Фотографии человеческой взаимопомощи в замерзающем городе Бодайбо удивительно контрастируют с флегматичностью властей.

Люди бесплатно и добровольно делятся едой, водой, аккумуляторами и инструментами, пускают к себе жить семьи с детьми, круглыми сутками развозят еду старикам, инвалидам и рабочим, ведущим ремонт теплосетей.

Удивительный пример человеческой консолидации в суровых условиях сибирской зимы. В Бодайбо днём минус 26 градусов, следующей ночью будет минус 47.
Уже почти неделю власти не могут справиться с крупнейшей коммунальной аварией на теплосетях. Сотни людей находятся в замерзающих квартирах.

Крайне странно, что раздачей горячего питания занимается не МЧС (между прочим, в условиях ЧС), а обычные граждане. По словам бодайбинцев, МЧС в городе вообще никто не видел.

#иркутск
@babr24

Снято на вершине горы на курорте Манжерок на Алтае. Немного ностальгическое.
Это геодезический пункт, или тур.

Многие считают, что геодезический пункт - это исключительно такая вышка на трех, крайне редко на четырех ногах, которая возвышается над лесом.
На самом деле вышка - это лишь площадка для установки барабана и теодолита или дальномера. Сам геодезический пункт находится под вышкой, на земле, и представляет собой вот ту стальную блямбу с точкой посредине.
Строго говоря, геодезическим пунктом является именно эта точка. У нее есть конкретные координаты, номер, и она внесена в каталоги.

Эта блямба - на самом деле торец длинной трубы (я уже не помню точно, но вроде два метра длиной). В тех геопунктах, которые находятся под вышками, она вкапывается в землю и бетонируется. А вот в таких турах, как на фото, которые находятся на вершинах гор, устанавливается в бетонный блок.

Потом подробно расскажу это всё в мемуаре. Суть же в том, что геопункт не должен двигаться с места ни при каких вибрациях, землетрясениях или хулиганстве со стороны людей и животных. Ни на миллиметр. Именно поэтому и длинная труба, и бетонный блок.

Сколько мы этих бетонных туров установили в 1980-е на БАМе - не сосчитать. Работа была та ещё, так как вертолет может сесть лишь на перевал высотой до 1500 метров. А дальше - два мешка цемента, опалубку, железяку, брезент на горбушку и в гору. Если на горе песок есть - хорошо. Если нет - берем кувалду и дробим гранит в песок. Куски гранита также идут в качестве наполнителя. Ну и воды, понятно, на горе нет - хорошо, что на БАМе полно снежников. Снег таскали ведрами, топили на сухих ветках кедрового стланика и кашкары. Норматив строительства - два дня на тур.

Кабаном я был после такой работы конкретным. И на вертолете налетался так, что до сих пор не могу без тошноты слышать характерный звук двигателя Ми-2. Укачивало всех.

Понимаю, что нарушение было лютое, но фраза "дядя, дай порулить" у нас в экспеде было обычным делом, и пилоты без проблем давали повести вертолет. Пилоты были отчаянные, почти все после Афгана, вообще ничего не боялись.

Ну и потом надо к туру вернуться, снять опалубку, оштукатурить (еще мешок цемента, песок и вода) и, главное, сделать замеры. То есть измерить точные координаты той самой точки. Для этого на тур ставится сначала теодолит, центрируется точно над точкой, и меряются углы на соседние туры. На БАМе это была линейно-угловая сеть 1 и 2 классов, то есть расстояния между пунктами от 12 до 50 километров. Увидеть черный барабан на таком расстоянии даже в хороший теодолит - задачка довольно сложная.

После теодолита на тот же тур ставится дальномер, и вот тут начинаются танцы с бубном, потому что второй бригаде на второй горе надо снять барабан (он привинчивается) и поставить вместо него отражатель для лазера. А для этого надо вторую бригаду закинуть на второй тур, согласовать время и постоянно находиться на связи. Мобильников тогда, понятно, не было, так что кв-рации. Которые тоже не сказать что сильно легкие.

Измерения идут минимум сутки, через каждые четыре или шесть часов. В том числе ночью. Палатку с собой тащить на гору тяжело, там один дальномер весил килограмм 12, и к нему еще автомобильный аккумулятор, плюс теодолит, плюс метеоприборы. А в бригаде всего два человека - инженер и рабочий. Ну и горы на БАМе, хоть и не Кавказ, но тоже не детские, есть и отвесные стены высотой по полкилометра. Так что спали в обнимку с будильником в спальниках прямо на скале. Хорошо еще что спальники выдавали пуховые.

Собственно это и ответ на вопрос, почему при зарплате инженера в городе 120 рублей, в экспедиции зарплата начиналась от 700-800 рублей в месяц. И до полутора тысяч. Работа была адова.

Да, зачем там эти прямоугольные выемки, в которые жизнерадостные туристы зачем-то складывают монетки, я не знаю. У нас такого не было. Так как тур очень старый, судя по натекам, ему минимум лет 60-70, то не исключено, что на него ставилась какая-то пирамида с барабаном для лучшей видимости.

#геодезия #мемуар #алтай