ДОХОДЪ

ДОХОДЪ via @like

В мире инвестиционного менеджмента Мартин Лейбовиц — явление уникальное. За свою карьеру Лейбовиц 26 лет проработал в Salomon Brothers и девять лет — в крупном пенсионном фонде университетских работников TIAA-CREF как директор по инвестициям. С марта 2004 г. он является сотрудником Morgan Stanley, где у него есть возможность писать и рассматривать любую проблему по своему усмотрению.

Первым местом работы Лейбовица в Нью-Йорке стала лаборатория по компьютерному моделированию Systems Research Group, где (вот уж, в самом деле, маленький мирок) он встретился с Гарри Марковицем, занимавшимся тогда разработкой языка программирования Simscript. Большинство сотрудников этой компании имели докторскую степень по математике, которой Лейбовиц никогда не уделял особого внимания. Математика казалась ему слишком легкой, чтобы тратить на нее время (сейчас Лейбовиц говорит, что был в то время «высокомерным и глупым мальчишкой»). Однако позднее его взгляды изменились, он стал слушателем вечернего курса Нью-Йоркского университета и очень скоро получил степень доктора математики.

Основными игроками на рынке облигаций в 1960-х гг. были коммерческие банки, сберегательные банки и страховые компании. Торговля не отличалась активностью, поскольку облигации традиционно покупали, чтобы держать. В 1969 г. на фоне усилившихся инфляционных ожиданий большинство облигаций продавались ниже номинала. Трейдеры Salomon Brothers занимались поисками таких путей осуществления облигационных свопов между институтами, которые приводили бы к налоговым убыткам, но не сокращали ожидаемой доходности к погашению позиций в облигациях. Найти унифицированную процедуру расчетов никак не удавалось, поэтому почти все сделки рассчитывались в индивидуальном порядке.

Притягательность ситуации стала для Лейбовица непреодолимой. В июне 1969 г. он, согласившись на более низкую зарплату, обосновался прямо в торговом зале Salomon Brothers. Ему выделили маленький стол, но зато предоставили доступ к огромной ЭВМ компании IBM. С задачей, над которой так долго бились другие, Лейбовиц справился быстро.

В те дни никто в компании не знал, как рассчитать цену облигации и полугодовые купоны при известной доходности к погашению. Неразрешимой была и обратная задача - расчет доходности к погашению при известной цене и купонах. Поступали просто. У каждого был экземпляр так называемых «таблиц доходности», и все искали ответ в них. Таблицы представляли собой внушительный том, смахивающий издалека на библию. Однако самая большая доходность у них не превышала 8%, а в реальности на фоне инфляционных ожиданий 1970-х доходность долгосрочных облигаций перевалила за 8%. Что делать? Никто не знал, как оценивать облигации с доходностью выше 8%.

Лейбовиц, пользуясь доступом к ЭВМ, за секунды проводил необходимые расчеты, и очень скоро стал самым известным человеком в компании. Очереди перед его столом выросли еще больше. Он рассказывает об этом так: в городе, а может быть и в мире, только у меня был механизм расчета доходности. Теперь они действительно нуждались во мне. Когда старшие партнеры сражаются друг с другом за место в очереди перед твоим столом, волей-неволей становишься известным! Я и в самом деле пустил корни в Salomon Brothers». Должность Лейбовица теперь называлась «директор по инвестиционным системам».

Активное управление облигационными портфелями очень быстро приобрело популярность, а традиционный подход «покупать и держать» практически прекратил существование. Рынок облигаций с тех пор значительно изменился, а инвестирование в инструменты с фиксированным доходом стало гораздо более рискованным.

Питер Бернстайн, "Фундаментальные идеи финансового мира: Эволюция", 2012

4.95K views16:44