторое время назад невозможными.

Конфигурация тактических союзов может оказаться очень похожей на то, как структурировались коалиции в ходе Балканских войн начала XX века. Это были пред-шоки Первой мировой. А она уже была неизбежной.
Немного вернусь к вчерашнему посту, где я говорил о возможной логике Трампа. Если у него получится реализовать все уже обозначенные направления «торговли» с Европой (а надо понимать, что могут появиться и другие точки давления на европейцев – ожидаю, к примеру, неких наездов Трампа на Европу по теме криптовалют), это создаст совершенно новую ситуацию с точки зрения контролируемости военно-политической ситуации в Европе. Влияние США в Европе будет ситуативно падать. Каковы будут  итоги торговли,  зависит от того, что будет происходить в США. Правда, ситуация падения американского влияния в Европе возникла бы при любом политическом сценарии, просто в результате естественного хода геополитических процессов.

Главный вопрос даже не  в том, насколько быстрым будет это падение, и возникнут ли сферы (например, вопросы безопасности и/или финансовая система), где Вашингтон получит большие возможности. Главный вопрос в том, что в Европе нет одной силы, способной заполнить вакуум, потенциально возникающий при сворачивании американского влияния. Это не Брюссель, не Лондон и не псевдо-«национальные» правительства. Мы должны готовиться к широкомасштабной нестабильности, которая не обязательно перекинется к нам. Но это очень вероятно. И, исходя из этого, мы и должны планировать нашу внутреннюю политику и развитие.